Фан Вэнь задумчиво наблюдал за этой сценой с соседней кровати.
Фан Вэнь задумчиво наблюдал за этой сценой с соседней кровати.
«Так вот в чем заключается повышенная токсичность. Шишки от укусов просто становятся больше, чем от обычных комаров. Тоже неплохо. По крайней мере, этот яд не смертелен, а значит, теперь можно кусать всех подряд. Подумаешь, вскочит парочка волдырей».
«Так вот в чем заключается повышенная токсичность. Шишки от укусов просто становятся больше, чем от обычных комаров. Тоже неплохо. По крайней мере, этот яд не смертелен, а значит, теперь можно кусать всех подряд. Подумаешь, вскочит парочка волдырей».
После этого Фан Вэнь вылетел из комнаты и отправился на поиски других привлекательных для комаров людей на территории университета. Вчера он нашел шестерых таких студентов, и кровь каждого обладала своим неповторимым вкусом. Фан Вэнь хотел попробовать и другие варианты, чтобы в будущем питаться по настроению, просто находя нужного человека. Университетский кампус превратился для него в самый настоящий шведский стол.
После этого Фан Вэнь вылетел из комнаты и отправился на поиски других привлекательных для комаров людей на территории университета. Вчера он нашел шестерых таких студентов, и кровь каждого обладала своим неповторимым вкусом. Фан Вэнь хотел попробовать и другие варианты, чтобы в будущем питаться по настроению, просто находя нужного человека. Университетский кампус превратился для него в самый настоящий шведский стол.
Исчезновение Фан Вэня осталось незамеченным. Пока обитатели комнаты гадали о происхождении огромных шишек, в соседней триста второй проснулся Сяо Шуай. Увидев в зеркале здоровенные волдыри на своем лице, шее и груди, он впал в ступор.
Исчезновение Фан Вэня осталось незамеченным. Пока обитатели комнаты гадали о происхождении огромных шишек, в соседней триста второй проснулся Сяо Шуай. Увидев в зеркале здоровенные волдыри на своем лице, шее и груди, он впал в ступор.
— Твою мать! Это еще что за хрень? — воскликнул Сяо Шуай.
— Твою мать! Это еще что за хрень? — воскликнул Сяо Шуай.
Соседи по комнате обернулись на крик и замерли от удивления при виде его лица. По обеим сторонам щек Сяо Шуая красовалось по огромной шишке, из-за чего он выглядел так, словно у него воспалились десны.
Соседи по комнате обернулись на крик и замерли от удивления при виде его лица. По обеим сторонам щек Сяо Шуая красовалось по огромной шишке, из-за чего он выглядел так, словно у него воспалились десны.
— У тебя зубы болят? — с недоумением спросил один из парней.
— У тебя зубы болят? — с недоумением спросил один из парней.
Сяо Шуай помотал головой.
Сяо Шуай помотал головой.
— Нет, зубы в порядке. Эти штуки вздулись снаружи. Проклятье! Меня что, какой-то клоп укусил?
— Нет, зубы в порядке. Эти штуки вздулись снаружи. Проклятье! Меня что, какой-то клоп укусил?
— Понятия не имею. Ни у кого из нас таких шишек нет. Может, ты вчера вечером бродил по каким-то злачным местам с кучей насекомых?
— Понятия не имею. Ни у кого из нас таких шишек нет. Может, ты вчера вечером бродил по каким-то злачным местам с кучей насекомых?
Услышав это, Сяо Шуай вспомнил, как накануне около восьми или девяти часов вечера миловался со своей девушкой в небольшой роще на территории кампуса.
Услышав это, Сяо Шуай вспомнил, как накануне около восьми или девяти часов вечера миловался со своей девушкой в небольшой роще на территории кампуса.
«Неужели это случилось тогда?»
«Неужели это случилось тогда?»
