«Простите, но что именно вы делаете, девочки?»
Быстрыми и уверенными шагами Мия пробралась в толпу.
Тиону окружали три девушки. Она узнала в них дочерей умеренно выдающихся дворян
из нескольких умеренно выдающихся стран. Акцент здесь сделан на «умеренно».
«А? И кем» — раздражённо произнесла лидер троицы — «ты
себя возомнила, ворвавшись...»
«В-ваше Высочество...?»
Услышав удивлённый голос Тионы, девушка замолчала, и цвет
исчез с её лица.
«Ч-что? Ваше Высочество? Ты имеешь в виду...»
«Я полагаю, что введение в курс дела не помешает. Как вы
уже догадались, я действительно Мия Луна Тиармун, принцесса Империи Тиармун.
Рада знакомству с вами».
Мия слегка одёрнула юбку и сделала элегантный реверанс. В
этот момент солнечный свет упал на неё, наполнив сиянием, которое ослепило
всех присутствующих. Казалось, она сияла славой самой Империи, и девушки едва
не упали на месте.
«Итак, позвольте мне повториться... Что именно вы,
девочки, делаете?»
«Ну, мы...»
Их лица бледнели с каждой секундой. Будучи принцессой
могущественной Империи Тиармун, Мия была единственным человеком, которого они
не могли позволить себе обидеть... И сейчас она выглядела совершенно
разъяренной.
Действительно, Мия была на грани того, чтобы взорваться.
Меньше всего на свете она хотела помогать своему врагу, но эти девушки
поставили её в ситуацию, когда у неё не было другого выбора, кроме как сделать
это. Она посмотрела на них со жгучей ненавистью.
«Мне показалось, что вы вели себя довольно грубо по
отношению к одной из моих подданных».
«В-вовсе нет. Мы просто подумали, что, хотя она и
имперская аристократка, она происходит из знатного дома в Запределье, поэтому
мы напомнили ей, что любые грубые наклонности не будут приняты в приличном обществе...»
«Мне повторить ещё раз?»
Видя, что у неё нет выбора, Мия смирилась с тем, что ей
придется играть роль спасительницы. Однако это было неохотное согласие, а Мия
была очень обидчивой неудачницей. В конце концов, она так ненавидела проигрывать
— то есть свою жизнь на гильотине — что буквально повторяла всю игру. Пытаясь
хоть немного успокоить себя, она продолжала говорить.
«Видите ли, я люблю всех своих подданных, и люблю их
одинаково. Даже ребёнок самого бедного нищего не может быть лишен моей привязанности.
Кем бы они ни были, пока они принадлежат Империи, я не потерплю никакого
неуважения к ним».
Она имела в виду, что я помогаю Тионе не потому, что она
особенная или что-то в этом роде, понятно? Даже если бы они издевались над
каким-нибудь жалким нищим ребёнком, она бы всё равно вмешалась, чтобы помочь.
По сути, она говорила: «Слушай сюда, тупица! Мне на тебя плевать! Для меня ты
ничем не отличаешься от жалкого нищего, понятно?
Теперь всё это может показаться крайне нелогичным.
Учитывая, что она в любом случае готова помочь, гораздо продуктивнее было бы
просто полностью посвятить себя этому делу. Однако это потребовало бы от неё
быть доброй. А быть доброй не в духе Мии. Поэтому она повернулась к Тионе и
торжествующе улыбнулась ей.
Ха! Я просто помогла тебе. Ты больше не можешь говорить
обо мне ничего плохого, да?
Увы, улыбке Мии суждено было быть серьёзно неправильно
истолкованной.
***
Тиона происходила не из особенно длинного дворянского
рода. Её дед изначально был своего рода лидером среди своих товарищей-фермеров.
После успешного сражения с группой бандитов он был награждён землёй и титулом.
Таким образом, он не родился, а стал дворянином — своего рода нуворишем.
Усугубляло ситуацию то, что регион, где жила Тиона, был включён в состав Империи
гораздо позже других регионов. В результате дискриминация была повсеместной.
