«Эта лошадь – моя», - маркиз Гу произнес
торжественным голосом.
Гу Цзяо посмотрела на него с подозрительным
выражением на лице, словно оценивая правдивость его слов.
Сердце маркиза Гу дрогнуло под ее взглядом. Он
вдруг вспомнил, как она "подобрала" выброшенного им волка, и деловито
заявил: «Я не выбрасывал эту лошадь, я случайно потерял ее!»
Хотя потерянные вещи могли забрать себе люди,
нашедшие их, однако, если владелец заявлял о пропаже, то вещи должны были быть
возвращены, иначе это считалось бы преступлением, связанным с присвоением чужой
собственности.
Чжоу Ши и Лю Ши, которые забрали серебро
Молодого Джентльмена Циня и отказались сразу вернуть его, столкнулись именно с
такой ситуацией. В результате чего они были избиты деревянной палкой в ямэне и
оштрафованы на крупную сумму.
Маркиз Гу, конечно, не знал о неожиданном
казусе с людьми из семьи старосты деревни. Он только чувствовал, что должен
блефовать, чтобы запугать эту маленькую девочку: «Если ты не отдашь мне лошадь,
то будешь арестована и избита палкой в ямэне!»
Какой бы могущественной она ни была, она все
равно оставалась деревенской девчонкой, а чего больше всего боятся деревенские
люди? Конечно, это чиновников из ямэня. Она могла и не слышать о таком маркизе,
как он, а поскольку не знала его, то, естественно, и не боялась.
Но ямэнь – совсем другое дело, не существовало
ни одного деревенского жителя, который бы не боялся его власти!
Гу Цзяо выслушала его слова, однако не сразу ответила.
Маркиз Гу почувствовал, что у него появился
шанс подавить ее!
В результате в следующую секунду он услышал,
как она задала ему вопрос: «Как ты докажешь, что это твоя лошадь?»
Маркиз Гу застыл на месте.
Верно, как я могу доказать это?
Чтобы не привлекать к себе лишнего внимания,
он решил сесть на одну из лошадей охранников, а не на своего ферганского
скакуна, и даже эмблема маркиза на седле была им намеренно стерта.
«Подковы! Его подковы соответствуют подковам
боевых лошадей в армии, которые отличаются от подков на рынке». Маркиз Гу,
наконец, придумал доказательство.
Однако Гу Цзяо неожиданно сказала: «Я никогда
не видела других подков. Так откуда мне знать, не обманываешь ли ты меня?»
Маркиз Гу поперхнулся.
Это был как разговор ученого с солдатом. Доказать
что-то, используя доводы разума, было практически невозможно!
Гу Цзяо сказала честно и беспристрастно: «Как
насчет этого, ты пойдешь в ямэнь и сообщишь о деле, если ямэнь скажет, что эта
лошадь твоя, я сразу же верну ее тебе».
Сколько жизней было у уездного магистра, чтобы
у него хватило смелости не присудить мне лошадь? Но проблема была в том, что он был маркизом
Динъань из государства Чжао, потеряв лошадь, неужели он мог отправиться в
уездный ямэнь, чтобы сообщить о этом?
Пойдут толки: Что с ним не так? Неужели у этого
маркиза Динъаня не хватает лошадей или что-то в этом роде? Насколько он беден?
Он настолько беден, что не может свести концы с концами, или он настолько
беден, что вынужден просить еду на улицах, спорить с деревенской девушкой за
лошадь, которую она подобрала по дороге?
Особенно если это была обычная лошадь, которая
почти ничего не стоила.
Разве я хочу потерять лицо?
Гу Цзяо посмотрела на него и после минутного
раздумья сказала: «Если ты действительно хочешь ее, я могу продать ее тебе.
Однако, мне было так нелегко поймать ее».
Нелегко? Как это? Ты выглядела так, будто ехала на ней с
самого начала! Ты сэкономила силы, не передвигаясь пешком! Даже мертвого
волка не пришлось тащить на себе!
Маркиз Гу был очень зол на Гу Цзяо.
Однако и идти пешком он уже был не в силах.
Он не мог даже нанять карету, пока не
доберется до города, а отсюда до города было не менее двадцати-тридцати миль*,
и он боялся, что с такой распухшей ногой, он просто туда не дойдет.
«Пятьдесят таэлей», - сказала Гу Цзяо.
Маркиз Гу взорвался: «Почему эта кляча стоит
дороже волчьей туши?! Это ж просто грабеж средь бела дня!»
Гу Цзяо серьезно сказала: «Волчья туша тебе
была не нужна, но нужна лошадь».
Значит, ты поднимаешь цену, исходя из моих
текущих потребностей!
Маркиз Гу был так разгневан, что у него
заболела печень!
В итоге он выкупил свою собственную лошадь за
пятьдесят таэлей серебра.
