Гостиная погрузилась в мертвую тишину.
Грудь госпожи Су тяжело вздымалась, а рука, указывающая на Су Мо, дрожала.
— Ты... ты посмела ударить ее?!
Су Аньань была совершенно ошеломлена этой пощечиной. Прикрыв стремительно красневшую и опухавшую щеку, она задрожала, а ее голос сорвался на всхлип:
— Се... сестренка...
— Не называй меня сестрой.
Су Мо откинула со лба прядь волос, и в ее голосе, казалось, звенел лед.
— Разве не этого статуса ты так жаждала? Теперь, когда желание исполнилось, почему ты продолжаешь разыгрывать этот спектакль?
Она сделала шаг вперед, вынуждая Су Аньань невольно отпрянуть назад.
— Предупреждаю тебя, Су Аньань, я никогда не была святошей. Если еще раз вздумаешь разыгрывать передо мной эту невинную овечку, в следующий раз одной пощечиной дело не ограничится!
Сказав это, она больше не взглянула на лица матери и дочери, подхватила чемодан и направилась к выходу.
Позади раздался разъяренный крик госпожи Су:
— Су Мо! А ну стоять! Ты, неблагодарная тварь! Семья Су зря тебя кормила!
Су Мо остановилась в прихожей. Не оборачиваясь, она лишь слегка повернула голову, и на ее губах заиграла насмешливая улыбка.
— Тварь? Возможно. Но ничего, с сегодняшнего дня я возвращаю вам этот долг за воспитание.
Она помолчала и добавила:
— Да, и не забудьте то, что я сказала наверху. Лу Цзэюань погубит семью Су. Когда это случится, не вздумайте приползти ко мне с мольбами.
Как только слова стихли, она распахнула тяжелую дверь и без малейшего сожаления шагнула прочь.
***
— Госпожа Су, вы в порядке?
Ассистент Сяо Чэнь, увидев, что Су Мо идет, прихрамывая, поспешил ей на помощь, а другой рукой быстро закинул чемодан в багажник.
Он открыл дверь машины, стараясь двигаться предельно осторожно.
— Все нормально.
Су Мо села в салон. Ее голос звучал ровно, в нем не чувствовалось никаких эмоций.
Однако руки Сяо Чэня, сжимавшие руль, подрагивали.
Вид холодного лица Су Мо вызывал у него мурашки. Он закончил университет всего три месяца назад, а найти работу сейчас так сложно. Эту должность ассистента он получил, отправив десятки резюме, и ему совсем не хотелось потерять место, не успев даже пройти испытательный срок. Но с той травлей, что развернулась в сети, было совершенно неясно, удастся ли ему вообще удержаться на плаву.
— Госпожа Су, какой сегодня план...
— Едем на съемочную площадку.
Машина плавно тронулась. Сяо Чэнь через зеркало заднего вида украдкой наблюдал за Су Мо. Она откинулась на спинку сиденья, закрыв глаза, и ее лицо казалось пугающе бледным.
Поколебавшись, он включил радио, надеясь хоть немного разрядить гнетущую атмосферу.
Но тут же из динамиков раздался четкий женский голос:
— Срочные новости: ситуация вокруг поддельного происхождения известной актрисы Су Мо продолжает накаляться. Сегодня в десять утра корпорация Су официально выпустила заявление о разрыве всех отношений с госпожой Су Мо...
Сяо Чэнь от испуга дернул руль, чуть не вылетев на бордюр, и в панике потянулся к радио.
— Оставь, — тихо, но твердо произнесла Су Мо. — Дай послушать, во что они меня превратили.
Диктор продолжала:
— По словам осведомленных лиц, на банкете, устроенном семьей Су в честь обретения настоящей дочери, Су Мо из ревности устроила драку со своей биологической сестрой Су Аньань, а также позволила себе оскорбительные выпады в адрес приемной матери, проявив крайне низкий уровень морали. Глава семьи Су глубоко потрясен случившимся и принял решение немедленно прекратить любую ресурсную поддержку Су Мо...
Слушая эту ложь, перевернутую с ног на голову, Су Мо лишь усмехнулась.
Пиар-отдел семьи Су сработал первоклассно.
Так быстро превратить ее в неблагодарную, злобную тварь.
Три дня.
С того момента, как на банкете ее столкнули с лестницы, мир вокруг перевернулся.
— Госпожа Су, вы... отдохните немного, до киностудии еще два часа езды.
Су Мо промолчала. Достав телефон, она зашла в Weibo.
