Спустя совсем немного времени после ухода Чжоу Шутин моя тетя в спешке вернулась назад, держа в руках самые разные бланки и медицинские снимки с результатами просвечивания.
Увидев ее обеспокоенное лицо, я попытался выдавить из себя улыбку, но потерпел неудачу, после чего спросил: — Тетя, почему ты тоже приехала?
Ответ тети позволил мне в общих чертах восстановить события, произошедшие после того, как я потерял сознание.
Еще до того, как меня вырубили, кто-то обратил внимание на происходящее на нашей стороне и вызвал полицию.
Когда стражи порядка прибыли, я уже был без сознания, поэтому они вовремя опечатали место происшествия, запросили подкрепление и одновременно вызвали скорую помощь.
Меня доставили сюда, и поскольку мне требовалась операция, по больничным правилам согласие на нее должен был подписать кто-то из родственников. Тогда полиция по моему студенческому билету установила личность, через базы данных нашла контакты моей тети и уведомила школу.
Школа, в свою очередь, известила профессора Лина.
Профессор Лин тут же встал с постели и примчался в больницу на машине.
Тетя тоже помчалась туда незамедлительно, но от нашего места до города было приличное расстояние, а своей машины у нее не было, так что посреди ночи ей пришлось просить знакомого соседа специально отвезти ее сюда.
Чжоу Шутин приехала утром — весть ей передал профессор Лин.
А я пробыл без сознания целые сутки.
Позже грабителей схватили недалеко от места преступления, а мой телефон полиция временно изъяла в качестве вещественного доказательства.
Теперь-то я понял, почему профессор Лин говорил, что ездил в городское управление.
Похоже, он помог мне забрать телефон.
Сейчас не оставалось иного выхода, кроме как лежать на больничной койке и ждать новостей.
Первой вернулась Чжоу Шутин. Она заявила, что обошла повсюду в поисках машины того типа, о котором я говорил, исходила кругами чуть ли не во всех направлениях и натерла на ногах волдыри.
Я прекрасно понимал, что ее последние слова призваны лишь доказать, как сильно она устала — с чего бы ей натирать волдыри, — но у меня уже не было сил на дежурные любезности.
Раз машины на месте не оказалось, значит, Муюйши ушел. А раз у меня пропало то давящее ощущение чужого присутствия, оставалось лишь два возможных варианта. Первый: установка системы провалилась, и он ушел. Второй: установка прошла успешно, он находится где-то поблизости, но я не знаю точного места.
Я мысленно молился, чтобы сбылся второй вариант.
Ведь если система внедрилась успешно, Муюйши больше не следил за мной, и тогда это неприятное ощущение само собой исчезло бы.
Однако последовавший за ней профессор Лин очень быстро развеял мои фантазии, поскольку он принес мой телефон.
Превозмогая дикую боль в теле, я включил аппарат, открыл страницу Муюйши и обнаружил там подсказку: Установка не удалась.
Моя рука безссильно опустилась, и я тупо уставился на белый потолок палаты.
Не получилось.
Ловушка, над созданием которой я так старался и ломал голову, с треском провалилась.
И провалилась из-за каких-то двух мелких воришек.
До триумфа оставалось всего лишь мгновение... От этого ощущения на душе было одновременно обидно и досадно.
В этот момент в моей голове сама собой всплыла фраза: да гори оно всё синим пламенем, я устал.
Я ничего не мог поделать и просто лежал на больничной койке, глядя перед собой пустым взглядом.
Похоже, мое настроение передалось профессору Лину и остальным — они просто молча стояли вокруг меня.
Спустя мгновение профессор Лин подошел ближе и спросил: — Всё... очень серьезно?
Я тупо кивнул.
— Тогда, может, стоит сообщить старому Чжэну?
Услышав имя старого Чжэна, Чжоу Шутин почувствовала неладное, но на этот раз не стала расспрашивать, как делала обычно, а лишь широко раскрытыми глазами уставилась на меня.
Я ответил: — Не нужно, я сам во всем разберусь.
Эти слова были не только утешением для них, но и поддержкой для меня самого, ведь я вспомнил о девчонке, унаследовавшей часть знаний моей матери.
Я закрыл глаза, немного перевел дух и сказал профессору Лину: — Профессор Лин, Шутин, спасибо вам за помощь вчера. Пожалуй, идите домой отдохнуть, я тоже хочу немного поспать.
Профессор Лин на мгновение засомневался, а затем произвел: — Ладно, тогда поступим так. Чего бы тебе хотелось съесть? Я попрошу тетю Чжан приготовить.
Я лишь улыбнулся в знак благодарности, после чего обессиленно смежил веки.
Затем я услышал, как они прощаются с тетей, после чего они ушли.
Подождав еще немного, я спровадил тетю под благовидным предлогом, после чего снова взял телефон, разблокировал экран, открыл браузер и перешел на нужную страницу, где автоматически открылось окно диалога.
Это было скрытое средство связи, которое девчонка настроила на моем телефоне — общаться в нем могли только мы двое.
