К тому времени, как мы выбрались из дома, где прятался последний монстр, небо очистилось полностью - ни следа тумана.
Остались лишь изуродованные брошенные дома, трупы повсюду и гильзы, которые мы щедро сеяли по здешней земле. И всё же мы, трое Верховных Архимагов, не сняли противогазы и не откинули капюшоны. Вместо того выравнивали дыхание и быстро проверяли состояние оружия.
Контроль патронника. Чисто.
-Ху-у-уф, ху-у-уф.
Хриплые, частые вдохи сквозь фильтры постепенно выровнялись.
Только тогда усталый голос Ли Сечуна разбил тяжёлую тишину.
-Эти тератомы - просто пиздец какие жуткие. Теперь ещё и сбиваются вместе, чтобы изображать людей. А всего этого ещё и символ магии ветви сердца.
Мы с Шин Наином коротко переглянулись. Ли Сечун всё ещё не знал о начале вечности. Конечно, пока это не более чем гипотеза, к которой мы с Шин Наином пришли независимо друг от друга, и поскольку проверять её не хотелось никому, ей суждено навсегда остаться гипотезой.
К тому же, если это вдруг окажется правдой, обычному человеку такое знание не по силам. Тяжесть истины давила, как древняя казнь с грузом, что клали на грудь.
А омерзительные повадки тератомы, о которых я догадывался, делали всё только хуже. Из-за жалкой подвижности тератомы почти никогда не действуют самостоятельно - лишь управляют носителями.
Тогда как они размножаются?
Лично я подозревал, что точно так же, как они используют животных-носителей, они либо захватывают людей и управляют ими, либо превращают человеческую плоть в тератом и растаскивают по кускам.
И, учитывая, что Шин Наин ни разу не упоминал человеческих голосов в последние минуты жизни тех психованных, что использовали флаги как плащи, скорее всего, верно второе.
Чудовищная истина давила на голову.
Запертые в телах монстров, они испытывают вечность. Судя по всему, даже когда на них нападают такие твари, как тератома, растаскивающая само тело по кускам, «я» и сознание остаются нетронутыми.
Подвид, с которым мы только что сражались, - колония тератом - был именно таким случаем.
Ли Сечун лишь брезгливо цокнул языком, но мы с Шин Наином, знавшие о всей глубине того ужаса, чувствовали совсем другое. Сколько человеческий разум способен выдержать, запертый в теле монстра, вынужденный лепить из плоти чудовища подобие самого себя?
И вдобавок ко всему...
Она была беременна.
-Сруль.
-Да.
-Может, у тебя сигарета есть?
Я прекрасно понимал, почему религиозный пыл Шин Наина поутих.
Эффект второй стадии ветви ушей - [Чтение мыслей монстров]. С третьей стадии ветви ушей начинается [Шёпот мёртвых]. И, что хуже, в отличие от моего, откат магии ветви ушей Шин Наина не был ни спорадическим, ни разовым.
Я и забыл, что Шин Наин из тех, чей откат заставляет слышать мысли людей, стоит им оказаться достаточно близко. Так что, должно быть, он смутно улавливал это с той самой минуты, как мы ступили туда, - войдя в однушку, чтобы убить колонию тератом. Услышал всё до последнего.
Крики беременной женщины, пожираемой тератомой.
Крики, которые она, должно быть, издала, почувствовав собственной плотью, как монстр пожирает плод внутри неё.
Ужас и страх сломили человеческое сознание, сохранившееся после превращения тела в монстра, заставив в отчаянии прижимать к себе тварей, будто своё дитя.
И Шин Наин, должно быть, слышал всё это. Даже плач жизни, которой уже не было, - жизни, которую запертое в вечности сознание отчаянно пыталось воссоздать, плодя тварей.
Любой сошёл бы с ума, выслушав такое до конца.
