Глава 012
Но ничего сразу на ум не пришло, поэтому я не придала этому значения и пожала протянутую руку.
После короткого приветствия Ким Союн проводила нас с Ким Игёлем до штабной палатки и тут же принялась командовать на месте происшествия. Значит, она охотник. Не зря у неё такое хорошее чутьё.
Вокруг дома выставили ограждение. Говорят, прорыв подземелья, случившийся на рассвете, превратил целое здание — с квартирой Ким Игёля в центре — в подземелье. Слышались разговоры, что удивительно: жилой район стал подземельем на рассвете, когда все спали, но человеческих жертв нет. Это, наверное, потому что я очистила Энсэр.
Ким Союн сказала, что жертв нет, но на всякий случай весь дом решено было полностью освободить.
— Ох, ну почему именно наш дом?
Глядя на тётеньку, которая, ворча, спускалась вниз, я вспомнила название подземелья, где была лиса. Естественно, взгляд упал и на Энсэр, сидевшую у меня на коленях. «Последний дом лисёнка». Это было подземелье, которого не было в оригинале. Энсэр — тоже. Я была уверена, что знаю всё содержание романа, но новые нюансы продолжали всплывать один за другим.
Я собиралась освежить в памяти оригинал, но тут жильцы дома один за другим начали собираться у штабной палатки.
— Ой, ты же студентка из 503-й? Что ты делала дома в такое время?
— Я как раз не подрабатывала и вернулась домой впервые за долгое время...
Тётенька, которая только что ворчала, уже разговаривала с женщиной с огромными мешками под глазами. Тётенька похлопала по спине мрачную женщину и продолжила: мол, хорошо, что всё так обошлось.
— Компенсацию выдаёт ассоциация, так что и ты, студентка, сходи сегодня в отель, отдохни.
Незнакомое слово из разговоров жильцов врезалось в уши. Я была укрыта одеялом, но по спине всё равно пополз холодок.
Да ладно, не может быть. Я потянулась за телефоном и вспомнила, что его у меня нет. Ничего не оставалось, как спросить сидевшего рядом Ким Игёля.
— Слушай, что за ассоциация, которая выдаёт компенсацию?
— Ассоциация? А, Ассоциация охотников.
Мой вопрос, похоже, был неожиданным — он слегка приподнял брови. Ассоциация охотников — вполне подходящее для романа название. Впрочем, разве мы не внутри романа?
— Управление, то есть Управление охотников, исчезло, а на его месте появилась новая организация.
Что? Почему Управление исчезло? Это же был промежуточный босс в оригинале! Прежде чем я погрузилась в ещё больший ступор, любезное объяснение Ким Игёля продолжилось:
— Но функции почти те же, что и у Управления, разве что денег стало значительно больше?..
Благодаря этому я немного отошла от шока. Функции, да. Если функции те же, то, наверное, всё в порядке.
В «Управлении охотников», которое Ким Игёль только что назвал просто «Управлением», измеряли ранг пробуждённых, занимались прохождением подземелий, управлением и прогнозированием — словом, всем, что появилось после Катаклизма. И, что важнее всего, Управление в «На краю гибели» было местом, с которым у Чин Сэхёка сложилась односторонняя вражда. Они то намеренно задерживали выдачу зелий, которые сами же производили, то придирались к каждому слову Чин Сэхёка при формировании отряда. Если хочешь жить спокойно, даже лебезить перед Чин Сэхёком было бы недостаточно. Так почему же они этого не делали? Причина была одна.
«Начальник Управления — не пробуждённый».
Изначально начальник Управления был гражданским и обращался с пробуждёнными и охотниками как с монстрами. Хорошо лавировал и выбился в главы ведомства, а способности были дрянь. Раз верхушка такая — подчинённые не сильно от неё отличались. Почему они не понимают, что живут спокойно только благодаря пробуждённым и охотникам? И сейчас, если вдуматься, — сытые и довольные.
Мысль оборвал отчаянный крик Ким Игёля:
— Чин Сэрин, у тебя кровь из носа!
— А?
Только тогда я почувствовала тепло под носом. Рефлекторно проведя рукой под носом, увидела на пальцах кровь. Что происходит? Почему теперь ещё и это?
Я заткнула нос бумажной салфеткой, которую дал Ким Игёль. Салфетка быстро промокла. Энсэр смотрела на меня снизу вверх, чуть не плача.
[У людей всегда так сильно кровь из носа идёт? Н-но малышка ведь не человек? Ой, почему так? Ты в порядке?]
В голове прозвучала паника с примесью вопросов. Похоже, она и сама растерялась: засуетилась, принялась расспрашивать о самочувствии. От гудящего в голове беспокойства и плача лисы закружилась голова.
— Я в порядке, Энсэр. Не плачь, ага. Вот так.
Когда я погладила Энсэр по спине рукой, не запачканной кровью, она начала постепенно успокаиваться.
— Сначала пойдём в больницу. Пусть проверят.
— Нет. Наверное, я просто плохо отдохнула. В больницу идти не надо.
