Ди Лин поперхнулась. Подумаешь, она очень богатая, к тому же они заключили с матерью соглашение: до коронации Лои, которая состоится через два года, осталось немного, после чего она обретёт абсолютную финансовую свободу.
Она уже хотела было возразить, но вспомнила, что Мю Цы уже стал герцогом и давным-давно унаследовал одну из территорий Клана Духов. У него были и власть, и земли, а его состояние не поддавалось исчислению...
Ладно, благородной ведьме не стоит спорить с мужчинами, не то ещё зависть одолеет.
Класс Святого Духа располагался на верхнем этаже учебного корпуса. Весь последний этаж целиком принадлежал их классу: помимо классной комнаты, там находилось несколько небольших комнат для самоподготовки и открытая просторная терраса, где были высажены разнообразные цветы и травы.
Здание было довольно высоким, и если бы пришлось подниматься пешком, можно было бы насмерть устать. К счастью, в Класс Святого Духа вел отдельный парящий лифт.
Трое поднялись наверх и сквозь оконное стекло увидели, что в аудитории уже сидело с десяток человек.
Кто-то с помощью магии ускорял рост растений, кто-то колдовал над картами для гадания, а кто-то возился с мелкими механическими поделками...
Когда они вошли, в классе на секунду воцарилась тишина, и все взгляды обратились на них.
Исосили помахал рукой:
— Всем привет!
— Ого, живые...
Трое:...
Духовная Печать Ди Лин лишь напоследок выглядывала из-за ворота рубашки, но направленные на неё взгляды были просто раскаленными.
Она не узнала ни единого лица, впрочем, и неудивительно: те ученики, которые действительно мечтали поступить в Класс Святого Духа на этой неделе, дни и ночи напролет усердно учились в библиотеке или читальном зале.
— Всем привет, я Ню Инь, — шагнула вперед девушка.
Все были одеты в школьную форму, а Ню Инь оказалась довольно высокой — на глаз почти метр семьдесят. Вся она излучала бодрость и энергию, и хотя красотой особо не выделялась, черты лица были открытыми и гармоничными, а манера держаться — непринужденной и уверенной.
— Сейчас можно садиться куда угодно, а конкретные места распределим, когда придет учитель.
— Хорошо, спасибо.
Поблагодарив, Ди Лин наугад выбрала место в самом углу.
Мю Цы молча увязался следом за ней.
Поскольку аудитория оказалась просторной, парты стояли одиночные. Ди Лин села в углу, а Мю Цы занял место рядом с ней.
Исосили устроился прямо перед партой Ди Лин, чтобы было удобнее болтать.
Остальные одноклассники тоже сбились по углам разрозненными кучками.
Ню Инь направилась к ним. На её лице читалось легкое волнение, но она все же отодвинула стул перед Мю Цы, села и повернулась к троице.
— Послушайте... я хочу выдвинуть свою кандидатуру на пост старосты. Можете проголосовать за меня во время выборов?
Она с надеждой посмотрела на них, и после этих слов её напряжение заметно спало.
— Я обязательно буду отвечать за всё до конца, изо всех сил послужу одноклассникам и поведу наш самый первый Класс Святого Духа к общим вершинам! Станем сильнейшим классом Линси!
— Хорошо, — Исосили подумал, что раз она способна вот так агитировать еще незнакомых ребят, значит, в ней полно храбрости и решимости. — Я за тебя проголосую.
Мю Цы тоже кивнул:
— Договорились.
И отлично, раз кто-то сам рвется в старосты, иначе учителя могли бы просто назначить старостой первого ученика по списку.
Он повернулся к Ди Лин и, ожидаемо, заметил, как уголки её губ приподнялись.
Ди Лин тут же уловила его мысль и озарила Ню Инь ослепительной улыбкой:
— Мы верим в тебя, староста Ню!
Ню Инь опешила. Ди Лин и без того отличалась яркой, ослепительной красотой, а от этой улыбки у Ню Инь даже сердце ёкнуло:
— Я обязательно порекомендую тебя на должность учебного старосты!
Уголки губ Ди Лин выпрямились: срочный отзыв улыбки.
— Стоп! Не нужно, я вообще ничего не хочу возглавлять.
— А, — Ню Инь с серьезным видом кивнула и загадочно протянула: — Я понимаю, у вас наверняка будут какие-то другие задания, и вас действительно нельзя отвлекать делами класса. Не переживайте, я обязательно защищу Класс Святого Духа!
Девушка пылала боевым духом: раз это самый первый Класс Святого Духа, она обязана заставить класс стремиться вперед и непременно вписать свое имя в учебники истории.
Ню Инь была права: их первоочередная задача заключалась в том, чтобы дождаться знака от Зеркала Святого Духа и как можно скорее отыскать Дух Солнца и Дух Холода.
Королева Элла хоть еще до конца и не прорвала печать, вполне могла объявиться в образе тумана тьмы, собирая вокруг себя приспешников.
В этих вопросах предстояло разбираться старейшинам и различным влиятельным силам, а они сами пока не могли ни на что повлиять.