Я уже начал прикидывать, не вколоть ли ему дозу психотропов, как солдатам на линии блокады, пока Шин Наин не свихнулся, как Шин Наин постучал по гарнитуре и повернулся ко мне.
-Чемин-сси, я не пью и не курю. Всаживать иглу в руку тоже не собираюсь. Знаете почему?
В глазах Шин Наина стоял страх - и страсть, пылавшая на этом страхе, как на топливе.
-Потому что я должен видеть и чувствовать каждое злодеяние, совершённое приспешниками Дьявола, чтобы пламя праведного негодования не гасло в ясном разуме. Когда силы зла сеют страх, те, кто отводит взгляд, умолкают, - но те, кто смотрит прямо, помнят пролитую кровь.
Вместо того чтобы спорить, я закинул винтовку на плечо.
Сто слов не стоят одного действия. Я пару раз хлопнул Шин Наина кулаком в грудь и зашагал вперёд.
-Ага, ну раз ты справляешься по-своему, то хорошо.
За тем, почему такой человек, как он, пробудился в альтерационном типе, а не в догматическом, наверняка стояла какая-то история, но я учился магии, а не готовился в психологи.
Радостно было за иное.
Впервые я был почти до слёз благодарен, что обычно бестолковый Ли Сечун догадался держать рот на замке.
-О чём вы двое так серьёзно говорили?
Ага, только взгляните на него. Радость была недолгой.
-Тебе не нужно знать, Сечун-сси.
-Я не у тебя спрашиваю. Наин-сси, о чём вы говорили?
-О, Божьей благодати, что спасла такого грешника, как я.
Мы неторопливо побрели по деревенской дороге, пропитанной запахом крови и тошнотворной гнили.
Наши шаги стали легче ровно на вес всех выпущенных пуль.
И как по заказу, под очистившимся небом над головой зажужжали дроны, кружа и осматривая местность. Военные, засевшие на заправке у въезда, наверняка отправили их на разведку, как только рассеялся туман.
Я поднял левую руку к одному из жужжащих дронов и помахал.
После этого маленького жеста настал момент, которого я так ждал.
-Ладно, все. Стройся. И правило помните?
-Какое?
-Кто встанет впереди меня - пристрелю. Погнали.
К нам вернулась собранность.
Ноги зашагали жёстче, руки, переключавшие предохранители, вдруг захотелось держать как можно профессиональнее, даже дыхание сквозь противогазы вырывалось нарочито долгим.
Полы пончо вздымались от ускорившегося шага, и чем сильнее они развевались, тем заметнее мы выделялись на фоне безмолвной деревни.
В этой деревне осталось ровно три человека, которые ещё дышали.
Трое, сжимавшие оружие, шагали вперёд в армейских ботинках, ни разу не сняв противогазы, с низко надвинутыми капюшонами.
Только трое гордо ступали посреди деревни, где не осталось ни холода, ни тумана, - опустив оружие, со всё ещё горячими стволами и резким запахом пороха у дульных срезов.
Я, Шин Наин и Ли Сечун.
Каждый раз, когда мы проходили очередной участок бойни, с дороги доносилось смутное жужжание.
Вместо ветра в барабанные перепонки вбивался шершневый гул дронов, накладываясь на трескучие переговоры и звук поспешно заводящихся двигателей, - и всё это волнами накатывало на нас.
У въезда в деревню я увидел солдат, бегущих к нам с винтовками, ещё один танк и два бронетранспортёра. А из леса под прикрытием дронов выходили десятки солдат, другой танк грохотал по дороге тяжёлыми гусеницами.
Потом, в какой-то момент, гул стих.
Потому что они увидели нас.
Солдаты с жетонными повязками, спешившиеся с бронетранспортёров, посмотрели на нас - и как-то сами собой расступились в стороны, вытянувшись по стойке смирно.
Преувеличенно чёткие приветствия заставили жетоны звякнуть, прорезая тишину.
