Этот удар был рожден в горниле бесчисленных смертельных схваток. Это был выпад гения, чья мощь даже без эликсиров соответствовала рангу SS. Чистое воплощение принципа «Дао в простоте» – стремительный, яростный и сокрушительный, способный пробить любую преграду. Кулак Фан Синя рассек воздух с резким, режущим слух хлопком преодоленного звукового барьера и вошел точно в грудь морского котика, стоявшего впереди. Удар прошил чудовище насквозь. Кровь брызнула фонтаном, и зверь, дважды дернувшись в конвульсиях, рухнул на пол.
Этот удар был рожден в горниле бесчисленных смертельных схваток. Это был выпад гения, чья мощь даже без эликсиров соответствовала рангу SS. Чистое воплощение принципа «Дао в простоте» – стремительный, яростный и сокрушительный, способный пробить любую преграду. Кулак Фан Синя рассек воздух с резким, режущим слух хлопком преодоленного звукового барьера и вошел точно в грудь морского котика, стоявшего впереди. Удар прошил чудовище насквозь. Кровь брызнула фонтаном, и зверь, дважды дернувшись в конвульсиях, рухнул на пол.
Фан Синь не остановился ни на мгновение. Прыгнув вперед, он зажал шею другого монстра ногами, а его локоть, подобно острому клинку, обрушился сверху вниз. Раздался отчетливый хруст ломающихся костей – череп котика не выдержал давления. Кровь залила морду твари, и та, немного подергавшись, затихла навсегда.
Фан Синь не остановился ни на мгновение. Прыгнув вперед, он зажал шею другого монстра ногами, а его локоть, подобно острому клинку, обрушился сверху вниз. Раздался отчетливый хруст ломающихся костей – череп котика не выдержал давления. Кровь залила морду твари, и та, немного подергавшись, затихла навсегда.
Все это заняло лишь долю секунды. С совершенно бесстрастным лицом Фан Синь опустил руку в воду, доходившую ему до колен, и смыл кровь с кулака. Элли наблюдала за ним, и в ее льдисто-голубых глазах промелькнул странный блеск. В то же время дельфин, сражавшийся с ней, издал негодующий вскрик:
Все это заняло лишь долю секунды. С совершенно бесстрастным лицом Фан Синь опустил руку в воду, доходившую ему до колен, и смыл кровь с кулака. Элли наблюдала за ним, и в ее льдисто-голубых глазах промелькнул странный блеск. В то же время дельфин, сражавшийся с ней, издал негодующий вскрик:
— Какого черта?! Откуда здесь взялся еще один скрытый мастер? Да этот сопляк еще совсем зеленый, он же просто студент!
— Какого черта?! Откуда здесь взялся еще один скрытый мастер? Да этот сопляк еще совсем зеленый, он же просто студент!
Ополоснув руки, Фан Синь обернулся к застывшим от шока одноклассникам и Цинь Цзюньхао, на лице которого застыла гримаса ужаса. Юноша спокойно произнес:
Ополоснув руки, Фан Синь обернулся к застывшим от шока одноклассникам и Цинь Цзюньхао, на лице которого застыла гримаса ужаса. Юноша спокойно произнес:
— Я с детства увлекаюсь боксом и немного обучался боевым искусствам. Разве в том, чтобы одолеть пару морских котиков, есть что-то необычное?
— Я с детства увлекаюсь боксом и немного обучался боевым искусствам. Разве в том, чтобы одолеть пару морских котиков, есть что-то необычное?
Цинь Цзюньхао судорожно сглотнул. Необычное?! Да это полнейший бред! Это были не просто животные, а твари с боевой силой пика второго ранга. Даже обычного котика невозможно прикончить одним ударом! Волосы на затылке Цзюньхао встали дыбом, а изумление сменилось липким страхом. Фан Синь был пугающе силен. Если бы он захотел его убить, телохранители вряд ли смогли бы что-то противопоставить такой мощи.
Цинь Цзюньхао судорожно сглотнул. Необычное?! Да это полнейший бред! Это были не просто животные, а твари с боевой силой пика второго ранга. Даже обычного котика невозможно прикончить одним ударом! Волосы на затылке Цзюньхао встали дыбом, а изумление сменилось липким страхом. Фан Синь был пугающе силен. Если бы он захотел его убить, телохранители вряд ли смогли бы что-то противопоставить такой мощи.