Зачастую их даже не считали подданными Империи, не говоря уже о дворянстве. «Граждане
второго сорта» вряд ли было худшим оскорблением, которое они когда-либо слышали.
В плохие дни их называли по-разному: от «потомков крепостных» до «колониальных
крестьян».
[ Прим. Пер: Нувориш — быстро разбогатевший человек из
низкого сословия. ]
Вот почему она приехала в Святой Ноэль. Она старалась изо
всех сил, выучила все правила приличного общества и даже занялась придворным
фехтованием. Изо дня в день она заставляла себя совершенствоваться, чтобы
затмить тех благородных девушек, которые смеялись над ней. Или, по крайней
мере, чтобы больше не быть объектом насмешек. Она хотела, чтобы её признали
равной — чтобы она смотрела в их глаза и знала, что они видят кого-то, чья
кровь так же красна, как и их.
И всё же, едва прошло полдня с момента её приезда, а она
уже смотрела на разбитые осколки своих надежд. Голоса, слишком хорошо знакомые
по их злобному тону, резали слух и душу.
Её мир потемнел. Она закусила губу и опустила взгляд.
Проделав весь этот путь, она получила ответ; неважно, как
сильно она старалась. Ничего не могло измениться. Ни для неё, ни для Рудольвонов,
ни для жителей её округа. Они никогда не будут считаться полноправными
гражданами Тиармун.
В тот самый момент, когда отчаяние начало сжимать её
сердце, появилась она.
Подобно вспышке света, рассеивающей тьму, Её
Императорское Высочество Мия Луна Тиармун, благороднейшая из дворян и принцесса
Империи Тиармун, вошла в зал и со всей убеждённостью заявила, что Тиона — «одна
из моих подданных» и что «кем бы они ни были, пока они принадлежат Империи, я
не потерплю никакого неуважения к ним».
...Что?
Долгое время Тиона не могла прийти в себя. Слова Мии
продолжали звучать в её голове, но их смысл ускользал от неё. Она не ожидала никакой
помощи, и никогда в своих самых смелых мечтах не думала, что её признают
подданной Империи. Затем она моргнула, и фигура стоявшей перед ней девушки
оказалась в фокусе.
Ваше Высочество...
Улыбка девушки была мягче и нежнее, чем любая другая,
которую она когда-либо видела.
«...Ах».
Что-то потекло по щеке Тионы. Она знала, что это была
слеза. Это было не потому, что вся её тяжелая работа окупилась. И не потому,
что она отомстила своим обидчикам. Это произошло из-за обещания — уверенности в
том, что какой бы бессильной или незначительной личностью она ни была, стоящая
перед ней юная принцесса будет любить и защищать её как свою собственную. Проведя
всю свою жизнь, преследуемая желанием продолжать доказывать свою правоту, она
впервые в жизни почувствовала себя... защищённой. Облегчение хлынуло из неё
потоком слёз, которые, несмотря на все её попытки сдержать их, просто не хотели
останавливаться.
Часть 22.1. Когда молитвы достигают небес
«Я надеюсь... что однажды в мире больше не будет таких печальных вещей....»
Молодая девушка посмотрела в пустое небо, посылая свою безмолвную молитву невидимым ушам небес. Ее платье, которое было сшито с таким тщанием, чтобы соответствовать образу принцессы, теперь было покрыто грязью. Перед ней лежало истощенное тело мальчика, руки которого мгновение назад были протянуты вперед Она хотела ответить на его мольбу. Взять его дрожащую руку и дать... что-нибудь, если не помощь, то хотя бы слова утешения. Но она не смогла. Когда она опустилась на колени рядом с ним, его уже не было.
Эта сцена, как и многие другие, которые она увидела, посещая голодающие деревни. запечатлелась в ее сердце болью, которую время не могло исцелить. Поэтому она молилась снова и снова, каждый раз горячее предыдущего. Но небеса, казалось, были глухи к ее мольбам, а их божественные капризы были непостижимы и жестоки. Голод продолжал опустошать ее страну, нанося удары без всякого ритма и причины, словно ее земля и народ были игрушками жестокого и капризного бога. Постепенно она начала задумываться. Достигли ли ее молитвы Бога? И если да, то будет ли он, сидящий на своем возвышенном троне, беспокоиться об этом?
