В гостиной Фан Нань услышал, как в комнате внезапно воцарилась тишины, и уже хотел постучать, чтобы справиться о делах, как дверь вдруг распахнулась сама.
Взгляды их встретились.
Между ними повисла странная, напряженная атмосфера.
– Я просто...
– Господин Фан, я считаю, нам необходимо серьезно поговорить.
Фан Нань ошеломленно смотрел, как Цинь Руянь прошла к дивану и с совершенно серьезным видом уселась на него. В его душе закралось подозрение, что в этой квартире прячется какая-то другая женщина с раздвоением личности.
Настроение женщины — как погода в июне: меняется в одно мгновение.
– Кхе-кхе, мисс...
– Меня зовут Цинь Руянь.
– Мисс Цинь, о чем же вы хотите со мной поговорить?
Неизвестно откуда Цинь Руянь извлекла очки в черной оправе, надела их, раскрыла свидетельство о праве собственности и положила поверх него договор аренды.
– Я уже внимательно и скрупулезно все проверила и убедительнейшим образом удостоверилась, что вы — законный владелец этой квартиры. В этом вопросе, полагаю, мы достигли консенсуса.
Ха-ха, консенсус? Разве тут поспоришь?
Фан Нань нашел эту женщину довольно забавной и даже захотел послушать, к чему она клонит.
– Но, взглянув на бумаги, я заметила, что вы приобрели жилье совсем недавно, в то время как я — здешняя квартирантка. Согласно условиям контракта, срок моей аренды еще не истек, поэтому вселиться в этот дом вы пока не можете.
Что это значит? Она что, собирается захватить его собственную квартиру?
Фан Нань нахмурился:
– Мисс Цинь, подобные речи звучат, пожалуй, не совсем разумно. По поводу договора можете обратиться к тому, с кем его заключали, но свидетельство о праве собственности у меня на руках, и тут вам возразить нечего, верно?
– Согласно статье 229 Гражданского кодекса о договорах, переход права собственности не прекращает действие аренды. Иными словами, в период действия арендных отношений даже отчуждение объекта собственником третьим лицам никоим образом на них не влияет. Новоиспеченный владелец не имеет права ссылаться на свой статус, чтобы отрицать существование прежнего договора и требовать от арендатора возврата жилплощади.
– Иными словами, даже если этот дом принадлежит вам, пока не истек срок моего договора, я по-прежнему имею полное право здесь жить, и вы не вправе меня выселить!
После этих слов Фан Нань взглянул на женщину совершенно иначе. Человек, чей привычный мир рухнул и только что собрался заново, никак не ожидал так быстро встретить кого-то столь искушенного в юриспруденции. Какая неожиданность.
Ха, она буквально вынуждает его действовать жестко. С такими препирательствами правда не восторжествует даже к концу срока аренды.
Фан Нань вовсе не привык уступать свое имущество другим, пусть даже и красавице.
В конце концов, с его-то Системой у него было слишком много секретов, чтобы позволять посторонним совать в них нос.
[Обнаружен импульс к нарушению закона. Первое предупреждение. В случае повторения последует карательное возмездие Небесной кары.]
Твою мать! Это же чистой воды беспредел: чиновникам можно жечь фонари, а простым людям — даже поджигать лучины!
Фан Нань решил испытать судьбу и только собрался заявить: «Я считаю... д-д-д-д-д...»
Ву-у-у...
Мощный разряд электричества откуда-то из ниоткуда ввинтился прямо в его тело, конечности забились в конвульсиях, а волосы встали дыбом.
Увидев, как собеседника внезапно затрясло, Цинь Руянь недовольно поморщилась:
– Господин Фан, попытки симулировать припадок — крайне опасное и противозаконное деяние, настоятельно советую прекратить. То, что я еще не вызвала полицию, вовсе не значит, что я не сделаю этого сейчас.
– Стоп-стоп-стоп...
Ток отключился как раз перед тем, как изо рта у него пошла пена. Ну надо же, какая к черту Небесная кара — вылитый метод электрошоковой терапии Ян Юнсиня!
Получив такой урок, Фан Нань больше не смел сознательно нарушать закон.
Утирая с уголка рта слюну, он выпрямился:
– Кхе-кхе, мисс Цинь, как насчет такого варианта: я возвращаю вам остаток платы за аренду, а мне сейчас действительно совершенно негде жить. Пожалейте меня, съедьте в другое место, а?
