Глава 19. Право на добычу камня и величие Су Ваньцин
Глава 19. Право на добычу камня и величие Су Ваньцин
Взгляд Лин Му скользил туда-сюда — от двух незнакомок к массивной каменной горе, возвышающейся за их спинами. В голове он лихорадочно прикидывал все возможные выгоды и риски.
Взгляд Лин Му скользил туда-сюда — от двух незнакомок к массивной каменной горе, возвышающейся за их спинами. В голове он лихорадочно прикидывал все возможные выгоды и риски.
Судя по их первой реакции, эти двое — или, может, еще парочка таких же — тащат на себе целую ораву бесполезного балласта.
Судя по их первой реакции, эти двое — или, может, еще парочка таких же — тащат на себе целую ораву бесполезного балласта.
«И как мне поступить? Ограбить их, уподобившись Чжан Ху, или всё же пойти на мирную сделку?» — пронеслось у него в мыслях.
«И как мне поступить? Ограбить их, уподобившись Чжан Ху, или всё же пойти на мирную сделку?» — пронеслось у него в мыслях.
— Хозяин, они идут сюда, — в голосе Мии проскользнула едва уловимая дрожь. Даже пережив две ночи кровавой резни, зверодевушка-корова по-прежнему легко поддавалась панике.
— Хозяин, они идут сюда, — в голосе Мии проскользнула едва уловимая дрожь. Даже пережив две ночи кровавой резни, зверодевушка-корова по-прежнему легко поддавалась панике.
Су Ваньцин и Чжоу Нянь, спиной ощущая на себе цепкие, оценивающие взгляды Лин Му и Мии, шаг за шагом ступили на песчаную косу, соединяющую два острова. И ровно в тот момент, когда их босые ступни коснулись песка на территории Лин Му, он без колебаний отдал мысленный приказ возвышающейся позади него сторожевой башне второго уровня.
Су Ваньцин и Чжоу Нянь, спиной ощущая на себе цепкие, оценивающие взгляды Лин Му и Мии, шаг за шагом ступили на песчаную косу, соединяющую два острова. И ровно в тот момент, когда их босые ступни коснулись песка на территории Лин Му, он без колебаний отдал мысленный приказ возвышающейся позади него сторожевой башне второго уровня.
«Атаковать в десяти метрах от их ног! Предупредительный выстрел!»
«Атаковать в десяти метрах от их ног! Предупредительный выстрел!»
Взззз-ух!
Взззз-ух!
Исполинский арбалетный болт толщиной с руку взрослого мужчины содрогнулся на башне. В следующее мгновение он сорвался с тетивы, превратившись в размытую черную молнию. С ужасающим свистом, разрывая воздух, снаряд понесся прямо на Су Ваньцин и ее спутницу.
Исполинский арбалетный болт толщиной с руку взрослого мужчины содрогнулся на башне. В следующее мгновение он сорвался с тетивы, превратившись в размытую черную молнию. С ужасающим свистом, разрывая воздух, снаряд понесся прямо на Су Ваньцин и ее спутницу.
— Замри! — звонко скомандовала Су Ваньцин, резко выбрасывая руку вперед.
— Замри! — звонко скомандовала Су Ваньцин, резко выбрасывая руку вперед.
Осязаемая, плотная волна белого морозного тумана вырвалась из её хрупкого тела. Температура воздуха рухнула в бездну — казалось, знойный тропический пляж в мгновение ока провалился в недра арктической ледяной пещеры! Смертоносный болт, несшийся с пугающей скоростью, внезапно замедлился, не долетев до девушки и пяти метров. Его поверхность на глазах покрылась толстой коркой искрящегося инея, и снаряд, лишенный инерции, оказался намертво заморожен прямо в воздухе.
Осязаемая, плотная волна белого морозного тумана вырвалась из её хрупкого тела. Температура воздуха рухнула в бездну — казалось, знойный тропический пляж в мгновение ока провалился в недра арктической ледяной пещеры! Смертоносный болт, несшийся с пугающей скоростью, внезапно замедлился, не долетев до девушки и пяти метров. Его поверхность на глазах покрылась толстой коркой искрящегося инея, и снаряд, лишенный инерции, оказался намертво заморожен прямо в воздухе.
Хрусь...
Хрусь...
Превратившийся в ледяную глыбу снаряд тяжело рухнул на песок и разлетелся на несколько жалких осколков. Зрачки Лин Му сузились до размеров булавочной головки. Он резко вскочил с камня, и на его лице отпечатался неподдельный, почти первобытный шок.