Это была его собственная лошадь ... но кому он
мог пожаловаться?
....
Когда маркиз Гу вернулся в поместье, уже смеркалось,
и отблески заходящего солнца падали на карнизы зданий, отражаясь позолоченными
бликами.
Маркиз Гу передал лошадь охранникам поместья и
большими шагами направился во внутренний двор, где жила семья из четырех
человек.
Как раз, когда он подошел к двери, он услышал
сильный шум, доносящийся изнутри. Нахмурившись, он переступил порог и увидел,
что почти все слуги двора передвигаются мелкими перебежками, прячась за
деревьями и цветами, не смея открыто ни двигаться, ни ходить.
В галерее на плетеном кресле под присмотром
застывших слуг полулежал его сын Гу Янь.
Рядом с ним стояла Гу Цзиньюй, лицо которой
побледнело от гнева.
Последняя держала в руках маленького белого
кролика.
«Почему ты мне не разрешаешь держать кролика?»
- недовольно спросила Гу Цзиньюй.
Гу Янь лениво хмыкнул: «Ты просто не имеешь
права оставлять его здесь».
Гу Цзиньюй надулась: «Назови мне причину, если
у тебя есть смелость!»
Гу Янь заложил одну руку за голову и
неторопливо сказал: «Это мой двор, поэтому если я говорю, что тебе нельзя его
оставлять, значит, тебе нельзя его оставлять!»
Гу Цзиньюй топнула ногой, обнимая кролика:
«Это и мой двор тоже!»
Гу Янь опять легкомысленно хмыкнул: «Твой двор
находится в столице!»
Гу Цзиньюй жила в столице половину времени, в
отличие от Гу Яня, который прожил здесь уже много лет. Поэтому Гу Янь,
естественно, считал, что этот двор принадлежит ему больше.
Слуги от старших до младших не смели
вмешиваться в их ссору, но и не могли забить на это и просто уйти. Они не могли
позволить себе нести ответственность, если вдруг что-то случится во время ссоры
брата и сестры.
Маркиз Гу почти понял, что происходит. Гу
Цзиньюй с детства любила домашних животных, а Гу Янь, напротив, испытывал к ним
отвращение. Брат и сестра часто ссорились по поводу того, чтобы завести домашнего
питомца.
Он всегда задавался вопросом, ведь эти двое
были двойняшками и должны были быть самыми близкими людьми в мире. Вполне
логично было бы предположить, что между ними должны быть очень близкие
отношения, но Гу Янь всегда издевался над Цзиньюй с тех самых пор, когда даже
еще не умел говорить.
Гу Янь не позволял Яо Ши кормить грудью
Цзиньюй, а когда она это делала, он плакал. Он также не
позволял Яо Ши держать ее, и даже когда они лежали в колыбели, он бил или пинал
сестру.
В то время Гу Янь был еще маленьким ребенком,
пускающим молочные пузыри, поэтому никто не принял это близко к сердцу и просто
списывал на детское собственничество.
Позже, когда Гу Янь стал старше, он уже не так
сильно издевался над ней, но и не сближался с сестрой.
Все те вещи, которые он раньше не мог объяснить,
стали более понятными после того, как он узнал о рождении Цзиньюй.
Гу Янь и его настоящая сестра провели вместе
десять месяцев в утробе матери; они действительно были самыми близкими людьми в
мире. Именно поэтому, когда Гу Янь родился, он ясно почувствовал, что девочка,
лежащая рядом с ним, не была его сестрой.
А хотел он только свою настоящую сестру.
Только его настоящая сестра могла дать ему то
же ощущение уверенности и безопасности, как в утробе матери, и все же рядом с
ним лежала совершенно незнакомая девочка.
Неудивительно, что он всегда так громко
плакал, он просто звал свою настоящую сестру.
К сожалению, никто из них его не понимал.
Он и сам не помнил об этом, но став старше
сохранил это неприятие к Гу Цзиньюй в своих костях.
Маркиз Гу счел это предположение настолько
абсурдным, однако не мог придумать лучшего объяснения, чем это.
Ссора между братом и сестрой все еще
продолжалась.
Гу Цзиньюй жаловалась: «Маленький кролик не
шумит и не суетится, почему ты даже его не позволяешь мне оставить? Ты хоть раз
можешь проявить благоразумие?»
Гу Янь закатил глаза к небу: «Я отказываюсь!»
Гу Цзиньюй закусила губу: «Почему?»
Гу Янь высокомерно поднял брови: «Потому что
мне нравится быть неразумным!»
«Ты...» Лицо Гу Цзиньюй покраснело от гнева!
__________________________________________________________
Примечание:
* - в 1 миле – 1,61 км
Перевод:
Флоренс

Комментарии

Загрузка...