Приняв добрую волю «барона порта Сухого Дерева», Кедсон развернулся и быстрым шагом направился к «Лагерю разбитых кораблей», созывая полумертвых от голода матросов собирать вещи и готовиться к смене дислокации.
— Шевелитесь! Собирайте всё, что ещё можно использовать!
— И грузы из трюма... эти инструменты нам ещё наверняка пригодятся!
Ещё когда имперские солдаты только появились в лесу, парни из любопытства столпились неподалеку.
Услышав, что капитан достиг соглашения с местным аристократом, они от волнения не смогли сдержать слёз, втайне радуясь, что не вздёрнули на мачте того идиота, который завел их прямо в шторм, а сохранили ему жизнь.
Толпа быстро принялась за работу.
Они перевернули трюм вверх дном, вытаскивая наружу все уцелевшие припасы.
Глядя на эти суетящиеся в поте лица фигуры, Тич крутил на указательном пальце серебряную трость и с самодовольным видом подмигнул стоявшему рядом слуге в черном плаще.
— Ну как, похож я на аристократа?
Одетый в черный плащ с капюшоном Лумир невозмутимо взглянул на него и спокойно ответил.
— Сойдет. Было бы ещё лучше, если бы ты обошелся без лишней болтовни, создающей проблемы на пустом месте.
Мгновение назад он даже подумал, что этот парень взялся за старое и решил стрясти с этих бедолаг кругленькую сумму. Но теперь казалось, что в нем просто проснулся актер.
Тич пропустил замечание Лумира мимо ушей и широко усмехнулся, обнажив на редкость белые для пирата зубы.
— Ты ничего не понимаешь, это как раз самое важное... Если хочешь, чтобы люди поверили в твое благородное происхождение, ты должен вести себя как аристократ. Неужели ты думал, что я буду ковыряться в носу, обнимать этого капитана Кедсона за плечи и предлагать: «Дружище, не хочешь глотнуть рома для успокоения нервов?» Он бы с первого взгляда раскусил, что я за фрукт, и ни за что не стал бы относиться к нам с таким почтением.
Пират покачал головой, приводя вполне логичные доводы.
— Мы обязаны подавить их своей аурой, чтобы они перестали задаваться вопросом «а правда ли это?», и заполнили свои мозги мыслями «что же теперь делать?».
Он ни за что бы не признался, что ему просто до одури хотелось поиграть в аристократа.
На лице Лумира промелькнула слабая усмешка, но он промолчал, спокойно обдумывая дальнейшую расстановку сил.
Владыка Демонов, наметив общий план, полностью передал дело в его руки. Для него это был идеальный шанс продемонстрировать свои способности.
Ему нужно было тщательно продумать, как провернуть всё максимально чисто, чтобы комар носа не подточил... У него совершенно не было времени трепаться с этим полезным инструментом.
Заметив, что собеседник не собирается поддерживать разговор, Тич сухо рассмеялся, отбросил шутливый тон и перешел к делу.
— Но если серьезно... зачем мы ломаем перед ними комедию? У них нет ни нашего золота, ни наших людей. Если Владыка Демонов не хочет, чтобы чужаки узнали об этом месте, почему бы просто не прикончить их всех?
Словно ожидая этого вопроса, Лумир слегка улыбнулся и неторопливо ответил.
— Всё очень просто. Владыке Демонов нужна пешка.
— Снятие Великого барьера спровоцировало колоссальный шторм. Судя по их словам, внешний мир пострадал от него ничуть не меньше нашего. Флот имперских колоний рано или поздно прибудет сюда для выяснения причин, а Кедсон и его матросы послужат отличными гонцами, чтобы передать имперским колониям четкий сигнал.
— Принц прибыл. И у этих земель уже есть полноправный хозяин.
Лумир выдержал паузу и продолжил.
— К тому же, с помощью этих матросов мы сможем направить имперское расследование по ложному следу. Владыка Демонов желает, чтобы внешний мир считал, будто «великий шторм» разрушил Великий барьер, а не «Великий барьер» спровоцировал великий шторм... Это ключевой момент.
На Тича снизошло озарение.
«А ведь и правда...»
Он столько лет околачивался в колониях, но слышал лишь о пожирающей корабли зоне в Бескрайнем океане. Ни о каком Великом барьере, а уж тем более о так называемом Континенте Джана, не было ни слуху ни духу.
Подавляющее большинство жителей Империи имели весьма смутное представление о событиях тысячелетней давности.
