Восьмая неделя лечения лейкоза.
Закрепляющая терапия у детей подходила к концу, и мы уже собрали достаточно донорского костного мозга для пересадки.
Наконец в клинику прибыл препарат, который должен был полностью очистить больной костный мозг малышей.
===========
Заявление на отпуск
Исследовательский институт столичного филиала Торговой Компании 'Меркурий'
За прошедшие два месяца институт завершил проверку качества перечисленных ниже препаратов и поставил их в отделение Секты Партина Клиники Мейер в полном соответствии с договором.
— Винкристин
— Метотрексат
...
Перечисленные ниже сотрудники подают заявление на отпуск по рекомендации директора Шнабеля.
Представитель от группы заявителей:
Руководитель отдела клинических разработок Коу и еще 42 исследователя (согласно приложенному списку).
===========
Я подписал заявление, пришедшее вместе с партией лекарств, и сразу же сообщил родителям точные даты пересадки костного мозга.
— Спасибо вам, Святой. Огромное вам спасибо...
За день до начала самих процедур я неспешно шел по коридору Стерильного отделения и проводил последнюю проверку.
'Сахара на полу нет. А что там с Брауни...'
Шорк, шорк.
Я нарочно шаркнул подошвой тапочка по покрытому глазурью мрамору.
На блестящей поверхности тут же проступила тусклая царапина.
Оставив след нетронутым, я обошел весь коридор по кругу.
И как только вернулся в исходную точку, сразу же перевел взгляд в угол у стены.
Вдоль самого плинтуса тянулась медная труба шириной с ладонь.
Уф, крях...
У ее узкого входа несколько Брауни с баночками глазури и кисточками в руках изо всех сил толкали в мягкое место своего товарища, застрявшего внутри головой вперед.
Чпок — и первый Брауни наконец провалился внутрь трубы.
От отдачи другого малыша отбросило назад. Он поспешно подхватил слетевший белый колпак и тоже юркнул в отверстие.
'... По крайней мере, они признали это отделение своим домом.'
Работа домовых фей в Стерильном блоке наладилась именно так, как я и рассчитывал.
Обычные домовые феи не должны попадаться людям на глаза.
Но стоило мне несколько раз особо подчеркнуть, что в этом отделении будут спасать тяжелобольных детей, как их привычки переменились в одночасье.
Вместо того чтобы тайком подметать и вытирать пыль по ночам, они решили не терпеть ни единой соринки на полу, даже если ради этого придется работать у всех на виду.
Не считая того, что паре обжор явно не помешало бы похудеть, к запуску отделения они были готовы полностью.
Дерг, дерг.
В этот момент кто-то потянул меня за штанину.
Я опустил взгляд и увидел пожилую Брауни в белом колпаке.
"А, здравствуйте, заведующая."
Она была главной управляющей этого отделения.
Раньше она присматривала за порядком в Эльфийском приюте, но когда старое здание перестроили в школу, перебралась сюда.
Именно ее мне лично порекомендовала Фелиция.
"Спасибо за ваш труд. Всё в порядке, или нужно еще что-то подготовить?"
Перевести остальных Брауни в режим работы больницы удалось именно благодаря этой старушке.
Всего за неделю она сумела навести в их рядах железную дисциплину — то, с чем не справился даже упитанный Брауни-сладкоежка.
Когда Фелиция только привела ее, то уважительно назвала Крестной, и я уже тогда заподозрил, что передо мной непростая фея.
Увидев же ее в деле, я окончательно убедился, что среди сородичей она занимает весьма высокое положение.
Вот только...
"—! @#!"
Сегодня старушка была явно не в духе.
Тыча пальчиком в оставленную мной царапину на полу, она сердито меня за что-то отчитывала.
"Фелиция, что она говорит?"
"Ах ты паршивый башмак! Сколько раз уже повторять?! Ты что, подошвой пол скоблишь, или..."
Чего?
Я ведь отлично помнил, что при первой встрече она держалась крайне изысканно и благородно.
Выходит, в обычной жизни она выражается вот так.
'... Погодите-ка, в языке фей еще и местные говоры бывают?'
"... Дословно переводить не обязательно. Просто передай суть."
"Кхм. Она спрашивает, зачем вы нарочно добавляете ей лишней работы, раз сами полы здесь не моете."
"Вы чем-то на меня рассердились?"
Пожилая Брауни без колебаний закивала.
"Спрашивает, когда уже привезут детей. Говорит, что смотреть на эти пустые белые стены у нее уже сил нет... Точнее, нет ничего тоскливее на свете, чем убирать комнаты, в которых совсем не пахнет людьми."
А-а.
Кажется, я понял причину ее ворчания.
'Здесь пока никто не живет.'
Главный смысл жизни любой домовой феи, если выразить его одной фразой, звучал так — содержать в чистоте уютный дом, где царит семейное тепло.
