В этом здании мужского общежития Фан Вэнь пил кровь без малейшего стеснения. Всю ночь он чередовал плотные трапезы со сном, а просыпаясь, продолжал своё пиршество. В итоге от его хоботка пострадало более тридцати человек.
В этом здании мужского общежития Фан Вэнь пил кровь без малейшего стеснения. Всю ночь он чередовал плотные трапезы со сном, а просыпаясь, продолжал своё пиршество. В итоге от его хоботка пострадало более тридцати человек.
Попутно Фан Вэнь заметил обилие противомоскитных спиралей и репеллентов в комнатах. Эти средства погубили бесчисленное множество обычных комаров, на него же они не оказывали никакого воздействия — исключением был лишь слегка неприятный запах.
Попутно Фан Вэнь заметил обилие противомоскитных спиралей и репеллентов в комнатах. Эти средства погубили бесчисленное множество обычных комаров, на него же они не оказывали никакого воздействия — исключением был лишь слегка неприятный запах.
С восходом солнца здание общежития буквально взорвалось от паники. Тела студентов покрылись волдырями диаметром два-три сантиметра. Столь пугающие размеры заставили пострадавших толпой ринуться в медпункт.
С восходом солнца здание общежития буквально взорвалось от паники. Тела студентов покрылись волдырями диаметром два-три сантиметра. Столь пугающие размеры заставили пострадавших толпой ринуться в медпункт.
Дежуривший там врач Ван Циньюй при виде этой картины почувствовал, как земля уходит из-под ног.
Дежуривший там врач Ван Циньюй при виде этой картины почувствовал, как земля уходит из-под ног.
«Черт! Опять! На этот раз их больше тридцати! Добром это не кончится!»
«Черт! Опять! На этот раз их больше тридцати! Добром это не кончится!»
Ван Циньюй не стал медлить и срочно начал звонить начальству.
Ван Циньюй не стал медлить и срочно начал звонить начальству.
Заведующий учебной частью и ректор примчались в медпункт в мгновение ока. Глядя на три десятка пострадавших студентов, ректор не на шутку рассердился и перевёл суровый взгляд на заведующего.
Заведующий учебной частью и ректор примчались в медпункт в мгновение ока. Глядя на три десятка пострадавших студентов, ректор не на шутку рассердился и перевёл суровый взгляд на заведующего.
— Разве я не поручил вам раздать репелленты и противомоскитные спирали? Почему в общежитии снова столько покусанных? Вы не выполнили приказ?
— Разве я не поручил вам раздать репелленты и противомоскитные спирали? Почему в общежитии снова столько покусанных? Вы не выполнили приказ?
— Я всё раздал! Гарантирую, что они ими пользовались. В каждой комнате есть и репеллент, и спирали!
— Я всё раздал! Гарантирую, что они ими пользовались. В каждой комнате есть и репеллент, и спирали!
Заведующий учебной частью чувствовал себя несправедливо обвинённым. Он прекрасно понимал всю серьёзность последствий и ни за что не стал бы халатно относиться к такому поручению.
Заведующий учебной частью чувствовал себя несправедливо обвинённым. Он прекрасно понимал всю серьёзность последствий и ни за что не стал бы халатно относиться к такому поручению.
Ректор обвёл взглядом присутствующих в кабинете студентов и обратился к ним:
Ректор обвёл взглядом присутствующих в кабинете студентов и обратился к ним:
— Вас всех покусали ночью во время сна? Вы что, не пользовались репеллентами и спиралями?
— Вас всех покусали ночью во время сна? Вы что, не пользовались репеллентами и спиралями?
— Пользовались, — наперебой заговорили студенты. — Утром весь пол был усыпан мёртвыми комарами, но от этой твари они, видимо, не спасают.
— Пользовались, — наперебой заговорили студенты. — Утром весь пол был усыпан мёртвыми комарами, но от этой твари они, видимо, не спасают.