Превратившийся в ледяную глыбу снаряд тяжело рухнул на песок и разлетелся на несколько жалких осколков. Зрачки Лин Му сузились до размеров булавочной головки. Он резко вскочил с камня, и на его лице отпечатался неподдельный, почти первобытный шок.
«Твою же мать?!» — мысленно взвыл он. — «Выпускать мороз из пустоты и за долю секунды замораживать атаку башни второго уровня?! Да что же у этой женщины за чудовищный талант?! Ее сила... да она, пожалуй, ничуть не уступает моей Мии!»
«Твою же мать?!» — мысленно взвыл он. — «Выпускать мороз из пустоты и за долю секунды замораживать атаку башни второго уровня?! Да что же у этой женщины за чудовищный талант?! Ее сила... да она, пожалуй, ничуть не уступает моей Мии!»
Мия тоже застыла в оцепенении от увиденного. В её больших, невинных глазах плескался благоговейный ужас. Зверодевушка всем своим нутром ощущала, как от незнакомки исходит пробирающий до костей холод, таящий в себе пугающую мощь, от которой даже у неё замирало сердце.
Мия тоже застыла в оцепенении от увиденного. В её больших, невинных глазах плескался благоговейный ужас. Зверодевушка всем своим нутром ощущала, как от незнакомки исходит пробирающий до костей холод, таящий в себе пугающую мощь, от которой даже у неё замирало сердце.
— У нас нет дурных намерений, — произнесла Су Ваньцин. Её голос звучал холодно и отстраненно, пока она смотрела Лин Му прямо в глаза, чеканя каждое слово. — Мы пришли обсудить сделку.
— У нас нет дурных намерений, — произнесла Су Ваньцин. Её голос звучал холодно и отстраненно, пока она смотрела Лин Му прямо в глаза, чеканя каждое слово. — Мы пришли обсудить сделку.
«Сделку?» — бушующий в груди Лин Му шторм начал понемногу утихать, заодно смывая и всякое желание играть в кровожадного Чжан Ху.
«Сделку?» — бушующий в груди Лин Му шторм начал понемногу утихать, заодно смывая и всякое желание играть в кровожадного Чжан Ху.
— Сделку? — Лин Му презрительно усмехнулся, вновь окинув взглядом полуголых девушек. — Вы пришли с пустыми руками, в чём мать родила. И чем же вы собрались торговать? Уж не собственными телами?
— Сделку? — Лин Му презрительно усмехнулся, вновь окинув взглядом полуголых девушек. — Вы пришли с пустыми руками, в чём мать родила. И чем же вы собрались торговать? Уж не собственными телами?
— Да ты!.. — Су Ваньцин поперхнулась от возмущения, а её изящные брови сурово сошлись на переносице. Титаническим усилием воли она подавила вспыхнувший гнев. — У нас есть то, что нужно тебе.
— Да ты!.. — Су Ваньцин поперхнулась от возмущения, а её изящные брови сурово сошлись на переносице. Титаническим усилием воли она подавила вспыхнувший гнев. — У нас есть то, что нужно тебе.
— Нужно? — на лице Лин Му по-прежнему застыла маска высокомерного пренебрежения. Чтобы не остаться в дураках, нужно было диктовать свои условия, ни на йоту не уступая в психологическом давлении. — А чего такого мне может понадобиться, чего я не смогу купить на торговом канале? С какой стати мне брать это у вас?
— Нужно? — на лице Лин Му по-прежнему застыла маска высокомерного пренебрежения. Чтобы не остаться в дураках, нужно было диктовать свои условия, ни на йоту не уступая в психологическом давлении. — А чего такого мне может понадобиться, чего я не смогу купить на торговом канале? С какой стати мне брать это у вас?
Су Ваньцин бросила короткий взгляд на устрашающую сторожевую башню рядом с парнем. А затем перевела глаза на девушку с коровьими ушками, которая, несмотря на свою миловидную и безобидную внешность, излучала на удивление тяжелую, смертоносную ауру. Она прекрасно понимала: пусть у неё и есть Ледяной домен, но сила этого парня таила в себе бездну неизвестности. Завяжись здесь бой, они точно не уйдут в плюсе. А если она получит ранение, то шансы пережить грядущую ночную волну монстров и вовсе устремятся к нулю.
Су Ваньцин бросила короткий взгляд на устрашающую сторожевую башню рядом с парнем. А затем перевела глаза на девушку с коровьими ушками, которая, несмотря на свою миловидную и безобидную внешность, излучала на удивление тяжелую, смертоносную ауру. Она прекрасно понимала: пусть у неё и есть Ледяной домен, но сила этого парня таила в себе бездну неизвестности. Завяжись здесь бой, они точно не уйдут в плюсе. А если она получит ранение, то шансы пережить грядущую ночную волну монстров и вовсе устремятся к нулю.
