Спустя целый месяц Гу Фэндэн вновь переступил порог дома старшего дяди, и отношение матушки Гу претерпело разительные перемены.
— А вот и Фэндэн пришёл!
Она ласково и приветливо завлекла его внутрь, на ходу выкрикивая:
— Отец семейства, Фэндэн пожаловал! Старший, Второй, чего стоите, заваривайте чай! Тот самый, из обжаренных соевых бобов, что ваш дядя прислал.
— Старшая тётя, не нужно, я сегодня по делу зашёл, с большим дядей потолковать.
— Дела делишками, а чай испить надобно. Соевые бобы отборные, с апельсиновой цедрой да кунжутом, ароматнейшее питьё!
Гу Фэндэн редко доводилось видеть старшую тётю столь гостеприимной, и он даже растерялся от непривычки.
— Садись, Фэндэн, часом не чужие, чего церемониться, — подхватил старший двоюродный брат.
Сезон летних полевых работ ещё не подошёл к концу, и у всех троих мужчин из семьи Гу штанины были измазаны грязью — сразу видно, только с полей вернулись.
Старший дядя встретил его как обычно, велел садиться и прямо спросил:
— Какое у тебя дело?
Не успел Гу Фэндэн ответить, как Гу Хэмяо вынес чай: в каждой пиале добрая половина была заполнена обжаренными бобами.
Гу Фэндэн опустил голову и сделал глоток — обжарка и впрямь удалась, в меру солено, очень ароматно.
— Хороший чай.
— Родня по материнской линии сама делает, ничего особенного. Понравится — унесёшь с собой немного, — с улыбкой проговорила жена старшего дяди и уже собралась идти в комнату, чтобы собрать гостинец.
Гу Фэндэн поспешно остановил её:
— Давайте потом, сначала о деле потолкуем. Старший дядя, ко мне сегодня люди из Циншаньфу заходили, зовут на заработки. Если всё ладно сделать, серебра заплатят немало. Только Циншаньфу далеко, мне одному ехать спору нет, неудобно, вот я и подумал захватить с собой старшего брата.
Старший дядя замер:
— Ты хочешь сказать, взять с собой Хэмяо?
Гу Фэндэн кивнул:
— Я буду платить Хэмяо-гэ жалование по дням, по пятнадцать вэней в день.
Стоило ему это произнести, как у жены старшего дяди и старшего кузена загорелись глаза.
— Не годится, Старший ремеслу плотника не учился, приедет — только мешаться будет, нельзя с тебя деньги брать за просто так, — покачал головой старший дядя.
Но Гу Фэндэн возразил:
— Хотя старший кузен ремеслу не учился, я могу его обучить. Будет мне помогать по мелочи, стирать, готовить, а то я за целый день умаяться успею, так хоть холодную похлёбку не есть.
Шёл он сюда не с пустыми мыслями, всё в голове обдумал.
С Системой и плотницким ремеслом богатство пришло бы рано или поздно, но сам он носит фамилию Гу, его корни — в деревне Чанвань, не мог же он один сидеть сытым, вовсе не заботясь о родне.
Старший дядя в обеих его жизнях относился к их семье со всей душой, да и другие родственники помогали не раз. Раз уж у Гу Фэндэна появилась возможность, он, естественно, хотел отблагодарить близких.
Однако просто так раздавать серебро он опасался — ещё избалует людей. Куда лучше взять их с собой на дело, чтобы они сами овладели ремеслом и научились зарабатывать на жизнь.
И верно, стоило ему заикнуться об этом, как жена старшего дяди первой горячо поддержала:
— Фэндэн дело говорит! Отец, вспомни-ка учеников Пятого господина Лю: те и чай носят, и воду подают, сам он палец о палец не ударяет. А у нашего Фэндэна золотые руки, не дело ему и днём пахать, и по вечерам горбатиться. У Хэмяо нрав понятливый, голова светлая, хоть в плотницком деле и профан, но научиться сможет. На худой конец, хоть за домом приглядит, порядок наведёт.
Сказав это, она украдкой изо всех сил замахала сыну.
Гу Хэмяо и сам прекрасно знал о талантах двоюродного брата, так что кивнул без малейших колебаний:
— Отец, я с радостью поеду.
— Старший дядя, я ведь один в чужие края отправляюсь, боюсь — вдруг приболею, а ухода нет. С родным человеком рядом мне куда спокойнее.