У ректора голова пошла кругом. Это означало, что стандартные средства защиты хоть и работают в целом, но против конкретной угрозы абсолютно бессильны. От безысходности ему пришлось вновь докладывать наверх.
У ректора голова пошла кругом. Это означало, что стандартные средства защиты хоть и работают в целом, но против конкретной угрозы абсолютно бессильны. От безысходности ему пришлось вновь докладывать наверх.
В итоге провинциальное руководство распорядилось привлечь к исследованиям экспертов-энтомологов. Вскоре специалисты пришли к выводу о существовании лишь одного аномального насекомого: будь их много, число пострадавших не ограничилось бы тремя десятками. И этот единственный комар, судя по всему, обладал полным иммунитетом к обычным репеллентам и спиралям.
В итоге провинциальное руководство распорядилось привлечь к исследованиям экспертов-энтомологов. Вскоре специалисты пришли к выводу о существовании лишь одного аномального насекомого: будь их много, число пострадавших не ограничилось бы тремя десятками. И этот единственный комар, судя по всему, обладал полным иммунитетом к обычным репеллентам и спиралям.
Получив такие результаты, ректор схватился за голову. Ему не оставалось ничего иного, кроме как прибегнуть к самому примитивному методу защиты и использовать противомоскитные сетки на кроватях. Раз химия не работала, физическая преграда должна была сработать наверняка — комар никак не смог бы проникнуть сквозь ткань. Ректор немедленно отправил заведующего учебной частью закупать необходимые принадлежности.
Получив такие результаты, ректор схватился за голову. Ему не оставалось ничего иного, кроме как прибегнуть к самому примитивному методу защиты и использовать противомоскитные сетки на кроватях. Раз химия не работала, физическая преграда должна была сработать наверняка — комар никак не смог бы проникнуть сквозь ткань. Ректор немедленно отправил заведующего учебной частью закупать необходимые принадлежности.
Одновременно с этим ректор выпустил общеуниверситетское оповещение. Он предупредил всех студентов и преподавателей об опасности встречи с суперкомаром, укус которого вызывает появление огромных волдырей.
Одновременно с этим ректор выпустил общеуниверситетское оповещение. Он предупредил всех студентов и преподавателей об опасности встречи с суперкомаром, укус которого вызывает появление огромных волдырей.
На самом деле все в кампусе уже давно знали о происходящем: утаить массовое появление пугающих шишек было попросту невозможно. Люди лишь не понимали природы этих укусов, а теперь выяснилось, что виновником был единственный суперкомар. Студенты тут же начали потирать руки в предвкушении. Они вознамерились не спать всю ночь и устроить на этого комара настоящую охоту. Иного выхода не было: волдыри от укусов Фан Вэня выглядели слишком жутко. К тому же он часто выбирал для укуса крайне неудобные места. Пострадавшим приходилось ходить голышом, так как малейшее трение об одежду вызывало нестерпимый зуд. Никто не хотел оказаться в подобном положении.
На самом деле все в кампусе уже давно знали о происходящем: утаить массовое появление пугающих шишек было попросту невозможно. Люди лишь не понимали природы этих укусов, а теперь выяснилось, что виновником был единственный суперкомар. Студенты тут же начали потирать руки в предвкушении. Они вознамерились не спать всю ночь и устроить на этого комара настоящую охоту. Иного выхода не было: волдыри от укусов Фан Вэня выглядели слишком жутко. К тому же он часто выбирал для укуса крайне неудобные места. Пострадавшим приходилось ходить голышом, так как малейшее трение об одежду вызывало нестерпимый зуд. Никто не хотел оказаться в подобном положении.
Когда уставший за день Фан Вэнь прилетел в общежитие, он с удивлением обнаружил над каждой кроватью противомоскитную сетку. Все его предыдущие жертвы при этом бесследно исчезли. Фан Вэнь сразу понял причину их отсутствия: скорее всего, из-за огромных шишек парней отправили в больницу. Он покусал так много людей, что инцидент наверняка приобрёл колоссальные масштабы. Ему было кристально ясно, к каким последствиям это должно было привести.