К тому же церковь Святого Сиса сама усердно переписывала историю, стирая из памяти роль Бога-Дракона и его потомков в той великой войне, приписывая всю славу Святому Сису и Императору. Если бы он не навидался кучи исторических артефактов, когда скупал барахло в пиратских тавернах, то почти поверил бы, что Святой Сис и Император в одиночку раскатали Царство Мертвых.
На самом деле, стоило лишь немного пораскинуть мозгами, как начинали вылезать нестыковки.
Первая Эпоха была эрой правления пантеона богов стихий, и церковь Святого Сиса это открыто признавала. Так с какого перепугу Святой Сис вдруг сцепился с Богом Мертвых, а после этой заварушки все боги стихий вместе с Богом-Драконом бесследно испарились?
Было очевидно, что историю нещадно кромсали, из-за чего в памяти зияли огромные дыры.
Если они сами не выложат все карты на стол, чужаки ни за что не докопаются до истинных причин этого шторма.
Они даже могли спихнуть всю вину на сгинувшенького неизвестно куда Бога-Дракона, а явившимся жрецам просто ткнуть пальцем в море со словами: «Он где-то там, ищите», после чего усесться на берегу и наслаждаться спектаклем.
Чем больше Тич об этом думал, тем более реалистичным казался этот план.
Впрочем, хоть с Великим барьером всё и складывалось гладко, оставалась нерешенной проблема с «прибытием принца».
По сравнению с первым глобальным нарративом, именно второй вопрос был самой насущной проблемой, с которой им предстояло столкнуться.
Любой, кто ступит на эту землю, будь то авантюрист, жрец или обычный колонист, будет бесконечно расспрашивать об имени принца Колина.
«И кто же он такой?»
По крайней мере, Тич никогда не слышал о такой фигуре в аристократических кругах Империи.
— Думаешь, они в это поверят?
Лумир прекрасно понимал его сомнения, но лишь усмехнулся.
— Это не имеет значения.
Тич опешил, уставившись на него, как на какое-то чудовище.
— Ты в этом уверен?
Ему как раз казалось, что это и есть самый главный вопрос.
Глядя на озадаченного пирата, Лумир едва заметно кивнул и уверенно произнес.
— Абсолютно.
Если бы он собственными глазами не видел, как Владыка Демонов, вооружившись лишь выдуманным титулом и образом богатея, обвел вокруг пальца всё герцогство Кэмпбелл, заставив их утонуть в сладких грезах о богатстве... он бы тоже сомневался. Он бы решил, что эта шитая белыми нитками ложь лопнет в тот же миг и не одурачит даже самого захудалого крестьянина.
Но реальность доказывала обратное.
Истина — это справедливость одиночек, и оставаться в неведении — жалкая участь.
Однако для безликой толпы истина никогда не имела никакого значения.
Важен лишь всеобщий консенсус.
Что же касалось всех этих высокопарных оправданий...
Они становятся поводом для насмешек и горьких сожалений лишь в случае проигрыша.
Когда же ты побеждаешь, все будут сохранять молчаливую покорность.
Он слабо улыбнулся, и на его лице отразилась глубокая преданность, когда он сымитировал тон Его Величества Владыки Демонов.
— Это не имеет значения.
Его взгляд устремился вдаль, к краю густых дождевых лесов, к дикому континенту, сокрытому среди горного тумана и шума деревьев.
— Так называемая законность — это вовсе не чернила на белой бумаге.
— Это свершившийся факт, установленный после грандиозной игры.
— Владыка Демонов заставит их поверить, что всё это — чистая правда.
— И они поверят в это с величайшей радостью.
...
Столица Демонов. Кабинет начальника Управления Владыками Демонов.
Ло Янь толкнул тяжелую дверь из фиолетового ротанга и наконец-то встретился с непосредственным начальником Гриана — полноправным главой Управления Владыками Демонов, графом Каланом Ватусом.
Это был элегантный пожилой господин, облаченный в безупречный строгий костюм с высоким воротником, расшитым серебряными нитями, и манжетами на черных сапфировых запонках. От него веяло утонченностью, а на лице, казалось, навечно застыла вежливая улыбка.
Если не считать пары приметных рогов демона снов, внешне он ничем не отличался от аристократов человеческого мира, и даже выглядел куда породистее, чем тот же скатившийся в пиратство Тич.
Предыдущие собрания ведомства в основном вел Гриан, так что, строго говоря, Ло Янь впервые видел высшее руководство Управления в лицо.
Впрочем, называться «высшим руководством» было не такой уж и большой честью.
