Майлз покосился на отца, поднялся и направился к окну.
Джефферсон Дэвис заметил, что сын встал, но решил, что тот просто пошел в туалет, и не придал этому значения.
Майлз подошел к окну, но не успел даже взглянуть наружу: чьи-то руки, вытянувшись из подсобки, втащили его внутрь.
Дверь тихо прикрыли.
Это больница, здесь нельзя шуметь.
Это правила приличия.
Питер Паркер средних лет положил руку Майлзу на плечо:
— Эй, Майлз, как твой дядя?
Майлз понуро ответил:
— Все еще в реанимации, возможно...
Бид протянул руку и опустил ее на другое плечо парня, утешая:
— Не думай об этом. Он будет в порядке.
— Да, спасибо тебе, Бид, — Майлз посмотрел на него с благодарностью. — Если бы не ты, пуля дяди Аарона попала бы прямо в сердце. Тогда бы... у него не было даже шанса на спасение.
Бид слегка вздохнул:
— Хочешь отблагодарить? Пусть дядя поправится и угостит меня выпивкой.
Хотя он так сказал, на душе у него было паршиво. Он думал: если бы тогда приложил чуть больше усилий, было бы сейчас лучше?
К сожалению, знал бы прикуп — жил бы в Сочи.
Теперь остается лишь сделать все, что в наших силах, и положиться на судьбу.
До перемещения он слышал о теории фатализма в мире Человека-паука: каждый Паук теряет близкого человека.
Взгляните на присутствующих.
Нуарный Паук потерял дядю Бена.
У Питера средних лет тоже погиб дядя Бен.
Гвен потеряла своего лучшего друга — Питера Паркера.
Пенни лишилась отца — ее робот, способности и долг достались ей по наследству от него.
Исключения лишь двое: Бид и Свин-паук.
Свин-паук ничего не терял, потому что он персонаж комедийного комикса, а там не нужны трагедии.
А Бид... он пришел из реального мира.
Может, этот фатализм на него не действует.
А может, просто еще не успел.
На самом деле, ни до, ни после попадания в этот мир Бид не верил в судьбу.
Не только из-за восточной философии о том, что человек способен покорить небо, но и потому, что с точки зрения реальности все во вселенной Marvel — лишь заранее прописанный сценарий редакторов.
Это и есть так называемая судьба.
А раз он здесь чужой, вышедший за рамки редакторских правок, значит ли это, что он может игнорировать все эти правила?
Сейчас Бид отчаянно хотел, чтобы Бродягу спасли.
Ведь если это произойдет, значит, никакого фатализма не существует!
По крайней мере, для него.
Майлз выдавил из себя улыбку, словно воспрянув духом, и кивнул:
— Хорошо! Я обязательно передам ему!
Затем он оглядел остальных:
— А вы... почему здесь?
— Мы пришли проведать тебя и попрощаться, — ответил Нуарный Паук.
Сказав это, он выпрыгнул в окно. Свин-паук и Пенни тоже коротко попрощались и исчезли.
Майлз забеспокоился:
— Что происходит? Почему здесь? Мы могли бы попрощаться у коллайдера!
Бид сжал его плечо чуть сильнее:
— Нет, твой дядя сейчас нуждается в тебе больше. А с коллайдером я разберусь. Верно?
Гвен кивнула:
— Не волнуйся, Бид надежен. Оставайся здесь, Майлз.
— Гвен... — Майлз хотел что-то добавить, глядя на нее с нескрываемым чувством.
— М-м? — Бид усилил хватку и повернулся к Гвен: — Гвен, иди первая.
Гвен закатила глаза, попрощалась с Майлзом и тоже выпрыгнула в окно.
— Майлз, предупреждаю: не заглядывайся на Гвен! — пригрозил Бид.
Майлз растерянно смотрел в сторону, куда ушла Гвен, перевел взгляд на Бида, а затем на Питера средних лет, ища поддержки.
Тот пожал плечами:
— Дела сердечные — не моя забота. Но советую тебе сдаться, парень.
Он ободряюще похлопал Майлза по плечу, а затем сказал Биду:
— Эй, Бид, оставь его в покое, он и так получил двойной удар.
— Хм, — Бид фыркнул и разжал руку.
Хотя между ним и Гвен пока была лишь легкая симпатия и неопределенность, устранить конкурента заранее было отличной идеей.
Зачем усложнять себе жизнь, если можно просто наслаждаться общением? Бид не из тех, кто выбирает трудный путь.
— Ладно, я понял, — Майлз опустил голову, выглядя подавленным.