Одноклассники смотрели на Фан Синя как на пришельца. Прилежный ученик, который всегда ладил со всеми, внезапно оказался настолько крут. Чу Синьяо, прижав руку к груди, с облегчением выдохнула. Несмотря на пережитый испуг, она одарила юношу сладкой улыбкой:
Одноклассники смотрели на Фан Синя как на пришельца. Прилежный ученик, который всегда ладил со всеми, внезапно оказался настолько крут. Чу Синьяо, прижав руку к груди, с облегчением выдохнула. Несмотря на пережитый испуг, она одарила юношу сладкой улыбкой:
— Спасибо тебе, Сяо Фан!
— Спасибо тебе, Сяо Фан!
Фан Синь хотел было спросить, почему эти существа напали именно на нее, но, заметив вокруг толпу свидетелей, решил промолчать. Тем временем натиск Элли становился все яростнее, и дельфин, уже не в силах сопротивляться, взревел:
Фан Синь хотел было спросить, почему эти существа напали именно на нее, но, заметив вокруг толпу свидетелей, решил промолчать. Тем временем натиск Элли становился все яростнее, и дельфин, уже не в силах сопротивляться, взревел:
— К черту все! Я умываю руки!
— К черту все! Я умываю руки!
Он крутанулся в воде и мгновенно исчез, оставив после себя лишь быстро тающий след. Однако под поверхностью воды, скрывавшей колени людей, мелькнула стремительная тень. Внезапно из глубины вынырнула рука и мертвой хваткой вцепилась в щиколотку Чу Синьяо. Девушка вскрикнула, когда ее начало затягивать в воду.
Он крутанулся в воде и мгновенно исчез, оставив после себя лишь быстро тающий след. Однако под поверхностью воды, скрывавшей колени людей, мелькнула стремительная тень. Внезапно из глубины вынырнула рука и мертвой хваткой вцепилась в щиколотку Чу Синьяо. Девушка вскрикнула, когда ее начало затягивать в воду.
В этот момент из дальнего коридора донесся свист яростного ветра. Вода забурлила, и к ним, сверкая ослепительным золотым светом, метнулась фигура. Мужчина в строгом костюме, окруженный сиянием, сжимал в руках тесак длиной в фут и шириной в ладонь. Одним точным движением он обрушил лезвие на руку, державшую Синьяо. Из-под воды раздался истошный вопль, и на поверхность всплыла отрубленная кисть.
В этот момент из дальнего коридора донесся свист яростного ветра. Вода забурлила, и к ним, сверкая ослепительным золотым светом, метнулась фигура. Мужчина в строгом костюме, окруженный сиянием, сжимал в руках тесак длиной в фут и шириной в ладонь. Одним точным движением он обрушил лезвие на руку, державшую Синьяо. Из-под воды раздался истошный вопль, и на поверхность всплыла отрубленная кисть.
Неподалеку образовалась воронка, из которой показался бледный дайвер. Мужчина в костюме вновь вспыхнул золотом и исчез, а когда сияние погасло, враг уже лежал на полу, туго связанный. Поправив галстук, незнакомец аккуратно убрал оружие. Вскоре к ним начали стягиваться другие оперативники Седьмого отдела, среди которых был и Сяо Утун.
Неподалеку образовалась воронка, из которой показался бледный дайвер. Мужчина в костюме вновь вспыхнул золотом и исчез, а когда сияние погасло, враг уже лежал на полу, туго связанный. Поправив галстук, незнакомец аккуратно убрал оружие. Вскоре к ним начали стягиваться другие оперативники Седьмого отдела, среди которых был и Сяо Утун.
Поправив очки, мужчина в костюме взглянул на бледного Цинь Цзюньхао, который все еще не мог прийти в себя.
Поправив очки, мужчина в костюме взглянул на бледного Цинь Цзюньхао, который все еще не мог прийти в себя.
— Сяо Утун, так это и есть тот самый «талант», ради которого ты потратил квоту нашего отдела? — Ледяным тоном спросил он.
— Сяо Утун, так это и есть тот самый «талант», ради которого ты потратил квоту нашего отдела? — Ледяным тоном спросил он.
При этих словах Сяо Утун скривился, будто проглотил муху.
При этих словах Сяо Утун скривился, будто проглотил муху.
— Руководитель группы, признаю, я немного ошибся в оценке. Но парень хотя бы соответствует минимальным стандартам, разве нет?
— Руководитель группы, признаю, я немного ошибся в оценке. Но парень хотя бы соответствует минимальным стандартам, разве нет?