Я бездумно повернул голову и увидел среди гражданских оперативников, суетившихся за спинами солдат, мужчину и женщину. Они мелко дрожали.
Шаги сами собой остановились.
Когда остановился я, Шин Наин и Ли Сечун, не имея возможности пройти мимо, тоже замерли.
Я повернулся к одному из солдат с жетонной повязкой и спросил:
-Что эти двое натворили, раз стали гражданскими оперативниками?
Глаза солдата за линзами противогаза метнулись в стороны. Потом он опустил руку и ответил:
-Мужчину арестовала военная полиция за отказ от мобилизационного приказа, и сейчас он служит гражданским оперативником. Женщине назначили гражданскую оперативную службу по обвинению в распространении в Чонджу ложных слухов, будто монстры - фальшивка.
-В провинции тоже есть маги?
-Какое там. Людям приходится за свой счёт оплачивать тестирование способностей, проводимое под Сеулом, а также гарантии безопасности, необходимые для пробуждения Локализованных Инвазивных Структурно-Альтеративных Феноменов. По-моему, отличная и совершенно разумная система.
Солдат с жетонной повязкой смотрел сверху вниз на гражданских оперативников, съёжившихся за бронетранспортёром в позе утки.
-Потому что было бы несправедливо, если бы только мы сражались с монстрами из ада.
Лязг жетонов звучал особенно гнетуще.
Я перевёл взгляд с солдат на двух гражданских оперативников, цокнул языком и отвернулся.
Сотрудничество между теми, кому не удалось пробудить магию на линии блокады, и теми, кто даже не мог позволить себе попробовать.
Вот почему Республика Корея развалилась.
Мы втроём ускорили шаг, оставив солдат, входящих в деревню, позади. Но те не спешили двигаться вглубь, к трупам.
Вместо этого бесчисленные взгляды не отлипали от наших спин.
Обрывки радиопереговоров за спиной рассказывали нам, чего мы добились.
[....16:16. Плотность тумана, уровень 0.]
[Ситуация...]
[... похоже, завершена...]
Слава богу, на мне был противогаз. Иначе я ни за что не спрятал бы расплывающуюся по лицу ухмылку.
Шаги нас троих, идущих против потока десятков солдат, звучали всё чётче. Как лосось, плывущий против течения: где бы ни проходили наши спины, за ними неизменно оставались вопросы.
Как? Не может быть? Почему?
-Они думают: «Их было только трое», - гордо проговорил Шин Наин, расплывшись под противогазом в самодовольной ухмылке.
После его слов наша тройка зашагала ещё легче, хотя шаги, казалось, потихоньку тяжелели от гордости.
Вскоре мы добрались до заправки.
Позиция там притихла, отправив столько солдат в деревню, но пустоту заполнили потрясённые голоса, так что спокойным это место не назовёшь.
Вспотевший майор яростно тыкал пальцем в офицеров, даже не думая утереть пот, блестевший на щеках. Но в тот миг, когда он увидел нас, его глаза распахнулись - и он молча вскинул руку.
Одно действие стоило ста слов. Мы втроём ответили по-своему.
На его приветствие я лишь неспешно помахал. Шин Наин, с ремнём винтовки на шее, сложил ладони в молитве. И только Ли Сечун остановился и отдал чёткое воинское приветствие, а затем, увидев, как мы с Шин Наином направляемся к вертолёту, поспешил следом.
-Твою ж мать. Почему вы нормально не отдали честь? Из-за вас майор выглядел неловко.
-Мы гражданские. Нам не обязательно отдавать честь как положено.
-Аминь.
Лишь откатив дверь вертолёта и забравшись на сиденье, я стянул противогаз и вытолкнул из лёгких приторный воздух, полный вони резины.
Краем глаза заметил, что пилот оглянулся на нас. И я показал ему большой палец. Судя по всему, этот жест работал, даже когда вы не говорите на одном языке, ведь пилот пожал плечами и ответил точно таким же жестом.