Аккаунт, у которого еще три дня назад было шесть миллионов подписчиков, теперь насчитывал лишь три с небольшим миллиона. Комментарии превратились в настоящее поле боя.
В десятке трендов восемь строчек занимали запросы, связанные с ее именем.
#СуМоЗанялаЧужоеМесто
#СуМоВонИзШоуБизнеса
#СемьяСуРазрываетОтношенияССуМо
#СписокРесурсовКоторыеОтнялаСуМо
#ЖалостьКСуАньань
Она наугад открыла одну из ссылок, и поток грязи и оскорблений хлынул на экран.
— Смешно, фальшивая дочка возомнила себя королевой? И для кого она раньше корчила из себя такую недотрогу?
— Предлагаю переименовать ее в Су Фейк, амплуа у нее стабильное — фальшивка от начала и до конца.
— И это лицо без эмоций называют актерской игрой? Если бы не деньги семьи Су, была бы она хоть кем-то?
— Девчонки, не церемоньтесь с ней, рвите на куски! Пусть узнает, где раки зимуют!
— Давно она меня бесит, вечно с таким видом, будто ей весь мир должен. Оказывается, она гнилая до мозга костей.
— Вали из индустрии, бездарность!
Су Мо безразлично листала страницу за страницей.
Три дня назад эти же люди в ее фан-клубе надрывались, крича: «Мо-Мо, лети смело, мы всегда с тобой».
А теперь они жаждали растерзать ее.
Телефон завибрировал — на экране высветилось имя режиссера Чжана.
— Алло, режиссер Чжан.
— Сяо Су, я... я слышал, что у тебя в семье произошло.
Режиссер Чжан сухо откашлялся, его тон звучал неловко и отчужденно.
— На площадке... мы никак не можем ждать. Ты же понимаешь, инвесторы давят, у всех расписаны графики, поэтому мы вынуждены... в общем, ищем замену. Будут еще возможности — поработаем.
Су Мо закрыла глаза.
— Я понимаю, режиссер Чжан.
— Вот и славно. Отдыхай, как-нибудь поужинаем.
Звонок тут же оборвался.
Су Мо криво усмехнулась. Поужинаем как-нибудь — стандартная фраза в этой индустрии.
Перевод: больше никогда не увидимся.
Пожар, раздутый семьей Су, разгорелся не на шутку — даже те, с кем были подписаны контракты, поспешили разорвать отношения.
Экран телефона погас, но тут же снова загорелся. На этот раз звонила агент, госпожа Ян.
— Солнышко мое! Как ты? Как здоровье? Я так за тебя переживала!
Лицемерная забота госпожи Ян сочилась из трубки, становясь приторно-сладкой.
— Нормально.
— Ну и хорошо, хорошо.
Госпожа Ян тут же сменила тон:
— Но, дорогая, ситуация сейчас довольно щекотливая. Три бренда уже прислали уведомления о расторжении контрактов, еще две съемочные группы требуют выплаты неустойки... Что будем делать?
Су Мо затаила дыхание.
— Сколько?
— В общей сложности около тридцати миллионов.
Госпожа Ян выдержала паузу, словно ожидая реакции.
— Я пыталась связаться с господином Су, хотела узнать, нельзя ли как-то урегулировать вопрос, но...
— Отказали?
— Да. Трубку взял управляющий, сказал, что глава семьи распорядился: дела Су Мо семью Су больше не касаются.
Су Мо сжала телефон так, что костяшки пальцев побелели.
— Дорогая, думаю, тебе стоит пойти на попятную, вернуться и попросить прощения у господина Су.
Госпожа Ян продолжала мягко настаивать:
— Все-таки они столько лет тебя растили, даже без кровного родства чувства должны остаться. Если проявишь покладистость, может быть...
— Деньги я найду сама, — холодно перебила ее Су Мо.
Все гонорары за последние два года, все сбережения — чтобы выплатить эти тридцать миллионов, ей придется начать жизнь с нуля.
— Ну... ладно. Попробуй что-нибудь придумать. Я со своей стороны внесу небольшую часть, но основную сумму придется покрывать тебе.
В голосе госпожи Ян слышалось явное нежелание помогать.
После того как она повесила трубку, в салоне снова воцарилась тишина.
Сяо Чэнь взглянул на нее через зеркало и робко спросил:
— Госпожа Су, так мы... все-таки едем на площадку?
— Нет, — Су Мо назвала адрес. — Едем в «Звездные апартаменты».

Комментарии

Загрузка...