Кто это сказал? — раздался за спиной наглый, выпендрёжный голос. Под фирменное музыкальное сопровождение, с зачесанными назад волосами — лаком для волос так залитыми, что муха поскользнётся, — в тёмных очках и с зубочисткой в зубах, расправив плечи, вошел невероятный красавчик.
— Тьфу ты, я же вам говорил! Моя музыка должна звучать громче, врубайте на полную, давай сначала! — тут же принялся отчитывать пришедших с ним подручных мужчина в тёмных очках.
Подручный виновато опустил голову и заискивающе затянул: — Маленький Ма-гэ прав, это я забыл выкрутить звук на максимум. — Он торопливо нажал кнопку перемотки и выкрутил громкость плеера до предела.
Снова зазвучала бравурная музыка.
Только тогда Маленький Ма удовлетворённо кивнул, вышел за дверь и вернулся снова, окинув через тёмные очки взглядом остолбеневших Вэя Потного и остальных.
— Кто тут только что говорил, что даже небожитель не сможет его спасти? Это ты ляпнул?
Вэй Потный: «┓(;′_`)┏» — он уже потерял дар речи. Когда в голову упирается ствол, что тут ещё скажешь?
К тому же Маленький Ма и Сун Цзыхао были непревзойдёнными героями, прославившимися почти двадцать лет назад. Можно было не знать самого Маленького Ма в лицо, но его пистолет и фирменную музыкальную тему для выхода просто обязаны были знать все. Эта мелодия, как и музыкальная тема Сяо Фэна из «Дракона и тигра» в исполнении Феликса Вонга, была уникальна: пока не сломался магнитофон и звучит мелодия, они непобедимы.
— Слушай сюда: этого брата крышую я, Маленький Ма. Если надумаешь снова донимать его в будущем, пожалуйста, припаси для меня парочку дополнительных батареек для плеера. Выступаю я бесплатно, но батарейки с тебя по чеку, уяснил? — Маленький Ма поскрёб зубочисткой нос Вэя Потного.
— Понял, Ма-гэ, понял. — Вэй Потный покорно опустил голову, признавая поражение, послушно вытащил ещё две крупные купюры и с позором смылся вместе со своими шестёрками.
Не смыться было нельзя: те пареньки играли с огнестрелом, а он — с ножами. Если бы ножи могли побеждать пистолеты, то наша династия Цин никогда бы не пала.
......
Маленький Ма снял тёмные очки, по-свойски приобнял Чэнь Чао за плечи и с улыбкой спросил: — Парень, хоть мы с тобой только познакомились, но я всё же спас тебя, притворившись бессмертным. Можешь не благодарить, а сейчас пойдём со мной к дядюшке Яо, он лично назвал твоё имя и хочет тебя видеть.
Чэнь Чао бросил взгляд на знакомую улыбку Маленького Ма и вдруг громко рассмеялся.
Маленький Ма: — Чего ты смеёшься?
Чэнь Чао сдержал улыбку: — Ничего. Просто ты очень похож на одного моего старого друга, хотя, если приглядеться, разница всё же есть.
Маленький Ма: — Какая же разница?
Чэнь Чао: — Тот мой друг не такой молодой, как ты, не такой красивый, а главное — не такой показушник.
— Ха-ха-ха...
Маленький Ма тоже расхохотался и принялся хлопать Чэнь Чао по плечу: — Нравишься ты мне, парень! Будем дружить. Знаешь ведь, среди тех, кто может зваться моим другом, кроме Хао-гэ, есть только ты.
......
На следующий день.
Здание финансово-промышленной группы.
Трудно было представить, что преступная организация, промышлявшая подделкой купюр, смогла разрастись до таких масштабов: ей принадлежало целиком всё высотное здание, что в жутко дорогом и тесном центральном районе Сянгана казалось практически немыслимым.
К тому же оно находилось прямо напротив штаб-квартиры полиции. Заниматься тёмными делами прямо под носом у легавых, аккурат напротив их участка — это уже верх наглости и показухи.
Чэнь Чао запрокинул голову и пялился наверх до тех пор, пока у него не заныла шея, но верхушки небоскрёба так и не разглядел.
— Хватит глазеть. Если хочешь посмотреть, потом поднимешься на обзорном лифте и как следует всё разглядишь. — Маленький Ма приобнял Чэнь Чао за плечи, и они вместе направились к автоматическим дверям здания.
Позади, зажав под мышкой книгу, молча следовал Тань Чэн. Его взгляд то и дело блуждал по Чэнь Чао, словно он пытался понять, что за птица этот юнец, раз смог снискать расположение Маленького Ма.