Парень терялся в догадках, но ничего поделать не мог. Сегодня у них стояла пара, на которой преподаватель обязательно отмечал присутствующих. Оценки за посещаемость имели большой вес, и заваливать предмет совершенно не хотелось. Поэтому он наспех собрался и выскочил за дверь, планируя перед занятиями заскочить в медпункт за какой-нибудь мазью.
Парень терялся в догадках, но ничего поделать не мог. Сегодня у них стояла пара, на которой преподаватель обязательно отмечал присутствующих. Оценки за посещаемость имели большой вес, и заваливать предмет совершенно не хотелось. Поэтому он наспех собрался и выскочил за дверь, планируя перед занятиями заскочить в медпункт за какой-нибудь мазью.
Однако стоило ему выйти, как он нос к носу столкнулся с Е Чэном. Е Чэн опешил при виде двух огромных волдырей на лице Сяо Шуая.
Однако стоило ему выйти, как он нос к носу столкнулся с Е Чэном. Е Чэн опешил при виде двух огромных волдырей на лице Сяо Шуая.
— Тебя тоже покусали насекомые?
— Тебя тоже покусали насекомые?
Сяо Шуай в ответ уставился на собеседника.
Сяо Шуай в ответ уставился на собеседника.
— Так тебя тоже укусили? Что-то я не вижу на тебе никаких шишек.
— Так тебя тоже укусили? Что-то я не вижу на тебе никаких шишек.
Е Чэн неловко усмехнулся.
Е Чэн неловко усмехнулся.
— Укусили, еще как. Вот, собираюсь в медпункт попросить какую-нибудь мазь.
— Укусили, еще как. Вот, собираюсь в медпункт попросить какую-нибудь мазь.
— Пошли вместе. Кстати, ты вчера вечером тоже был в роще?
— Пошли вместе. Кстати, ты вчера вечером тоже был в роще?
Е Чэн удивленно моргнул.
Е Чэн удивленно моргнул.
— Да нет, я весь вечер просидел в комнате. А тебя укусили в роще?
— Да нет, я весь вечер просидел в комнате. А тебя укусили в роще?
Сяо Шуай покачал головой.
Сяо Шуай покачал головой.
— Сам не знаю. Но из всей нашей комнаты пострадал только я один. Вчера вечером я ходил в рощу, так что подозреваю, что именно там меня и погрызли.
— Сам не знаю. Но из всей нашей комнаты пострадал только я один. Вчера вечером я ходил в рощу, так что подозреваю, что именно там меня и погрызли.
Е Чэн нахмурился от непонимания.
Е Чэн нахмурился от непонимания.
— Но я-то в рощу не ходил. После дневных пар принял душ и безвылазно сидел в общежитии. И у нас в комнате тоже покусали только меня. Что вообще происходит?
— Но я-то в рощу не ходил. После дневных пар принял душ и безвылазно сидел в общежитии. И у нас в комнате тоже покусали только меня. Что вообще происходит?
Оба парня пребывали в растерянности, но не стали развивать эту тему и быстрым шагом направились в сторону медпункта.
Оба парня пребывали в растерянности, но не стали развивать эту тему и быстрым шагом направились в сторону медпункта.
Прибыв на место, они обнаружили в кабинете не только дежурного врача, но и еще пятерых студентов. Сегодня смену принимал мужчина лет тридцати. Увидев вошедших Е Чэна и Сяо Шуая, он обреченно покачал головой.
Прибыв на место, они обнаружили в кабинете не только дежурного врача, но и еще пятерых студентов. Сегодня смену принимал мужчина лет тридцати. Увидев вошедших Е Чэна и Сяо Шуая, он обреченно покачал головой.
— Еще двое. Вас двоих тоже кто-то укусил, и на теле вскочили огромные шишки? — устало поинтересовался врач.
— Еще двое. Вас двоих тоже кто-то укусил, и на теле вскочили огромные шишки? — устало поинтересовался врач.
Е Чэн и Сяо Шуай кивнули, а затем перевели взгляд на стоящих рядом парней.