Вот так просто. Если Бог не планирует что-то сделать, то это сделает она. Если он хотел предоставить их своей судьбе, то она взяла бы на себя ответственность положить конец их страданиям. Молодая девушка отдала свое тело великому делу. Позвольте ему поглотить себя, используя каждую свободную минуту для обогащения страны и наполнения желудков ее людей. Но в порыве усилий и борьбы она оставила кое-что позади. Что-то вышало из нее, словно монета из кармана, невидимое и незапоминающееся. Она забыла о своем желании. Она отказалась от своих молитв.
Традиционно принцессы Перуджин возвращаются домой перед летними каникулами. Это делается для того, чтобы они могли стоять рядом с народом и руководить сбором урожая. Кроме того, во время праздника урожая они совершали ритуалы в храмах, играя роль девственниц, благодарящих небеса за обильный урожай и молящихся о дальнейшей удаче в следующем году. Центральная православная церковь признала эти обязанности частью своих официальных обязанностей, поэтому Академия Сен-Ноель разрешила им вернуться раньше.
Конечно, это также помешало им принять участие в предлетних мероприятиях, таких как турнир по фехтованию, но Ария Тариф Перуджин ни разу не пожалела об этом поражении. Судьба Перуджина тесно связана с качеством урожая. Неурожаи унесут жизни бесчисленного количества людей и могут даже привести к краху целых стран. Поэтому молитва о богатом урожае это обязанность, к которой Ария относится очень серьезно. По сравнению с этим школьные обязанности кажутся пустяками.
Впервые ее уверенность в своих приоритетах пошатнулась, когда ей было пятнадцать. А именно, это произошло в тот день, когда она открыла для себя область науки, известную как ботаника. Ее заинтересовало внимание к растениям. Поэтому, воспользовавшись обилием информации, предоставленной Сен-Ноелем, она погрузилась в исследования. То, что она обнаружила, потрясло ее до глубины души. Она поняла, что знание это инструмент, определяющий качество урожая. Знания, накопленные в результате неустанных усилий ее народа. Знания, которыми она, их принцесса, не обладала.
Глубокий стыд наполнил ее сердце. В то же время она чувствовала, что нашла для себя правильный путь: погрузиться в область ботаники, впитать ее знания и применить их для улучшения процессов Перулжина. Она устранит голод на своей земле и принесет процветание своему обездоленному народу.
С того дня она сосредоточилась на учебе. Ее усилия окупились, и вскоре ее уровень знаний сравнялся с уровнем знаний ее учителей. Благодаря полученным знаниям она обогатит свою родину. Она могла бы выращивать более устойчивые сорта пшеницы. Повышение эффективности сельского хозяйства. Реструктуризация сельского хозяйства с нуля. В день выпуска она едва сдерживала себя. Внутри нее нарастали эмоции волнение, предвкушение и, прежде всего, надежда. Полная энергии и мотивации, она вернулась домой... и услышала оглушительный указ своего отца, короля.
«Готовься к браку. Среди иностранной знати есть много перспективных кандидатов. Пришло тебе время брака».
Ария, конечно, возражала. Она исследователь. У нее есть профессиональные знания. Чтобы она помогала своей стране своими навыками и знаниями. Разве они не понимают?
Это не так. От матери она получила выговор. От сестры тонкий выговор. Куда бы она ни обращалась, ее желания игнорировались. День за днем она терпела их неодобрение. И затем, под влиянием их слов, ее страсть утонула в бесконечном дожде неодобрения. Ария начала сомневаться в правильности своих намерений. Возможно, рассуждала она, они правы, и то, что она делает, не более чем тщетная попытка удовлетворить свое эго, вроде посева семян на соленой почве. Единственный человек, который поддерживает ее, это ее младшая сестра Рания, которая по-прежнему решительно поддерживает ее исследования. И когда Ария начала погружаться в пучину отчаяния, именно сестра взяла ее за руку.