Когда уставший за день Фан Вэнь прилетел в общежитие, он с удивлением обнаружил над каждой кроватью противомоскитную сетку. Все его предыдущие жертвы при этом бесследно исчезли. Фан Вэнь сразу понял причину их отсутствия: скорее всего, из-за огромных шишек парней отправили в больницу. Он покусал так много людей, что инцидент наверняка приобрёл колоссальные масштабы. Ему было кристально ясно, к каким последствиям это должно было привести.
В отличие от химических средств, эти сетки стали для Фан Вэня настоящей проблемой. Обладая размерами обычного комара, он физически не мог проникнуть под плотно закрывающую кровать ткань. Ситуация усугублялась тем, что ему нужно было приблизиться к человеку, чтобы оценить привлекательность его крови. Если бы он потратил уйму сил на проникновение под сетку, а кровь оказалась бы невкусной, ему пришлось бы пить её от безысходности. Это сродни ситуации, когда вместо роскошного банкета тебя заставляют давиться объедками. Подобная перспектива его совершенно не радовала.
В отличие от химических средств, эти сетки стали для Фан Вэня настоящей проблемой. Обладая размерами обычного комара, он физически не мог проникнуть под плотно закрывающую кровать ткань. Ситуация усугублялась тем, что ему нужно было приблизиться к человеку, чтобы оценить привлекательность его крови. Если бы он потратил уйму сил на проникновение под сетку, а кровь оказалась бы невкусной, ему пришлось бы пить её от безысходности. Это сродни ситуации, когда вместо роскошного банкета тебя заставляют давиться объедками. Подобная перспектива его совершенно не радовала.
Фан Вэню пришлось облететь всё здание мужского общежития в поисках незастёгнутых сеток или случайно оставленных крупных щелей. И его поиски увенчались успехом. Несколько парней сидели на кроватях с маленькими столиками и увлечённо рубились в игры. Отмена ночного отключения электричества стала для них настоящим подарком судьбы, позволив играть ночи напролёт. Провода их зарядных устройств тянулись к розеткам снаружи, создавая крошечные зазоры в сетках. Для человека они были незаметны, но для комара предоставляли идеальный проход.
Фан Вэню пришлось облететь всё здание мужского общежития в поисках незастёгнутых сеток или случайно оставленных крупных щелей. И его поиски увенчались успехом. Несколько парней сидели на кроватях с маленькими столиками и увлечённо рубились в игры. Отмена ночного отключения электричества стала для них настоящим подарком судьбы, позволив играть ночи напролёт. Провода их зарядных устройств тянулись к розеткам снаружи, создавая крошечные зазоры в сетках. Для человека они были незаметны, но для комара предоставляли идеальный проход.
Фан Вэнь беспрепятственно проникал внутрь и садился на студентов, оценивая вкус их крови. Из семи обнаруженных геймеров четверо оказались обладателями восхитительного аромата. Фан Вэнь не стал церемониться и жадно напился из каждого.
Фан Вэнь беспрепятственно проникал внутрь и садился на студентов, оценивая вкус их крови. Из семи обнаруженных геймеров четверо оказались обладателями восхитительного аромата. Фан Вэнь не стал церемониться и жадно напился из каждого.
Насытившись, он уже собирался улетать, но его раздувшееся красное брюшко привлекло внимание парня, лежавшего с телефоном. Парень громко заорал:
Насытившись, он уже собирался улетать, но его раздувшееся красное брюшко привлекло внимание парня, лежавшего с телефоном. Парень громко заорал:
— Твою мать! Комар! Ван Эр, от тебя только что вылетел комар! Он тебя укусил?!
— Твою мать! Комар! Ван Эр, от тебя только что вылетел комар! Он тебя укусил?!
