— Ну правда же! Юки сегодня пела просто невероятно, да?!
— Ну правда же! Юки сегодня пела просто невероятно, да?!
Под тихим ночным небом района Кёай члены студенческого совета вышли из довольно уютного ресторанчика западной кухни. Едва они перешагнули порог, как глаза Йоанлины загорелись, и она восторженно закружилась на месте.
Под тихим ночным небом района Кёай члены студенческого совета вышли из довольно уютного ресторанчика западной кухни. Едва они перешагнули порог, как глаза Йоанлины загорелись, и она восторженно закружилась на месте.
Они с Эшли уже успели переодеться и смыть макияж. Но если Эшли выглядела так, будто из неё выжали все соки, то Йоанлину так и распирало от энергии.
Они с Эшли уже успели переодеться и смыть макияж. Но если Эшли выглядела так, будто из неё выжали все соки, то Йоанлину так и распирало от энергии.
Уткнувшись в телефон, она прокручивала короткие ролики с выступления Юки, которые уже вовсю выкладывали в сеть другие зрители. На ходу она задумчиво потерла подбородок и с подозрением обернулась:
Уткнувшись в телефон, она прокручивала короткие ролики с выступления Юки, которые уже вовсю выкладывали в сеть другие зрители. На ходу она задумчиво потерла подбородок и с подозрением обернулась:
— Слушайте, а как вы думаете, кто этот таинственный «Фанат А», о котором говорила Юки?
— Слушайте, а как вы думаете, кто этот таинственный «Фанат А», о котором говорила Юки?
Шедший следом Яцухасиги с рюкзаком на плечах после плотного ужина наконец немного пришел в себя.
Шедший следом Яцухасиги с рюкзаком на плечах после плотного ужина наконец немного пришел в себя.
Феликс лишь моргнул, решив промолчать.
Феликс лишь моргнул, решив промолчать.
Хитоми Сакурамия краем глаза покосилась на Феликса и, мягко улыбнувшись, с наигранным любопытством подхватила:
Хитоми Сакурамия краем глаза покосилась на Феликса и, мягко улыбнувшись, с наигранным любопытством подхватила:
— Действительно, кто бы это мог быть?
— Действительно, кто бы это мог быть?
Феликс промолчал.
Феликс промолчал.
Тем временем Эшли просто отвесила Йоанлине легкий щелчок по лбу, разом затушив пылающий в её глазах огонь сплетен.
Тем временем Эшли просто отвесила Йоанлине легкий щелчок по лбу, разом затушив пылающий в её глазах огонь сплетен.
— Ай! Эшли, за что?!
— Ай! Эшли, за что?!
Схватив подругу за шиворот и перехватив поудобнее пакет со своим костюмом, Эшли обернулась к остальным:
Схватив подругу за шиворот и перехватив поудобнее пакет со своим костюмом, Эшли обернулась к остальным:
— Хватит уже об этих фанатах, вечно тебе лишь бы языком почесать... Я вызвала такси. Мы с Йоанлиной поедем, а вы...
— Хватит уже об этих фанатах, вечно тебе лишь бы языком почесать... Я вызвала такси. Мы с Йоанлиной поедем, а вы...
Обе они жили в районе Хоккай.
Обе они жили в районе Хоккай.
Хитоми вежливо улыбнулась:
Хитоми вежливо улыбнулась:
— Мой дом совсем рядом, дойду пешком. А президент, полагаю, поедет вместе с Яцухасиги обратно в Минами?
— Мой дом совсем рядом, дойду пешком. А президент, полагаю, поедет вместе с Яцухасиги обратно в Минами?
Яцухасиги заторможенно кивнул и уже собрался было развернуться, чтобы уйти, но Феликс вовремя ухватил его за плечо, заставив топтаться на месте.
Яцухасиги заторможенно кивнул и уже собрался было развернуться, чтобы уйти, но Феликс вовремя ухватил его за плечо, заставив топтаться на месте.
Парень непонимающе уставился на президента, а тот лишь усмехнулся:
Парень непонимающе уставился на президента, а тот лишь усмехнулся:
— Давай сначала проводим Сакурамию, а потом уже поедем. Хоть её дом и недалеко, но минут пятнадцать идти придется.
— Давай сначала проводим Сакурамию, а потом уже поедем. Хоть её дом и недалеко, но минут пятнадцать идти придется.
Потерявший всякую волю Яцухасиги уныло кивнул — сейчас он был готов покорно делать всё, что скажет Феликс.