Подтекст их разговора был настолько очевиден, что его понял бы даже тот сбежавший дельфин. Они открыто презирали Цзюньхао. Вся гордость и спесь парня рассыпались в прах под комментариями руководителя Шэна и Сяо Утуна. Одноклассники тоже косились на него с нескрываемым сомнением: «Надо же, как они в нем разочаровались».
Подтекст их разговора был настолько очевиден, что его понял бы даже тот сбежавший дельфин. Они открыто презирали Цзюньхао. Вся гордость и спесь парня рассыпались в прах под комментариями руководителя Шэна и Сяо Утуна. Одноклассники тоже косились на него с нескрываемым сомнением: «Надо же, как они в нем разочаровались».
Руководитель группы Шэн перевел взгляд на Фан Синя.
Руководитель группы Шэн перевел взгляд на Фан Синя.
— Как твое имя?
— Как твое имя?
— Фан Синь.
— Фан Синь.
— Талант стихии силы, способность убить противника пика второго ранга... Твой потенциал как минимум на уровне А, а может, и дотягивает до S.
— Талант стихии силы, способность убить противника пика второго ранга... Твой потенциал как минимум на уровне А, а может, и дотягивает до S.
Эти слова заставили ребят застыть в изумлении. У Фан Синя настолько высокий ранг?! Цинь Цзюньхао окончательно пал духом – его единственное преимущество испарилось на глазах.
Эти слова заставили ребят застыть в изумлении. У Фан Синя настолько высокий ранг?! Цинь Цзюньхао окончательно пал духом – его единственное преимущество испарилось на глазах.
— В какой ты организации? — Продолжил Шэн.
— В какой ты организации? — Продолжил Шэн.
— Пока ни в какой.
— Пока ни в какой.
— Странно. Неужели к тебе никто не обращался?
— Странно. Неужели к тебе никто не обращался?
— Обращались. Но я еще не дал согласия, пока раздумываю.
— Обращались. Но я еще не дал согласия, пока раздумываю.
Шэн на секунду замолчал.
Шэн на секунду замолчал.
— Раздумываешь? Значит, те, кто приходил, тебя не впечатлили. Неужели Девятый отдел тебя пропустил? Впрочем, с их замашками они обычно не оставляют времени на раздумья. Как насчет того, чтобы пойти к нам, в Седьмой отдел? Обещаю, после испытательного срока я лично поспособствую твоему назначению на должность командира звена.
— Раздумываешь? Значит, те, кто приходил, тебя не впечатлили. Неужели Девятый отдел тебя пропустил? Впрочем, с их замашками они обычно не оставляют времени на раздумья. Как насчет того, чтобы пойти к нам, в Седьмой отдел? Обещаю, после испытательного срока я лично поспособствую твоему назначению на должность командира звена.
По залу пронесся гул удивления. Личное приглашение от руководителя группы Седьмого отдела, да еще и с перспективой быстрого повышения! Это было неслыханно.
По залу пронесся гул удивления. Личное приглашение от руководителя группы Седьмого отдела, да еще и с перспективой быстрого повышения! Это было неслыханно.
— Руководитель, но у нас же лимит исчерпан! — Вставил Сяо Утун.
— Руководитель, но у нас же лимит исчерпан! — Вставил Сяо Утун.
Шэн снял очки и, протирая их, небрежно бросил:
Шэн снял очки и, протирая их, небрежно бросил:
— Значит, выделим дополнительное место. Я сам поговорю с начальником отдела. Ну так что, Фан Синь?
— Значит, выделим дополнительное место. Я сам поговорю с начальником отдела. Ну так что, Фан Синь?
— Нет, спасибо.
— Нет, спасибо.
Шэн замер, так и не надев очки. Сяо Утун и студенты опешили. Лишь Элли, не отрывая взгляда своих лазурных глаз от Фан Синя, казалось, о чем-то догадывалась.
Шэн замер, так и не надев очки. Сяо Утун и студенты опешили. Лишь Элли, не отрывая взгляда своих лазурных глаз от Фан Синя, казалось, о чем-то догадывалась.
Отказать руководителю Седьмого отдела? Вот так просто, при всех? Цинь Цзюньхао чуть не задохнулся от зависти. Когда его приняли, он трезвонил об этом на каждом углу, желая, чтобы весь мир знал о его успехе. А Фан Синь отверг столь щедрое предложение, даже не моргнув глазом.
Отказать руководителю Седьмого отдела? Вот так просто, при всех? Цинь Цзюньхао чуть не задохнулся от зависти. Когда его приняли, он трезвонил об этом на каждом углу, желая, чтобы весь мир знал о его успехе. А Фан Синь отверг столь щедрое предложение, даже не моргнув глазом.