Симпатия к Гвен только начала зарождаться, но Бид безжалостно ее задушил.
Бид ухмыльнулся и протянул руку:
— Отдавай штуковину.
Майлз машинально коснулся кармана, но упрямо ответил:
— Ее нет со мной, я... я оставил ее в кармане костюма. Сейчас схожу заберу.
Он сделал вид, что собирается уйти.
Вжух!
Паутина вылетела из руки Бида и приклеила Майлза к месту.
— Ты что творишь! — вскрикнул Майлз, пытаясь оторвать липкую нить.
Но Бид, не знающий правил честной игры, уже оказался рядом. Подсечка — и Майлз на полу. Паутина, которой его привязали, теперь плотно опутывала руки.
Бид наклонился, вытащил гаджет из кармана штанов Майлза и сказал:
— Видишь? Я же говорил, что ты не готов.
С этими словами он выпрыгнул в окно.
Прощаться ему было не с кем — по плану он все равно останется в этой вселенной.
Хоть он этого и не хотел, но раз события зашли так далеко, придется смириться.
Он уже решил: если останется здесь, то примет наследие местного Паука и продолжит его дело. А там видно будет.
Глава 40. Это вера
В подсобке Питер средних лет смотрел на поверженного Майлза и не мог не признать: хотя Майлз обладает силами уже семь дней, боевой талант Бида на голову выше.
Особенно после утренней тренировки разница стала очевидной.
Это заставило Питера отбросить свои мысли. Изначально он хотел предложить довериться Майлзу, чтобы Бид мог вернуться домой. Но теперь стало ясно, что Майлз не потянет.
Пришлось смириться.
Питер наклонился и помог Майлзу освободиться от паутины.
Майлз, разозлившись, хотел выскочить в окно, но Питер прижал его к месту.
— Хватит, Майлз. Ты не готов. Смирись.
— К чему не готов? Я полностью готов! Я могу! — кричал Майлз.
Питер схватил его за воротник и притянул к себе:
— Если готов — выруби меня электричеством. Или стань невидимым, прямо сейчас, попробуй!
В конце концов, Майлз был первым человеком, с которым он познакомился в этом мире. Он хотел дать ему шанс.
Майлз замер, сжал кулаки, пытаясь сосредоточиться.
Но утренние тренировки, а главное — душевная травма из-за ранения дяди, заставили его усомниться в себе. Он потерял контроль над способностями.
Как он ни старался, ничего не происходило. Ни искр, ни невидимости.
— Майлз, побудь с дядей. Ты ведь хочешь первым узнать, что он пошел на поправку? — Питер отпустил его.
Пыл Майлза угас. Перед глазами всплыли сцены с дядей Аароном, а затем — как тот лежал на его руках, истекая кровью.
Блеск в глазах парня потух.
Питер окончательно разочаровался. Он тихо похлопал Майлза по плечу:
— Прощай, Майлз.
— Про... щай, — Майлз поднял руку, но Питер уже исчез за окном.
Майлз подбежал к окну и крикнул:
— Как мне узнать, что я готов?
Фигура в красно-синем костюме замерла на стене и ответила:
— Ты никогда не узнаешь. Это вера!
И снова сорвался с места.
Майлз остался стоять, глядя на улицу, где фигура Паука раскачивалась на паутине, пока не скрылась за поворотом.
— Прощайте, ребята... — прошептал он.
Ночной Нью-Йорк многолик. Для бедных районов — это рай для преступлений и разгула. Для богатых — завершение прекрасного дня.
Сегодня в небоскребе Фиска подводили итоги жизни одного известного героя.
Поминальная служба по нашему любимому Человеку-пауку!
Организатор — великий филантроп и бизнесмен Уилсон Фиск.
Башня Фиска — тридцатиэтажный небоскреб высотой почти двести метров, редкое зрелище даже для Нью-Йорка. Никто не знал, сколько грязных денег ушло на ее постройку. Впрочем, мало кого это волновало. Знающие молчали, а остальные никогда и не узнают.
Это было ясно по гостям: именитые светские львы и дамы в золоте и бриллиантах, с фальшивыми улыбками. Для них этот благотворительный вечер был лишь поводом для светской беседы.
В толпе внезапно появились четверо: тучный мужчина, крепкий парень, изящная женщина и маленькая девочка, сидящая на круглом роботе.
Все они были в костюмах Пауков или имели соответствующие знаки отличия.
— Это что, официанты? Слышал, сегодня все официанты в костюмах Паука, — сказал один франт.
— Похоже на то. Но костюмы уродливые, надеюсь, они не подойдут ко мне! — брезгливо заметила дама в вечернем платье.