Потерявший всякую волю Яцухасиги уныло кивнул — сейчас он был готов покорно делать всё, что скажет Феликс.
Хитоми посмотрела на Феликса, удивленно моргнула и, прикрыв рот ладонью, тихонько рассмеялась:
Хитоми посмотрела на Феликса, удивленно моргнула и, прикрыв рот ладонью, тихонько рассмеялась:
— Тогда полагаюсь на вас.
— Тогда полагаюсь на вас.
Вскоре подъехала заказанная машина.
Вскоре подъехала заказанная машина.
— Президент, Сакурамия, Яцухасиги, до завтра! — помахала рукой Йоанлина.
— Президент, Сакурамия, Яцухасиги, до завтра! — помахала рукой Йоанлина.
— До завтра.
— До завтра.
Проводив девушек, оставшаяся троица неторопливо пошла по тихим улочкам Кёай. Хитоми держала зонтик за трость, подставляя лицо прохладному ночному ветру.
Проводив девушек, оставшаяся троица неторопливо пошла по тихим улочкам Кёай. Хитоми держала зонтик за трость, подставляя лицо прохладному ночному ветру.
Яцухасиги уставился в экран своего смартфона и вдруг оживился:
Яцухасиги уставился в экран своего смартфона и вдруг оживился:
— О, смотрите-ка... В сети только и разговоров, что о «Фанате А». Хэштег уже в трендах...
— О, смотрите-ка... В сети только и разговоров, что о «Фанате А». Хэштег уже в трендах...
Хитоми и Феликс одновременно обернулись к нему. Парень быстро пролистал ленту новостей и продолжил:
Хитоми и Феликс одновременно обернулись к нему. Парень быстро пролистал ленту новостей и продолжил:
— Хотя многие сомневаются, существует ли он вообще. Пишут, что это обычный пиар-ход. Юки ведь раньше участвовала во многих шоу и ни разу о нём не упоминала, а тут вдруг такое заявление...
— Хотя многие сомневаются, существует ли он вообще. Пишут, что это обычный пиар-ход. Юки ведь раньше участвовала во многих шоу и ни разу о нём не упоминала, а тут вдруг такое заявление...
— Ну, вполне логично, — согласился Феликс, кивнув.
— Ну, вполне логично, — согласился Феликс, кивнув.
Хитоми хранила молчание, стараясь держаться как подобает благовоспитанной леди.
Хитоми хранила молчание, стараясь держаться как подобает благовоспитанной леди.
Однако Яцухасиги наткнулся на свежий пост:
Однако Яцухасиги наткнулся на свежий пост:
— Погодите, а это что?.. Пишут, кто-то из персонала за кулисами уверяет, что видел этого самого «Фаната А» своими глазами. Мол, парень заходил в гримёрку к Юки. Снимать там запрещено, так что фоток нет, но очевидица оставила описание... По её словам, это был юноша в синей клетчатой рубашке и брюках-карго...
— Погодите, а это что?.. Пишут, кто-то из персонала за кулисами уверяет, что видел этого самого «Фаната А» своими глазами. Мол, парень заходил в гримёрку к Юки. Снимать там запрещено, так что фоток нет, но очевидица оставила описание... По её словам, это был юноша в синей клетчатой рубашке и брюках-карго...
Читая, Яцухасиги моргнул и поднял взгляд на идущего впереди Феликса. Он оглядел его с ног до головы, еще раз сопоставил описание с реальностью, и его лицо вытянулось:
Читая, Яцухасиги моргнул и поднял взгляд на идущего впереди Феликса. Он оглядел его с ног до головы, еще раз сопоставил описание с реальностью, и его лицо вытянулось:
— Погодите-ка, президент... Вы... На вас ведь сейчас ровно то же самое, что она описывает!
— Погодите-ка, президент... Вы... На вас ведь сейчас ровно то же самое, что она описывает!
Феликс со вздохом обернулся и посмотрел на свой наряд:
Феликс со вздохом обернулся и посмотрел на свой наряд:
— Да ладно тебе, парней в такой одежде пруд пруди. Обычный распродажный комплект, сейчас так половина города ходит.
— Да ладно тебе, парней в такой одежде пруд пруди. Обычный распродажный комплект, сейчас так половина города ходит.
— И то верно, у меня самого дома похожая куртка валяется, — согласился Яцухасиги. Он хмыкнул, продолжая копаться в телефоне: — Хотя все комментаторы сходятся на том, что этот «Фанат А» — тайный парень Юки. Слушай, президент, если бы это действительно был ты, это бы многое объяснило. Выглядит очень даже правдоподобно.