В тот миг, когда Ли Сечун задвинул дверь и опустил пулемёт, я сказал:
-И к тому же.
-Да?
-Наша рыночная стоимость теперь куда выше майорской.
Винты набирали оборот, отчего по внутренностям транспорта пошла гулкая вибрация и чудовищный шум.
Я, естественно, потянул руку к Шин Наину.
-Что?
-Чёрный полиэтиленовый пакет.
-Зачем тебе вдруг пакет?
Вдруг?
-По-моему, меня сейчас вырвет.
***
7 мая 2028 года, 16:32.
Когда мы вернулись в американский военный лагерь при Совместном американо-корейском командовании в Пхёнтхэке, я сошёл с вертолёта, сжимая туго завязанный чёрный пакет, - и сразу почувствовал, что отношение к нам изменилось.
Все эти сомневающиеся взгляды «эти парни и правда Верховные Архимаги?» испарились. Остались только шок и трепет.
Дверь вертолёта откатилась, и под яростным потоком воздуха я, Пэк Чемин, выпрыгнул наружу, крепко сжимая туго завязанный пакет.
Позади шли Шин Наин, наш фанатичный любитель долго давить личинку, и Ли Сечун, бывший сержант, мечтающий стать хорошенькой аниме-девочкой.
Наши шаги были легки, пока мы пересекали асфальт и бетон, смакуя мысль о том, насколько сократилась популяция монстров от одного лишь количества выпущенных пуль.
Тут мы заметили капрала Сон Гайна, сидевшего на водительском сиденье припаркованного у обочины фургона и поглядывавшего на наручные часы, а капитан Ким Хуун прижимал телефонную трубку между ухом и плечом, держа блокнот и яростно строча ручкой.
-Да, да, я слушаю. Идентифицированный вид: тератома. Подтверждена новая модель поведения. Предположительно шестьдесят с лишним особей. Подтверждён подвид. Боестолкновение завершено успешно. Время операции...
Капитан Ким Хуун осёкся посреди доклада и уставился на нас, подходивших всё ближе, затем закончил фразу.
-...двадцать восемь минут.
Командование Выживания, наш финансовый покровитель, отнеслось к результатам боя с предельной серьёзностью. Это стало очевидно из того, что генерал-майор Чон Минхо снова вызвал нас в бункер. Однако он был не один.
Генерал-лейтенант Ройс Кэндлер, заместитель командующего Командования Выживания, также присутствовал. Лысый чернокожий мужчина со шрамом в уголке рта поднялся и зааплодировал, приветствуя нашу тройку. Рядом с ним поднялись и захлопали выглядевший сонным бригадный генерал Тэтчер и генерал-майор Чон Минхо.
Пока мы шли к своим местам под их восторженные аплодисменты, они предложили рукопожатия, и, увы, я не мог отказаться.
-Отличная работа!
Большую часть доклада взял на себя Шин Наин. Не было смысла мне, с моим TOEIC на четыреста баллов, ломать голову, когда у нас уже есть переводчик, который знает английский по-настоящему. Шин Наин из вежливости кратко намекал нам, о чём идёт речь.
Его доклад сводился примерно к следующему. Истинная модель поведения тератом: они могут использовать животных-носителей, компенсируя слабую подвижность и физическую немощь.
Обнаружен подвид - колония тератом. Колониальное сознание проявило необычную черту: попытку имитировать человеческий облик. На подвиде обнаружен магический символ ветви сердца.
При этих словах генерал-лейтенант Ройс велел генерал-майору Чону засыпать нас вопросами.
-Было ли подтверждено заражение среди птиц?
-Нет. По крайней мере, мы его не обнаружили.
Несмотря на твёрдый ответ Шин Наина, генерал-лейтенант Ройс, бригадный генерал Тэтчер и генерал-майор Чон Минхо переговаривались с мрачными лицами.
