За два дня до праздника призраков Чжунъюань, по настоянию свекрови, Бай Сяооу заранее легла в больницу. Хотя сама она в суеверия не верила, раз уж пожилой человек настаивает, пришлось согласиться. В конце концов, срок беременности уже подошел к концу, и родить на пару дней раньше — дело вполне обычное.
В тот день утром, позавтракав, невестка со свекровью отправились в больницу. Поскольку Бай Сяооу чувствовала себя хорошо, она договорилась с мужем, который работал полицейским, что тот отпросится с работы и приедет во второй половине дня, когда у него будет пересменка.
После оформления документов, ультразвука и проверки сердцебиения плода, к одиннадцати часам дня она уже лежала в палате. Медсестра поставила Бай Сяооу капельницу с препаратом для стимуляции родов. Дежурный врач объяснил, что вскоре начнутся схватки — примерно раз в одну-две минуты. Это означало, что шейка матки начинает раскрываться, и всё идет как положено. Через час должна была прийти акушерка, чтобы отвезти её в родильное отделение на осмотр.
Сказав это, врач ушел.
В этот момент Бай Сяооу начала нервничать. Она не отрываясь смотрела, как беловатая жидкость капля за каплей проникает в её тело, и побледнела. Все говорят, что роды для женщины — это как смерть пережить; неужели это действительно настолько больно?
— Ничего страшного, кто из женщин не рожает в муках? Не бойся, мама здесь, я рядом, — свекровь, заметив перемену в лице невестки, поняла, что та испугалась, и поспешила подойти, похлопав её по свободной левой руке.
Бай Сяооу вымученно улыбнулась свекрови. «Не бояться? Разве можно не бояться? Я слышала от отца, что мама умерла при родах, когда рожала меня. Вдруг и у меня будут осложнения?»
От этих мыслей Бай Сяооу разволновалась ещё сильнее, дыхание сбилось.
— Мам, я хочу позвонить отцу.
— Хорошо, скажи ему, что ложишься заранее, пусть выберет время и приедет, — сказала свекровь и, проявив тактичность, вышла из палаты. Отцу с дочерью нужно поговорить по душам, присутствие посторонних тут ни к чему.
Палата была заранее забронирована мужем, Цинь Пэном. Это была одноместная комната, расположенная в самом конце коридора. Как только свекровь ушла, в комнате воцарилась тишина — такая, что Бай Сяооу слышала собственное сердцебиение.
Достав телефон, она почувствовала, как дрожат руки.
— Алло, пап, это я.
— Сяооу, ты уже легла в больницу?
— А? Откуда ты знаешь?
— ...
— Пап?
— Я здесь. Не волнуйся, я уже взял билет на поезд, завтра буду у тебя.
Услышав это, Бай Сяооу не сдержала слез и на мгновение потеряла дар речи, захлебнувшись рыданиями.
Отец, Бай Фань, словно почувствовал, что творится у неё на душе:
— Сяооу, не бойся. Верь, что мама будет оберегать тебя. И самое главное — не забывай носить амулет, который я тебе дал, никогда его не снимай.
— Хорошо, я ношу его.
Положив трубку, Бай Сяооу почувствовала облегчение. Верно, нужно верить, что мама защитит её, так было всегда с самого детства, поэтому со мной точно ничего не случится.
Глубоко вздохнув, она опустила взгляд на амулет на своей шее — небольшую изящную белую нефритовую подвеску, прозрачную, словно лед. Если посмотреть на неё на свету, внутри можно было разглядеть выгравированный сложный иероглиф «Бай». Отец говорил, что этот нефрит столетиями хранился в храме, пропитанный дымом благовоний, и если носить его постоянно, он не только укрепит здоровье, но и защитит от дурного влияния.
Бай Сяооу в мистику не верила, но так как носила этот амулет с рождения, это вошло в привычку. Если бы пришлось его снять, она бы чувствовала себя так, будто потеряла что-то важное.
Только она об этом подумала, дверь отворилась, и вошла свекровь.
— Сяооу, схватки начались?
Бай Сяооу покачала головой. С тех пор, как поставили капельницу, прошло уже полчаса, но она ничего не чувствовала.
— Странно, врач же говорил, что скоро начнутся. Может, лекарство перепутали? — свекровь нахмурилась.
— Мам, не говори ерунды, врачи услышат — обидятся. Может, чуть позже заболит.
— Нет, пойду спрошу. — Свекровь, не успокоившись, снова вышла из палаты.
Десять минут спустя пришли медсестра и врач. Они проверили капельницу и живот Бай Сяооу. Всё было в норме, и хотя им это показалось странным, никаких отклонений они не увидели.
