Рано утром Гу Цзяо отправилась в медицинский зал Мяошоу.
Утром пришло несколько пациентов, а после обеда дел было мало, поэтому Гу Цзяо отдыхала в собственном маленьком дворике.
Через стену от ее маленького дворика находился небольшой сад академии для девушек.
А в этом небольшом саду имелся павильон.
Обычно сюда не приходило так много людей, но в данный момент в нем находилась девушка, исполняющая музыку.
Ее игра была немного принужденной, не говоря уже об отрывочном звучании, да и тональность была выбрана неправильно.
Гу Цзяо лежала в комнате на плетеном кресле с закрытыми глазами, но ее сильно мучила опасная для жизни музыка, исполняемая девушкой.
Она толкнула дверь комнаты и вышла во двор, посмотрела в сторону разделяющей стены и громко сказала: «Неправильно».
Девушка, явно не ожидавшая, что кто-то услышит ее игру на гуцине, так испугалась, что поранила кончики пальцев и издала еще один пронзительный вскрик.
Гу Цзяо почувствовала, как ее прошиб пот!
«Кто здесь?» - спросила девушка.
Она огляделась вокруг, но никого поблизости не обнаружила.
«Твой гуцинь не настроен», - сказала Гу Цзяо.
В этот момент девушка поняла, что кто-то говорит с ней из-за стены двора.
Она замерла и спросила: «Не настроен? Я только что купила этот гуцинь».
Качество этого гуциня было не очень хорошим; и дочь из хорошей семьи, вероятно, не стала бы покупать гуцинь такого низкого качества. Гу Цзяо примерно догадывалась, что другая сторона не имела высокого статуса, иначе она не стала бы тайком прятаться в углу, чтобы вот так практиковаться в игре на гуцинь.
«Принеси его сюда», - сказала Гу Цзяо.
«Как, как мне его принести?» - спросила девушка.
Гу Цзяо посмотрела на стену двора, которая была в рост человека, поборола в себе желание просто перепрыгнуть через нее и напугать людей с той стороны до смерти, и негромко сказала: "Ты можешь найти циньчжэнь* для настройки гуцинь?»
Через мгновение девушка ответила: «Да, я нашла».
Гу Цзяо сказала: «Я буду говорить, а ты настраивай. Дерни третью струну».
«А?» Эта девушка явно была новичком.
Самые ранние гуцинь имели только пять струн, затем Вэнь Ван добавил еще одну струну**, а У Ван - еще одну***, таким образом превратив гуцинь в семиструнный инструмент, который также называют семиструнным гуцинь.
Каждая из семи струн имела свое название, а именно: Гун, Шан, Цзюэ, Чжи, Юй, Вэнь и У.
Гу Цзяо сказала: «Третья струна - струна Цзюэ».
«О-о-о!» Девушка поднесла кончики пальцев и дернула струну.
Гу Цзяо сказала: «Звук слишком высокий, поэтому ослабь струну».
Девушка ослабила циньчжэнь, а затем снова дернула ту же струну, спросив: «А как теперь?»
Гу Цзяо сказала: «Ты ослабила его слишком сильно, теперь звук получился низкий, подтяни циньчжэнь немного».
«О». Девушка еще раз тщательно отрегулировала циньчжэнь.
На этот раз все было сделано правильно.
Затем она настроила и остальные шесть струн под руководством Гу Цзяо.
Девушка сыграла песню, которую выучила в классе, и с восторгом воскликнула: «Теперь она звучит намного приятнее для слуха!»
Лицо Гу Цзяо потемнело.
Как это можно назвать приятным для слуха?
У тебя какие-то неправильные представления о том, как должно звучать приятно для слуха?
«Госпожа, спасибо вам большое! Я была так обескуражена, что собиралась сдаться после всего лишь первого исполнения, но теперь я изменила свое мнение! Я никуда не пойду сегодня днем, я просто буду практиковаться здесь!»
Гу Цзяо: ... Не поздно ли мне теперь сожалеть?
Гу Цзяо, которую весь день мучили угрожающие жизни звуки гуцинь по соседству, вышла из медицинского зала Мяошоу с мрачным лицом.