Е Чэн и Сяо Шуай кивнули, а затем перевели взгляд на стоящих рядом парней.
— У вас то же самое?
— У вас то же самое?
Все пятеро дружно закивали.
Все пятеро дружно закивали.
Доктор жестом подозвал их к себе.
Доктор жестом подозвал их к себе.
— Проходите внутрь. Показывайте свои волдыри, посмотрим, одним ли существом они оставлены.
— Проходите внутрь. Показывайте свои волдыри, посмотрим, одним ли существом они оставлены.
Студенты вместе с врачом прошли в смотровую и начали демонстрировать места укусов. Только Е Чэн остался стоять в стороне. Мужчина внимательно осмотрел шишки остальных пациентов. У кого-то они располагались на спине, у кого-то на икрах. Больше всего досталось Сяо Шуаю, чье лицо и грудь украшало сразу несколько огромных бугров.
Студенты вместе с врачом прошли в смотровую и начали демонстрировать места укусов. Только Е Чэн остался стоять в стороне. Мужчина внимательно осмотрел шишки остальных пациентов. У кого-то они располагались на спине, у кого-то на икрах. Больше всего досталось Сяо Шуаю, чье лицо и грудь украшало сразу несколько огромных бугров.
Закончив осмотр, врач повернулся к Е Чэну.
Закончив осмотр, врач повернулся к Е Чэну.
— А у тебя где? Показывай.
— А у тебя где? Показывай.
Е Чэн смущенно замялся.
Е Чэн смущенно замялся.
— Ну, мои шишки точно такие же, как у них. Может, не стоит смотреть?
— Ну, мои шишки точно такие же, как у них. Может, не стоит смотреть?
— Так не пойдет. В университете разом появилось несколько человек с аномальными укусами. Я обязан убедиться, не завелось ли на территории какое-нибудь крайне ядовитое насекомое, чтобы доложить об этом руководству.
— Так не пойдет. В университете разом появилось несколько человек с аномальными укусами. Я обязан убедиться, не завелось ли на территории какое-нибудь крайне ядовитое насекомое, чтобы доложить об этом руководству.
— Ладно уж! — обреченно вздохнул Е Чэн, спустил штаны и продемонстрировал врачу свои ягодицы.
— Ладно уж! — обреченно вздохнул Е Чэн, спустил штаны и продемонстрировал врачу свои ягодицы.
При виде его филейной части доктор и остальные студенты едва сдержали смешки, скривив губы в попытке сохранить серьезность.
При виде его филейной части доктор и остальные студенты едва сдержали смешки, скривив губы в попытке сохранить серьезность.
— Кхм, ну все, осмотр окончен. Судя по всему, вас действительно покусало одно и то же существо. Опираясь на свой многолетний опыт, могу заявить, что это дело хоботка комара. Но откуда взялись комары с таким сильным ядом? Никогда о таком не слышал. Да и в последние дни никто с подобным не обращался.
— Кхм, ну все, осмотр окончен. Судя по всему, вас действительно покусало одно и то же существо. Опираясь на свой многолетний опыт, могу заявить, что это дело хоботка комара. Но откуда взялись комары с таким сильным ядом? Никогда о таком не слышал. Да и в последние дни никто с подобным не обращался.
Услышав рассуждения врача, Е Чэн внезапно вспомнил вчерашние оправдания Ван Юя и поспешно поднял руку.
Услышав рассуждения врача, Е Чэн внезапно вспомнил вчерашние оправдания Ван Юя и поспешно поднял руку.
— Знаете, меня вчера вечером в задницу вроде бы как раз комар и укусил. Мой сосед по комнате даже пытался его прихлопнуть, но промахнулся. А сегодня утром я проснулся вот с этими волдырями.
— Знаете, меня вчера вечером в задницу вроде бы как раз комар и укусил. Мой сосед по комнате даже пытался его прихлопнуть, но промахнулся. А сегодня утром я проснулся вот с этими волдырями.
