Лица всех присутствующих в комнате были красными – казалось, они только что закончили жаркий спор.
Чжоу Юйлун бросился на балкон, жадно глотая свежий воздух, и лишь спустя долгое время вернулся с бледным лицом: – Господа, я считаю, что сейчас главная наша задача – не рассуждать о том, есть ли в мире призраки, а разобраться с наказанием Мао Хоувана.
Он подошел к центру толпы и повысил голос: – Я предлагаю после отбоя никому не выходить из комнат. А завтра днем доложим о деле с кровавым текстом учителям и школьному руководству, и уже во всем разберемся!
В словах Чжоу Юйлуна звучала внушительная сила, но далеко не каждый готов был с ним согласиться.
– Чжоу Юйлун, понятия не имею, как ты вообще стал старостой.
Сидевший рядом с Мао Хоуваном парень в очках холодно усмехнулся и произнес: – Из твоих слов выходит, что ты и впрямь веришь, будто весь этот [кровавый текст] – чистая правда? Девятилетнее обязательное образование давно закончилось, а ты остался единственной недобитой рыбкой, до сих пор в двадцать первом веке думаешь, что в мире есть призраки?
– Ли Гэ, а у тебя самого хватает совести вспоминать про обязательное образование? – Е Хаоюй ощетинился, точно гончая, почуявшая дичь. – На прошлом экзамене только благодаря тому, что ты оказался последним после меня, мой батя меня по-настоящему не отходил ремнем.
– Твою мать, ты за этот месяц уже раз восемьдесят это припоминаешь! Подумаешь, угадал чуть больше вариантов в тесте, чего нос задирать? – на лице Ли Гэ проступило раздражение, примешанное к изрядной доле стыда.
Он еще мог смириться со своей плохой успеваемостью, но смириться с тем, что учится хуже Е Хаоюя, – нет.
– Ладно, прекратите спорить.
Чжоу Юйлун оставил насмешки Ли Гэ без внимания и твердо произнес: – Береженого Бог бережет, и в отношении подобных неизведанных вещей определенно не помешает капля трепета.
Стоило ему это произнести, как все в комнате мало-помаду умолкли.
Слова Чжоу Юйлуна звучали весьма разумно: материалисты вовсе не означали людей, которые ничего не боятся.
Тех, кто не верит в богов и духов, полно, но много ли найдется смельчаков, готовых отплясывать на кладбище или спать в морге?
Одно дело – не верить, и совсем другое – испытывать трепет.
Тем более что сегодня уже случилось то, что выходило за рамки человеческого понимания...
Мао Хоуван в этот момент поднялся на ноги. Из сумбура всеобщих пересудов он кое-как уловил суть.
– Я примерно понял... Вы хотите сказать, что пока я спал, на классной доске вылезло несколько строк кровавого текста о том, что возле нашей комнаты бродит призрак...
Тут он нахмурился: – И типа меня выбрали отвечать, но раз я дрых и не ответил, меня приговорили к тому, что чуть позже я выйду за порог, и меня разорвет на части и сожрет привидение?
– С чего это вдруг... у меня ощущение, что вы дружно пытаетесь меня разыграть. Это же чистой воды бред собачий?!
Услышав слова Мао Хоувана, окружающие переглянулись – даже им самим всё это казалось несколько нелепым.
Если бы они не видели всё своими глазами, то наверняка и сами бы не поверили.
– Звучит и правда диковато, но это чистая правда.
Чжоу Юйлун с помрачневшим лицом сказал: – Однако факт налицо, нам нет смысла тебя обманывать, к тому же выбран был не ты один... еще и Су Юань.
С этими словами он перевел взгляд на стоявшего в углу Су Юаня.
Заметив, что все устремили на него взоры, Су Юань слегка кивнул: – Именно так, и... есть еще одна маленькая деталь.
– Когда я давал ответ, этот чистый лист бумаги материализовался прямо у меня на столе из воздуха.
Су Юань извлек из кармана сложенный белый лист.
По дороге в общежитие он уже всё проверил: это была самая обыкновенная, донельзя банальная бумага формата А4.
