Пролог. Моя продажная грамота
Сколько нелепых вещей случается в жизни человека?
Ты — девушка, но по ошибке заходишь в мужской туалет?
Ты — ветеринар, но тебя заставляют оперировать человека?
Ты — серая крыса, но тебя тащат ставить эксперименты?
Ты — повар, но тебя настойчиво принуждают работать воспитателем в детском саду?
Ты — вовсе...
А теперь закрой глаза и задействуй всю свою фантазию, чтобы представить самую нелепую и абсурдную вещь, какую только можешь вообразить!
Ну, скажем, ты — девчонка, но тебя выдают за парня и отправляют в школу?
Нет, нет, это еще недостаточно абсурдно. Тогда так: против собственной воли переодеться в мужскую одежду и заявиться в учебное заведение?
Ни за что! Ни в коем случае! Всё это еще не предел безумия. Позвольте мне рассказать вам, что такое настоящий абсурд. Единственное в своем роде и абсолютно невообразимое безумие заключается в том, что твой собственный отец заключил сделку с директором школы, в которую тебе предстоит поступить, и в обмен на билет на Всемирный теннисный турнир продал тебя, девчонку, выдав за парня! Иными словами, твой собственный отец просто-напросто продал тебя ради какого-то билета на теннис.
Ты наверняка не поверишь, что в этом мире может произойти столь нелепая вещь? Раньше я бы и сама не поверила, но когда это дерьмо вовсю коснулось меня самой, я поняла: хочешь не хочешь, а верить придется.
В один ничем не примечательный полдень.
— Папа... — с высотой звука, способной снести крышу, выдала я эти два слова.
Из-за перевода отца по работе меня перевели в Колледж Мэйлань. Эта старшая школа славилась своими милыми форменными костюмами. Но почему, когда я открыла коробку с формой, внутри оказалась какая-то старомодная одежда? И ладно бы только это — с какой стати эта старомодная форма оказалась мужской?
— Доченька моя хорошая! Не надо так кипятиться! От твоего крика разбудишь всех соседей. Сама же знаешь, мы только что сюда переехали, и если побеспокоить людей, у них останется не самое хорошее впечатление о нас. Так что успокойся, успокойся, успокойся немного, — папа старательно натянул виноватую улыбку.
Глядя на его ухмылку, я занервничала еще сильнее, хотя правильнее было бы сказать, что у меня внутри все зашлось от тревоги. С самого раннего утра над моей головой только и делалось, что кружили вороны. Сначала я не придала этому особого значения, но теперь, в сочетании с папиной физиономией, это зрелище действительно внушало ужас!
— Как я могу не кипятиться? Посмотри, что это такое! Мужская форма? А ну-кла выкладывай, что здесь происходит?! — разъяренно завопила я.
Стоило еще вчера папе с загадочным видом заявить, что он поможет мне оформить документы в школу, мне следовало бы догадаться: этот ленивый донельзя тип никогда не станет добровольно делать что-то хорошее — наверняка затеял какую-то гадость!
— Да на самом деле ничего особенного! Просто... просто сменился пол для поступления в школу, и всё, — расплывшись в улыбке, произнес отец.
— Ой! Просто сменился пол... Чего? Что значит «просто сменился пол»?! — я была готова сойти с ума. Ни одна нормальная девушка в трезвом уме не смогла бы вообразить подобную сцену: собственный отец заявляет ей, что она меняет пол, да еще и добавляет словечко «просто».
— Послушай... послушай-ка, Сяою! Не хочешь ли ты сначала немного успокоиться, а уже потом мы все обсудим? — папа отступал шаг за шагом, явно намереваясь дать деру.
— Успокоиться?! Ты еще имеешь наглость предлагать мне успокоиться в такой момент?! — я неумолимо надвигалась на отца, не оставляя ему ни малейшего шанса на побег.
— Сяою! За убийство вообще-то полагается огромный срок! А если речь идет об убийстве собственного отца, статья может оказаться еще тяжелее! — папина лучезарная улыбка мгновенно сменилась выражением чистейшего ужаса. Должно быть, мое лицо сейчас выглядело поистине устрашающе!
— Вот как? А мне вот кажется, что это была необходимая самооборона! — злобно бросила я.
— Сяою! Н-но послушай...
В тот самый момент, когда мой гнев достиг предела, папа вдруг резко уменьшился в росте.
Э? Это еще что за фокусы? При виде внезапно рухнувшего передо мной на колени отца ярость во мне слегка поутихла, сменившись растерянностью.
— Пап, ты чего?.. — из-за того, что злость слишком быстро испарилась, я даже не знала, что и сказать.