«Эй. Ария, ты знала, что в Империи Тирмун строят академический город? Хочешь попробовать стать там учителем?»
Менее чем через день после возвращения из Сен-Ноеля Рания обратилась к Арии с предложением. Застигнутая врасплох, Ария в замешательстве моргнула.
«А? О чем ты говоришь?»
Выслушав подробности, она понимающе кивнула. Во время учебы Рания, судя по всему. подружилась с принцессой Мией из Тирмуна. По словам девочки, Мия высоко ценит профессионализм Арии. Это была замечательная мысль, хотя было очевидно, что Рания навязала ее принцессе Тирмун, пытаясь помочь Арии выбраться из ee нынешнего затруднительного положения.
«Как принцесса, ты сможешь завести всевозможные связи, преподавая в академии принцессы Мии». настаивала Рания. «Гораздо больше, чем если бы ты вышла замуж за какого-нибудь случайного дворянина. Это укрепило бы связь между Перуджином и Тирмуном. Более того...»
«Спасибо, Рания. Но нет. Я не могу».
Ария прервала сестру, грустно покачав головой.
«..... Ч-что?» - спросила Рания, разинув рот. Она никак не ожидала, что Ария откажется от предложения. «Почему?»
«Тебе правда нужно спрашивать? После такого унижения ты действительно думаешь, что я пойду работать на принцессу Тирмун?»
Когда Ария проводила вечеринку по случаю выставки продукции Перуджин, присутствовавшие на ней дворяне Тирмун не скрывали своего презрения. Она до сих пор помнила их презрительные комментарии. Урожай такой же обычный, как и их страна. Корм, пригодный только для крупного рогатого скота. Они взяли фрукты, собранные фермерами Перуджина, и бросили их на землю. Даже сейчас это воспоминание заставило ее закипеть от гнева.
«Она может быть твоей подругой, Рания, но не моей. У меня нет причин помогать ей, и я не хочу этого делать. Пожалуйста, сообщи Ее Высочеству, что я не намерена принимать эту просьбу».
Письмо Рании дошло до Мии два дня спустя. Проделав долгий путь до поместья виконта Бермана и успешно заручившись поддержкой старого учителя Людвига, мудрого старика Гальва, Мия с нетерпением ждала заслуженного отдыха и восстановления сил в столице.
«Что они сделали ?! Аааа! Ни за что я Aaaa»
Она отбросила письмо Рании в сторону, уткнулась лицом в кровать и стала пинать ноги, держась за голову. Затем, все еще не удовлетворившись, она подперла подушку и начала бить ее. Только после того, как она выбила простыни и наволочки, она смогла выплеснуть достаточно разочарования, чтобы снова мыслить ясно.
«Давайте посмотрим... Учитывая сложившуюся ситуацию, я думаю, первое, что нужно сделать, это принести официальные извинения».
Мия не постеснялась извиниться. Она повторит это столько раз, сколько потребуется. В конце концов, разговоры ничего не стоят, а Мия любит дешевые вещи. По ее мнению, лучше извиниться, чем сожалеть. Хотя у нее было немало поводов для сожалений, но что бы там ни было....
Она быстро написала письмо с извинениями и отправила его в Перуджин на самой быстрой лошади, которую смогла найти. К сожалению, проблема оказалась слишком сложной, чтобы ее можно было решить одной буквой.
«Ну, я думаю, этого следовало ожидать...» Рания, сказала это со вздохом, прочитав ответ.
В письме была изложена позиция Арии, которую можно было бы сформулировать так: «Все в порядке. Вам не нужно извиняться. А теперь уходите». Излишне говорить, что это ни к чему не привело. Разговоры действительно ничего не стоят, Краткое письмо с извинениями может сыграть большую роль в погашении годичного долга.
«Как я и думала, извинения должны быть искренними... и исходить они должны от тех самых людей, которые нанесли оскорбление».
Подумав так, Мия придумала план. По сути, она собирала идиотов, которые издевались над Арией на вечеринке, заставтла их признать качество продукции Перуджин, а затем заставляла их искренне признать свою недальновидность в форме официальных извинений.