Старший дядя постучал трубкой о колено:
— Ладно. Пусть Старший с тобой идёт. Но плату не бери. Где это видано — ремеслу учиться да ещё и деньги с тебя брать?
— Старший дядя, у нас в деревне самый разгар полевых работ. Я вот так запросто увожу вашего старшего сына, если ещё и жалование платить не буду, мне совести не хватит им командовать.
Старший дядя нахмурился, явно не разделяя его уверенности.
Жена старшего дяди легонько дёрнула мужа за рукав и тихо проговорила:
— Фэндэн парень с головой, толковый, послушайся ты его.
На том и порешили. Гу Хэмяо велели собирать дорожный узелок, через два дня отправляться в путь.
Гу Фэндэн бросил взгляд на приунывшего Второго кузена и добавил:
— Вот дел прибавится — если Фэншоу-гэ захочет, тоже сможет прийти на помощь.
— Правда? И я смогу поехать? — тут же оживился Гу Фэншоу.
Всякий знал: плотничать куда выгоднее, чем копаться в земле.
Гу Фэндэн улыбнулся:
— Работы станет больше, я один не сдюжу, всё одно пришлось бы кого-то звать, так лучше уж своих людей пристроить.
— Хей-хей, Фэндэн, ты не сомневайся, я работник старательный!
Договорившись обо всём, Гу Фэндэн заглянул навестить бабушку Гу и только после этого собрался в обратный путь.
На прощание жена старшего дяди насилу всучила ему целый узел чая из соевых бобов да ещё наказала Гу Хэмяо проводить брата до дома.
— Мам, ну ты перед этим совсем уж загнула, у Фэндэна аж лицо окаменело, — попендал ей по дороге Гу Хэмяо.
Мать зыркнула на него:
— Да что ты понимаешь! Фэндэн теперь человек другой. Если б я продолжала морщить нос, как раньше, неужто у него на душе осадка не осталось бы? Люди сближаются оттого, что друг к другу тянутся. Будем к нему с добром — и он про нас не забудет.
Убедившись, что старшего дяди поблизости нет, она принялась наставлять сына:
— Фэндэн парень хороший, старого кнута не поминает, обиды забыл, да ещё и тебя с собой на заработки берёт. Ты смотри у меня, поторапливайся, гляди в оба, чтобы любая работа в руках горела.
— Да это я и сам понимаю.
— Глядишь, научишься у него хотя бы капле мастерства, человеком станешь, мастеровым. Не всё ж спину гнуть на пашне.
— Мам, а коль научусь, так это ж я у Фэндэна хлеб отбирать стану?
Жена старшего дяди бросила на сына презрительный взгляд и хмыкнула:
— В плотницком деле талант нужен. С твоими-то деревянными руками — да конкуренцию ему составить? Слава богу, если сам себя с женой и детьми прокормить сможешь.
Гу Фэндэн не стал возвращаться домой и прямиком направился в деревню Сяньвань.
Семейство Лю тоже только что вернулось с полей: над крышей вился дымок от кухонного очага, мужчины мыли ноги во дворе, а ребятня с криками носилась вокруг.
— Дядинька! — первым заметил его старший племянник и бросился прямо к нему, мёртвой хваткой вцепившись в штанину.
Гу Фэндэн подхватил мальчугана на руки.
— Фэндэн, какими судьбами? Проходи, садись, — засуетился Лю Дачжу.
Гу Угу, хлопотавшая у печи, торопливо вытерла руки о фартук и вышла навстречу, сияя от радости при виде младшего брата.
— Старшая сестра, зять.
Заметив желтизну на лице сестры и догадавшись, как та измоталась за последнее время, Гу Фэндэн невольно нахмурился.
Однако расспрашивать не стал. При всём семействе Лю он повторил ту же речь слово в слово.
И ремеслу обучит, и жалование положит — пятнадцать вэней в день.
Услышав это, Лю Дачжу, конечно же, загорелся, но супруги не стали давать ответ с ходу и перевели взгляды на главу семейства — старого деда Лю.
Старик Лю согласился не сразу.
Тогда Гу Фэндэн добавил:
— Дядя Лю, мы с кузеном мололоды, по далёким местам не ездили. Страшно нам в чужие края одним отправляться, вот я и подумал позвать с собой старшего зятя.