Шэн надел очки и пристально посмотрел на юношу:
Шэн надел очки и пристально посмотрел на юношу:
— У тебя есть какие-то иные соображения на этот счет?
— У тебя есть какие-то иные соображения на этот счет?
— Малыш, а может, ты пойдешь ко мне? — Внезапно раздался чей-то старческий голос.
— Малыш, а может, ты пойдешь ко мне? — Внезапно раздался чей-то старческий голос.
Все вздрогнули. Руководитель Шэн мгновенно вспыхнул золотым светом, принимая боевую стойку. Обернувшись, люди увидели, как на двухметровом гребне волны восседает старик. Он с комфортом устроился на панцире огромной морской черепахи и с легкой улыбкой взирал на собравшихся.
Все вздрогнули. Руководитель Шэн мгновенно вспыхнул золотым светом, принимая боевую стойку. Обернувшись, люди увидели, как на двухметровом гребне волны восседает старик. Он с комфортом устроился на панцире огромной морской черепахи и с легкой улыбкой взирал на собравшихся.
В глазах Шэна за стеклами очков промелькнуло потрясение.
В глазах Шэна за стеклами очков промелькнуло потрясение.
— В таком захолустье, как Ланьчэн, объявился практик десятого ранга? Вы, недобитки из Армии Вечной Ночи, действительно решили не скупиться на средства!
— В таком захолустье, как Ланьчэн, объявился практик десятого ранга? Вы, недобитки из Армии Вечной Ночи, действительно решили не скупиться на средства!
Старик негромко рассмеялся:
Старик негромко рассмеялся:
— Раз уж Бюро Тяньдунь прислало сюда руководителя группы на пике восьмого ранга, разве мы могли проявить меньше уважения?
— Раз уж Бюро Тяньдунь прислало сюда руководителя группы на пике восьмого ранга, разве мы могли проявить меньше уважения?
Шэн быстро огляделся и нахмурился. Пейзаж за окнами океанариума стремительно менялся – казалось, все здание летит по небу. В тот же миг все средства связи вышли из строя.
Шэн быстро огляделся и нахмурился. Пейзаж за окнами океанариума стремительно менялся – казалось, все здание летит по небу. В тот же миг все средства связи вышли из строя.
— Раз уж мы задействовали этот магический артефакт святого ранга, задание должно быть выполнено, — продолжал старик. — Даже не пытайтесь бежать, отсюда нет выхода. Никто не придет вам на помощь. Все вы станете лишь топливом для этого артефакта!
— Раз уж мы задействовали этот магический артефакт святого ранга, задание должно быть выполнено, — продолжал старик. — Даже не пытайтесь бежать, отсюда нет выхода. Никто не придет вам на помощь. Все вы станете лишь топливом для этого артефакта!
Его взгляд снова остановился на Фан Сине.
Его взгляд снова остановился на Фан Сине.
— Кроме тебя, малыш. Ну так что, ты подумал? Я видел, как ты действуешь: четко, хладнокровно, решительно. В твоем возрасте иметь такие навыки – большая редкость. Я даю тебе два пути. Либо ты вступаешь в Цзюю, либо... мне придется тебя устранить. Ведь если такой талант вырастет, он станет опаснейшим врагом.
— Кроме тебя, малыш. Ну так что, ты подумал? Я видел, как ты действуешь: четко, хладнокровно, решительно. В твоем возрасте иметь такие навыки – большая редкость. Я даю тебе два пути. Либо ты вступаешь в Цзюю, либо... мне придется тебя устранить. Ведь если такой талант вырастет, он станет опаснейшим врагом.
Цинь Цзюньхао смотрел на Фан Синя с гремучей смесью зависти и ненависти. Сначала Седьмой отдел, теперь даже злодеи жаждут его заполучить! Да разве это справедливо?!
Цинь Цзюньхао смотрел на Фан Синя с гремучей смесью зависти и ненависти. Сначала Седьмой отдел, теперь даже злодеи жаждут его заполучить! Да разве это справедливо?!
Фан Синь, сжимая в руке пространственную сферу, посмотрел на старика.
Фан Синь, сжимая в руке пространственную сферу, посмотрел на старика.
— А можно выбрать вариант «В»?
— А можно выбрать вариант «В»?
Старик расхохотался:
Старик расхохотался:
— Ха-ха! Смелый малый! Немногие осмеливаются шутить со мной.