— И то верно, у меня самого дома похожая куртка валяется, — согласился Яцухасиги. Он хмыкнул, продолжая копаться в телефоне: — Хотя все комментаторы сходятся на том, что этот «Фанат А» — тайный парень Юки. Слушай, президент, если бы это действительно был ты, это бы многое объяснило. Выглядит очень даже правдоподобно.
Феликс не успел и рта открыть, как идущая чуть впереди Хитоми резко остановилась и обернулась. Её ледяной голос заставил парней вздрогнуть:
Феликс не успел и рта открыть, как идущая чуть впереди Хитоми резко остановилась и обернулась. Её ледяной голос заставил парней вздрогнуть:
— И почему же ты так думаешь?
— И почему же ты так думаешь?
Яцухасиги хохотнул. Раз вице-президент спросила — почему бы не ответить?
Яцухасиги хохотнул. Раз вице-президент спросила — почему бы не ответить?
— Ну смотрите, Сакурамия. Юки, конечно, симпатичная, но наш президент — это же совсем другой уровень! Он в детстве чуть не стал звездой экрана. А когда шли выборы в студсовет, он вообще всех школьных богатых девчонок с ума свел... На его фоне у Юки среди парней в нашей академии фанатов не так уж и много.
— Ну смотрите, Сакурамия. Юки, конечно, симпатичная, но наш президент — это же совсем другой уровень! Он в детстве чуть не стал звездой экрана. А когда шли выборы в студсовет, он вообще всех школьных богатых девчонок с ума свел... На его фоне у Юки среди парней в нашей академии фанатов не так уж и много.
Хитоми лишь вежливо натянула улыбку:
Хитоми лишь вежливо натянула улыбку:
— Возможно, это потому, что в академии девушек учится гораздо больше, чем парней.
— Возможно, это потому, что в академии девушек учится гораздо больше, чем парней.
— Э-э, тут вы не правы, вице-президент!
— Э-э, тут вы не правы, вице-президент!
Яцухасиги, казалось, окончательно воспрял духом. После долгой психотерапии со стороны Феликса он наконец оправился от унизительных оскорблений со стороны госпожи Сидзё.
Яцухасиги, казалось, окончательно воспрял духом. После долгой психотерапии со стороны Феликса он наконец оправился от унизительных оскорблений со стороны госпожи Сидзё.
— В таких вещах нужно смотреть на то, насколько люди подходят друг другу. Оценивать только президента — это однобокий подход. Юки, хоть мы и общались мало, производит отличное впечатление. Очень искренняя, дружелюбная девушка.
— В таких вещах нужно смотреть на то, насколько люди подходят друг другу. Оценивать только президента — это однобокий подход. Юки, хоть мы и общались мало, производит отличное впечатление. Очень искренняя, дружелюбная девушка.
***
***
"Искренняя..."
"Искренняя..."
***
***
Хитоми продолжала улыбаться, но в её сердце словно вонзился невидимый кинжал.
Хитоми продолжала улыбаться, но в её сердце словно вонзился невидимый кинжал.
Яцухасиги, совершенно не замечая сгущающихся туч, увлеченно продолжал:
Яцухасиги, совершенно не замечая сгущающихся туч, увлеченно продолжал:
— Опять же, по росту они с президентом идеально подходят. Да и по сегодняшнему выступлению было видно, что она держит себя в форме. Спортивная, активная, так и пышет энергией!
— Опять же, по росту они с президентом идеально подходят. Да и по сегодняшнему выступлению было видно, что она держит себя в форме. Спортивная, активная, так и пышет энергией!
***
***
"Рост, физическая форма, энергия..."
"Рост, физическая форма, энергия..."
***
***
Вжик, вжик, вжик! Еще три удара под дых.
Вжик, вжик, вжик! Еще три удара под дых.
— И самое главное, — вещал Яцухасиги, — у нас в академии слишком много богатых наследниц. Жизнь примака в благородном семействе — то еще удовольствие, наш президент вряд ли станет прогибаться ради выгодного брака. А вот с Юки всё куда проще. К тому же её мама уже не раз расспрашивала о президенте, так что, похоже, она от него в восторге.
— И самое главное, — вещал Яцухасиги, — у нас в академии слишком много богатых наследниц. Жизнь примака в благородном семействе — то еще удовольствие, наш президент вряд ли станет прогибаться ради выгодного брака. А вот с Юки всё куда проще. К тому же её мама уже не раз расспрашивала о президенте, так что, похоже, она от него в восторге.
