Когда Ин Хуайсюй вышел из Палаты Наставления, группа внешних учеников уставилась на него так, будто они увидели призрака.
─ Старший сородич, ты ведь только что из Палаты Наставления?
Ин Хуайсюй кивнул.
Старожил внешних земель недоумённо нахмурился:
─ Разве старшая сестра Хэ сегодня не читала проповедь?
Ин Хуайсюй удивился: ─ Читала!
Ученик растерялся еще больше: ─ Читала? И как же ты вышел оттуда целым и невредимым?
От такого вопроса Ин Хуайсюй даже растерялся.
─ Разве я не должен был выйти целым?
Тот ученик с ног до головы окинул Ин Хуайсюя оценивающим взглядом.
─ Младший сородич многого не знает. Проповеди старшей сестры Хэ мало того что невыносимо слушать, главное – те, кто слушает их, в девяти случаях из десяти сходят с ума. Уж больно трудно постичь те принципы, о которых она говорит, а даже если поймёшь – они сильно расходятся с обычными методами самосовершенствования!
─ Если и вправду следовать её наставлениям в практике, беды не миновать!
Ин Хуайсюй почувствовал, как у него онемело лицо.
По правде говоря, Хэ Сисян битый час несла какую-то околесицу, и Ин Хуайсюй не уловил ни единого слова, его занимал лишь непрерывный рост собственных очков опыта.
Но объяснять это было трудно.
В конце концов Ин Хуайсюй нашелся что ответить:
─ А что, если её Великий Путь просто слишком глубок и туманен для моего разумения, оттого мне и не поплохело?
─ Впрочем, сказать, что совсем ничего не отразилось на мне, нельзя – в голове всё же немного шумит!
Те ученики разом всё поняли.
Затем один из них посмотрел на Ин Хуайсюя сочувственным взглядом.
─ Что ж, младшему сородичу несказанно повезло. У меня как раз есть немного пилюль для улучшения сна, возьми, младший брат!
С этими словами ученик сунул фарфоровый пузырек с пилюлями прямо в руку Ин Хуайсюю и тут же поспешно ретировался.
Ин Хуайсюй лишился дара речи.
Что это вообще было?
Что до пилюль для сна, Ин Хуайсюй небрежно забросил их на самое дно своего вещевого мешка.
Однако побочные эффекты и вправду оказались весьма ощутимыми.
В этот момент Ин Хуайсюй чувствовал, что его голова раскалывается от боли.
Похоже, сегодня он уже не сможет заняться ничем полезным.
Не имея иного выхода, Ин Хуайсюй поплёлся отдыхать в собственную пещеру.
Но вскоре он до конца прочувствовал, зачем старший собрат вручил ему те пилюли для сна.
Черт побери, стоило ему закрыть глаза, как в ушах начинал назойливо звенеть пронзительный голос Хэ Сисян.
Ин Хуайсюй поспешно достал пилюлю для сна, проглотил её и рухнул на постель.
Он было понадеялся, что на этом всё закончится, но во сне он снова очутился в Палате Наставления, где самозабвенно внимал пронзительным речам Хэ Сисян...
На следующее утро, едва забрезжил рассвет, Ин Хуайсюй с огромными синяками под глазами сидел на краю кровати с совершенно отрешенным видом.
Своим видом он напоминал человека, чья страсть зашла слишком далеко.
Ин Хуайсюй налил себе чашку воды, вышел из пещеры, устроился в кресле-качалке и тупо уставился в небеса.
До чего же это было мучительно.
Сегодня ему не хотелось делать ровным счётом ничего, даже ежедневные дела казались непосильной ношей.
Последействие проповеди Хэ Сисян оказалось чересчур мощным.
Хуже всего было то, что эти последствия опыта не прибавляли!
«Слушать проповеди старшей сестры нужно с величайшей осторожностью!» – вынес для себя урок Ин Хуайсюй.
......
По сравнению с мучениями Ин Хуайсюя, глава Пика Пилюль страдал куда сильнее.
Вся беда заключалась в том, что Хуан Тяньци неведомо каким чудом снова умудрился сварить пилюлю сбора цзи уровня Бессмертного.
Он-то поначалу с воодушевлением притащил сына обратно, желая доказать всем вокруг, что его чадо вовсе не никчемный глупец.
Но вышло так, что глупец остался глупцом.
Ибо Хуан Тяньци больше так и не смог повторить свой успех с бессмертной пилюлей.
Что же до остальных пилюль, то у него, казалось, на каждые десять котлов девять взрывались, а оставшийся взрывался сильнее прочих.
Это был уже не просто брак в алхимии – парня можно было назвать совершенно безнадёжным в этом деле!
Как только глава Пика Пилюль уже собрался махнуть на Хуан Тяньци рукой, тот выдал очередной грандиозный фокус.
