На следующее утро Цзян Лин открыл глаза и приподнялся на деревянных досках кровати.
Клевер всё ещё крепко спала. Словно почувствовав движение рядом, её ресницы едва заметно дрогнули, но просыпаться она не спешила.
Как можно спать так крепко, будучи совсем одной? А если объявится кто-нибудь с дурными намерениями?
Мысленно ворча себе под нос, Цзян Лин протянул шаловливую руку и принялся трепать Клевер по мягким белым волосам.
Голову Клевер было трогать невероятно приятно – сколько ни гладь, всё не надоедало.
Клевер так и не проснулась, а скорее даже задремала ещё слаще, во сне легонько ткнувшись носом в руку Цзян Лина, отчего на лице того невольно появилась умильная улыбка.
Что ж, новое утро тотчас же наполнилось чувством абсолютного умиротворения.
Натешившись, Цзян Лин покинул деревянную хижину, стараясь не потревожить Клевер. Утренний порыв ледяного ветра заставил его судорожно втянуть воздух.
Хотя прошло уже целых два дня с тех пор, как он оказался в таких условиях, привыкнуть Цзян Лин так и не смог.
Добравшись до ручья неподалёку от лагеря и ополоснув лицо, Цзян Лин заглянул в хижину, где лежала раненая милила, захватил пару диких плодов и принялся утолять голод, заодно обдумывая планы на день.
Питаться одними дикими фруктами – дело гиблое. Надо бы сообразить через систему немного камня и смастерить печь или вроде того.
Глядя на карту в системном интерфейсе, Цзян Лин видел, что живности вокруг их укреплений немало.
Попадались даже леопарды, правда, держались они довольно далеко. Удалось бы Клевер одолеть такую тварь – большой вопрос, так что на охоте лучше держаться от них подальше.
Кроме того, нужно будет выкроить время и наведаться к той капсуле стазиса, в которой он спал раньше, – авось удастся разобрать её на полезные материалы с помощью системы.
Да, ещё понадобятся орудия труда и оружие. По словам Клевер, грабежи и набеги на чужие поселения в Крайском мире – дело обычное, так что неплохо бы обзавестись защитой на крайний случай.
Тьфу ты... стоит только задуматься, дел набирается невпроворот.
Доев дикие плоды, Цзян Лин перевёл взгляд на ангела, застывшего в разрушенной хижине.
В тот момент ангел всё так же неподвижно лежал на топчане, словно сотворенное мастером-умельцем на исходе дней произведение искусства – невероятно прекрасное, неизменно приковывавшее к себе случайные взгляды Цзян Лина.
Эта девчонка ещё не очнулась.
Хотя оно и неудивительно: получить такие тяжеленные ранения и при этом выжить – уже само по себе чудо.
Цзян Лин сделал шаг вперёд, намереваясь получше разглядеть черты лица ангела. Вчера гостья была сплошь покрыта кровью, так что разглядывать её подробно ему было некогда.
По мере того как его взгляд продвигался вперёд – мимо обтянутых белыми чулками изящных ног, мимо вздымающейся груди ангела, – Цзян Лин наконец смог рассмотреть её тонко вылепленные черты.
Что ж, красота по-прежнему поражала воображение: и чуть вздернутый носик, и прекрасные глаза цвета льда напоминали ему коллекционные фигурки, на которые было приятно смотреть уже само по себе.
...Погодите-ка, глаза цвета льда?
Цзян Лин внезапно всё понял и замер на месте, как вкопанный.
Ангел уже успел открыть глаза и теперь молча смотрел прямо на него.
...
─ «Люция Электра».
В полузабытьи послышлся чей-то голос, звавший её по имени.
Она подняла взгляд и увидела залитый священным светом просторный зал, откуда доносился мягкий, доброжелательный голос: ─ Поздравляю, ты успешно освоила все знания, необходимые для того, чтобы стать полноправной милилой.