Даже эти закалённые солдаты слегка прищурились, и беспокойство, пробежавшее по ним, было почти осязаемым - как запах грозы перед ударом молнии.
Пошептавшись довольно долго, они, похоже, пришли к какому-то выводу и перешли к следующему вопросу.
-Что именно вы имеете в виду под «попыткой имитировать человеческий облик»? - задал вопрос генерал-майор Чон Минхо.
-Ровно то, что сказано. Она... имитировала облик беременной женщины со вздутым животом.
Шин Наин слегка запнулся, но, к счастью, дотянул до конца.
И вот мы снова умолчали о теории насчёт начала вечности. Ведь это знание лишь усугубило бы всё. Колебания при стрельбе только продлили бы страдания людей, запертых в телах монстров.
Генерал-майор Чон Минхо кивнул, принимая ответ, и перешёл к следующему вопросу.
-На самом деле это то, что тревожит нас больше всего.
Он положил папку с документами и прикрыл лицо ладонью.
-Вы обнаружили на теле колонии тератом магический символ ветви сердца, способный вызывать пробуждение Локализованных Инвазивных Структурно-Альтеративных Феноменов. Вы уверены?
-Да. Мы все трое его видели. Я отвернулся, потому что меня затошнило, но Пэк Чемин-сси, судя по всему, приобрёл ветвь сердца.
-Пэк Чемин-сси, это правда?
Я гордо кивнул.
-Да. Теперь я могу использовать все пять ветвей.
-Все пять ветвей...
Генерал-лейтенант Ройс и бригадный генерал Тэтчер сжали губы и умолкли. Судя по всему, они вспомнили, что Шин Наин знает английский и умеет читать мысли, потому что было очевидно: они старались не выдать лишнего. Но через несколько секунд я понял, что судил о них слишком строго.
Они не утаивали информацию. Они просто не могли прийти к выводу. Было до боли ясно, что они растеряны, - им не хватало стандартов и доказательств для оценки.
Генерал-лейтенант Ройс и бригадный генерал Тэтчер переглянулись, затем принялись постукивать указательными пальцами по столу, будто подгоняя генерал-майора Чон Минхо.
В конце концов генерал-лейтенант Ройс обратился к нему:
-Все пять дисциплин. Есть ли что-нибудь примечательное в записях?
-Nothing, sir... He's the first one, - генерал-майор Чон ответил, утирая пот со лба.
Генерал-лейтенант Ройс нахмурился и повернулся к бригадному генералу Тэтчеру.
-Можем ли мы организовать для него медицинское обследование? Я хочу знать, есть ли какие-либо физиологические изменения.
-Если у нас нет времени, мы найдём время, сэр.
Бригадный генерал Тэтчер уставился прямо на меня своим сонным лицом, так что я ощутил себя жуком под лупой и отвернулся к Шин Наину, и лишь тогда заметил Ли Сечуна, превратившегося в пятое колесо. Он стоял за плечом Сруля, скрестив руки, и откровенно цокал языком.
Этот парень вызывал отвращение, поэтому я ещё усерднее сосредоточился на Шин Наине.
-Что они говорят?
-Говорят, вы первый человек за пределами линии блокады, получивший все пять ветвей. Хотят провести медосмотр.
-Всё верно, - генерал-майор Чон вмешался и вернул наше внимание.
Генерал-лейтенант Ройс и бригадный генерал Тэтчер уже выпрямились, а генерал-майор Чон Минхо с трудом унял дрожь в голосе и продолжил:
-Вы знаете, что в Пхёнтхэке мы уже проводим медосмотры практикующих Локализованные Инвазивные Структурно-Альтеративные Феномены - людей, которых обычно называют магами или волшебниками, - чтобы измерить, какие изменения происходят в их телах?
-Мы знали?
