Шэнь Тинлань размял кулаки и, вскинув брови, усмехнулся:
— У меня нет дедушки, чтобы мне указывать.
Он долго терпел, ожидая подходящего момента, и сегодня Фу Яньси сам напросился. Фу Яньси не стал отвечать ударом на удар, лишь выкрикнул вслед, не скрывая раздражения:
— Шэнь Тинлань, рано или поздно ты погубишь себя из-за баб!
— Мне нравится.
Шэнь Тинлань махнул рукой и, небрежной походкой, легко покинул комнату. Фу Яньси скривил губы в усмешке и сплюнул. Он понимал: теперь они в расчете, и впредь Шэнь Тинлань не будет сводить с ним счеты из-за Сун Нин. Использовать младшую госпожу из дома Мэн, чтобы надавить на него — ход, который безотказно сработал.
Вскоре Мэн Цзинтан получила звонок от няни Чжан: Сун Жань вне опасности. Она немедленно отправилась в лечебницу, но у дверей палаты столкнулась с родителями Сун Жань и, разумеется, с Сун Нин. Те как раз обсуждали с лечащим врачом дальнейший план действий.
Заметив Мэн Цзинтан, Сун Сымин виновато отвел взгляд. Он наскоро закончил разговор с врачом и поспешил уйти под предлогом неотложных дел. Мать Сун Жань, Бай Ланьчжи, подошла к ней:
— Цзинтан, ты пришла?
Мэн Цзинтан осталась холодна, но из вежливости ответила:
— Тетя Бай.
Бай Ланьчжи взяла ее за руку и с благодарностью произнесла:
— Цзинтан, спасибо тебе за то, что сделала для Жань Жань. Прости, что в такой момент мы заставили тебя волноваться и доставили столько хлопот.
Все знали, что Фу Яньси отступился от Сун Жань только благодаря усилиям Мэн Цзинтан, которой ради этого пришлось вытерпеть немало унижений. Когда у семьи Мэн начались проблемы, родители Сун Жань испугались неприятностей и поспешили отстраниться. А теперь, когда Мэн Цзинтан не только не затаила обиду, но и помогла им, Бай Ланьчжи было неловко.
Мэн Цзинтан была зла, поэтому не стала скрывать своего отношения. Она отстранилась и холодно ответила:
— Тетя Бай, не стоит благодарностей. Жань Жань — моя подруга, это мой долг.
Как подруга, она не могла остаться в стороне. А вот родные родители оказались способны на предательство, спокойно наблюдая, как их собственная дочь идет на верную смерть. Если бы Сун Жань узнала об этом, проснувшись, ее сердце было бы разбито.
Бай Ланьчжи попыталась оправдаться:
— Цзинтан, не вини своего дядю Суна. Он был бессилен, Фу Яньси... он угрожал нам закрытием компании.
Сун Жань — их родная дочь, конечно, они переживали. Но Сун Сымин не обладал талантом управленца: состояние, нажитое в свое время случайно, почти растаяло. Если бы не поддержка семьи Фу, компания Сун давно бы обанкротилась. Формально фирма принадлежала им, но все знали, что заправляет всем Фу Яньси. У самого Сун Сымина не было никакого права голоса. Да и сама она, слабая женщина, не смогла защитить собственную дочь. Вспомнив о лежащей в палате Сун Жань, Бай Ланьчжи не сдержала слез.
— Тетя Бай, не плачьте так сильно.
Мэн Цзинтан перевела взгляд на Сун Нин, стоявшую в стороне и не проронившую ни слова. Фу Яньси пошел на это только из-за ее науськиваний. Пара неблагодарных тварей.
Выйдя из палаты, Мэн Цзинтан напоследок напутствовала няню Чжан:
— Няня Чжан, если с Жань Жань что-то случится, обязательно звоните мне.
— Не волнуйтесь, госпожа Мэн, я присмотрю за ней.
