— Скажите, Юхан, если бы у вас была возможность повернуть время вспять... как бы вы ею распорядились?
Это был последний вопрос на собеседовании.
Для вопроса в одной из ведущих компаний страны он звучал чересчур легкомысленно и странно, однако Юхан не стал глупо переспрашивать или неловко улыбаться.
Если бы у вас была возможность повернуть время вспять, как бы вы ею распорядились?
Из всех вопросов на собеседованиях в группу компаний «Черэ», обросших множеством слухов, этот был самым известным. И, возможно, самым важным.
— Обещаю от имени «Черэ», что какой бы ответ вы ни дали исключительно на этот вопрос, вы не получите никаких негативных последствий на собеседовании. Разумеется, за хороший ответ вам будут начислены соответствующие баллы.
Финальный вопрос, позволяющий загладить прошлые промахи и ошибки, за любой ответ балл не снизят, а за удачный, наоборот, щедро добавят.
Само собой, критерии того, какой ответ считается «хорошим», оставались неизвестными.
— Если бы я мог повернуть время вспять…
Сон Юхан озвучил заготовленный ответ. Тот, что звучал красиво и выигрышно.
— Я…
Он привык притворяться.
— Да, спасибо вам.
Вежливо попрощавшись с интервьюерами, Сон Юхан вышел из кабинета.
Топ, топ.
Шаги звонко отдавались в тишине пустынного коридора.
«Двери закрываются».
То ли из-за того, что он впервые находился в этом здании, то ли оттого, что улетучилось остаточное напряжение, он на мгновение перепутал направление и едва не упустил лифт.
— А… — выдохнул Сон Юхан и опустил протянутую было руку.
«Кажется, мы встретились взглядами».
Он вспомнил мужчину, которого успел мельком разглядеть перед тем, как закрылись двери лифта. Лет тридцати пяти. Тёмно-каштановые волосы. Аккуратный стиль делового кэжуала.
«Почему-то всё наперекосяк. Именно сегодня».
Сон Юхан ненадолго задумался.
«И собеседование это…»
Хотя всё прошло гладко и без явных промахов, где-то глубоко внутри копошилось неприятное предчувствие. Омерзительное ощущение, будто в голове копошатся какие-то насекомые.
Предчувствие, что он вот-вот провалится.
А подобные скверные предчувствия обычно сбываются, поэтому Сон Юхан едва сдержал рвущийся наружу вздох.
Он всё ещё внутри компании. Даже если собеседование окончено, лучше соблюдать осторожность, пока не покинешь здание.
«… Хотел бы я работать здесь. Если уж всё равно придётся вкалывать».
Сон Юхан вспомнил стартовый оклад проводников в гильдии «Юви». И слоган группы компаний «Черэ».
«Если вы трудитесь ради “Черэ”, вы человек “Черэ”.»
Этот сдержанный голос эхом отдавался в его голове, будто галлюцинация.
«Ладно. Всё равно уже ничего не вернуть».
Сон Юхан качнул головой, отгоняя лишние мысли, и достал телефон.
15:32. Невнятное время.
Даже если прямо сейчас пойти в кафе и коротать время до вечера, он просто просидит больше двух часов, безучастно разглядывая прохожих за окном, а если пойдёт домой, то лишь погрузится в мрачные воспоминания посреди гнетущей тишины.
«Может, в кино сходить?»
В таком случае уж лучше запереться в кинозале и смотреть на чужую шумную историю.
Тап.
Пока он снимал блокировку с экрана, цифры сменились.
[15:33 ｜ SOS ｜ 87%]
«Чего?»
В верхней части экрана вместо значка сотовой сети красовалась надпись «SOS». Будто отключилась передача данных.
Тап.
В тот самый миг, когда он нажал кнопку перезагрузки телефона…
Ти-дик.
Светильники на потолке несколько раз мигнули и мгновенно погасли.
«Отключение света?»
Сон Юхан развернулся перед лифтом. Он решил просто спуститься по лестнице. Всё равно ведь третий этаж.
«Да что не так-то, в самом деле?»
Его брови слегка сдвинулись к переносице.
[15:33 ｜ SOS ｜ 87%]
Даже после перезагрузки телефона надпись «SOS» никуда не исчезла.
«Разлом рванул?»
Потеря связи в самом центре Сеула означала, что с ближайшими вышками что-то случилось. Либо вспыхнул пожар, либо из-за гравитационного воздействия Разлома повредились линии электропередачи или телекоммуникационные вышки.