Но стоило Мао Хоувану увидеть этот лист, как выражение презрения на его лице мгновенно сменилось ужасом.
Потому что после того, как он проснулся, на его собственном столе обнаружился точно такой же листок бумаги, перемазанный слюной.
Тогда он еще ломал голову: сам он исписал все тесты на бумажные стволы для автоматов, откуда вообще взялся этот лист?
Мао Хоуван в упор уставился на листок бумаги и, помолчав с полминуты, покачал головой: – Я всё равно не верю во всякую чертовщину.
– Ты, черномазая обезьяна, совсем берегов не видишь? Столько всего наговорили, а до тебя так и не дошло? – всполошился Е Хаоюй.
– Я еще не договорил, чего паникуешь?!
Мао Хоуван зыркнул на него и продолжил уже медленнее: – Я не верю, но после отбоя из комнаты не выйду.
– Чжоу Юйлун прав, доживем до завтра, и если выяснится, чья это шуточка вздумала надо мной так подшутить, я спущу с него три шкуры! – Мао Хоуван воинственно взмахнул своим кулаком с пачку сахара.
– Ладно.
Убедившись, что Мао Хоуван переубежден, Чжоу Юйлун с облегчением выдохнул: – Скоро отбой, расходитесь по комнатам, и помните: после отбоя из комнат ни ногой!
Переглянувшись, все молча согласились с этим планом.
– Ладно, завтра узнаем, кто устроил этот розыгрыш, всей классухой отметелим его!
– Мало того что в асфальт закатаем, так еще и башку оторвем!
...
Вернувшись в комнату, они услышали, как по радиоточке раздался мелодичный и приятный звонок.
Су Юань умылся, вышел из ванной и увидел, что Е Хаоюй и Линь Юань вовсю режутся в игры на кровати.
– Вы чего творите? – Су Юань подошел и постучал по спинке кровати. – Звонок к отбою уже прозвенел, чего не идете к себе?
Комната Линь Юаня находилась в [503], он жил вместе с Мао Хоуваном в одной комнате.
– Я сегодня ночую здесь, мы с Большим Дураком договорились рубиться в паре, – ответил Линь Юань, не отрываясь от игры. – Разве после отбоя не запрещено шастать по чужим комнатам? Вот я и пришел заранее.
Уголки ртов Су Юаня едва заметно дрогнули: – Вы что, обязательно должны лежать на одной кровати, чтобы играть в паре?
– Вот именно, вам обоим парням спать вместе так неудобно, давайте лучше со мной, крошка, – Гао Вэньи высунулся со второго яруса кровати и обратился с приглашением к Линь Юаню.
От этого сладкого до тошноты голоса Линь Юаня передернуло, прозвучало так, будто сам он не был парнем...
– Кхе... не надо, плечом к плечу мы с Большим Дураком укрепим нашу связь еще сильнее.
– Тогда... Су-гэ не хочет лечь со мной? – Гао Вэньи повернул голову и стрельнул глазом в сторону Су Юаня.
– Избавь, Сяо-И, я не намерен работать палкой-мешалкой в унитазе.
Глядя на эту компанию беззаботных соседей, Су Юань обреченно вздохнул и молча полез на свою койку.
Мелодия из радиоточки продолжала литься...
Напряжение и тревога ползли по его душе.
Су Юань приподнялся, окинул взглядом комнату и выдавил сквозь зубы еле слышный шепот:
– Су Юань...
– Я здесь.
Силуэт сестренки медленно возник рядом с ним.
Су Юань опустил голову и медленно набрал на телефоне строчку:
【Мы переживем эту ночь в безопасности?】
Сестренка похлопала ресницами, глядя на Су Юаня, а затем расплылась в очаровательной донельзя улыбке:
– Ни за что!
Щелк.
Звонок в репродукторе резко оборвался, лампы под потолком в тот же миг погасли, и комната погрузилась во тьму.
Следом яркие светильники в коридоре стали гаснуть один за другим, и густая тьма хлынула волной, мгновенно поглотив весь коридор.

Комментарии

Загрузка...