Гу Цзиньюй только что закончила заниматься на гуцине в музыкальном зале академии для девушек.
Всякий раз, когда она занималась игрой на гуцинь, множество людей приходило полюбоваться ею.
Не будет преувеличением сказать, что звук ее гуциня звучал непрерывно, витая в сводах дома три дня****.
«Сяньчжу Хуэй, как вы можете так хорошо играть на гуцине? Музыку, которую учитель преподал нам только сегодня утром, вы освоили уже ко второй половине дня. Вы усердно тренируетесь в свободное время, не так ли?»
«Да, да, Сяньчжу Хуэй, пожалуйста, дайте нам совет!»
Две молодые девушки из благородных семей с завистью смотрели на Гу Цзиньюй.
Последняя, держа в руках гуцинь Юэ Ин Фу Си, лишь слегка улыбнулась: «Не нужно быть настолько вежливыми, просто называйте меня по имени. На самом деле я уже давно не практиковалась игре на гуцинь, я так рада, что моя игра не разочаровала вас».
Благородная дочь А: «О, Небеса, не могу поверить, что вы долго не практиковались, и имеете такой уровень мастерства? Что же будет, когда вы будете практиковаться?»
Благородная дочь Б: «Молодая госпожа Гу, это ведь гуцинь Юэ Ин Фу Си у вас в руках, верно? Его сделал лично Юэ Ин, мастер гуцинь номер один в государстве Чэнь. Он единственный в своем роде в шести государствах!»
Все так завидовали, что стояли, открывши рты.
Благородная дочь С: «Молодая госпожа Гу, не могли бы вы дать нам его на время, чтобы посмотреть?»
«Конечно». Гу Цзиньюй передала гуцинь им в руки.
Толпа собралась вокруг, чтобы поближе рассмотреть гуцинь Юэ Ин Фу Си, о котором ходили легенды.
Как и ожидалось, это был гуцинь номер один в шести государствах, его поверхность, струны, колки, лоб и хвостовая часть – все было близко к совершенству.
Почему только близки к совершенству? Потому что единственным по-настоящему совершенным был настоящий гуцинь Фу Си.
Однако настоящий гуцинь Фу Си давно не изготавливался, поэтому версия Юэ Ина, по праву, стала гуцинем номер один в шести государствах.
В академии для девушек учились две самые выдающиеся девушки столицы: Гу Цзиньюй, Молодая Госпожа из поместья маркиза Динъань, и Чжуан Юэси, внучка Великого Тайфу Чжуана.
Стихи и каллиграфия Чжуан Юэси были более чем впечатляющими, а мастерство игры на гуцинь Гу Цзиньюй - более чем выдающимся. Эти две девушки были равны в своем соперничестве.
Однако если говорить о популярности, то Чжуан Юэси, которая была излишне горда собой, что считала ниже своего достоинства заводить дружбу с другими, значительно уступала Гу Цзиньюй, которая была более покладистой.
В это время из другого музыкального зала вышла Чжуан Юэси с гуцинем в руках.
За ней следовала Чжуан Мэнъюнь, также держа в руках гуцинь.
Чжуан Мэнъюнь отправилась в класс гуцинь только для круглого счета учеников, и начала дремать с того самого момента, как заняла свое место, и пришла в себя только тогда, когда урок закончился.
Когда они проходили мимо музыкального зала, где находилась Гу Цзиньюй, и увидели последнюю в окружении группы благородных девушек, которые просили дать им совет по игре на гуцинь.
Чжуан Мэнъюнь пренебрежительно закатила глаза: «Что за чушь, что тут такого? Она просто девчонка из сельской местности, которая набивает себе морду, чтобы выглядеть толстяком*****. Она украла чужую личность и у нее еще хватает наглости считать себя настоящей благородной дочерью!»
Чжуан Юэси вопросительно посмотрела на свою сестру-невежду и сказала: «И насколько ты можешь быть лучше нее?»
Уголок рта Чжуан Мэнъюнь нервно дернулся: «Как ты можешь так говорить о своей собственной сестре? Какой бы плохой я ни была, я также плоть и кровь нашего отца! Я из благородной семьи! Я законная дочь влиятельной семьи Чжуан!»