Закончив говорить, Ню Инь воодушевленно упорхнула агитировать в другое место.
В класс вошел еще один человек.
Он обладал стройной фигурой и глубоким взглядом. В отличие от молчаливого Мю Цы, в нем чувствовалось больше легкости и мягкости, а холодность в глазах была надежно спрятана, так что с виду он казался весьма приятным в общении.
Ди Лин лишь бросила на него мимолетный взгляд, вежливо кивнула и вытащила свой роман, погрузившись в чтение.
Вошедшим оказался закадычный друг Мю Цы, старший принц Клана Яо по имени Ли Чу.
Он подошел к Мю Цы с другой стороны, отодвинул стул и сел:
— А ты рано явился.
— Угу, ты разве не в общежитии жил? — Мю Цы окинул взглядом его помятый вид, будто тот прибыл откуда-то издалека.
На мгновение в глазах Ли Чу мелькнула мрачная тень, но стоило ему перевести взгляд на друга, как прежнее выражение вернулось:
— Во дворце чертова пройма дел, и вспоминать не хочется.
Хотя Ди Лин читала книгу, это не значит, что она ничего не слышала.
Брат рассказывал, что междоусобная борьба трех принцев Клана Яо зашла слишком далеко. Ли Чу был рожден от короля и покойной царицы-матери, но его мать умерла рано, а оба младших брата появились на свет от короля и двух благородных наложниц.
В Клане Духов царила моногамия, в королевской семье Клана У допускался полиандрийский брак с одной женой и несколькими мужьями, в королевском роду Клана Яо — полигиния с одним мужем и несколькими женами, тогда как простые люди в большинстве своем придерживались моногамии.
Впрочем, всё зависело от человека. Дети аристократов не знали нужды, их чувства были чисты, а потому среди них нередко рождались однолюбы — подобные примеры в Клане У и Клане Яо встречались довольно часто.
Обычно родственники не принуждали заключать браки с несколькими партнерами: помимо политических союзов, в делах замужества и женитьбы на первом месте стояла личная воля.
Что до Ли Чу, не будь у него ума и хватки, ему ни за что не удалось бы к двадцати годам — при отсутствии поддержки со стороны матери и выгодных династических связей — спокойно получить статус наследника престола.
Но судя по всему, даже в роли кронпринца ему не видать покоя — приходилось ежесекундно держать ушки на макушке и остерегаться двух младших братьев.
В конечном счете, во всем был виноват король Клана Яо, который с неизменным наслаждением наблюдал, как его сыновья грызутся из-за трона до кровавых соплей.
Ди Лин оставалась к этому равнодушна: подобное воспитание по принципу выживания волчьей стаи в конце концов погубит и окружающих, и их самих.
При этих мыслях она вспомнила собственную мать — та никогда бы не стала следовать принципам жестокого воспитания, где любовь делят поровну на всех.
Во всем дворце, да что там — во всем Клане У, кто же не знал, что Лоя обожала её больше всех остальных дочерей, и никто не смел пошатнуть её положение будущей правительницы?
Девушка рассеянно перевела взгляд, но уголки её губ изогнулись в улыбке. Разве это несправедливо по отношению к ней?
В вопросах чувств — пожалуй, да, но в вопросах власти — только так и устанавливается истинная справедливость...
— А Лин, ты чего? — Исосили снова развернулся, на этот раз заняв добрую треть парты Ди Лин.
— В смысле чего? Ничего я.
Ди Лин посмотрела на него как на сумасшедшего.
Исосили слегка придвинул её книжку пониже.
— Ты только что... — он попытался спародировать холодную усмешку Ди Лин, — хм-м-м, с таким лицом. Жутковато вообще-то.
Исосили совершенно не умел делать подобные выражения: таращить чистые глаза и ухмыляться — его мимика и черты лица смотрелись при этом дико неестественно.
Видя, как нелепо у него получается, Ди Лин хлопнула его по лбу закрытой книгой.
— Ой.
Исосили обиженно потер макушку.
— Развернись. И перестань меня пародировать, уродуешься только.
— С чего это уродуюсь? — оскорбился до глубины души Исосили. — Мама говорила, я ужасно симпатичный! Конечно, с капитаром мне не тягаться, но я из тех, к кому привыкаешь со временем. Сама посуди!
С этими словами он упрямо уставился на Ди Лин, и они, точно парочка младшеклассников, принялись сверлить друг друга взглядами.
Ди Лин вредная ухмылка:
— Ну ты... с первого взгляда не сказать, чтобы прямо ослепляешь...
Глаза Исосили блеснули:
— Но зато...
Ди Лин молча раскрыла книжку с картинками и поставила её вертикально, отгораживаясь от его взгляда:
— Но зато если долго смотреть, начинают слезиться глаза.
Исосили:...
Мю Цы хоть и беседовал с Ли Чу, но то и дело бросал взгляды в их сторону, а на его губах блуждала едва заметная улыбка.

Комментарии

Загрузка...