Лю Дачжу в межсезонье подрабатывал на речной пристани неподалёку, а то и вовсе добирался до самой пристани Циншаньфу — считай, человек бывалый.
Гу Угу сидела потупившись, сердце ее колотилось отчаянно.
Пятнадцать вэней в день — деньги немалые! Лю Дачжу на пристани мешки таскал за те же самые гроши, горбатясь от рассвета до заката так, что спина разгибаться переставала.
Она прекрасно понимала, что младший брат делает это ради неё, иначе с чего бы ему тащить в город мужа сестры, а не кого-то из двоюродных братьев?
— Тятя, я знаю, что пахота в разгаре, работники дома нужны. Но раз уж зять сам позвал, нельзя же отказывать такой милости.
За день деревенскому батраку за тяжёлый труд платили всего пять вэней, а тут пятнадцать — настоящее богатство.
Услышав про деньги, старик Лю смягчился:
— Ладно уж. Хоть земля сейчас из рук не выпускается, но раз сродственник сам попросил, уважить надобно. Дачжу, в чужих краях ты старший, приглядывай за обоими шуринами.
Лю Дачжу закивал с готовностью.
Гу Фэндэн улыбнулся, потрепал племянника по макушке и обернулся к сестре:
— Сестра, как я уеду, дома останутся только Даоми и Синван. Не переберёшься ли ты к нам на время?
Гу Даоми покосилась на свекровь.
Матушка Лю молчала.
Гу Фэндэн перевёл взгляд на неё:
— Ттушка, я ведь переживаю, что невестке одной дома боязно будет. Хоть крикни — соседи у большого дяди услышат, но одно дело рядом, а другое — под одной крышей. Старшей сестре с Тей Данем и паек везти не нужно, пусть просто присмотрят за ребятишками, чтобы к воде не бегали.
В голове матушки Лю быстро защёлкали счеты: пусть с уходом Гу Угу рабочих рук в доме убавится, зато и едоков сразу на треть меньше станет. Если приспичит и без работницы совсем невмочь будет — покричат через забор, и вернется Гу Угу в соседнюю деревню помогать.
Довольная своими расчётами, матушка Лю с улыбкой закивала:
— Чего ж тут не пойти? Старшая невестка, собирайся, поживи у родни пару дней.
Гу Угу тоже просияла:
— Мам, я тогда пожитки соберу, завтра с Дачжу пораньше уйду, помогу Фэндэну в дорогу собраться.
Только после этого Гу Фэндэн со спокойной душой отправился назад.
На следующий день Гу Угу явилась в родительский дом вместе с мужем и ребёнком.
— Старшая сестра! — обрадовалась Гу Даоми.
Не успели сёвы и слова перемолвить, как старшая засучила рукава и с головой ушла в хлопоты: навязала целый узел сухих лепёшек и провизии.
— Сестра, нам до Циншаньфу всего три дня ходу, с людьми из Клана Ши идём, к чему столько сухой клади?
Гу Угу стояла на своём:
— Ты из дому носу не каживал, не знаешь. На чужбине всё втридорога, да и нечисто всё. То ли дело домашнее, хоть со спокойной душой съешь. Не осилим — не беда, зять у нас знатный едок, за двоих уплетёт.
Лю Дачжу только простодушно улыбался в ответ.
Делать было нечего, Гу Фэндэну пришлось взять узелок.
На третий день, перед самым выходом, Гу Угу помимо плотницкого ящичка нагрузила мужа и Гу Хэмяо поклажей под завязку, без конца наставляя и охая — боялась, недосмотрят за младшим братцем.
Шагая по дороге, Гу Фэндэн не выдержал:
— Зять, Хэмяо-гэ, отдайте-ка мне пару узлов.
— Не надобно, у меня силушки много, — отмахнулся Лю Дачжу.
— Я тоже не устал, — уперся Гу Хэмяо.
Вздохнув, Гу Фэндэн подхватил свой инструмент и зашагал впереди.
Добравшись до ворот уезда Миншань, все трое издалека увидели бесконечную вереницу повозок.
— Фэндэн, нам сюда? Ишь ты, какой обоз длинный!
— Вот это размах, страшно подумать.
Гу Фэндэн и сам невольно изумился, в глубине души мелькнула тревога: не перепутал ли он место? Наняли всего-то пару плотников, к чему столько повозок?

Комментарии

Загрузка...