После этого я изложил ей иероглифами всю предысторию и ход событий неудачной установки системы.
А затем задал свой вопрос: можно ли это исправить?
Ответ пришел быстро — тоже в виде иероглифов: можно, но для этого требуются определенные условия.
Я поспешно поинтересовался: какие условия?
Она ответила: — Тебе нужно оказаться от него на расстоянии не более десяти метров. Я скину тебе новый вирус-активатор, который перезапустит внедренную тобой ранее программу. Он снова погрузит его в бессознательное состояние, и тогда ты сможешь заново запустить процесс установки той системы, что хранится в памяти твоего телефона.
Я немного подумал и счел этот способ осуществимым, после чего спросил: — В каком состоянии Муюйши находится сейчас?
Последовал ответ: — Ситуация неизвестна. Возможны следующие сценарии. Первый: твое внедрение уже повредило его исходную систему. Если он не сможет ее восстановить, он начнет хаотично всё разрушать, бесцельно перемещаться или даже запустит процедуру самоуничтожения.
Второй: твое внедрение не разрушило его базовую систему, но заблокировало исполнение команд, что вызовет у него заторможенность, замедленную реакцию, цикличность действий, а из-за блокировки команд он не сможет автоматически запустить антивирусное ПО.
Третий: твое внедрение не повредило его исходную систему и не заблокировало команды, тогда его встроенный антивирус запустится автоматически и подавит твою инъекцию.
Четвертый: твое внедрение не повредило исходную систему, не заблокировало команды, а его собственный антивирус не смог распознать и подавить твою программу. В таком случае он вернется к космическому кораблю и подключится к его бортовому антивирусу, чтобы подавить внедрение.
Пятый: твое внедрение не повредило исходную систему, не заблокировало команды, его автоматический антивирус не смог распознать и подавить внедрение, а при попытке вернуться к кораблю и подключиться к его системе выяснится, что корабельный антивирус тоже бессилен. Тогда он вернется в открытый космос на поиски сигнала Главной Системы, чтобы с ее помощью обновиться, а твое внедрение будет уничтожено вместе с вирусом.
Прочитав столь подробный разбор девчонки, я полностью осознал все возможные последствия. Пусть я и не знал, к какому из вариантов относится состояние Муюйши, но из всех них опасность для людей представлял лишь первый. Поэтому я тут же спросил: — А какова мощность его самоуничтожения?
Девчонка ответила: — Его материя начнет сжиматься, причем сам процесс сжатия вызовет изменение материальных частиц и элементов. Произойдет рекомбинация частиц с образованием кварков, а те, соединяясь друг с другом, сформируют составные частицы — адроны. Самые стабильные среди них, протоны и нейтроны, в ходе сжатия также смешаются с другими элементами, став крайне нестабильными.
— И что потом? — продолжил я допытываться.
Будучи студентом естественно-научного факультета, я, конечно, знал, что такое протоны и нейтроны, но понятия не имел, о каких смешанных элементах она говорит.
Девчонка ответила: — Произойдет взрыв, причем его мощность будет в десятки раз превосходить самый мощный *** из вашего арсенала.
Хотя ответ был мне уже заранее понятен, слова девчонки все равно заставили меня содрогнуться от страха.
Девчонка продолжила: — Обычно подобное случается редко, вероятность этого ниже 0,01%. Зато вероятность его сбоя и бесцельного блуждания очень высока — по 40% на каждый из вариантов, а прочие непредсказуемые исходы трудно даже просчитать.
Из всех этих вариантов я больше всего надеялся на пятый — по крайней мере, он гарантировал бы мне безопасность на долгое время. Если бы он отправился искать сигнал Главной Системы лет на сто, то к моменту его возвращения я бы, наверное, уже давно сыграл в ящик, так что и бояться его вторжения в мое сознание не пришлось бы.
Впрочем, это были лишь мои наивные фантазии. Даже по расчетам девчонки, в случае пятого варианта времени пройдет не больше трех лет.
Тут я вспомнил, что в моем головном мозге находится имплантированная клетка, созданная как раз для защиты от вторжения сознания Муюйши. Получается, в тот день при встрече с грабителями я резко стал невероятно сильным именно из-за ее работы?
Ответ тоже оказался утвердительным. Девчонка прислала сообщение: хотя из-за ряда ограничений эта клетка не может выйти на пик своей эффективности, содержащихся в ней цитокинов вполне достаточно, чтобы в несколько раз повысить мою физическую работоспособность. Но поскольку у меня не было должных тренировок и навыков, я не мог использовать ее потенциал на полную мощность — она активировалась лишь при совпадении нужных условий.
Поразмыслив, я понял, что всё так и есть: именно потому, что я был чересчур сосредоточен на внедрении через телефон, во мне и пробудились скрытые возможности. Но в то же время из-за этой чрезмерной концентрации на экране меня и смогли застать врасплох те двое разъяренных отморозков. Переосмыслив ситуацию, я задался вопросом: а не могу ли я использовать это состояние, чтобы снова внезапно атаковать Муюйши?

Комментарии

Загрузка...