Само Управление Владыками Демонов являлось ведомством с крайне низкой значимостью, сродни бесконечным разношерстным ассоциациям при Министерстве внутренних дел, и реальной власти почти не имело. Хотя номинально они и управляли Владыками Демонов от имени Бога Демонов, сам этот «номинал» был настолько абстрактным, что любой мало-мальски оперившийся Владыка Демонов плевал на них с высокой колокольни. Они предпочитали отчитываться перед слугами, стоящими куда ближе к Богу Демонов — например, перед Советом или Кабинетом министров, которые обладали прямой законодательной и исполнительной властью.
Должно быть, именно по этой причине Калан Ватус нечасто появлялся на своем рабочем месте.
Забавно, что графский титул Калана Ватуса стоял выше баронского титула Ло Яня, делая его номинальным «начальником», но поскольку в Столице Демонов сенаторы Совета и министры бюрократического аппарата занимали одну нишу, в другой системе координат Калан внезапно оказывался подчиненным Ло Яня.
За последнюю тысячу лет подобный казус случился впервые.
Пока Ло Янь размышлял, как лучше к нему обратиться, граф Калан Ватус проявил недюжинную смекалку, сам протянув руку с любезной улыбкой.
— Наслышан, наслышан! Господин Ло Янь, я уже давно слежу за вашими легендарными свершениями. Гриан тоже все уши мне прожужжал о вас, и мне было так жаль, что нам никак не удавалось пересечься. Но сегодня я вижу, что ваша выдающаяся аура полностью соответствует слухам! Как жаль, что мы не познакомились раньше!
Он опустил титулы.
«Значит, будем общаться на равных».
Ло Янь слегка улыбнулся, ответил на рукопожатие и тактично подыграл.
— Мне тоже очень приятно познакомиться с вами, господин Калан Ватус. Действительно жаль, что мы разминулись в прошлые разы. Когда у вас будет свободное время, обязательно заглядывайте в мое поместье на чашечку чая.
Во время его стычки с семьей Драгон во всей Столице Демонов едва ли нашлась пара аристократов, желавших иметь с ним дело. Зато когда пыль улеглась, в поместье замка Черного Ветра началось настоящее паломничество.
Впрочем, он не собирался зацикливаться на подобных мелочах.
Флюгеры всё равно лучше, чем те, кто кидает камни в спину. Они не были ни родственниками, ни друзьями, и у них не было ни малейшего повода рисковать ради него.
Граф Калан Ватус тоже широко улыбнулся.
— Непременно!
Мужчины обменялись еще парой дежурных любезностей.
Граф Калан Ватус гостеприимно предложил Ло Яню присесть и приказал секретарю — маленькому бесу — налить гостю чашку горячего медового чая.
Густой пар медленно поднимался над чашкой, вторя безмятежной атмосфере кабинета.
Глядя на устроившегося напротив графа, Ло Янь мысленно набросал его психологический портрет, параллельно продумывая предстоящий диалог.
Он вернулся именно сейчас вовсе не от тоски по дому и уж тем более не потому, что уже придумал, как обвести вокруг пальца Совет и Кабинет министров Столицы Демонов. Причина крылась в прямом вызове от министров Кабинета.
Честно говоря, последствия падения Великого барьера слегка превзошли его ожидания.
Он никак не предполагал, что цунами не только снесет колонии Империи, но и вызовет землетрясение в самой Столице Демонов, расположенной глубоко под Новым Светом.
По словам госпожи Мии, Кабинет министров отнесся к этому с предельной серьезностью.
И не только из-за зафиксированных подпространственных возмущений, стоящих за штормом, но еще и потому, что Министр религии Голиго уловил в них ауру Бога-Дракона!
В нынешней Преисподней мало кто затаил злобу на Бога-Дракона, но с личами всё обстояло иначе. Эти упертые долгожители напоминали вонючие, неподатливые булыжники, намертво вцепившиеся в обиды тысячелетней давности.
Зато воинственный Цезарь Колин, рассуждая с точки зрения стратегии, считал безрассудным столь поспешно демонстрировать враждебность. Во-первых, Бескрайний океан входил в сферу влияния Империи, и даже если Преисподняя захотела бы дотянуться до него, у нее банально не хватило бы сил. Во-вторых, они не знали истинных намерений Империи. Они до сих пор не могли взять в толк, почему Бог-Дракон исчез в прошлом, точно так же, как не понимали, с чего вдруг этот парень объявился сейчас.
Если отношения между Святым Сисом и Богом-Драконом были натянутыми, они вполне могли бы попытаться перетянуть на свою сторону тех, чьи позиции казались шаткими.
Остальные министры воздержались от комментариев.