Чжуан Юэси сказала холодным голосом: «Законная дочь влиятельной семьи Чжуан не может даже прочесть несколько стихов. Когда ты будешь на улице, не упоминай о том, что ты Молодая Госпожа из семьи Чжуан. Семья Чжуан не может позволить себе потерять лицо из-за тебя!»
«Ты ...» Чжуан Мэнъюнь была в ярости и стиснула зубы.
Чжуан Юэси не любила Гу Цзиньюй, но и Чжуан Мэнъюнь ей тоже не нравилась. Ей часто было стыдно, что у нее такая сестра-невежда.
Обе сестры спустились вниз.
__________________________________________________________
Примечание:
* - циньчжэнь – колок инструмента; колок - деталь струнных музыкальных инструментов в виде небольшого стержня для закрепления и натяжения струны;
** - согласно традиции, гуцинь изначально имел 5 струн, каждая струна представляла природный элемент: металл, дерево, воду, огонь, землю; в эпоху династии Чжоу, Вэнь Ван добавил шестую струну в знак скорби о погибшем сыне;
*** - его наследник У Ван добавил седьмую, чтобы мотивировать войска в битве при Шанге;
**** - витать в сводах дома три дня – обр.выражение – переливчатая, трогательная и чарующая музыка/пение – смысл в том, что складывается впечатление, что даже по прошествии длительного времени все еще слышны отголоски музыки/пения;
***** - набить себе морду, чтобы выглядеть толстяком – обр.выражение – пыжиться; пускать пыль в глаза; разыгрывать из себя важную персону.
Перевод: Флоренс
Чжуан Мэнъюнь поначалу была раздосадована словами сестры, но когда она увидела стоящую у академии карету Ань Цзюньвана, то все ее недовольство тут же улетучилось.
«Старший брат!» Она бросила гуцинь в руки слуги, стоявшего рядом, и побежала к Ань Цзюньвану.
Ань Цзюньван вышел из кареты.
Прошлой ночью выпал снег, и теперь улицы и карнизы домов выглядели как сплошной безбрежно-белый мир, и он стоял посреди этого сверкающего серебром мира так, словно даже прикосновение снежинок не могло затмить его чистого великолепия.
На лице Чжуан Юэси также появилось выражение восторга.
Чжуан Мэнъюнь схватила Ань Цзюньвана за руку и спросила: «Старший брат! Что привело тебя сюда?»
Ань Цзюньван сказал с теплотой в голосе: «Я был тут неподалеку, поэтому заехал посмотреть на вас. Вы уже закончили учебу на сегодня?»
«Да, закончили». Чжуан Юэси подошла и ответила.
Она не отдала свой гуцинь служанке, но Ань Цзюньван заметил, что она устала держать его, он протянул руку и сказал: «Дай его мне».
Чжуан Юэси слабо улыбнулась и отдала гуцинь своему брату.
Поскольку он собирался взять гуцинь, Ань Цзюньван вырвал свою руку из рук Чжуан Мэнъюнь.
Чжуан Юэси была очень довольна этим.
Забрав гуцинь, Ань Цзюньван не спешил усаживать двух младших сестер в карету, а смотрел то налево, то направо, словно ожидая кого-то еще.
Чжуан Юэси спросила: «Старший брат, ты кого-то ищешь?»
Ань Цзюньван сказал своим обычным тоном: «Я слышал, что Молодая Госпожа Гу тоже пришла в академию для девушек».
Чжуан Мэнъюнь вдруг надула губы и сказала: «Ты имеешь в виду эту Гу Цзиньюй? Я ненавижу ее до смерти! Почему старший брат беспокоится о ней?»
Чжуан Юэси тоже с подозрением посмотрела на Ань Цзюньвана.
Последний посмотрел на Чжуан Мэнъюнь, мягко улыбнулся и сказал: «Разве она не твоя подруга? Я просто, не задумываясь, спросил об этом».
Чжуан Мэнъюнь недовольно фыркнула: «У меня нет такой подруги, как она!»
«Она единственная из семьи Гу, кто пришел в академию для девушек?» - спросил Ань Цзюньван.
