— Жошуй Шаншань?!
Войдя в игру, Дунфан Цинъюй на мгновение замер, увидев уведомление. Это был запрос в друзья. В прошлый раз они расстались в спешке и не успели добавить друг друга. Видимо, она нашла его через историю группы.
Даже если группа расформирована, записи в логах сохраняются, если их не удалить вручную.
Дунфан Цинъюй нажал «Принять».
[Системное уведомление: Вы и игрок Жошуй Шаншань стали друзьями. Теперь вы можете обмениваться сообщениями, голосовыми вызовами и изображениями. Желаем приятного общения!]
— Давно не виделись, — отправил он сообщение.
— Давно не виделись! — К его удивлению, она прислала точно такой же текст в ту же секунду.
— Что-то случилось? — Улыбнулся Дунфан Цинъюй. К этой девушке он испытывал искреннюю симпатию.
— Эм... У тебя еще осталась сопливая слизь? — Жошуй Шаншань явно замялась.
— Есть. — Дунфан Цинъюй пару секунд вспоминал, что это вообще такое. Мерзкая штука. Если бы не копеечная цена продажи, он бы и хранить ее не стал – только место в инвентаре занимала, а на одну такую ячейку мог поместиться целый сверчок-генерал.
— Понимаешь... один мой друг хочет ее купить. Как думаешь... это возможно? — Нерешительно спросила она.
— Конечно. — Дунфан Цинъюй легко представил ее смущенное и немного виноватое лицо.
Договорившись о встрече, он первым делом написал сообщение игроку «Разбогатеть в Восьмой День Недели».
— Босс, сто лет от тебя вестей не было! Чем занят? — Торговец был сама любезность.
— Мелкими делами, сейчас уже разгребся. Как дела у Гильдии «Жнец»? — Дунфан Цинъюй решил прозондировать почву. Честно говоря, пока вопрос со «Жнецами» не закрыт, он не мог чувствовать себя спокойно.
— Пока затишье, движений не видно, — ответ прилетел мгновенно.
— Слушай, вопрос на засыпку: что знаешь про сопливую слизь?
— Босс, у тебя что, уже маунт появился? Круто! — Воскликнул «Разбогатеть в Восьмой День Недели».
— Нет у меня маунта. А как слизь связана с маунтами? — Дунфан Цинъюй насторожился.
— Систему маунтов ведь месяц назад открыли? С каждым днем наездников всё больше. Но есть одна беда, которая всех бесит. Маунтов сейчас в основном ловят дикими, верность у них низкая, взаимопонимания ноль, брыкаются постоянно. И вот дня три назад всплыл рецепт пилюль, которые повышают лояльность маунта примерно на +10%. Основной ингредиент там – сопливая слизь. — Собеседник не зря считался «всезнайкой», в плане информации он был на голову выше Дунфан Цинъюя.
— И почем она сейчас?
— Еще пару дней назад никто не знал ей цену, отдавали по 1000 медных монет за порцию. Слышал, какой-то нуб продал штук двадцать, и как раз после этого цена взлетела. Сначала до 30 000 медяков, вчера еще подскочила. Сегодня меньше чем за 50 000 не найдешь. Точнее не скажу, надо узнавать – эффект слизи официально не афишировали, знают только свои. Дай мне полчаса, всё выясню.
Дунфан Цинъюй закрыл чат и направился в Трактир «Юэлай». Через пару минут пришла Жошуй Шаншань в сопровождении игрока-мужчины – высокого, статного красавца.
На нем были внушительные доспехи – явно Рыцарь.
— Это Сяосян Мокэ, — представила спутника девушка.
— Приветствую, — кивнул Дунфан Цинъюй.
— Времени в обрез, так что сразу к делу. Сколько у тебя сопливой слизи? — Сяосян Мокэ держался высокомерно, глядя на собеседника свысока.
— Тридцать порций. — Дунфан Цинъюй проглотил заготовленные слова вежливости.