«Перуджин выращивает кучу вкусных вещей. Было бы не так уж сложно приготовить несколько впечатляющих блюд... но опять же, эти идиоты, похоже, не из тех, кто ценит вкусную еду».
Многие дворяне Тирмуна склонны питать иррациональную ненависть к сельскому хозяйству, которая часто перерастает в презрение к самим продуктам. В результате, даже если еда настолько вкусная, что трогает их до слез, они скажут, что плакали потому, что она была отвратительной. Получить от них искренний комплимент все равно что вырвать зуб, а засовывать руку в этот метафорический рот кажется весьма непривлекательным занятием. Ей нужен план.
«Если они не собираются добровольно говорить хорошие вещи о продуктах, то просто поставьте их в ситуацию, когда у них не будет другого выбора».
Одних только вкусных урожаев недостаточно, чтобы заслужить их похвалу... Но что, если она добавит к этому еще один элемент? А что, если это были бы восхитительные урожаи, выращенные в Тирмуне?
«Или даже лучше... «Вкуснейшие продукты Тиармуна из скромной страны Перуджин». А что, если я так скажу?
Те, кто насмехался над Арией, были представителями центральной имперской знати. Они шли и с большой гордостью говорили о Тирмуне. Это люди, которые получают огромное удовольствие от демонстрации своей страны и споров с другими.
Это делает их чрезвычайно легко манипулируемыми. О, прежде чем я успела опомниться, они уже танцуют на моих ладонях!
Она ухмыльнулась, как гений, только что придумавший коварный план. Обратите внимание на это сравнение, как на выдающегося мыслителя. Потому что это определенно не так. Тем не менее, она была женщиной с планом, и она быстро воплотила его в жизнь. Сначала она устроит чаепитие. пригласив на него как Арию, так и дворян, которые над ней насмехались. Затем она заказала на вечеринке еду. Приготовленную из продуктов Перуджина конечно, никто из гостей об этом не знал.
Часть 22.2. Когда молитвы достигают небес
В конце концов она спонтанно сказала что-то вроде: «Ух ты, овощи, используемые в этих блюдах, просто потрясающие!» Услышав это, дворяне перевели взгляд с нее на Арию и пришли к выводу: "Ага! Значит, Ее Высочество говорит, что продукция Тирмуна превосходит продукцию Перуджина!" Конечно, это был бы неверный вывод, но в этом то и суть.
«Учитывая, что они из тех людей, которые ругают продукцию Перуджина на вечеринке, проводимой в Перуджине, они определенно так подумают. Они последуют моему примеру и начнут расхваливать блюда. Вот тогда они попадутся на мою удочку и я оставлю их безмолвными. Для этого мне нужно устроить это чаепитие где-нибудь в Тирмуне...»
Дворянство, как правило, относилось к сельскому хозяйству весьма невысоко, но это не означало, что оно не могло сказать о нем ничего положительного. Если бы они думали, что сравнивают продукцию Перуджина и Тиармуна, они бы в ярости рассыпались дифирамбами в адрес своей империи. Затем, узнав, что все, что они едят, на самом деле выращено в Перуджине, она не оставит им иного выбора, кроме как извиниться перед Арией.
«Где лучше всего это сделать? Наверное, на территории Рудольфон?»
Внешний граф также часто становился объектом их враждебности, но, несмотря на это, он все еще был дворянином Тирмунов. В отличие от Перуджина, который они считали лишь вассальным государством, они все же признали дом Рудольфонов своим, хотя и неохотно. Подчеркивая ингредиенты, используемые в блюдах, которые им нравятся, вы наверняка заставите их думать, что эти ингредиенты произведены в стране. Еще одним преимуществом дома Рудольфона является его близость как к Перуджину, так и будущему месту расположения Академии Св. Мии. Закончив чаепитие, она даже могла бы пригласить их на экскурсию по школе. Расположение идеальное.
«Честно говоря, я не хотела просить его о помощи». Мия проворчала, вспоминая свое последнее общение с графом Рудольфоном.
