Жильцы всего дома проснулись.
Тетка с третьего этажа обнаружила, что кран оставлен открытым и кухню затопило наполовину, выругалась: «Старый хрыч опять забыл закрыть воду» – и принялась мыть пол. Офисный работник с десятого этажа глянул на дату в телефоне и завис на три секунды, думая, что проспал сверхдолгий дневной сон. А когда родители Цзи Наньчуаня с шестнадцатого этажа вышли из спальни, его отец первым делом посмотрел на журнальный столик в гостиной.
Столик был разбит.
─ Наньчуань?
─ Пап, я в порядке, ─ Цзи Наньчуань стоял у двери, сжимая пальцами наполовину выпитую бутылку минеральной воды. ─ Столик я сам случайно задел.
Сотрудники группы зачистки уже провели процедуру размытия памяти, так что его родители будут думать лишь то, что они просто необычайно крепко поспали, а столик ребенок разбил по неосторожности.
Но Цзи Наньчуань помнил все.
Каждую секунду помнил.
То, как человек в черном халате сидел на диване, как закрывал глаза, и то, каким шедшим из глубины колодца голосом он говорил – он помнил до мельчайших деталей.
Машина Хэ Чжэна стояла внизу, Юйюй сидела сзади, ее короткие ножки не доставали до пола, и маленькие тканевые туфельки висели в воздухе, раскачиваясь.
Цзи Наньчуань вылетел из подъезда с такой скоростью, что отец крикнул ему вслед пару раз, но даже не догнал.
─ Сестра.
Юйюй приоткрыла автомобильное окно на щелку, и большие глаза уставились на него из щели.
─ Ты же та самая маленькая прародительница из стрима, да? Я искал твои трансляции, я все пересмотрел, ─ речь Цзи Наньчуаня лилась пулеметной очередью, за три дня он почти ни с кем не разговаривал, и теперь все накопившиеся слова выплескивались наружу. ─ Я тоже могу видеть эти штуки, с самого детства вижу, я хочу учиться у тебя, научи меня, как с ними справляться.
Юйюй немного шире опустила стекло.
─ Юйюй учеников не берет.
Рот Цзи Наньчуаня так и остался приоткрытым, обрубленная фраза застряла в горле.
─ Юйюй всего четыре с половиной года, ─ добавила она тоненьким голоском, звучащим так, будто она объясняет простейший пример по математике. ─ Я даже младше тебя.
─ Но ты сильнее меня, ─ Цзи Наньчуань вцепился в раму автомобильного окна так, что костяшки пальцев побелели. ─ Возраст не имеет значения, главное – чтобы была сильной.
Вэнь Сюнь высунулся с пассажирского сиденья, бросил на него взгляд, а затем перевел его на Юйюй.
─ Решение по этому поводу должен принимать дашисюн.
Юйюй подумала и кивнула.
Вэнь Сюнь достал телефон и набрал номер дашисюна. Гудки прошли три раза, после чего вызов приняли, и из динамика послышался голос Лу Хэмина с легкими помехами от плохой связи в горах.
─ Что случилось?
─ Сисюн, тут все зачистили, люди целы, ─ Вэнь Сюнь чуть подал телефон назад, чтобы Юйюй могла дотянуться и послушать. ─ Есть один вопрос, о котором нужно доложить.
─ Говори.
─ Мы встретили ребенка, семь с половиной лет, медиумическое тело, Байцзэ подтвердило: врожденная скрытая духовная квинтэссенция.
В трубке воцарилось молчание.
Раз секунда, два, три, четыре, пять.
─ Веди сюда, ─ голос Лу Хэмина упал на полтона ниже прежнего. ─ Я беру в ученики.
Вэнь Сюнь сбросил вызов и посмотрел на Юйюй.
Юйюй полностью опустила стекло и опустила взгляд на худенького мальчика, цеплявшегося за дверцу машины.
─ Позови родителей.
Цзи Наньчуань замер.
─ Скажи им, что наставник из одного даосского храма хочет обучать тебя традиционной культуре и придется пожить там какое-то время.
Глаза Цзи Наньчуаня засияли, и он сорвался с места так, будто кто-то толкнул его в спину, но пробежав пару шагов, резко затормозил и обернулся:
─ Правда? Не обманываешь?
─ Юйюй не обманывает.
Цзи Наньчуань помчался обратно за родителями, его босые ступни шлепали по земле: «пата-пата».
Вэнь Сюнь откинулся на пассажирское сиденье и вздохнул:
─ Дашисюн натерпелся бедности, а теперь у него еще одним ртом больше.
─ Деньги есть, ─ Юйюй похлопала по карману, где лежала разбитая «башкофонная» раскладушка. ─ Хватит на еду.
Спустя полчаса родители Цзи Наньчуаня были уговорены.
Не обошлось без помощи людей Хэ Чжэна, которые провели некоторую работу и предъявили с виду вполне официальные документы «лагеря по изучению традиционной культуры». Когда мать Цзи Наньчуаня подписывала бумаги, она еще три раза наказала кормить ребенка овощами.
Цзи Наньчуань залез в машину, сжимая в руках полиэтиленовый пакет, в котором лежали две смены белья и тюбик зубной пасты.
Когда машина выехала за ворота жилого комплекса, он бросил взгляд на тот дом, а затем повернулся вперед.
─ Сестра.
─ Мм.
─ Тот дядя в черном халате перед тем, как его забрали, посмотрел на меня.
Юйюй повернула голову к нему.
─ Он улыбнулся, ─ голос Цзи Наньчуаня стал приглушенным. ─ Как будто говорил: вы спасли мне жизнь.
Юйюй ничего не ответила, лишь слегка шевельнула бровичками.
Таоте лежал у нее на коленях, хныкнув, и его хвост свернулся колечком.
Почему, когда Шэнь забирали, он улыбался?
Настройки чтения
Размер
18
Шрифт
Выравнивание
Тема
Интервал
1.7
Ширина
Оригинал текста
Отметки прогресса
Маленький патриарх метафизики спускается с горы — Главы
Список глав загрузится при открытии.
Комментарии
Войдите, чтобы оставить комментарий.