— Сяою! Ты уж прости меня ради бога, но... но у папы тоже были свои тяжелые обстоятельства! — причитая, отец выдавил из себя аж две крупные слезы.
— Пап, пап, ты чего ревешь? — прекрасно же знал, что я больше всего на свете боюсь чужих слез, и все равно пускает в ход этот прием.
— Прости папу! Пожалуйста! — дрожащим голосом взмолился он.
На секунду мне показалось, будто я — последняя злодейка, раз заставила отца стоять на коленях, заливаться слезами и надрывно умолять о прощении. Разве это не верх несыновней, тьфу, не дочерней неблагодарности?
— Ладно тебе, пап, вставай! Давай поговорим спокойно! — с нервным тиком на лице я попыталась поднять папу с пола.
— Сначала пообещай, что совсем-совсем не сердишься, тогда и встану! — отец уперся, демонстрируя готовность стоять на коленях до победного.
Странно, ведь это не я виновата! Почему же сейчас всё выглядит так, будто проштудировала косяк именно я? Уныло глядя на мокрое от слез лицо отца, я тяжело вздохнула.
— Ладно, ладно! Не сержусь я! Только объясни наконец, что здесь происходит? — уныло допытывалась я.
Отец медленно поднялся с земли и нехотя заговорил:
— Видишь ли, буквально на днях, когда ты только подала заявление на перевод, ко мне внезапно пожаловал директор Колледжа Мэйлань. Он заявил, что восхищен твоими успехом в теннисе, и очень хочет, чтобы ты выступала за их мужскую теннисную команду. Ты же знаешь, помимо милой формы, Колледжо Мэйлань больше всего знаменит именно мужским теннисом! А поскольку женская теннисная секция у них там хромает на обе ноги, женского теннисного клуба у них попросту не существует. Они надеялись, что ты сможешь поднять уровень их команды (а под «поднять уровень» подразумевается придание им престижа за счет того, что все участники мужского теннисного клуба хоть раз занимали призовые места на национальном первенстве), — поморщившись, продолжил отец. — Сначала я, конечно, отказался — в конце концов, сам понимал, насколько это дико. Но знаешь, что он мне вытащил? Билеты на Всемирный теннисный турнир! Билеты в кассах уже распроданы, их просто невозможно достать!
При этих словах отец извлек заветный билет и принялся махать им у меня перед носом.
Сейчас мне до смерти хотелось разорвать этот билет на мелкие кусочки — как у него хватает наглости еще и хвастаться им передо мной?!
— Ты... ты променял собственную дочь на какой-то паршивый билет на теннис?! — я была близка к истерике.
— Ой, Сяою, не драматизируй так! Какое «променял»? Чистый взаимовыгодный обмен! К тому же, тебе нужно просто прикинуться парнем и доучиться до окончания старшей школы, всего-то! — с абсолютно невозмутимым видом изрек папа, от которого мне захотелось немедленно биться головой о стену.
— Обмен? Взаимовыгодный? Что за бред собачий?! Мне плевать, ничего этого не будет, немедленно возвращай свой проклятый билет обратно! — взревела я.
— А вот и не верну! — едва услышав мое требование, выпалил отец.
— Сам не хочешь — я сама пойду.
Я выхватила билет из папиных рук и уже собиралась буром пойти на штурм Колледжа Мэйлань. Но стоило мне сделать шаг к выходу, как одна-единственная фраза отца заставила меня замереть на месте:
— Вообще-то я уже подписал контракт с директором Колледжа Мэйлань.
Когда эти слова пробились к моим ушам и со скрипом дошли до центров головного мозга, я на ватных ногах подплыла обратно к отцу.
— Какой еще контракт? — мрачно уставилась я на него.
— Т-такой... Если мы откажемся, наша семья обязана выплатить Колледжу Мэйлань два миллиона юаней неустойки, — дрожащим голосом выдавил он.
Два миллиона?
Единица, ноль, ноль... Сколько там нулей? В моей голове пронеслось семизначное число. Два миллиона — это же астрономическая сумма! В этот миг до меня дошло: моя несчастная жизнь официально начинается. Из-за этого дурацкого билета на Всемирный теннисный турнир, из-за этих двух миллионов... А ведь я надеялась, что со сменой школы навсегда распрощаюсь с теннисом, думала, что закручу головокружительный роман с каким-нибудь красавчиком, планировала столько всего интересного! Но теперь всему этому конец. Ведь с сегодняшнего дня мой официальный пол — мужской.
Уууу... Моя несчастная старшеклассная жизнь Мин Сяою официально объявляется открытой.

Комментарии

Загрузка...