— Забираю всё по 30 000 за штуку. — Рыцарь сделал такое лицо, будто оказывал величайшее одолжение.
Дунфан Цинъюй вскинул бровь, но прежде чем он успел ответить, сработала вибрация. Он извиняюще посмотрел на Жошуй Шаншань:
— Прошу прощения, гляну сообщение.
«Сегодняшний прайс – 55 000 медных монет. Мои люди говорят, потолок будет в районе 60 тысяч. Если есть выходы на поставки, хватай сейчас, через время продашь втридорога», – гласило послание от «Разбогатеть в Восьмой День Недели».
— Ясно, — Дунфан Цинъюй закрыл интерфейс.
— Долго еще думать будешь? — Нетерпеливо бросил Сяосян Мокэ.
— Уже закончил. — Дунфан Цинъюй перевел взгляд на девушку. — Слизь нужна тебе или твоему другу?
— Конечно мне! Ты что, не видишь, кто платит? — Влез Рыцарь. — Совсем соображалки нет?
— Понятно. — Дунфан Цинъюй кивнул, приняв решение. Он посмотрел прямо в глаза Сяосян Мокэ: — 60 000 монет за штуку. Ни медяком меньше.
— Ох! — Жошуй Шаншань ахнула и в испуге прикрыла рот ладонью.
— Шестьдесят тысяч? Решил заняться вымогательством прямо у меня под носом? Смело, — в глазах Сяосян Мокэ вспыхнул холодный блеск. — Советую хорошенько подумать, прежде чем открывать рот. Даю тебе шанс пересмотреть условия.
— Если есть искреннее желание договориться – присаживайся, пообедаем. Если нет – дверь там! — Дунфан Цинъюй указал на выход, после чего мягко добавил, обращаясь к девушке:
— Извини, характер у меня не сахар.
— Я не виню тебя... — начала Жошуй Шаншань, но тут же осеклась. Фраза «я не виню тебя» в данном контексте означала, что виноват Сяосян Мокэ. Она опасливо взглянула на спутника, но тот, к счастью, не обратил внимания на ее слова.
— Ты хоть понимаешь последствия ссоры со мной? — Рыцарь буквально кипел от ярости.
— Понятия не имею, — просто ответил Дунфан Цинъюй.
— Ты... — лицо Сяосян Мокэ дернулось, он глубоко вдохнул. — Если бы не Жошуй Шаншань, я бы вообще с тобой не разговаривал. Я предложил 30 000 только из уважения к ней. А ты задираешь цену вдвое. В дураки меня записал?
— Тридцать тысяч – это вчерашняя цена. Сегодня – шестьдесят. Если ты не в курсе рыночной ситуации, могу подсказать, где проконсультироваться, — парировал Дунфан Цинъюй.
— Сегодняшняя цена 55 000! Кому ты лечишь про 60 тысяч? — Рявкнул Сяосян Мокэ.
— О, так ты, оказывается, всё знал. — На лице Дунфан Цинъюя появилась ироничная усмешка. Знать, что вещь стоит 55 000, и предлагать за нее 30 000 – подобная жадность вызывала лишь брезгливость.
Лицо Жошуй Шаншань внезапно побледнело. Сначала она немного сердилась на Дунфан Цинъюя за его неуступчивость, думая, что он просто набивает цену. Теперь же стало ясно: неискренним был именно Сяосян Мокэ, а она, сама того не ведая, стала соучастницей обмана.
— Ладно, пусть будет по сегодняшнему курсу – 55 000 монет, — сквозь зубы процедил Сяосян Мокэ, багровея от злости.
— Шестьдесят тысяч. Ни одной медной монеты меньше, — ровным голосом повторил Дунфан Цинъюй. Если бы не Жошуй Шаншань, он бы уже давно выставил этого типа за дверь.
— Брат Цинъюй! — Жалобно позвала девушка. Встретившись с ней взглядом, Дунфан Цинъюй почувствовал, как его сердце смягчается.

Комментарии

Загрузка...