─ А теперь тебе предстоит отправиться на поверхность для десятилетней научно-исследовательской практики. По её окончании ты станешь истинной милилой.
─ Десятилетней... исследовательской практики?
─ Именно. Спустя десять лет ты обратишься в настоящую милилу, а остаться на поверхности или вернуться и строить родной дом – решать только тебе.
─ Правда, условия на поверхности суровее некуда, а здешние обитатели чрезвычайно жестоки, так что в любой момент можно расстаться с жизнью.
─ И за эти десять лет мы не окажем тебе никакой помощи, хотя ты можешь искать поддержки у других милил на поверхности. Люция, у тебя всё ещё есть шанс передумать.
Услышав это, Люция почувствовала, как перед глазами всё на миг поплыло, а затем в голове будто что-то взорвалось.
Священный зал перед ней в тот же миг разлетелся на осколки, словно зеркало, оставив после себя лишь кромешную тьму.
─ Ах да, я же собиралась отправиться на поверхность для научных исследований.
Люция осознала: только что увиденное было всего лишь сном... сном, который действительно когда-то происходил наяву.
─ Но в таком случае к этому моменту я уже должна была оказаться на поверхности, верно?
Что же... в конце концов случилось?
В хаотичной пелене туманных воспоминаний Люция отчаянно пыталась восстановить события после прибытия на поверхность.
Среди обрывков памяти ей удалось отыскать лишь крошечные фрагменты.
Когда она прорывала стратосферу и готовилась к посадке, на неё... совершили нападение.
Кто был нападавшим, она так и не разглядела – лишь заметила снаряд, который с абсолютной точностью угодил прямо в неё.
После этого она уже ничего не видела, а остатки разума позволили лишь ощутить, как её тело стремительно падает вниз с огромной высоты.
Сколько длилось падение, она не знала. Оглушительный грохот разорвал тишину у её собственного изголовья, а пронзительная боль, словно внутренности разрывались на куски, сделала её сознание совсем туманным.
На теле почти не осталось живого места, и она отчётливо чувствовала, как её кровь и жизненные силы утекают с пугающей быстротой.
Прежде чем сознание окончательно погрузилось во тьму, Люция среди всеобъемчащего холода ощутила доселе невиданное тепло, словно возвращаясь в материнские объятия предков.
─ Выходит, сейчас я на самом деле мертва?
Оказывается, перед смертью милилы чувствуют именно это.
Очень тепло, совсем не так, как подобает умирающему.
Ах-ах... десятилетняя научная практика закончилась, едва успев начаться в первый же день.
Наверное, она самая позорящая всех милилу за всю историю?
Затем мысли Люции оборвались, и она стала терпеливо ждать, пока последние крупицы её сознания растают, принимая подлинную смерть.
«......»
Прошло неизвестно сколько времени, прежде чем Люция обнаружила: её сознание не только не рассеялось, но стало ещё яснее.
А веки вновь обрели способность что-то чувствовать.
Воздух с примесью затхлого запаха заполнил лёгкие, и Люция явственно ощутила, как при этом вздымается её грудь.
Я... не умерла?
Подумав об этом, Люция собралась с силами и с немалым трудом приподняла веки.
В поле зрения предстал деревянный потолок, густо покрытый мхом, напоминавший заброшенный давным-давно... туалет.
Именно туалет, потому что Люция заметила, насколько до смешного тесным оказалось помещение.
Неужели... меня похитили те, кто на меня напал?
Едва эта мысль забрезжила в голове, как на душе у Люции стало ещё тоскливее: быть похищенной собственными обидчиками – уж лучше бы она сразу сгинула!
Она попыталась приподнять руку, но с ужасом обнаружила, что совершенно не чувствует собственных конечностей – они будто перестали существовать.
Скосив глаза, Люция убедилась, что руки и ноги на месте и на них даже виднеются следы каких-то перевязок, но тело ниже шеи не отзывалось вовсе.
Сердце Люции рухнуло в ледяную пропасть.

Комментарии

Загрузка...