Страшно, очень страшно. От его низкого голоса мурашки по коже.
— Ладно. Сейчас я вдолблю тебе в голову, что значит быть щитовиком.
Я боялся, что он ответит как-то иначе, но он согласился удивительно легко.
«Ого, а он куда приятнее, чем кажется. Как и с Сисхой, нельзя судить о человеке по внешности».
— Для начала, понимаешь, что нужно для роли щитовика?
— Э-э... ну, защищать? И терпеть боль.
«Разве нужно что-то еще? По идее, просто защищать. Ну и терпеть боль, как говорил Ноль. А то если отвлекусь на дискомфорт и пропущу врага за спину, будет худо».
— Раз это все, что пришло в голову, значит, твое представление о деле весьма туманное.
Он поставил стакан на стол, перевел дыхание и уставился прямо на меня.
«Словно насквозь видит. И ведь правда, у меня лишь самое поверхностное понимание того, чем занимается щитовик».
— Нужно понимать предел своих возможностей. Трезво оценивать силы и не пытаться удерживать всех подряд. Главная угроза для отряда – это если щитовик выбывает, открывая путь врагам. Это прямой путь к краху всей группы.
«Логично. Если попытаться принять на себя всех, хилер просто не успеет подлечивать, и я загнусь. А если сквозь меня прорвется толпа – отряду конец».
— Дальше – приоритеты. Какого врага перехватывать, а какого пускать мимо. Ошибешься – пострадают союзники.
«То есть тех, кого не обязательно держать мне, надо оставлять другим? Так и перегрузок можно избежать. Но вот как быстро понять, кого именно я должен остановить? К счастью, у меня есть Приложение Статуса, буду ориентироваться на него».
— И последнее – позиционирование в процессе боя. Следи, чтобы не мешать атакам своих. А это уже приходит с опытом.
«Да уж, за один день такому не научишься. Представил, как я кручусь, путаюсь под ногами и получаю удар от Эстель со спины...»
— И наконец... то самое терпение боли, о котором ты упомянул. Броня ломается, порой приходится принимать удары прямо на тело. Даже не надейся на свои доспехи.
«Значит, не расслабляться. Вспомнил бой с кобольдами, я ведь подумал, что мои доспехи всё выдержат. Раз решил стать щитовиком, придется смириться с тем, что любой удар может пробить защиту. Бр-р... от одной мысли живот скрутило».
— Бывают неожиданные раны, резкая боль. Главное – вытерпеть. Дикая боль, от которой хочется кричать, ощущение, будто плоть горит, сознание мутится... именно в такие моменты я чувствую, что по-настоящему живу. Раз ты хочешь стать щитовиком, то должен это понять.
«Чего?... Стоп, у него взгляд странный. Еще минуту назад был спокоен, а теперь голос дрожит от возбуждения».
Он положил руку мне на плечо.
— Э-э... погодите, вы чего.
— Разве не чувствуешь? Пойдем со мной, к вершинам мастерства.
«У него глаза так и светятся фанатизмом. Плохо дело, этот парень с приветом. Находить смысл жизни в боли? Да у него же винтики в голове не на месте! Чур меня, не хочу превратиться в такого же психа. Попытался отступить, но Гаус схватил меня за плечо, не дернулся».
— Это еще что за представление?
— Я же говорил...
Ноль и Диус наблюдали за нами со стороны.
«В смысле? Вот почему вы отговаривали меня от этого разговора?!»
●
Прошло полчаса, и я выслушал лекцию о том, какое «удивительное» это удовольствие – быть щитовиком. М-да, пожалуй, это мир не для меня. Я узнал во всех подробностях, каково это – получать удары тупым оружием, резаные и колотые раны, как ощущаются проклятия... Мне стало дурно.
— Ладно, давайте спать... Я выдохся.
Мы вернулись в постоялый двор, поужинали, и пора было отбиваться. Мы снова все в одной комнате, так что я достал спальник, чтобы устроиться на полу.
— О, ну раз так, братец, давай спать вместе.
— И правда. Давайте, идите сюда. Скорее, скорее!
Но девчонки меня остановили. Эстель уселась на кровать к Сисхе, а Ноль похлопала по соседней кровати. У нее на коленях сидел Моффут и смотрел на меня так, будто тоже ждал, пока я присоединюсь. Ты и туда влез?!
— Нет, спасибо, я на полу. Спальник уже готов.
Ладно, одна комната на всех, это еще терпимо, но делить с ними кровать – это уже перебор.
— Господин Окура, спать на полу, пока мы на кровати... не пойдет.
— Точно. Идите сюда, братец.
Сисха тоже подключилась, Эстель поддакивает. Надеюсь, они не предлагают всем троим уместиться на одной кровати?
— Тогда, господин Окура, выбирайте, с кем хотите спать.
Я в отчаянии посмотрел на Ноль, в надежде на спасение. Но она бросила мне под ноги такую бомбу, что я чуть не поседел.
— Не, ребят... правда, пощадите.
«Только не это, не заставляйте меня выбирать! Да я же умру на месте. Серьезно, хватит уже над мной издеваться. Выбрать одну из трех... да после такого мне конец».
— Господин Окура... вам что, неприятно с нами спать?
— Да нет же, дело не в этом...
— Ну вот и замечательно.
— И правда. Окура, лучше выбери поскорее.
Ноль спросила это так тихо, что голос почти погас. У меня сердце защемило от жалости. А остальные две только и ждут ответа, буквально взглядами давят.
«Да что вообще происходит?... Страшно-то как. Как выбрать-то?»
— ...Простите, правда, умоляю, пощадите.
В итоге мне не осталось ничего другого, кроме как отвесить глубокий поклон и попросить прощения. На этот раз обошлось, но если так пойдет и дальше, я просто не выдержу. Может, завтра снять другую комнату?... Но одному будет тоскливо, да и шастать к ним в комнату по вечерам как-то неловко. И что мне делать?...

Комментарии

Загрузка...