Чжуан Мэнъюнь с досадой проворчала: «А кто еще там может? Как эта девочка, выросшая в деревне, может получить приглашение?»
Чжуан Юэси сказала: «И как же ты его получила?»
Чжуан Мэнъюнь поперхнулась: Неужели сестра не может перестать постоянно терзать меня этим?
Ань Цзюньван на мгновение задумался: Может ли быть так, что ... она продала Чжуан Мэнъюнь приглашение, которое я дал ей?
Ань Цзюньван не знал, что его приглашение было продано Гу Цзяо Ду Сяоюнь, а приглашение Чжуан Мэнъюнь было тем самым, которое маркиз Гу выпросил у императорской наложницы Шу чуть позже.
На втором этаже музыкального зала Гу Цзиньюй, проходя мимо открытого окна, случайно увидела Ань Цзюньвана, который прибыл забрать из академии для девушек двух своих младших сестер.
Сердце Гу Цзинюй мгновенно заколотилось.
Она не видела его столько дней, и ей показалось, что Ань Цзюньван за это время стал еще красивее, а его аура – еще более могущественной.
Почему он оглядывается по сторонам? Кого он ищет?
Неужели меня?
Сердце Гу Цзиньюй забилось еще сильнее.
Затем она смутно услышала, как Чжуан Мэнъюнь сказала: «Ты имеешь в виду эту Гу Цзиньюй. Я ненавижу ее до смерти. Почему старший брат беспокоится о ней?»
Дыхание Гу Цзиньюй стало сбивчивым.
Ань Цзюньван беспокоится обо мне!
Он пришел сюда вовсе не для того, чтобы забрать своих младших сестер, а ради меня!
Гу Цзиньюй поспешно убрала гуцинь, зашла в чайную комнату, чтобы нанести румяна, поправила заколки на голове, а затем спустилась вниз, чтобы увидеть Ань Цзюньвана.
К сожалению, Ань Цзюньвана там уже не было.
Оказалось, что Чжуан Мэнъюнь случайно обронила, что та девушка работает лекаркой в медицинском зале по соседству, и что она видела ее там на днях, поэтому Ань Цзюньван отправился прямиком в медицинский зал Мяошоу.
Однако Ань Цзюньвана ждало разочарование.
Гу Цзяо, не вынеся убивающие жизнь звуки гуциня за стеной двора, ушла с работы пораньше!
.......
Четверо мужчин из ее семьи в это время еще не закончили учебу и не вернулись домой, поэтому Гу Цзяо первым делом отправилась готовить рагу с тушеным мясом. А когда рагу было наполовину готово, пришла старшая служанка Фан.
«Это нехорошо, Старшая Молодая Госпожа. У Госпожи маркизы появилось что-то странное на теле! Пожалуйста, сходите и посмотрите!»
Гу Цзяо убавила огонь в печи, чтобы позволить рагу медленно томиться в горшке, а затем села в карету вместе со старшей служанкой Фан и отправилась в поместье маркиза.
Когда Яо Ши увидела Гу Цзяо, она снова отругала старшую служанку Фан: «Я же сказала, что со мной все в порядке. Тебе не нужно ходить к Цзяо Цзяо из-за каждого пустяка».
«Всегда полезно быть бдительным». Сказав это, Гу Цзяо подошла к Яо Ши. После проверки она сказала: «Это всего лишь экзема. Все в порядке, просто нанеси лекарство, и все будет хорошо».
Яо Ши посмотрела на старшую служанку Фан: «Я же говорила тебе, что все в порядке, не так ли? Посмотри, какой шум ты подняла».
Старшая служанка Фан вздохнула с облегчением и сказала: «Разве не говорят, что однажды укушенный змеёй десять лет боится колодезной верёвки*?»
Наложница Лин стала несколько беспокойной после того, как ее лишили власти, поэтому она часто ходила во двор Гу Чэнфэна и Гу Чэнлиня, донимая их своей доброжелательностью, так что братьям уже не терпелось выгнать Яо Ши из поместья.
Вместо того, чтобы действовать самой, наложница Лин намеревалась чужими руками расправиться с ней.
Но старшая служанка Фан присматривала за наложницей Лин, но опасалась, что ее бдительность окажется не на высоте.