Но у больничного отделения не было одного хозяина.
В конце концов, его построили на совместные пожертвования Торговой Компании, Академии и Религиозного Ордена.
Нельзя было ткнуть пальцем в одного человека и сказать, что это его дом.
К тому же за две недели с момента окончания ремонта в Стерильные палаты не заехал ни один пациент, вот у старой феи в конце концов и лопнуло терпение.
"Говорит, незачем было вызывать их сюда так рано, если палаты до сих пор пустуют."
"Прошу прощения. Нам нужно было заранее всё проверить и подготовиться без спешки."
Само собой, вызывать их позже я в любом случае не стал бы.
Стерильный бокс не прощает малейшей оплошности.
Тут даже пары недель тренировки и притирки могло оказаться мало.
Так что капризы старой Брауни я еще мог перетерпеть, но поступаться чистотой палат не собирался ни при каких условиях.
К счастью, заведующая всё поняла и согласно кивнула.
"В знак извинения я принесу вам немного сахара."
"Говорит, сахар оставлять только в почтовом ящике снаружи отделения. Если еще раз испачкаете ей полы внутри, она разозлится не на шутку."
По крайней мере, от самой награды она не отказывалась.
Криво усмехнувшись, я извинился перед старушкой еще раз:
"Еще раз прошу прощения, заведующая."
"Еще она передает, что коричневый сахар им уже приелся, так что придумайте что-нибудь другое."
"Спроси, подойдут ли ей травяные леденцы."
На всякий случай я предложил конфеты с красным женьшенем, и она тут же с радостью согласилась.
Разумеется, довольны остались не все.
Высунувшийся из трубы за ее спиной Брауни-сладкоежка отчаянно замахал руками, выражая решительный протест.
Но...
"Говорит, ей они нравятся, а мнение остальных ее не волнует."
Слова пухлого обжоры старую Брауни совершенно не тронули.
Она деловито приняла мое предложение и вразвалочку зашагала обратно к трубе.
Брауни-сладкоежка попытался преградить ей вход, всем видом показывая, что не пропустит такую несправедливую сделку, но...
Бам!
Получив от старушки мощный спартанский пинок в грудь, он со свистом улетел вглубь трубы.
Проводив взглядом уходящую управляющую, Фелиция спокойно добавила:
"... К слову, она сказала, что ему в любом случае пора худеть."
"По... понятно."
Как бы то ни было, подготовка Стерильного блока завершилась полностью.
На следующий день.
Долгожданная пересадка костного мозга наконец началась.
Пока целители внутри стерильного бокса проверяли состояние маленького пациента, я подошел к мальчику на кровати:
"Ну что, Лука. Сегодня мы введем тебе лекарство перед главной процедурой."
"... А где мама?"
"Она снаружи. Посмотри на окошко."
"..."
Я указал рукой на стеклянное окно в стене процедурной.
За ним виднелись родители Луки, с тревогой заглядывавшие внутрь.
Лука застенчиво помахал им ладошкой.
Отец с матерью пытались что-то беззвучно проговорить ему сквозь стекло.
— Будь молодцом.
Примерно так читалось по движению их губ.
А рядом с ними виднелось еще одно смутно знакомое лицо.
Молодой парень прижался лбом к самому стеклу и пристально смотрел внутрь палаты.
Это был один из новых исследователей Торговой Компании 'Меркурий'.
Он пришел навестить ребенка, приславшего ему то самое письмо. Столкнувшись со мной в коридоре перед входом в отделение, он даже не удосужился нормально поздороваться с Директором гильдии.
'Как же его звали... Бе... Берольд?'
Вроде бы как-то так.
Мне даже понравилось, что он явился сюда не для того, чтобы выслужиться перед начальством.
Так что, когда всё закончится, надо будет поручить ему разработку еще какого-нибудь противоопухолевого препарата.
Лука робко помахал рукой и этому самому Берольду.
В ответ парень вскрикнул, зажал рот ладонью и всхлипнул.
'До чего же сентиментальный малый.'
"Святой. Всё готово."
Пока мы переглядывались через стекло, ко мне подошел бритоголовый Ланц.
Еще пару дней назад на голове у него была короткая стрижка ежиком.
Но стоило ему узнать, что придется заходить в Стерильную палату, как он побрился под ноль.
Я ведь говорил, что обычной шапочки вполне достаточно.
Но он заявил, что из-за нехватки опыта не имеет права допустить даже малейшую оплошность, и схватился за бритву раньше, чем я успел его остановить.
— Тогда я тоже побреюсь налысо!..
— Умоляю, просто наденьте шапочки, коллеги.
Из-за этого целители отделения так растрогались самоотверженностью стажера, что едва не похватали бритвы хором.
Не останови я их вовремя — глядишь, пришлось бы и самому бриться налысо за компанию.
"Ну что, Лука. Начинаем?"
"... Угу."