Беда не приходит одна. Едва Мэн Цзинтан вышла из лечебницы, как у обочины засигналил черный Бугатти. Сначала она не узнала машину, но потом увидела, что за рулем сидит Шэнь Тинлань. Мужчина настойчиво давил на клаксон, и Мэн Цзинтан, вздохнув, подошла к нему.
Шэнь Тинлань опустил стекло:
— Садись.
Она стояла в нерешительности.
— Помощь оказал, а слова спасибо не дождался, — добавил он. — Или госпожа Мэн хочет поступить как человек, сжигающий мост сразу после перехода?
Что ж, делать было нечего. Мэн Цзинтан села в машину. Шэнь Тинлань повернулся к ней и подался вперед. Мэн Цзинтан подумала, что он хочет чего-то большего, и смущенно отказала:
— У меня сегодня... не тот день.
Шэнь Тинлань насмешливо прищурился:
— Не тот день, чтобы пристегнуть ремень?
Мэн Цзинтан поняла, что ошиблась, и густо покраснела, опустив голову. Она потянулась к ремню, случайно коснулась руки Шэнь Тинланя и тут же отдернула ладонь. Уголки глаз мужчины едва заметно изогнулись в улыбке. Он крепко прижал ремень, не давая ей его вытянуть. Мэн Цзинтан вопросительно посмотрела на него. В полумраке салона ее глаза блестели, и невольно возникал вопрос, как бы она выглядела, если бы расплакалась.
Шэнь Тинлань сглотнул, отпустил ремень и откинулся на спинку сиденья:
— Ты ела?
Пристегнувшись, она покачала головой:
— Еще нет.
— Тогда поешь со мной, — сказал он, заводя мотор.
— Хорошо, — послушно ответила она.
В одном из китайских ресторанов Шэнь Тинлань заранее забронировал столик. Официант подал ему меню.
— Что хочешь съесть? — спросил он.
— Мне все равно, — вежливо ответила Мэн Цзинтан.
Шэнь Тинлань бросил на нее взгляд и наугад ткнул пальцем в несколько позиций. Когда принесли еду, оказалось, что три из четырех блюд были очень острыми, а четвертое — десертом. Мэн Цзинтан, которой от сладкого стало приторно, пила воду и украдкой поглядывала на мужчину напротив. Сегодня на нем был повседневный темно-серый свитер с отложным воротником и белые свободные брюки; в отличие от строгих деловых костюмов, в которых он представал обычно, сейчас он казался мягче и доступнее.
— Госпожа Мэн, — заметил он, продолжая есть, — вам настолько противно обедать со мной?
— Нет, что вы, — отмахнулась она.
Шэнь Тинлань положил ей что-то в тарелку. Она съела пару кусочков, чувствуя себя как на иголках. К счастью, в середине трапезы в зале появились Фу Яньси с Сун Нин. Сун Нин первой заметила Шэнь Тинланя, сидевшего в углу у окна, и женщину рядом с ним.
— Брат.
Мэн Цзинтан сидела к ним спиной, но при звуке этого голоса выпрямилась, вздрогнув всем телом. Ее лицо исказилось от испуга. Почему-то возникло чувство, будто ее застали за изменой. Шэнь Тинлань лишь усмехнулся, ничего не ответив.
Сун Нин, держа Фу Яньси под руку, подошла к их столику и только тогда разглядела, что с Шэнь Тинланем сидит Мэн Цзинтан. Как они оказались вместе? А мгновение назад Шэнь Тинлань еще и подкладывал ей еду — со стороны они выглядели как влюбленная пара. Она-то решила, что это его новая девушка. Сун Нин вспомнила тот день, когда Фу Яньси заставлял Мэн Цзинтан пить, а Шэнь Тинлань неожиданно появился и унес ее. Тогда она не придала этому значения.
В отличие от ошеломленной Сун Нин, Фу Яньси был совершенно невозмутим. Он махнул рукой:
— Какая встреча. Не возражаете, если мы присядем?

Комментарии

Загрузка...