Другой мужчина, поправляя галстук, спросил:
— Разве это не поминки по мистеру Паркеру? Зачем наряжать персонал в Человека-паука?
— Хи-хи-хи, — рассмеялась женщина. — Разве Паук не наш «дружелюбный сосед»? Разве не логично, что он нам прислуживает?
— Ублюдки, — Бид сжал кулаки. Он не знал этого Паука лично, но за последние пару дней выяснил, что тот спас город и мир множество раз. Он был настоящим героем, а с ним так обращаются после смерти.
Теплая рука легла на предплечье Бида.
— Не обращай внимания, — тихо сказала Гвен. — У нас есть дело.
Питер средних лет добавил:
— Мы не можем нравиться всем, Бид. Ничего страшного.
— Вы совсем не злитесь? — спросил Бид.
Гвен покачала головой:
— В моем мире говорят и похуже. Если злиться на каждого, нервов не хватит.
— Верно. Если совсем невмоготу, думай о тех, кто заставляет тебя улыбаться, — терпеливо учил Питер. Для него они были младшими, и он хотел, чтобы их путь был легче его собственного.
— Да, я понял, — кивнул Бид.
— На, братец Бид, скушай конфетку. Сладкая, прогонит всю грусть! — Пенни протянула ему сладость.
Бид съел ее, и на душе действительно стало легче.
— Спасибо вам. Давайте устроим им жару! Пусть Кингпин узнает, что бывает за неуважение к усопшим!
Глава 41. Прибытие
— Предъявите приглашение.
У входа в башню их остановили два охранника в черных костюмах и темных очках. По их виду сразу было ясно, что это не просто охрана, а головорезы из подпольной империи Кингпина.
Бид вытащил приглашение и сунул им в руки:
— Теперь можно войти?
Охранник указал на робота Пенни:
— Люди могут пройти, а эта штука — нет.
— О, почему? Мы — почетные гости мистера Фиска. Вы уверены, что хотите нас остановить? — Бид с иронией выделил слова «почетные гости».
Охранник даже не моргнул:
— Сказал нет, значит нет. Никакой техники внутри.
Бид усмехнулся:
— Тогда я сам поговорю с мистером Фиском. Передам ему привет лично...
— Пропусти их.
Бид не успел договорить, как из наушника охранника раздался знакомый голос.
Гвен усмехнулась:
— У Кингпина мелкая душонка.
Бид согласился. Если уж пригласили, могли бы пропустить всех, а потом просто подраться. Мелкие пакости лишь заставляют презирать его еще больше. Хотя, возможно, это психологическая игра.
Они вошли в холл, и их оглушил шум толпы. Обостренные чувства Пауков заставили голову Бида гудеть.
— Глубокий вдох, отбрось лишнее, — прошептала Гвен.
Бид послушался, и шум стал тише. Остальные трое привыкли к такому.
— Никогда не думал, что испугаюсь толпы людей. Такое было только в детстве при просмотре ужастиков, — признался он.
— Ты просто мало видел, привыкнешь, — рассмеялся Питер.
Пенни прошептала в микрофон:
— Паук отсканировал здание. В конце коридора слева есть лифт в подвал. Это путь к коллайдеру.
После дневных событий они сделали себе коммуникаторы. Пусть это пригодится лишь раз, но это важно.
— Идем? — предложила Гвен.
— Идем, пока не поздно, — кивнул Бид. — Пенни, можешь просканировать коридор на наличие взрывчатки?
— Думаешь, Кингпин заминировал путь?
— Есть два типа людей, которым нельзя верить. Первый — это Кингпин.
— А второй? — спросила Пенни.
— Те, кто недоговаривает... — Бид замолчал и нахмурился. — Эй, мистер Паркер, что с вами?
Питер средних лет вдруг сошел с дистанции и направился в дальний угол зала. Он не отвечал.
Гвен посмотрела туда:
— Смотрите, это ведь Мэри Джейн?
— Мэри Джейн? — Бид проследил за ее взглядом.
Она была в черном платье с открытыми плечами, с рыжими волосами. Ее лицо выражало скорбь, глаза были красными от слез.
Это была Мэри Джейн этого мира! Возлюбленная покойного Паука!
Бид схватил Питера за руку:
— Мистер Паркер, это не ваша Мэри Джейн! У нас есть дела поважнее!
Но Питер продолжал идти, его шаг стал тяжелее. Биду пришлось приложить силу, чтобы остановить его.
Они начали бороться, не сдвигаясь с места.

Комментарии

Загрузка...