***
***
"Семейное положение..."
"Семейное положение..."
***
***
Хитоми казалось, что у неё из уголка рта вот-вот потечет струйка крови.
Хитоми казалось, что у неё из уголка рта вот-вот потечет струйка крови.
Яцухасиги, невероятно гордый своей логической цепочкой, повернулся к девушке, но запнулся на полуслове — улыбка на лице Хитоми постепенно становилась зловещей. На её лбу проступила едва заметная венка. Похожая в этот момент на демона, она тихонько прошептала:
Яцухасиги, невероятно гордый своей логической цепочкой, повернулся к девушке, но запнулся на полуслове — улыбка на лице Хитоми постепенно становилась зловещей. На её лбу проступила едва заметная венка. Похожая в этот момент на демона, она тихонько прошептала:
— Вот как?..
— Вот как?..
"А? Почему её улыбка... так похожа на утреннюю гримасу госпожи Сидзё?"
"А? Почему её улыбка... так похожа на утреннюю гримасу госпожи Сидзё?"
— Ой... — пискнул парень.
— Ой... — пискнул парень.
Взглянув на лицо Хитоми, Яцухасиги мгновенно побледнел. У него сработал безусловный рефлекс страха. Дрожа мелкой дрожью, он поспешно спрятался за спину Феликса, но тут же получил от президента легкий подзатыльник.
Взглянув на лицо Хитоми, Яцухасиги мгновенно побледнел. У него сработал безусловный рефлекс страха. Дрожа мелкой дрожью, он поспешно спрятался за спину Феликса, но тут же получил от президента легкий подзатыльник.
Феликс обернулся и с укором посмотрел на своего бухгалтера:
Феликс обернулся и с укором посмотрел на своего бухгалтера:
— Я же говорил тебе меньше играть в свои симуляторы свиданий. Совсем мозги усохли, везде тебе любовь мерещится.
— Я же говорил тебе меньше играть в свои симуляторы свиданий. Совсем мозги усохли, везде тебе любовь мерещится.
— Простите, президент... — пролепетал Яцухасиги.
— Простите, президент... — пролепетал Яцухасиги.
Вообще-то, эти извинения предназначались Хитоми, но сейчас он боялся даже взглянуть в её сторону, искренне опасаясь, что один лишь вид её жуткой улыбки убьет его на месте.
Вообще-то, эти извинения предназначались Хитоми, но сейчас он боялся даже взглянуть в её сторону, искренне опасаясь, что один лишь вид её жуткой улыбки убьет его на месте.
За разговорами они незаметно подошли к обнесенному высокой каменной оградой огромному особняку. У ворот выстроились охранники. Яцухасиги благоразумно остался в сторонке, а Феликс вызвался проводить Хитоми до входа.
За разговорами они незаметно подошли к обнесенному высокой каменной оградой огромному особняку. У ворот выстроились охранники. Яцухасиги благоразумно остался в сторонке, а Феликс вызвался проводить Хитоми до входа.
— Сколько ни смотрю, всё равно дух захватывает. Шикарный у тебя дом, Сакурамия.
— Сколько ни смотрю, всё равно дух захватывает. Шикарный у тебя дом, Сакурамия.
Феликс поднял глаза на величественное здание, скрытое в тени вековых деревьев за зеленым газоном, и невольно покачал головой.
Феликс поднял глаза на величественное здание, скрытое в тени вековых деревьев за зеленым газоном, и невольно покачал головой.
Хитоми слегка вздрогнула, вновь вспомнив слова Яцухасиги.
Хитоми слегка вздрогнула, вновь вспомнив слова Яцухасиги.
Юки и президент...
Юки и президент...
Та яркая, сияющая на сцене девушка... Возможно, они и правда подходят друг другу гораздо больше, как и говорил бухгалтер. Это была горькая правда, которую ей просто не хотелось признавать. От этих мыслей взгляд Хитоми на мгновение потускнел.
Та яркая, сияющая на сцене девушка... Возможно, они и правда подходят друг другу гораздо больше, как и говорил бухгалтер. Это была горькая правда, которую ей просто не хотелось признавать. От этих мыслей взгляд Хитоми на мгновение потускнел.
Весь сегодняшний день она только и делала, что готовилась, но в итоге не продвинулась ни на шаг. Она ведь знала, что той таинственной подругой президента, скорее всего, была именно Юки. И этот «Фанат А»...