Топ, топ.
Сон Юхан снова шагнул вперёд. Не слишком быстро и не слишком медленно.
Солнечный свет, наискось падающий из окна, опустился на его голову, и вслед за этим углом наклона устремился его взгляд. Туда, где внизу виднелся огромный лабиринт зелёного сада.
Бам!
В тот же миг.
Ку-гу-гум, ба-бах, бам!
Раздался оглушительный грохот, словно рушилось всё здание целиком.
Грохот, бам!
Едва Сон Юхан инстинктивно рванул в сторону аварийного выхода…
Щёлк.
— Ох, напугали!..
Сбоку выскочило знакомое лицо.
— Сон Юхан!
— Интервьюер!..
Мён Сэбёк. Начальник 4-й группы проводников отдела поддержки гильдии «Юви», который только что проводил собеседование Сон Юхана.
— Вы в порядке?
Судя по всему, он, как и Юхан, выскочил на улицу, испугавшись грохота.
— Да, а вы, интервьюер?
— Я в порядке! Сначала спустимся! Скорее!
Тык.
На бегу Мён Сэбёк оперативно нажал кнопку пожарной тревоги.
Тр-р-р-р-рин!
Под оглушительный, заставляющий волосы вставать дыбом сигнал тревоги они сбежали на первый этаж и…
— … А?
Вышли на втором этаже.
Стук.
Сколько бы они ни спускались снова, перед ними неизменно оказывался коридор второго этажа.
— Похоже, это…
— … Да. Кажется, тут открылся лабиринт.
Двое выживших в Лабиринтах быстро приняли реальность.
Стук.
В этот момент из другой двери аварийного выхода кто-то вышел.
— О?..
Женщина лет двадцати пяти-семи, с покрасневшим лицом, готовая вот-вот расплакаться.
— Из, извините…
— Здесь открылся лабиринт. Сохраняйте спокойствие.
— Что?..
— Извините, вы в порядке? Как вас зовут? Я Мён Сэбёк, работаю здесь, в «Юви».
Женщина, совершенно не успокоившаяся от слов Сон Юхана, немного перевела дух, когда Мён Сэбёк мягко ободрил её и подошёл ближе.
Только после этого они смогли быстро обменяться именами.
Женщину звали Пак Хансо. Она была продавцом в магазине мерча «Тарэ».
— Для начала здесь должно быть условие, чтобы покинуть этот этаж.
— Хм, я бы хотел сначала зайти в детский сад. Разделимся? Вы можете подождать снаружи.
Взгляд, которым Сон Юхан одарил Мён Сэбёка, странно потяжелел. Всего на миг, будто показалось.
— … Я пойду с вами.
— Спасибо. А вы, Хансо? Можете не идти через силу.
— Ой, я, тогда…
Оставив нерешительно замявшуюся Пак Хансо в коридоре, Сон Юхан и Мён Сэбёк открыли дверь детского сада «Наш новый день».
— … Ха.
Внутренности детского сада представляли собой кровавый хаос, на который невозможно было смотреть без содрогания. Даже тот, кто на своём веку видал всякое, скривился бы от этой картины.
— А… О-х…
Четыре окровавленные коробки с игрушками, внутри которых находилось нечто вполне очевидное, и… Дети. Дети. Дети.
— О! Отлично! Значит, вы двое станете временными опекунами Хаюн и Джихо? Сегодня заберём их пораньше!
Спустя двадцать минут, ушедших на то, чтобы уложить игрушки спать, двое мужчин вывели двоих выживших малышей.
Кан Хаюн и Чон Джихо. Оба ребёнка за всё время не обронили ни слова.
Стук.
— Председатель?
— А, начальник группы Мён Сэбёк. А это…
— … Сон Юхан.
— Рад знакомству, Сон Юхан. Жалею, что нам приходится знакомиться при таких обстоятельствах. Водитель Ким?
— А! Здравствуйте! Я Ким Сиён.
Чем ниже они спускались, тем больше становилось людей.
И ровно настолько же, насколько их становилось больше, их количество уменьшалось.
Кто-то погиб, погрузившись в терзания, кто-то не выдержал цены счастья, кто-то умер, проиграв в азартной игре, кто-то не смог сбежать от манекенов, кого-то изгнали или загнать насмерть на ферме, а кто-то скончался, лишившись конечностей.