Тем не менее, это необходимо было сделать, и, если подумать, все, что ей нужно было сделать, это заставить, его согласиться с ее планом. Если бы добрые слова могли решить все проблемы, она бы говорила их весь день. Разговоры ничего не стоят.
«Что еще... Может быть, чтобы добавить немного шика, мне стоит привести несколько детей в мою школу. Это может усилить воздействие». Она пробормотала, обдумывая детали плана с такой дотошностью, что это почти превратило ее из фальшивого гениального гения в настоящего.
Она внезапно поняла, что даже если дворяне извинятся, нет никакой гарантии, что Ария согласится преподавать в школе. Поэтому ей нужно было создать ситуацию, в которой Арии было бы трудно сказать «нет». План был прост: позволить ей лично встретиться со своими будущими учениками.
«Я обязательно возьму с собой Сирила. Он выглядит как умный ребенок, которого любят учителя. Он, вероятно, захочет задать много вопросов, поэтому я позволю ему атаковать и апеллировать к ее инстинктам учителя».
Как искренний наблюдатель метод Мии если сомневаешься, делегируй, делегируй, делегируй она полна решимости позволить всем остальным позаботиться о подлинном понимании проблемы.
«Вагул тоже. Он такой хороший мальчик. Держу пари, он ей понравится. Кто еще... А, та девочка из приюта. Селия, да? Я ее тоже возьму».
Взяв с собой двоих детей, она в первую очередь надеялась воспользоваться их неблагоприятными обстоятельствами, чтобы вызвать у них хоть немного жалости.
Принцесса Ария, должно быть, была довольно плохого мнения о дворянстве Тирмунов, поэтому появление с небольшой армией их детей не произвело бы хорошего впечатления. Было бы лучше, если бы Мия смешала несколько детей с кровью простолюдинов, тем самым показав свою готовность использовать таланты даже из низшего класса общества. Согласно полученной информации, королевская семья Перуджин поддерживает тесные отношения со своим народом. Присутствие сирот, безусловно, затруднит Арие отказать в ее просьбе.
Мия не любит рисковать. Движимая своим внутренним голосом, который по большей части состоит из набора пустых криков, она медленно и бессознательно принимает подход настоящего стратега, который стремится выиграть как можно больше сражений еще до начала войны. Сделав все возможное, чтобы увеличить свое преимущество, она разослала приглашения и устроила чаепитие.
«Примите мои самые теплые приветствия, принцесса Ария Перуджин, а также мою глубочайшую благодарность за то, что вы нашли время приехать сюда. Я знаю, что вы очень заняты праздником урожая».
Ария посмотрела на Мию, которая улыбалась с сияющим лицом, чувствуя, как боль сожаления от того, что она решила приехать сюда, становится все сильнее. Отвергнув предложение преподавать, она не осмелилась отказаться от приглашения на последовавшее за этим чаепитие, но это не означало, что она была рада прийти.
«Слова Вашего Высочества поистине щедры. Для меня большая честь быть приглашенной на это мероприятие». Ответила она и взглянула на других гостей.
На вечеринке Мии собрались те же самые люди, которые издевались над Арией на ее вечеринке. На их лицах даже была та же презрительная улыбка, что и тогда. Она словно перенеслась в тот ужасный день.
Это расплата? За то, что отклонила ее предложение о работе? Но если Рания действительно заслуживает доверия, то принцесса Миа не такой человек, если так.... Может быть, все наоборот? Она собирается приказать им извиниться?
Она вздохнула. Какое это имеет значение после всего этого времени? Даже если бы они извинились, это не изменило бы ее решения. Она не собиралась работать на Мию. Когда вечеринка началась, ее охватило чувство глубокой усталости. Чем больше она смотрела, тем меньше ее это волновало. Все ясно. Слишком постановочно. Все подаваемые блюда готовятся из фруктов и овощей, выращенных в Перуджине. Она поняла это после одного укуса. Она посмотрела на Мию, которая рассыпалась комплиментами по поводу еды. Ну, если только она не прячет в них лицо. Ее действия были настолько нелепы, словно это было визуальное преувеличение, что Арию это смутило.