Так процедура и началась.
Ничего особо сложного на первом этапе не было.
Ввести препарат.
Применить заклинание Иссушения.
Проследить за возможными осложнениями.
И если всё в порядке — передать ребенка дежурному целителю и идти в следующий бокс.
Мальчик лишь слегка вздрогнул, когда по вене пошла холодная жидкость.
Больше ничего страшного не произошло.
Пока мы наблюдали за реакцией организма, оставалось только коротать время за легкой болтовней с Лукой:
"Ланц, хотите взять палату Луки под свое наблюдение?"
"Я?.."
"Вам тоже пора набираться такого опыта."
Подобные моменты запоминаются на всю жизнь.
Пусть на первый взгляд это мелочь, но именно такие воспоминания потом не дают опустить руки в самые тяжелые дежурства.
"П-понял."
Получив поручение, Ланц с каменным от волнения лицом развернул карту пациента.
"Т-тогда провожу сверку пациента перед приемом смены. Десять часов сорок одна минута утра. Лука, шесть лет..."
"... Мне уже семь. У меня недавно день рождения был."
"П-прости."
Лысый стажер виновато поклонился мальчугану и затараторил сначала:
"Лука, семь лет. Сегодня проводится подготовительное подавление костного мозга с применением бусульфана в качестве катализатора. С этого момента за эту Стерильную палату отвечаю я, Ланц Грубер. Всё верно?"
"..."
Лука молча хлопал глазами.
Видя отсутствие ответа, Ланц растерянно забегал глазами.
— Если он не подтвердит, смену нельзя принимать?..
У него на лбу так и светилась эта паническая мысль.
Я улыбнулся и перевел слова стажера на человеческий язык:
"Лука, этот старший брат теперь будет присматривать за тобой. Договорились?"
"... Угу."
"Отлично. Тогда я пойду обрадую твоих родителей, что всё прошло хорошо."
Пройдя через тамбур дезинфекции, я ненадолго вышел в коридор.
Успокоил стоявших у окна супругов, рассказав, что первый день подготовки прошел без осложнений, и объяснил график на ближайшие недели.
Заодно ободряюще похлопал по плечу Берольда, который снова всхлипнул, зажав рот рукой.
Когда же я вернулся в бокс, там вовсю шла оживленная беседа — Ланц с трудом отбивался от вопросов Луки.
"Дядя врач, а следующий укол тоже будет болючим?"
"Нет-нет, совсем не больно. Просто будет немного прохладно. ... Наверное?"
Что еще за 'наверное'?
"А когда я увижу маму и папу?"
"Эм... раз в неделю?"
"А моего плюшевого мишку..."
"Прости. Мишку сюда тоже нельзя..."
"Почему?"
"Ну..."
По учебнику все ответы Ланца были абсолютно верны.
Препарат, который мы только что ввели, начисто уничтожит остатки больного костного мозга Луки.
Через пару дней у мальчика не останется почти ничего от собственного иммунитета.
В таком состоянии даже легкая простуда может оказаться смертельной.
Вот только для этого конкретного ребенка ответ был неправильным.
"Но Святой говорил, что можно..."
"А? Э-э..."
В тот самый миг, когда в глазах Луки уже начали собираться слезы, я невозмутимо вмешался в разговор:
"Маму с папой сможешь видеть каждый день. А твоего мишку домовые феи хорошенько отмоют и тоже принесут."
Спать в обнимку с игрушкой, конечно, не выйдет, но раз в день повидаться с ней вполне можно.
Когда я заранее спрашивал об этом заведующую, она сказала, что выстирает медвежонка начисто, обернет в тонкую резиновую пленку и передаст в палату.
Правда, при этом выдала еще пару крепких выражений на своем говоре.
Боялся ли я, что на игрушке останутся микробы?
Ни капли.
'На Брауни Проклятие Чумы не действует в принципе.'
У домовых фей вообще не существовало такого понятия, как зараза.
Сгустки маны? Или воплощенные символы?
Чем бы они ни были, они чувствовали малейшие признаки всякой хвори острее любого прибора.
Не зря же в народе говорили, что в семьях, которые дружат с Брауни, люди почти никогда не болеют.
Так что если уж эти создания гарантировали чистоту — в ней можно было не сомневаться.
"Ну всё, время вышло."
Наболтавшись с Лукой от души, мы с Ланцем вышли из стерильного бокса.
В комнате переодевания, пока мы меняли стерильные халаты перед переходом в следующую палату, стажер вдруг замялся:
"Простите... Святой."
Загрузка главы...
Настройки чтения
Размер
18
Шрифт
Выравнивание
Тема
Интервал
1.7
Ширина
Оригинал текста
Отметки прогресса
Меня приняли за святого в мире тёмного фэнтези — Главы
Список глав загрузится при открытии.
Комментарии
Войдите, чтобы оставить комментарий.