Заметив чужой взгляд за спиной, Чэнь Чао обернулся.
Их взгляды только встретились, как Тань Чэн с улыбкой первым опустил глаза и незаметно отвёл их в сторону.
Глаза — зеркало души, и он боялся, что этот тёмная лошадка с непонятным прошлым прочтёт что-нибудь по его взгляду.
......
— Старший брат, как тебя зовут? — войдя в обзорный лифт, Чэнь Чао первым завязал разговор с Тань Чэном.
Этот паршивец та ещё змеюка: и Маленький Ма, и Сун Цзыхао — люди масштабные, а он их всё равно надул. Если понадобится, лучше заранее прощупать почву насчёт этого типа: только зная себя и противника, одержишь победу в сотне битв.
Система требовала, чтобы Чэнь Чао взял под контроль весь синдикат фальшивомонетчиков, и их цели с Тань Чэном совпадали. Этот лакомый кусочек достанется кому-то одному.
Тань Чэн отвёл глаза и не успел ответить.
Маленький Ма с хохотом хлопнул Тань Чэна по плечу и бросил Чэнь Чао: — Да что ты его спрашиваешь? Не зови его старшим братом, напугаешь ещё. Его зовут Тань Чэн, он водитель, — Маленький Ма изобразил руками вращение руля, — так что можешь звать его просто А-Чэн.
— Ма-гэ прав, можете звать меня А-Чэном, брат. — Тань Чэн льстиво улыбнулся Чэнь Чао, избегая смотреть кому-либо прямо в глаза.
Чэнь Чао дружески похлопал Тань Чэна по плечу: — И ты не зови меня старшим братом. Я ведь тоже шестёрка на побегушках, зови меня просто А-Чао.
Уж в чём-чем, а в актёрской игре и притворстве слабаком Чэнь Чао не был перед лицом кого угодно.
Значит, этот парень просто нанятная пешка, чтобы работать на компанию, — Тань Чэн в душе слегка оттаял.
......
Дзынь!
Лифт прибыл на нужный этаж.
— О, Малыш Ма, а вот и ты. Это он... — Сун Цзыхао перевёл взгляд на стоявшего за спиной Малыша Ма Чэнь Чао.
Маленький Ма рывком выдвинул Чэнь Чао вперед: — Вот он, А-Чао. Тот самый человек, которого дядюшка Яо велел нам отыскать. Сколько лет мы его искали, Хао-гэ, я уже и сам не помню.
Так это и есть тот парень, которого этот старый хрыч дядюшка Яо всё это время тайком велел разыскивать? Тань Чэн с непроницаемым лицом снова посмотрел на Чэнь Чао, и камень, только что упавший с души, вновь подкатил к самому горлу.
— Неплох. — Первое впечатление Сун Цзыхао от Чэнь Чао оказалось превосходным. (Мысли Чэнь Чао: Ещё бы, единственное, что у меня прокачано — это Харизма, она почти вдвое выше обычной человеческой).
— Малыш Ма, пусть А-Чао пока посидит, у дядюшки Яо есть к нам разговор.
Сун Цзыхао позвал Маленького Ма, и они вошли в кабинет председателя.
Хотя реальная власть в компании принадлежала Сун Цзыхао и Маленькому Ма, Сун Цзыхао отличался глубоким чувством долга и верности: он не превращал дядюшку Яо в марионетку и в случае важных дел всегда советовался со стариком.
......
Пока Сун Цзыхао и Маленький Ма обсуждали дела в кабинете председателя, Чэнь Чао от нечего делать заглянул в уборную. Возвращаясь обратно, он увидел Тань Чэна, который сидел на диване с раскрытой книгой и усердно читал.
— О, А-Чэн, что читаешь? — с любопытством на лице Чэнь Чао подошёл ближе.
Тань Чэн было попытался спрятать книгу за спину, но Чэнь Чао двигался быстрее и выхватил её у него.
— Крестный отец? — Чэнь Чао перелистал пару страниц: внутри всё было сплошь на английском!
Оригинальное международное издание.
— А-Чэн, а ты разве понимаешь письмена заморских дьяволов? — Чэнь Чао с деланным равнодушием вернул книгу Тань Чэну, но в душе затаил глубокую настороженность: он никак не ожидал, что у этого типа в голове водится столько чернил. Занять чужое место тому помогла далеко не одна лишь удача.
— А-Чао, ты слишком высокого о мне мнения, откуда мне знать их письмена? Я просто от скуки разглядываю картинки. — Тань Чэн непринуждённо объяснил всё.