— Значит, это и вправду комар. Выходит, в университете могут появиться и другие пострадавшие с такими же огромными шишками. Дело дрянь, нужно срочно уведомить руководство. А вам я пока выдам мазь, хотя она рассчитана на обычные комариные укусы, так что не гарантирую стопроцентный эффект.
— Значит, это и вправду комар. Выходит, в университете могут появиться и другие пострадавшие с такими же огромными шишками. Дело дрянь, нужно срочно уведомить руководство. А вам я пока выдам мазь, хотя она рассчитана на обычные комариные укусы, так что не гарантирую стопроцентный эффект.
Студенты не стали возражать — иного выхода у них все равно не было. Получив тюбики, парни прямо в смотровой обработали места укусов и направились на занятия.
Студенты не стали возражать — иного выхода у них все равно не было. Получив тюбики, парни прямо в смотровой обработали места укусов и направились на занятия.
Как только они вышли, врач торопливо схватил телефон и позвонил начальнику учебной части.
Как только они вышли, врач торопливо схватил телефон и позвонил начальнику учебной части.
Тем временем Фан Вэнь уже вовсю орудовал среди новых целей. В таком крупном университете училось огромное количество людей, поэтому он без малейшего труда находил привлекательных для себя жертв. В этот раз Фан Вэнь не стал медлить и сразу вонзал хоботок. Поскольку он охотился прямо в учебных аудиториях и не знал, в каком общежитии живут эти студенты, разумнее было сначала напиться до отвала.
Тем временем Фан Вэнь уже вовсю орудовал среди новых целей. В таком крупном университете училось огромное количество людей, поэтому он без малейшего труда находил привлекательных для себя жертв. В этот раз Фан Вэнь не стал медлить и сразу вонзал хоботок. Поскольку он охотился прямо в учебных аудиториях и не знал, в каком общежитии живут эти студенты, разумнее было сначала напиться до отвала.
Кровь новых жертв тоже радовала разнообразием. Вкусы яблок, бананов, всевозможных фруктов и напитков дарили Фан Вэню невероятное наслаждение. Это было куда вкуснее, чем любые фрукты или газировка из его человеческой жизни.
Кровь новых жертв тоже радовала разнообразием. Вкусы яблок, бананов, всевозможных фруктов и напитков дарили Фан Вэню невероятное наслаждение. Это было куда вкуснее, чем любые фрукты или газировка из его человеческой жизни.
Дальнейший план действий был прост: насытившись, он искал укромное место для отдыха, а проголодавшись — летел на поиски крови с новым вкусом. Всего за один световой день Фан Вэнь успел покусать более двадцати человек.
Дальнейший план действий был прост: насытившись, он искал укромное место для отдыха, а проголодавшись — летел на поиски крови с новым вкусом. Всего за один световой день Фан Вэнь успел покусать более двадцати человек.
Кто-то из них заметил укус, кто-то остался в полном неведении, но в тот момент никто не придал этому значения. Подумаешь, комар укусил — экая невидаль. Раз эти люди привлекали Фан Вэня, то и обычные комары слетались на них целыми роями. Их тела словно магнитом притягивали кровососов. Подобные студенты уже давно перестали обращать внимание на укусы, ну или научились их игнорировать, банально привыкнув к своей участи.
Кто-то из них заметил укус, кто-то остался в полном неведении, но в тот момент никто не придал этому значения. Подумаешь, комар укусил — экая невидаль. Раз эти люди привлекали Фан Вэня, то и обычные комары слетались на них целыми роями. Их тела словно магнитом притягивали кровососов. Подобные студенты уже давно перестали обращать внимание на укусы, ну или научились их игнорировать, банально привыкнув к своей участи.
Однако спустя несколько часов их охватила паника, когда они поняли, что дело приняло серьезный оборот.
Однако спустя несколько часов их охватила паника, когда они поняли, что дело приняло серьезный оборот.

Комментарии

Загрузка...