Гу Цзяо достала из коробки с лекарствами крем от экзем и протянула его Яо Ши: «Если в будущем у тебя возникнут какие-нибудь проблемы, пожалуйста, вовремя сообщи мне о них».
Излишняя осторожность никогда не помешает.
Ей не было дела до того, что она может совершить несколько лишних поездок.
Старшая служанка Фан отправила Гу Цзяо назад в карете.
Гу Цзяо вернулась в переулок Бишуй.
Старушка спросила: «С твоей матерью все в порядке?»
Гу Цзяо ответила: «Она в порядке».
Яо Ши действительно была в порядке, но вот чего Гу Цзяо не ожидала, так это того, что что-то случится с ее младшими братьями.
Первым, у кого проявились симптомы, был маленький Цзин Кун.
За ужином у маленького Цзин Куна был плохой аппетит, потрогав его лоб, Гу Цзяо определила, что у него не было жара, поэтому она просто посоветовала ему лечь спать пораньше.
Вдруг посреди ночи маленький Цзин Кун неожиданно разбудил Сяо Люланя.
Сяо Люлань странно посмотрел на него: «Что случилось?»
Малыш сел на кровати и с серьезным лицом сказал: «У меня тут чешется».
Сяо Люлань зажег масляную лампу, поднял его одежду, чтобы обнаружить несколько прозрачных волдырей на его руках и животе.
Сяо Люлань уложил его назад в кровать и позвал Гу Цзяо.
После осмотра Гу Цзяо сразу же поставила диагноз: «Ветрянка».
Сяо Люлань нахмурился: «То есть ... ветряная оспа?»
Гу Цзяо кивнула: «Ну, можно сказать и так».
Здоровье маленького Цзин Куна всегда было очень хорошим. Он ни разу не болел с тех пор, как спустился с горы. Кто бы мог подумать, что его первой болезнью станет ветряная оспа.
Хотя ветряная оспа была не так страшна, как натуральная оспа, вылечить ее было не так-то просто.
«Ветряная оспа очень заразна. Ты болел ею в детстве?» Гу Цзяо обратилась к Сяо Люланю.
«Да», - ответил Сяо Люлань.
Однажды у него тоже были подобные волдыри, когда ему было примерно столько же лет, сколько и маленькому Цзин Куну.
«А ты?» Сяо Люлань посмотрел на Гу Цзяо.
«Кажется, тоже». Гу Цзяо перебирала в уме воспоминания первоначальной владелицы тела. Она заболела ветрянкой еще перед смертью Гу Саньфана и его жены, и в конце концов вылечилась исключительно благодаря их хорошему уходу.
«Сяошунь, похоже, не болел», - добавила она.
Ветрянка была очень заразным заболеванием, и тем, у кого ее не было, лучше было не приближаться к маленькому Цзин Куну.
«А тетушка? У нее была?» Гу Цзяо спросила Сяо Люланя.
Вроде бы тривиальный вопрос.
Они оба прекрасно знали, что старушка была просто прокаженной, которую они случайно подобрали возле двери своего дома, так что откуда Сяо Люлань мог знать, болела ли она когда-нибудь ветрянкой?
Разве что в глубине души она уже была уверена, что Сяо Люлань знает кто такая эта старушка.
Сяо Люлань не спросил ее, известно ли ей что-нибудь, но и не стал намеренно менять тему, а спокойно ответил: «Я не знаю».
Он действительно не знал.
Гу Цзяо на мгновение задумалась и решила, что это вполне нормально. Например, она не знала, какие раньше были болезни у старого господина Гу.
Она сказала: «Тогда, на всякий случай, я лучше попрошу тетушку быть осторожнее».
На следующее утро ветряная оспа проявилась с новой силой, поскольку стало ясно, что Гу Сяошунь и Гу Янь тоже заразились.
__________________________________________________________
Примечание:
* - однажды укушенный змеёй десять лет боится колодезной верёвки – обр. выражение – человек, столкнувшийся с серьезными неприятностями, становится слишком осторожным; хорошо передает смысл наша поговорка - обжёгшись на молоке, станешь дуть и на воду.
Перевод: Флоренс

Комментарии

Загрузка...