Зато Голиго был категорически против.
В общем, внутри Кабинета произошел серьезный раскол.
Чтобы вынести объективный вердикт, им требовалось больше информации.
В результате двери «Высшего Зала Совещаний» — самого известного политического черного ящика Столицы Демонов — распахнулись вновь.
Причем на этот раз инициаторами выступили не два министра, что являлось минимальным порогом, а целых четыре!
Одно это доказывало, насколько ревностно Кабинет взялся за дело.
Помимо многочисленных сенаторов, приглашения получили двадцать семь Владык Демонов, чьи территории располагались в прибрежных зонах. Им предстояло вернуться в Столицу Демонов для отчета о потерях от «великого шторма» и присутствовать на слушаниях в качестве свободных слушателей.
Им не обязательно было являться лично, но большинство из них планировало прислать своих доверенных лиц.
Являясь одновременно и сенатором, и Владыкой Демонов прибрежной зоны, Ло Янь, естественно, тоже получил приглашение в Высший Зал Совещаний. Более того, он должен был стать единственным Владыкой Демонов, сидящим за главным столом, участвующим в дискуссии и итоговом голосовании.
Он мог бы отправить на слушания своего секретаря Карисмана или доверить право голоса другому соратнику... но это означало бы добровольный отказ от защиты собственных интересов.
Ло Янь ни за что не упустил бы такой роскошный шанс.
Он собирался использовать эту встречу на всю катушку, чтобы подмять под себя все возможные силы и попутно обрезать крылья тем, кто мог вставить ему палки в колеса.
Что же касалось конкретных маневров, тут вступало в игру искусство балансирования.
Ему нужно было пустить слух, дав понять, что дело касается его лично, и что он уже влез в противостояние «Преисподней и Империи», но при этом нельзя было позволить окружающим подумать, что он уже сгреб все фишки, иначе он рисковал сам стать главным блюдом на этом праздничном столе.
Покончив с формальностями, Калан перешел прямо к сути.
— Искренне прошу прощения за то, что беспокою вас в столь напряженный момент, господин Ло Янь. Полагаю, по каналам Совета вы уже в курсе событий, но регламент обязывает меня повториться... Кабинет министров придает огромное значение «великому шторму», разразившемуся в Бескрайнем океане. Руководству необходимо проанализировать отчеты Владык Демонов, чтобы оценить влияние стихии на наземные аванпосты Его Величества Бога Демонов и саму Империю. Эти данные лягут в основу будущих стратегических решений.
Ло Янь бесстрастно кивнул.
— Я понимаю. Этот «шторм» действительно застал всех врасплох.
Калан вздохнул, и в его взгляде мелькнула усталость.
— Да... Вижу, вы уже в курсе, так что мне нечего от вас скрывать. Все признаки указывают на то, что шторм — это не простая природная аномалия, а следствие выброса энергии из Подпространства. Если бы дело ограничилось землетрясением, Кабинет не стал бы поднимать такую бурю, но наш уважаемый Министр религии уперся рогом и твердит, что это происки Бога-Дракона... А тысячу лет назад наши отношения с ним оставляли желать лучшего.
Ло Янь кивнул, старательно пряча многозначительную улыбку.
«Бог-Дракон?»
У этой сосущей молоко соплячки кишка была тонка на такие божественные фокусы.
Поскольку ДНК мясной ящерицы не смогла активировать десантную капсулу «Завоевателя», а её прежний труп он благополучно прибрал к рукам, эта неудачница, лишившаяся статуса «благородного гражданина Империи Зета» и «Бога-Дракона», скатившись до уровня обычного «скота», прямо сейчас переживала грандиозный нервный и физический срыв, сопровождаемый тотальным крахом всех надежд.
В этой жизни путь домой ей был заказан.
И для её же блага было лучше, чтобы земляки никогда её не нашли.
— ...Господин Ло Янь? — тихо позвал Калан, заметив, что гость витает в облаках.
— Ничего, просто... имя Голиго застало меня врасплох. — Поймав на себе странный взгляд Калана, Ло Янь легонько кашлянул, скрывая неестественную улыбку, и продолжил. — Не думал, что он питает к Богу-Дракону столь лютую... ненависть? У них были какие-то личные счеты?
— Вот этого я не знаю. Впрочем, он из старой гвардии, служившей еще Богу Мертвых. Возможно, он пересекался с ним на поле боя... Ладно, давайте оставим его в покое. — Калан, казалось, удовлетворился объяснением Ло Яня и поспешил свернуть тему.