У него негде жить, а у нее, по-вашему, есть?
Цинь Руянь решительно отказала:
– И не подумаю.
Раз так, тогда не обессудьте.
Фан Нань резко поднялся на ноги. Цинь Руянь испуганно отшатнулась, решив, что он от злости перешел к рукоприкладству. Пока она лихорадочно соображала, как бы улизнуть, Фан Нань схватил со стола договор и выпалил:
– Если мне не изменяет память, в соглашении черным по белому написано, что вы арендуете лишь главную спальню этой квартиры, но не имеете исключительного права пользования всей жилплощадью целиком!
– И... и что с того! – с напускной бравадой бросила Цинь Руянь.
– А то! – Фан Нань холодно усмехнулся. – Как владелец недвижимости, вы утверждали, что аренда сильнее смены собственника, но теперь хозяин квартиры сменился, и исполнение этого договора перешло от прежнего арендодателя ко мне. Иными словами, я имею полное право сдать вторую спальню!
– Вы... вы... – теперь настала очередь Цинь Руянь лишиться дар речи.
– Окей, теперь я официально постановляю: вторую спальню в этой квартире я сдаю в аренду самому себе. Думаю, подписывать договор с самим собой мне не придется, мисс Цинь!
Шлеп! Договор со стуком опустился на стол, и Цинь Руянь обессиленно рухнула на диван.
Кто бы мог подумать, что на любую хитрую уловку найдется управа похлеще: этот парень умудрился отыскать лазейку в контракте и силой въехать в квартиру. И к счастью, он понятия не имеет, что она задолжала за аренду, иначе бы она лишилась и этого последнего уголка.
Мысль о совместном проживании с незнакомым мужчиной под одной крышей вызывала у Цинь Руянь глухое раздражение.
Ради собственного спокойствия в будущем она решила предпринять последнюю попытку отстоять свои позиции.
Сжав зубы до скрипа, Цинь Руянь выдавила из себя:
– Вижу, вы человек неглупый. Въехать вы можете, но с условием соблюдения трех правил...
– Простите, можете даже не начинать. И одного не приму.
Еще чего не хватало! Мало того что делить собственную квартиру с чужим человеком само по себе абсурдно, так она еще и кабальные условия мне диктовать вздумала. Размечталась!
Цинь Руянь никак не ожидала столкнуться с таким упрямцем. Посмотреть на тех парней в университете — стоило ей сделать хоть что-то не так, как они тут же шли на попятную.
Неужели в последнее время она слишком уставала, и ее кожа подувяла? Неужели она потеряла привлекательность?
Откуда ей было знать, что Фан Нань в общении с противоположным полом — сущий болван, иначе бы он за две жизни непременно обзавелся девушкой.
– Вы... вы... вы...
– Мисс Цинь, прошу вас вести себя благоразумно. Все мы цивилизованные люди, а в делах нужно соблюдать правила.
Цинь Руянь перевела взгляд, и в ее глазах мелькнула озорная искорка:
– Правда? А хороша ли у меня фигура, когда я принимаю ванную?
Фан Нань ответил, не задумываясь:
– Отличная.
Стоило словам слететь с языка, как он замер, превратившись в изваяние. А взглянув на Цинь Руянь, понял, что она готова разорвать его на куски.
– Фан — Нань! Ты еще смеешь утверждать, будто ничего не видел?!
В самом-самом конце
Фан Нань, терзаемый муками совести, «добровольно» принял целый ряд кабальных условий.
Глядя на исписанные вдоль и поперек листки бумаги, приколотые к стене, он ощущал себя так, словно угодил за решетку.
– Ну почему этот язык вечно меня подводит? Но, справедливости ради... фигура и впрямь отличная.
Услышав шорох в главной спальне, Фан Нань торопливо шмыгнул в комнату и захлопнул дверь.
Цинь Руянь, переодевшись, вышла из спальни и как раз застала момент, когда дверь напротив закрылась. Бубня себе под нос, она бросила:
– Трус бесхребетный. Словно я бы тебя съела. Впрочем, так даже лучше: считай, пригрела цепного пса ради полугода комфортной жизни. Ладно, пора на работу.
– Маленький Фан Нань, помни о третьем пункте правил совместной аренды: только попробуй прикоснуться к моим вещам — живым не уйдешь!
Забившийся за дверь Фан Нань невольно передернул плечами и скривился в горькой гримасе.
И что за люди вокруг...

Комментарии

Загрузка...