Для меня это было новостью. Я как раз гадал, почему никогда об этом не слышал, когда Ли Сечун, всё ещё стоявший со скрещёнными руками, вмешался и немедленно прояснил загадку.
-Чемин-сси, я же узнал о своей второй стадии ветви сердца после обследования в Пхёнтхэке, помнишь?
-Ах.
Видимо, я запихнул это в забытый уголок памяти, потому что речь шла о Ли Сечуне - человеке, с которым я меньше всего хотел общаться.
Вечно услужливый генерал-майор Чон Минхо вздохнул, но всё же продолжил:
-Придётся отложить это до тех пор, пока ситуация на линии блокады не стабилизируется. Тем не менее, учитывая, что Общество 66 придавало числу пятьдесят пять такое значение, в получении всех пяти ветвей должно быть что-то значимое. Мы просим о сотрудничестве. Если вам что-то нужно, окажем активную поддержку. Капитан Ким Хуун будет прикреплён исключительно к вашей группе и займётся всеми необходимыми организационными вопросами.
По тому, как он начал собирать папки, я понял: совещание подходит к концу.
Мы все поднялись и снова обменялись рукопожатиями.
Генерал-лейтенант Ройс не уставал нас нахваливать, даже округляя глаза и изображая, как он впечатлён. Бригадный генерал Тэтчер пожимал руки, повторяя «best» с приподнятыми веками.
Затем настала очередь генерал-майора Чон Минхо. Я уже думал, что это будет обычное рукопожатие, но он внезапно притянул меня в объятия и прошептал на ухо:
-Чемин-сси, полковник Мин просил держать это в тайне. Отчёт по Сувону таки просочился и уходит наверх. Обстоятельства того, как вы получили магию, тоже.
-Полковник Мин?
-Командир командного пункта мэрии Сувона.
В памяти всплыло лицо измученного полковника, швырнувшего мне семьдесят ВПС и обещавшего не допустить, чтобы я стал подопытным.
Генерал-майор Чон продолжал шептать, преувеличенно хлопая меня по спине.
-Чемин-сси, знаете, что страшнее, чем монстры, пытающиеся украсть магию через магические символы? То, что вы можете выучить саму магию, убивая этих монстров, - говорил он мрачно. - Найдутся люди, которые попытаются доставить этих монстров своим нанимателям. Чемин-сси, мы знаем, насколько эти твари опасны. Ради всего мира им нельзя дать выбраться наружу. Если какой-нибудь псих попытается провезти их в тыловые города, все обречены.
Это было ужасно, и я не мог отрицать, что даже на краю света люди ищут возможности.
-Так что, даже если приказ поступит от Командования, даже если попросит частный спонсор, не оставляйте их в живых. Убивайте всех этих монстров до единого.
С этими словами генерал-майор Чон отстранился с совершенно обычным лицом и зашагал вслед за генерал-лейтенантом Ройсом и бригадным генералом Тэтчером, уже покидавшими бункер.
Я проводил его слегка ошеломлённым взглядом, затем криво усмехнулся.
Шин Наин и Ли Сечун, похоже, расслышали слова генерал-майора Чона, потому что их лица стали предельно серьёзными.
-Чемин-сси, по-моему, это не было смешно.
-Нет, просто вдумайся. Это же нелепо.
-Разве это не вполне обоснованное опасение?
-Опасение не проблема. Проблема в том, что он сказал это мне. Серьёзно...
Я не мог скрыть подёргивающиеся уголки рта и трясущиеся плечи. То, что казалось простым смешком, быстро превратилось в настоящий хохот.
Генерал-майор Чон зря волнуется.
Потому что... потому что...
-С какого хера мне отдавать свою магию кому-то ещё!?
Меня и так бесило, что монстры пытаются украсть мою магию, а теперь какие-то богатые ублюдки решили, что могут украсть её, потому что у них есть деньги?
Такие уроды - покойники. Я лично всажу им по пуле в башку.
***
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...