Если пойти в больницу — будет беда. Я не хотела, чтобы Чин Сэхёк узнал, что я выжила, а значит, больниц и всего подобного следовало избегать во что бы то ни стало. К тому же у нынешней «Чин Сэрин» нет документов. Точнее, в записях она давно числится мёртвой. Чин Сэхёк, может, и тянул с этим, но по корейским законам через пять лет после исчезновения человека признают умершим.
Если с того дня действительно прошло десять лет, то меня автоматически перевели из пропавших в умершие, и, наверное, сейчас Чин Сэхёк где-то ищет тело младшей сестры, надеясь его найти. Он ведь тоже человек... так что по роману примерно на седьмом году после пропажи впадает в апатию, и в таком состоянии Чин Сэхёка утешает Ким Союн... А?
Я прервала мысль и перевела взгляд на Ким Союн, которая с кем-то говорила по телефону. Может, просто тёзка?.. Похоже, именно поэтому её имя казалось знакомым. Я снова посмотрела на Ким Игёля и ответила:
— Правда в порядке. Если снова пойдёт, тогда и схожу.
— ...Да? Точно в порядке?
После короткую паузу Ким Игёль заговорил и бросил на меня недоверчивый взгляд. Ну и что с того, что он так смотрит? Скрыв истинные мысли, я слегка приподняла уголки губ. А... наверное, из-за крови из носа это выглядело жутковато.
Мы с Ким Игёлем сходили в туалет в соседнем торговом центре, смыли кровь с рук и вернулись в штаб. Как только я села, он тихо заговорил:
— Слушай.
— А?
— То, что я пробудился, — можешь пока держать в секрете?
Ну да, нужно держать язык за зубами. Я как раз ждала, когда он об этом заговорит. Ким Игёль коротко кивнул и замолчал — причину он объяснять не собирался. Что ж, я ведь тоже ничего не объяснила первой. Но здесь мне всё же следовало спросить, иначе это выглядело бы странно.
— Почему?
— М-м, просто.
Даже сам Ким Игёль, начавший разговор, выглядел озадаченным. Не знает точной причины, но не переспрашивает созвездие и просто слушается — надо ли быть за это благодарной?
Я не улыбалась довольно. Зачем ты так передаёшь? Между бровями Ким Игёля, перечитавшего сообщение, залегла лёгкая складка. Это читалось как немой упрёк: где ты пропадала и почему объявляешься только сейчас. Впрочем, возможно, это мне просто кажется.
Отогнав неприятное чувство, я ответила:
— Ага, мне всё равно некому рассказывать.
— Ты не рассказывала семье о том, что попала в прорыв подземелья?
Ким Игёль поморщился — сам завёл разговор и, похоже, понял, что сболтнул лишнего.
— Можешь не отвечать.
— Я плохо помню.
Мы заговорили одновременно.
— Не помнишь?
Ким Игёль переспросил так, будто услышал полную нелепицу. Но больше всех растерялась я: почему из всего, что можно было ляпнуть наугад, выпала именно амнезия? Впрочем, воду уже не вернёшь. Надо выкручиваться.
— Где жила, где семья, плохо...
Я опустила взгляд, будто действительно не знаю, и оборвала конец фразы.
— Тогда где ты была три дня?
— Три дня?! А... а-а, да, верно. Три дня, значит, прошло... Просто то тут, то там...
В подпространстве я была недолго, но снаружи, похоже, прошло три дня. Хорошо, что узнала хотя бы сейчас. Новая информация сбила меня с толку, и я чуть не проговорилась. К счастью, выкрутилась.
— Тогда надо было хотя бы со мной связаться. Я же дал тебе номер.
— А, у меня нет телефона.
— Что? А... Понятно.
Тут я могла говорить уверенно: телефон — обязательная вещь для современного человека, а у меня его нет! Интересно, был ли он в той школьной форме, в которой я была, когда рассталась с Чин Сэхёком. Хотя той формы у меня теперь тоже нет — неизвестно, куда делась.
Почему Ким Игёль воспринимает это с таким спокойствием? Я что, похожа на человека без денег? Опустив взгляд, я критически окинула взглядом свою одежду: на мне была ровно та же одежда, что и при нашей первой встрече. Если вдуматься, я ведь с тех пор ни разу не переодевалась... Неудивительно, что он поверил, что у меня нет телефона...
Каждый мой ответ звучал всё более нелепо, и Ким Игёль наконец тяжело выдохнул: «Ха...».
— Я всё объясню сестре, так что пойдём с нами.
Оставить уютное подпространство и куда-то идти? Хотелось возразить, но не было ни одного аргумента, который можно было бы привести, поэтому я только беззвучно открывала и закрывала рот.
То ли небо помогало Ким Игёлю, то ли так совпало, но Ким Союн, завершившая работу, как раз направлялась к нам.
— Сестра, она потеряла память, и идти ей совершенно некуда.
От слов Ким Игёля, указавшего на меня, я сделала странное выражение лица. Хм... вроде бы всё так, но как-то неспокойно на душе.

Комментарии

Загрузка...