— Ха-ха! Смелый малый! Немногие осмеливаются шутить со мной.
— Фан Синь! — Прошептал Цзюньхао, дергая его за рукав. — Соглашайся! Притворись, пообещай ему что угодно, задобри его! Может, тогда он оставит нас в живых? Ты что, хочешь, чтобы все мы здесь погибли?
— Фан Синь! — Прошептал Цзюньхао, дергая его за рукав. — Соглашайся! Притворись, пообещай ему что угодно, задобри его! Может, тогда он оставит нас в живых? Ты что, хочешь, чтобы все мы здесь погибли?
Старик указал пальцем на Цзюньхао:
Старик указал пальцем на Цзюньхао:
— А этот малец сообразителен. Правильно мыслит! — Затем он вновь обратился к Фан Синю:
— А этот малец сообразителен. Правильно мыслит! — Затем он вновь обратился к Фан Синю:
— Я так и не спросил, как тебя зовут.
— Я так и не спросил, как тебя зовут.
— Меня зовут Цинь Цзюньхао! — С самым серьезным видом ответил Фан Синь.
— Меня зовут Цинь Цзюньхао! — С самым серьезным видом ответил Фан Синь.
Цзюньхао остолбенел на секунду, а потом взвился:
Цзюньхао остолбенел на секунду, а потом взвился:
— Фан Синь! Ты что несешь?! Если ты – Цинь Цзюньхао, то кто тогда я? Не смей меня подставлять! Дедушка, его зовут Фан Синь!
— Фан Синь! Ты что несешь?! Если ты – Цинь Цзюньхао, то кто тогда я? Не смей меня подставлять! Дедушка, его зовут Фан Синь!
— Ха-ха-ха! Фан Синь, а ты забавный. Ты мне нравишься все больше. Если присоединишься к нам, я отпущу твоих друзей. Но если посмеешь отказать... я убью их всех прямо сейчас!
— Ха-ха-ха! Фан Синь, а ты забавный. Ты мне нравишься все больше. Если присоединишься к нам, я отпущу твоих друзей. Но если посмеешь отказать... я убью их всех прямо сейчас!
— Фан Синь, чего ты ждешь?! Спасай нас! — В панике зашипел Цзюньхао.
— Фан Синь, чего ты ждешь?! Спасай нас! — В панике зашипел Цзюньхао.
— Есть много способов спасти людей, — спокойно ответил Фан Синь. — И унизительно молить о пощаде – не единственный из них.
— Есть много способов спасти людей, — спокойно ответил Фан Синь. — И унизительно молить о пощаде – не единственный из них.
— Да какой у тебя еще может быть способ?!
— Да какой у тебя еще может быть способ?!
Руководитель Шэн недовольно покосился на Цзюньхао, и тот выдавил из себя некое подобие улыбки, больше похожее на гримасу плача. Фан Синь же вновь посмотрел на старика:
Руководитель Шэн недовольно покосился на Цзюньхао, и тот выдавил из себя некое подобие улыбки, больше похожее на гримасу плача. Фан Синь же вновь посмотрел на старика:
— Старче, ты и вправду мастер десятого ранга?
— Старче, ты и вправду мастер десятого ранга?
— Именно! Десятый ранг, средняя стадия.
— Именно! Десятый ранг, средняя стадия.
— И ты очень силен?
— И ты очень силен?
— Здесь нет никого, кто мог бы мне противостоять. Включая этого руководителя из Седьмого отдела.
— Здесь нет никого, кто мог бы мне противостоять. Включая этого руководителя из Седьмого отдела.
— Хм... А с ним ты справишься?
— Хм... А с ним ты справишься?
Фан Синь с силой раздавил пространственную сферу. Реальность перед ним на мгновение подернулась рябью, пространство исказилось, и из пустоты возник седовласый мужчина. Он стоял, небрежно засунув руки в карманы, и демонстрировал свою фирменную белозубую улыбку.
Фан Синь с силой раздавил пространственную сферу. Реальность перед ним на мгновение подернулась рябью, пространство исказилось, и из пустоты возник седовласый мужчина. Он стоял, небрежно засунув руки в карманы, и демонстрировал свою фирменную белозубую улыбку.
Лицо старика на черепахе впервые исказилось от ужаса. Он вскочил на ноги и вскрикнул, теряя самообладание:
Лицо старика на черепахе впервые исказилось от ужаса. Он вскочил на ноги и вскрикнул, теряя самообладание:
— Чжугэ Хэн?!
— Чжугэ Хэн?!

Комментарии

Загрузка...