Иллюстрации в книге действительно имелись, но действительно ли он маялся дуру, разглядывая картинки в англоязычной книге — ведомо лишь ему самому.
— Кхе-кхе-кхе... — Тань Чэн вдруг зашёлся в сумасшедшем кашле.
Чэнь Чао изобразил крокодиловы слёзы: — А-Чэн, ты в порядке?
Тань Чэн раскашлялся до багрового цвета лица и замахал рукой: — Ничего страшного, просто в последнее время немного простужен.
Чэнь Чао: — Заболел — так почему к врачу не идёшь? Так и умереть можно.
Тань Чэн: — Пустяки, я молодой, иммунитет сильный, как-нибудь перетерплю. — Вытаскивая носовой платок, чтобы вытереть рот, он случайно вытянул кошелёк, который рухнул на пол — внутри валялось всего несколько жалких монеток.
......
Кабинет председателя.
Дядюшка Яо держал в правой руке чашку чая: — А-Хао, ты действительно всё решил?
Сун Цзыхао тяжело вздохнул: — Да. Я решил завязать, как только провернем это дело на Баодао. Вы ведь и сами знаете, дядюшка Яо, А-Цзе служит в полиции, он до сих пор понятия не имеет, что я промышляю незаконными делами. Боюсь, настанет день, когда А-Цзе сам наденет на меня наручники — я бы предпочёл этого не видеть.
Дядюшка Яо с трудом кивнул: — И кто же возглавит компанию?
Сун Цзыхао бросил взгляд на Маленького Ма, который жевал зубочистку с наглым видом: — Дела компании я хочу передать Маленькому Ма. Братки его уважают, если бразды правления возьмет он, никто и слова против не скажет.
Маленький Ма выплюнул зубочистку: — Хао-гэ, ты как раз в самом расцвете сил, мужик в зените карьеры. А взгляни на дядюшку Яо — он вон в каких годах, а кресло председателя держит крепко. Тебе ещё до пенсии далеко...
— Малыш Ма... — Сун Цзыхао покачал головой. — Разве ты не знаешь, каков мой младший брат? Если я не поступлю так, рано или поздно мы сойдемся с ним в смертельной схватке. Неужели ты хочешь смотреть, как родные братья убивают друг друга?
Маленький Ма пожал плечами, натянул воротник повыше и уселся на корточки в углу дымить сигаретой.
— Ладно, раз уж ты, А-Хао, так решил, пусть будет по-твоему. Когда пойдёте с Малышом Ма наружу, заодно позови того паренька, пусть зайдет ко мне. — Под пареньком дядюшка Яо, разумеется, имел в виду Чэнь Чао.
......
Снаружи.
— А-Чэн, если человек заболел, надо лечиться, как можно это терпеть? Маленькая болезнь может перерасти в большую. У меня тут есть немного денег, возьми, купи лекарств.
Чэнь Чао сунул Тань Чэну ещё одну крупную купюру, выбитую из Вэя Потного.
— Спасибо, Чао-гэ. — Тань Чэн не стал церемониться, поклонился и принял деньги.
Умеет и прогнуть спину, и выпрямить — и впрямь, вершить великие дела способен далеко не простак. В сердце Чэнь Чао появилось ещё чуточку больше понимания насчет Тань Чэна.
Чэнь Чао: — Не зови меня Чао-гэ, слишком официально. Я в компании первый день, в будущем ещё придётся прикрывать меня, А-Чэн.
Тань Чэн смущённо улыбнулся: — Брось, мы же братья, помогать друг другу — это наш долг.
— А-Чао, зайди в кабинет, дядюшка Яо хочет тебя видеть. — Вышедший наружу Маленький Ма между делом позвал Чэнь Чао, а затем бросил Тань Чэну: — А-Чэн, иди загони машину вниз, подожди нас там. Мы с Хао-гэ скоро поедем в старое место.
Тань Чэн: — Хорошо, Ма-гэ.
......
Кабинет председателя.
— Здравствуйте, дядюшка Яо. — Войдя внутрь, Чэнь Чао первым делом приветствовал своего новоиспеченного папашу.
— Ай, хорошо-хорошо-хорошо, славный малый, скорее закрой дверь. — Дядюшка Яо держал чайную чашку и с отцовской нежностью смотрел на Чэнь Чао, и чем дольше смотрел, тем больше тот ему нравился. Мальчишка вылитый он в молодости — такой же писаный красавец.
А от того, что Чэнь Чао назвал его дядюшкой Яо, на душе сделалось до того горько, что рука, державшая чашку, задрожала.

Комментарии

Загрузка...