— Тетушка, у вашей невестки всё в порядке, подождите ещё немного. Бывает, что некоторые роженицы медленнее реагируют на стимуляцию, это ни на что не влияет.
— А когда же она тогда родит?
— Капельница прошла только на треть, максимум к середине должно начаться. Мы скоро вернемся.
Через полчаса у Бай Сяооу по-прежнему не было никаких реакций, да и малыш внутри вел себя на редкость тихо.
Через час капельница закончилась, а Бай Сяооу просто спокойно уснула.
В три часа дня она проснулась. Врач снова поставил капельницу, но уходя, выглядел озадаченным.
В пять вечера вторая капельница завершилась. Бай Сяооу с аппетитом съела ужин, который принес муж.
На следующее утро, в восемь часов — в четырнадцатый день седьмого месяца по лунному календарю — врач был вынужден проколоть ей плодный пузырь и снова поставить стимуляцию.
В полдень состояние шейки матки было прежним, никаких признаков раскрытия. В шесть вечера всё оставалось как прежде.
В этот момент Бай Сяооу позвонил отец.
— Сяооу, я уже в поезде, но раньше завтрашнего дня не доберусь. У тебя всё нормально?
— Всё хорошо, пап, пока тишина. Ты не спеши, едь осторожнее.
— Ну и хорошо, хорошо.
В кабинете врача свекровь Бай Сяооу, Ню Юйлань, в тревоге предложила сделать кесарево сечение.
— У вашей невестки всё показатели в норме, нет необходимости в операции. Вы же сами мать, должны понимать, что дети, рожденные естественным путем, здоровее.
— Но ведь завтра праздник призраков! Если ребенок родится в такой день, это же к несчастью!
— Ой, ну какой век на дворе? Вы до сих пор в это верите?
Цинь Пэн неловко улыбнулся врачу и силком вывел мать в коридор.
— Мам, ну ты можешь перестать твердить про праздник призраков? Не позорь нас перед людьми! Всё, поздно уже, иди домой, я сегодня здесь останусь.
Сказав это, он настоял на том, чтобы мать ушла, и проводил её до лифта.
Ню Юйлань со вздохом пробормотала: — Ох, что же теперь будет.
На третий день пребывания в больнице, в пятнадцатый день седьмого месяца, в девять утра врач осмотрел Бай Сяооу: половина околоплодных вод отошла, ребенок чувствовал себя нормально, но шейка матки так и не начала раскрываться.
В десять вечера начались схватки, и её экстренно перевели в родильное отделение.
Цинь Пэн, Ню Юйлань, отец Цинь Пэна — Цинь Шаогуан — и отец Бай Сяооу, Бай Фань, который приехал только после обеда, — все они в тревоге ждали у дверей.
В начале сентября на юге стояла душная жара, но как только у Бай Сяооу начались схватки, Цинь Пэн почувствовал, как по всей больнице потянуло холодом, так что у него на обнаженных руках выступили мурашки. Сначала он подумал, что кондиционеры работают слишком сильно, но оказалось, что в десять вечера вся система кондиционирования в больнице отключилась. Странно было то, что без кондиционеров стало холоднее, чем когда они работали.
Бай Сяооу лежала на родильном столе, тяжело дыша и тужась, но как бы она ни старалась, ребенок не появлялся.
— Шейка открылась на три пальца, поднатужься ещё немного, скоро родишь, — подбадривал врач.
Бай Сяооу схватилась за поручни, глубоко вдохнула и, собрав все силы, резко приподнялась. Натужилась она так сильно, что в глазах поплыли искры, но она почувствовала, как малыш медленно продвигается вниз.
— Головка показалась! Продолжай тужиться, давай!
Услышав врача, Бай Сяооу не посмела расслабиться и изо всех сил продолжила попытки.
Внезапно в глазах потемнело. «Э? Почему я ничего не вижу? Неужели от перенапряжения сознание потеряла?»
— Почему свет погас?! Зажигайте свечи, ребенок вот-вот родится! — крик врача вернул Бай Сяооу в реальность. В полузабытьи ей показалось, что в родильной палате полно черных теней, которые наблюдают за ней. Несколько огромных фигур с протянутыми руками бросились к ней, но не успели они приблизиться, как Бай Сяооу почувствовала жар в груди, и ослепительный белый свет хлынул во все стороны. Она невольно зажмурилась, а когда открыла глаза, увидела, что тени отпрянули назад.
В этот момент раздался громкий детский плач, и свет мгновенно зажегся.
— Мальчик, три тысячи пятьдесят граммов, время рождения — 3 сентября 2011 года, полночь, — сказал врач и привычными движениями принялся пеленать ребенка.

Комментарии

Загрузка...