Выражаясь его собственными словами: раз двухсот порций трав мало, значит, потребуется тысяча.
После чего Хуан Тяньци чуть не разнёс в щепки главный зал самого Пика Пилюль.
Но самое главное – у него снова получилось.
Изведя тысячу порций трав, он во второй раз сотворил пилюлю Накопления Ци уровня Бессмертного.
От этого зрелища глава Пика Пилюль лишился дар речи.
Вся соль была в том, что сколь бы чудесной ни была пилюля Накопления Ци, она оставалась всего лишь пилюлей Накопления Ци.
Ценность одной бессмертной пилюли равнялась самое большее пятистам пилюлям высшего качества.
А он ради одной такой штуки перевёл тысячу порций сырья!
Убыток был просто колоссальным.
Но беда в том, что пусть и с убытками, а Хуан Тяньци всё же способен создавать бессмертные пилюли.
Назвать сына полным ничтожеством нельзя – он ведь варит пилюли высшего ранга бессмертных, пусть цена этого успеха и разорительна.
Оттого на душе у главы Пика Пилюль скребли кошки.
Ощущение было такое, будто твой ребёнок – последняя жаба, но при этом эта жаба сияет всеми цветами радуги...
Зато глава ордена сиял от радости.
─ Старина Хуан, гляди на вещи шире! Малец Тяньци просто ещё не приноровился, а со временем набьёт руку и перестанет чудить!
Стоит признать, эти слова подействовали очень утешительно.
Главе Пика Пилюль оставалось лишь скрепя сердце кивнуть.
Настроение у главы ордена было прекрасным.
─ Сегодня мы собрали всех вас здесь главным образом для того, чтобы обсудить предсказание прародителя. Должен признать, пророчества нашего предродителя сбываются с поразительной точностью!
─ Е Ниншуань и впрямь оправдывает звание избранной небесами; с тех пор как она явилась к нам, в ордене поистине не переводятся благие вести!
─ Хотя бедствие в Городе Лохуэй разрешила не она, благодаря присутствию Е Ниншуань – вместе с Хэ Сююанем и ещё одним учеником внешних земель, принявшими непосредственное участие, – эта напасть была устранена!
─ Вы, наверное, не ведаете: ныне, пока земли нашего ордена меча Шэньсяо пребывают в безопасности, в иных обителях и священных местах творится то же самое, что произошло в Городе Лохуэй. И поскольку тамошние обитатели не отнеслись к угрозе должным образом, последствия оказались предсказуемыми!
─ Все жители целого города пали жертвами кровавого жертвоприношения – это сущий ад на земле!
Выслушав это, главы пиков невольно втянули воздух ртами.
Тут глава ордена сменил тон:
─ Е Ниншуань – истинное дитя судьбы, она уже явила свою мощь, а потому я полагаю, нам следует сообща выработать план её взращивания!
Произнеся это, глава ордена устремил взгляд на Лю Цинъи.
Та лишь молча попивала чай, даже не помышляя вступать в разговор.
Остальные главы пиков тоже перевели взгляд на Лю Цинъи.
Но раз уж Лю Цинъи хранила молчание, они пока не смели высказываться лишний раз.
Наконец Лю Цинъи опустила чашку и только тогда посмотрела на главу ордена.
─ Как ни крути, а вы всё равно считаете мой подход ошибочным. Раз так, передайте её кому-нибудь другому! В конце концов, она избранная небесами, и кто бы ни взял её под своё крыло, сути дела это не изменит!
Глава ордена тяжело вздохнул.
─ Заветы прародителя нарушать нельзя. Но при этом скажи на милость, должен ли ты...
Лю Цинъи холодно перебила его:
─ Я вот думаю: что важнее – слова прародителя или само дитя судьбы?
Все вокруг на мгновение лишились дар речи.
Лю Цинъи продолжила допытываться:
─ Согласно изначальному плану, Е Ниншуань было бы тяжело достичь даже девятого уровня Закаливания Тела за два года. Так ответьте мне: какова ее ступень развития сейчас?
Толпа хранила молчание: ─ ...
Глава ордена покачал головой: ─ Но твой метод всё же слишком суров. В Городе Лохуэй Е Ниншуань чуть было не погибла!
Лю Цинъи с улыбкой вопросила: ─ И что же, она умерла?
Толпа хранила молчание: ─ ...
Лю Цинъи поднялась с места и произнесла:
─ Либо вы сами подберёте для Е Ниншуань нового наставника, либо продолжите действовать по моему разумению. Впредь, если только речь не зайдет о смене учителя для Е Ниншуань, можете меня по подобным пустякам не беспокоить!
С этими словами Лю Цинъи мгновенно растворилась в воздухе...

Комментарии

Загрузка...