Разумеется, среди всех этих многочисленных мертвецов Сон Юхана не было.
Он всегда оказывался среди выживших. Словно это было его единственным правилом.
Человек по имени Сон Юхан обладал редким талантом выживать среди множества людей, запертых в Лабиринте.
Было ли это для него проклятием или благословением? Ответ на этот вопрос должно было дать время.
— О, загорелся!.. Свет!
— Вода ведь больше не прибывает?..
— Чёрт возьми, мы спаслись!..
Сон Юхану везло.
— Не знаю, где находится электро щитовая, но, похоже, нам сыграло на руку.
— … Кажется, так.
Даже в момент смертельной опасности, когда они рисковали утонуть в машинном отделении, внезапно загорелся свет, и они выжили.
И на парковке подземного четвёртого этажа, где приходилось вести машину, глядя в боковое зеркало с противоположной стороны, он тоже выжил. Хоть и пришлось изрядно попотеть.
— Если бы водитель Ким был жив, всё решилось бы куда проще.
— … Разве вы не сами его изгнали, председатель?
— А что мне оставалось делать? Я ведь был овцой.
Сон Юхану, встретившему Ю Хёнчжэ на подземном пятом этаже и спустившемуся с ним сюда, приходилось бесконечно затирать и перерисовывать в своей памяти образ шестнадцатилетнего Ю Хёнчжэ.
— Председатель…
— М-м? Что такое?
— … Ничего.
Скомпонованный образ почему-то странно скрёбся в душе Сон Юхана.
Стук.
И когда они вместе с десятками спутников наконец добрались до 18-го этажа. Когда они осознали, что 18-й этаж можно пройти, абсолютно ничего не делая.
«… Будущего».
— Что? «Нет».
В голове Сон Юхана впервые мелькнула подобная мысль. Возможно, его картина с самого начала была нарисована совершенно неправильно. Очень и очень давно.
— Что вы имеете в виду?..
— … Ничего. Спускаемся.
Ю Хёнчжэ повёл людей за собой. Из самого безопасного центра группы, так естественного, словно это было для него привычным делом.
Стук.
На первый этаж, где раскинулся огромный сад-лабиринт.
— Кх, гх…
И именно там девять десятых группы погибли.
— Сон Юхан. Сон Юхан?
На этот раз даже Сон Юхан не смог избежать неудачи.
Нельзя. Так нельзя. Я не должен умирать. Нельзя умирать. Я должен жить. Должен выжить. Я должен выбраться живым. Мольба, которой не суждено быть услышанной, вырывалась вместе с прерывающимся дыханием.
— Сон Юхан.
Единственным, кто услышал его мольбу, был мужчина по имени Хёнчжэ.
— Не печальтесь. Наличие конца, это радостное событие.
Не хочу, почему всё должно заканчиваться, не хочу, нельзя заканчивать, всё должно продолжаться, должно идти дальше, не хочу…
— Не загадывайте желаний. А то вдруг они исполняться.
Не хочу, не хочу, не хочу, я хочу жить, не хочу умирать, хочу умереть, не хочу жить, хочу жить, хочу жить, хочу жить, спасите меня…
— Сон Юхан.
На веки Сон Юхана опустились тьма и тепло.
— Надеюсь, мы больше никогда не встретимся. Искренне.
В этот самый миг.
«Скажите, Юхан, если бы у вас была возможность повернуть время вспять... как бы вы ею распорядились?»
Сон Юхан открыл глаза, меняя ответ на этот вопрос… И Лабиринт прислушался к этой ничтожной молитве.
Правила переписываются заново.
Лабиринт всегда готов. Готов измениться сам ради существа, не вписывающегося в прежние правила.
Даже если из-за этого все разлетятся на кусочки и сгорят в ещё большем количестве смертей. Ибо у Лабиринта нет ни добрых намерений, ни злых.
Над высшими правилами Лабиринта стоят лишь решение и освобождение…
«Скажите, Юхан, если бы у вас была возможность повернуть время вспять... как бы вы ею распорядились?»
Он выберется живым.
ПРАВИЛО №0: ВЫБЕРИТЕСЬ ЖИВЫМ. ДАЖЕ ЕСЛИ ДЛЯ ЭТОГО ПРИДЁТСЯ ПЕРЕПИСАТЬ ПРАВИЛА.

Комментарии

Загрузка...