Игравший на кровати Ван Эр не почувствовал укуса, но, обернувшись, действительно увидел насекомое. Вспомнив о жутких последствиях, он мгновенно пришёл в ярость.
Игравший на кровати Ван Эр не почувствовал укуса, но, обернувшись, действительно увидел насекомое. Вспомнив о жутких последствиях, он мгновенно пришёл в ярость.
— Чёрт подери! Убейте его скорее!
— Чёрт подери! Убейте его скорее!
Они использовали и репелленты, и спирали. Любой комар, способный летать в таких условиях, несомненно был тем самым суперкомаром.
Они использовали и репелленты, и спирали. Любой комар, способный летать в таких условиях, несомненно был тем самым суперкомаром.
После крика Ван Эра все обитатели комнаты повскакивали с мест и начали охоту на кровососа. Фан Вэнь же ничуть не испугался.
После крика Ван Эра все обитатели комнаты повскакивали с мест и начали охоту на кровососа. Фан Вэнь же ничуть не испугался.
«Хотите меня прихлопнуть? Выкусите».
«Хотите меня прихлопнуть? Выкусите».
Реакция парней была довольно быстрой, но скорость Фан Вэня превосходила все их ожидания. Даже с полным брюхом он с лёгкостью уворачивался от их летящих ладоней. Иногда он физически ощущал потоки воздуха от их ударов и использовал эту силу, чтобы в одно мгновение ускользать от опасности.
Реакция парней была довольно быстрой, но скорость Фан Вэня превосходила все их ожидания. Даже с полным брюхом он с лёгкостью уворачивался от их летящих ладоней. Иногда он физически ощущал потоки воздуха от их ударов и использовал эту силу, чтобы в одно мгновение ускользать от опасности.
В какой-то момент Фан Вэнь намеренно сбросил скорость и неспешно приземлился прямо на лицо Ван Эра. Стоящий рядом студент на одних инстинктах отвесил товарищу мощную оплеуху.
В какой-то момент Фан Вэнь намеренно сбросил скорость и неспешно приземлился прямо на лицо Ван Эра. Стоящий рядом студент на одних инстинктах отвесил товарищу мощную оплеуху.
Шлёп!
Шлёп!
Фан Вэнь благополучно улетел, а на щеке Ван Эра расцвёл яркий красный отпечаток пятерни.
Фан Вэнь благополучно улетел, а на щеке Ван Эра расцвёл яркий красный отпечаток пятерни.
— Твою мать! Не бей по лицу! Ты же комара бьёшь! Если он сел мне на лицо, дай я сам его прихлопну! — выругался Ван Эр.
— Твою мать! Не бей по лицу! Ты же комара бьёшь! Если он сел мне на лицо, дай я сам его прихлопну! — выругался Ван Эр.
Он не злился всерьёз, так как сам видел севшего на него комара и понимал благие намерения соседа. В противном случае он бы непременно заставил обидчика проставляться едой в качестве компенсации.
Он не злился всерьёз, так как сам видел севшего на него комара и понимал благие намерения соседа. В противном случае он бы непременно заставил обидчика проставляться едой в качестве компенсации.
Забавляясь, Фан Вэнь продолжил порхать над студентами. Стоило ему сесть на кого-нибудь, как остальные тут же награждали этого человека звонким шлепком. Под конец Фан Вэню начало казаться, что парни уже забыли про комара и просто лупят друг друга, ведь с каждым разом сила ударов становилась всё мощнее и мощнее.
Забавляясь, Фан Вэнь продолжил порхать над студентами. Стоило ему сесть на кого-нибудь, как остальные тут же награждали этого человека звонким шлепком. Под конец Фан Вэню начало казаться, что парни уже забыли про комара и просто лупят друг друга, ведь с каждым разом сила ударов становилась всё мощнее и мощнее.

Комментарии

Загрузка...