Тьфу, какая откровенная лесть. Очевидно, что она просто притворяется. Ну, это была довольно сложная пьеса, но все же...
После каждого укуса Мия словно наслаждалась моментом, излучая столько счастья, что казалось, будто она светится. Ария нахмурилась, не зная, стоит ли ей чувствовать себя оскорбленной или впечатленной этим представлением.
«Этот торт просто потрясающий! Фрукты внутри, они просто... воскликнула Мия.
«Я полностью согласен». Молодой дворянин случайно вмешался. «Все фрукты империи прекрасны. Это как еда, которую мы получаем из какой-то сельскохозяйственной страны, название которой я знаю...»
На губах Мии появилась улыбка.
«Ого, это звучит странно... ведь все сельскохозяйственные продукты, используемые для приготовления блюд, которые вы здесь видите, выращиваются в Перуджине».
Ага, так вот по какому сценарию они следуют. После того, как мне сказали, что продукт, который они хвалят, на самом деле выращены в Перуджине, они извиняться передо мной.
Ария наблюдала за игрой с легким гневом. Было вполне предсказуемо, что здешние дворяне следовали прямому приказу Мии поучаствовать в этом неуклюжем фарсе и в конце принести извинения.
Это глупо. Если я права насчет ее планов, то Рании действительно нужно иметь более высокие стандарты в отношении друзей, потому что эта принцесса Мия на самом деле не представляет собой ничего особенного.
Конечно, ей придется принять извинения. После того, как они устроили по этому поводу большую сцену, ей было трудно отказаться. Возможно, ей даже придется принять предыдущее предложение о работе. Просьба принцессы Тирмун была не из тех, в которых она могла отказать без веской причины, и им достаточно было лишь неискренних извинений вроде этого фарса, чтобы сделать для нее невозможным отказ.
Они могут делать все, что захотят... Издеваться над нами, как им заблагорассудится.... И все потому, что мы бедны, а наша страна слаба.....
Она нахмурилась, глядя на них, пока ее разум медленно погружался в темное болото собственных горьких размышлений... и то, что произошло дальше, противоречило ее ожиданиям.
«Ах, мои извинения. Похвалы заслуживают наши повара, которые превратили низкосортные фрукты из Перуджина в такой вкусный торт. Мастерство империи действительно не имеет себе равных».
«Я понял.»
Другой дворянин прокомментировал.
«Другими словами, блюда, представленные сегодня, это вызов, чтобы увидеть, сколько вкуса можно извлечь из простых ингредиентов. Это впечатляет».
Казалось, Мия не ожидала этого, она только и смогла, что выдавить из себя ошеломленное «А?» широко раскрытыми глазами глядя на говоривших людей.
В глазах Арии читалось презрение, когда она смотрела на дворян, поражаясь их извращенным рассуждениям.
Тьфу, эти люди действительно безнадежны...
По сей день они отказываются признать свои ошибки. Неужели им так сложно извиниться? Ария покачала головой. Она видела насквозь их глупое самомнение, и это вызывало у нее отвращение. Однако был кто-то, кого она не могла разглядеть, и это ее беспокоило. Она повернулась к Мии.
Что она хочет сделать? Если вы хотите, чтобы они извинились, просто скажите об этом. Ради всего святого, она же их принцесса... Почему бы ей просто не приказать им это сделать?
Даже если извинения совершенно неискренни, они все равно оправданы. Она забыла сказать дворянам, что делать? Вы ведь не думаете, что они сами извинятся? Для той, кого называют Великим Мудрецом Империи, отсутствие дальновидности, позволяющей дать даже элементарные указания, было бы нелепым позором...
«Э-эм... Принцесса Ария?»
И тут она услышала странный голос. К ней подошел мальчик. Он выглядел немного моложе Рании. Рядом с ним стояли еще одна девочка и мальчик, оба примерно одного возраста. Трио было намного моложе остальных гостей, и Ария заметила их сразу же, как только пришла. Ей всегда было интересно, что они здесь делают.
«Да? Чем я могу вам помочь, эм...»
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...