Весь сегодняшний день она только и делала, что готовилась, но в итоге не продвинулась ни на шаг. Она ведь знала, что той таинственной подругой президента, скорее всего, была именно Юки. И этот «Фанат А»...
Сейчас Хитоми оставалось лишь цепляться за обыденный, спокойный тон Феликса, когда тот отчитывал Яцухасиги за его глупые фантазии.
Сейчас Хитоми оставалось лишь цепляться за обыденный, спокойный тон Феликса, когда тот отчитывал Яцухасиги за его глупые фантазии.
Президент не думает о Юки в этом ключе. По крайней мере, пока.
Президент не думает о Юки в этом ключе. По крайней мере, пока.
Но даже эти зыбкие утешения не приносили покоя. Не выдержав, она как бы невзначай, с деланным любопытством спросила:
Но даже эти зыбкие утешения не приносили покоя. Не выдержав, она как бы невзначай, с деланным любопытством спросила:
— Президент, скажи... Если бы у твоей будущей половинки была очень обеспеченная семья, тебя бы это тяготило?
— Президент, скажи... Если бы у твоей будущей половинки была очень обеспеченная семья, тебя бы это тяготило?
— Хм, думаю, да...
— Хм, думаю, да...
Зрачки Хитоми сузились. Но Феликс, не заметив её реакции, просто перевел взгляд с особняка на дорогу и продолжил:
Зрачки Хитоми сузились. Но Феликс, не заметив её реакции, просто перевел взгляд с особняка на дорогу и продолжил:
— Всё-таки, если между людьми слишком большая пропасть в статусе и достатке, то даже при взаимных чувствах в будущем придется столкнуться с кучей трудностей.
— Всё-таки, если между людьми слишком большая пропасть в статусе и достатке, то даже при взаимных чувствах в будущем придется столкнуться с кучей трудностей.
— Вот как — именно так.
— Вот как — именно так.
Хитоми тихо кивнула. Сжав губы, она уже собиралась попрощаться и пойти к дому, но Феликс вдруг добавил:
Хитоми тихо кивнула. Сжав губы, она уже собиралась попрощаться и пойти к дому, но Феликс вдруг добавил:
— Поэтому, если действительно любишь, нужно приложить все силы, чтобы подняться до её уровня. Только тогда, мне кажется, можно быть честным и перед ней, и перед самим собой.
— Поэтому, если действительно любишь, нужно приложить все силы, чтобы подняться до её уровня. Только тогда, мне кажется, можно быть честным и перед ней, и перед самим собой.
Хитоми замерла на полушаге. Сердце её пропустило удар. Она медленно повернулась и посмотрела на Феликса.
Хитоми замерла на полушаге. Сердце её пропустило удар. Она медленно повернулась и посмотрела на Феликса.
Ей отчаянно хотелось что-то сказать, но в горле пересохло, словно в пустыне.
Ей отчаянно хотелось что-то сказать, но в горле пересохло, словно в пустыне.
"Я буду ждать тебя, президент"
"Я буду ждать тебя, президент"
Но стоило ей открыть рот, как за спиной раздался спокойный женский голос:
Но стоило ей открыть рот, как за спиной раздался спокойный женский голос:
— Госпожа, вы вернулись.
— Госпожа, вы вернулись.
— Ой!..
— Ой!..
Хитоми обернулась. Из-за ворот вышла Нара, одетая в строгий деловой костюм.
Хитоми обернулась. Из-за ворот вышла Нара, одетая в строгий деловой костюм.
— Феликс-кун, спасибо, что проводили госпожу.
— Феликс-кун, спасибо, что проводили госпожу.
Феликс уже видел её однажды, когда гостил у Сакурамии, но тогда она была в домашней одежде, так что в строгом костюме он её даже не сразу узнал.
Феликс уже видел её однажды, когда гостил у Сакурамии, но тогда она была в домашней одежде, так что в строгом костюме он её даже не сразу узнал.
— Пустяки, мне не трудно, — ответил он.
— Пустяки, мне не трудно, — ответил он.
Загрузка главы...
Настройки чтения
Размер
18
Шрифт
Выравнивание
Тема
Интервал
1.7
Ширина
Оригинал текста
Отметки прогресса
Вторжение извращенных модификаторов: Моя единственная защита от безумных героинь — идеальный покерфейс — Главы
Список глав загрузится при открытии.
Комментарии
Войдите, чтобы оставить комментарий.