Ранее по Столице Демонов ходили слухи, что Голиго был крайне недоволен смертью старейшины Закро, из-за чего даже сцепился с Министром разведки Каламосом Мелюзином.
Учитывая, что Закро был учеником Голиго, а Каламос Мелюзин являлся близким другом Фестина Падрича, в то время как сам Ло Янь был без пяти минут «зятем» Фестина и непосредственным убийцей старейшины Закро... отношения Ло Яня с Министром религии были обречены на провал. Будучи аристократом, балансирующим на краю политического котла Столицы Демонов, Калан не горел желанием влезать в грызню двух фракций.
Ло Янь кивнул и, подыгрывая собеседнику, перевел русло разговора.
— Выходит, они решили вынести спор на рассмотрение Высшего Зала Совещаний.
— Именно так. И... на этот раз конфликт разгорелся между Цезарем Колином и Голиго Солоном. Полагаю, вы знаете их куда лучше меня, поэтому не буду вдаваться в подробности их позиций.
Калан кивнул и заговорил сухим, протокольным тоном.
— Помимо этой двойки, на заседании будут присутствовать Первый министр Амонс Анквейн, придерживающийся нейтралитета, и Министр разведки Каламос Мелюзин. Сейчас Министерство внутренних дел уделяет этой встрече повышенное внимание и поручило подчиненным структурам подготовить тезисы. Наше Управление Владыками Демонов обязали провести предварительные беседы с приглашенными Владыками и собрать информацию. На слушаниях Владыки-наблюдатели смогут высказать свои возражения, если итоговый отчет не совпадет с фактами. Если же возражений не будет, дополнительных выступлений не последует. Это сэкономит уйму времени, избавив нас от необходимости выслушивать каждого из Владык...
На этих словах он смущенно улыбнулся и вежливо добавил.
— Поэтому... я прошу вас посодействовать нашей работе и рассказать хоть что-нибудь.
Ло Янь мягко усмехнулся и произнес теплым тоном.
— Сочту за честь. Давайте приступим.
Видя такую сговорчивость, Калан с облегчением выдохнул, прочистил горло и произнес.
— Тогда перейдем сразу к делу... Мы знаем, что округ Грома расположен за Водоворотным морем, но всё же обязаны спросить: затронул ли вас великий шторм?
Ло Янь поднял чашку, сделал глоток и, несколько мгновений глядя на поднимающийся пар, ответил.
— Лабиринты округа Грома находятся далеко от эпицентра шторма, так что нас он не задел. Разве что пару дней шел беспросветный дождь. Впрочем, на восточном побережье Водоворотного моря сейчас сезон дождей, поэтому нет никаких прямых доказательств, что это последствия «великого шторма».
С этими словами он опустил чашку на блюдце, издав тихий звон фарфора.
— Для нас куда более насущной угрозой является Легион Хаоса, наступающий из Пространственной пустыни.
Услышав это, Калан расслабил морщины на лбу и кивнул.
— Вот и славно... Значит, вы не располагаете конкретными сведениями об этом шторме, предположительно зародившемся в Подпространстве?
Уголки губ Ло Яня поползли вверх.
— Не совсем так.
Калан опешил, но тут же взбодрился и, подавшись вперед, спросил.
— О? И что же именно вам известно?
Ло Янь легонько отодвинул чашку и ответил с непоколебимым спокойствием:
— Один мой слуга, а точнее, последователь... по несчастливой случайности угодил в самый эпицентр шторма, накрывшего Бескрайний океан. А когда пришел в себя, обнаружил, что лежит на совершенно незнакомом берегу.
— ...Незнакомом берегу? — опешил Калан, слегка нахмурив брови. — И что дальше?
— А дальше... он увидел картину, которую не забудет до конца своих дней. — Ло Янь выдержал эффектную паузу, затягивая затаившего дыхание Калана в историю, состряпанную еще до возвращения в Столицу Демонов. — Это был не остров и не столь знакомый нам «Новый Свет». Это был абсолютно новый, никем не открытый континент прямо посреди Бескрайнего океана.
— Он был потрясен, ведь ни на одной морской карте не было ни малейшего упоминания об этих землях. Континент возник из ниоткуда, словно по мановению волшебной палочки.
— И тут мне вспомнилась легенда о родине гигантских драконов. Говорят, Бог-Дракон и его народ зародились на месте, называемом Континентом Джана... Быть может, мой слуга по чистой случайности забрел именно туда.
— Но самое поразительное заключалось не только в этом.
— Если верить его словам.
— Там уже есть колонии Империи.

Комментарии

Загрузка...