— На твоем острове вообще нет никаких ресурсов, а ночью тварей будет легион. На одних только башнях далеко не уедешь, — Су Ваньцин бегло осмотрела владения Лин Му и выложила свои козыри. — А вот у нас на острове камня хоть отбавляй. Возведешь каменную стену для защиты, и это будет куда лучше, чем всю ночь носиться по пляжу, спасаясь от когтей.
— На твоем острове вообще нет никаких ресурсов, а ночью тварей будет легион. На одних только башнях далеко не уедешь, — Су Ваньцин бегло осмотрела владения Лин Му и выложила свои козыри. — А вот у нас на острове камня хоть отбавляй. Возведешь каменную стену для защиты, и это будет куда лучше, чем всю ночь носиться по пляжу, спасаясь от когтей.
Взгляд Чжоу Нянь скользнул мимо Лин Му, задержавшись на добротной деревянной хижине и уютно потрескивающем костре позади него.
Взгляд Чжоу Нянь скользнул мимо Лин Му, задержавшись на добротной деревянной хижине и уютно потрескивающем костре позади него.
— Красавчик, раз уж ты не собираешься нас порабощать, а мы не планируем воевать с тобой, то давай жить дружно. Мы ведь теперь соседи, — Чжоу Нянь игриво подмигнула парню. — Как знать, может, однажды мы сможем сослужить друг другу хорошую службу.
— Красавчик, раз уж ты не собираешься нас порабощать, а мы не планируем воевать с тобой, то давай жить дружно. Мы ведь теперь соседи, — Чжоу Нянь игриво подмигнула парню. — Как знать, может, однажды мы сможем сослужить друг другу хорошую службу.
— Сделку заключить можно, а вот со взаимовыручкой давайте как-нибудь потом, — сухо отрезал Лин Му. В душе он по-прежнему оставался настороже — та пугающая демонстрация силы Су Ваньцин оставила неприятный осадок.
— Сделку заключить можно, а вот со взаимовыручкой давайте как-нибудь потом, — сухо отрезал Лин Му. В душе он по-прежнему оставался настороже — та пугающая демонстрация силы Су Ваньцин оставила неприятный осадок.
— Ура-а! Меня зовут Чжоу Нянь, а это моя лучшая подруга — Су Ваньцин, могущественная обладательница SSS-рангового таланта! — Чжоу Нянь от восторга подпрыгнула на месте, и при этом невольно продемонстрировала больше обнаженного тела, чем следовало бы.
— Ура-а! Меня зовут Чжоу Нянь, а это моя лучшая подруга — Су Ваньцин, могущественная обладательница SSS-рангового таланта! — Чжоу Нянь от восторга подпрыгнула на месте, и при этом невольно продемонстрировала больше обнаженного тела, чем следовало бы.
У Лин Му внутри всё оборвалось.
У Лин Му внутри всё оборвалось.
«Так у этой Су Ваньцин тоже SSS-ранговый талант! Неудивительно, что она способна творить лед из пустоты и на лету замораживать смертоносные стрелы!» — пораженно подумал он.
«Так у этой Су Ваньцин тоже SSS-ранговый талант! Неудивительно, что она способна творить лед из пустоты и на лету замораживать смертоносные стрелы!» — пораженно подумал он.
— Я — Лин Му, а это моя компаньонка, Мия, — представился он в ответ, попутно заглянув в инвентарь. Кажется, кроме змеиных шкур, ему и предложить-то было нечего. — Из лишнего у меня только пара-тройка шкур. Берёте?
— Я — Лин Му, а это моя компаньонка, Мия, — представился он в ответ, попутно заглянув в инвентарь. Кажется, кроме змеиных шкур, ему и предложить-то было нечего. — Из лишнего у меня только пара-тройка шкур. Берёте?
— Берём! Ещё как берём! — глаза Чжоу Нянь вспыхнули жадным блеском, и она закивала так рьяно, что чуть не свернула шею.
— Берём! Ещё как берём! — глаза Чжоу Нянь вспыхнули жадным блеском, и она закивала так рьяно, что чуть не свернула шею.
Глядя на эту фанатичную реакцию, Лин Му вдруг вспомнил одну важную деталь: на их острове кукует еще два десятка абсолютно голых баб.
Глядя на эту фанатичную реакцию, Лин Му вдруг вспомнил одну важную деталь: на их острове кукует еще два десятка абсолютно голых баб.
«Грех не содрать с них три шкуры за такой дефицит!» — ехидно подумал он.
«Грех не содрать с них три шкуры за такой дефицит!» — ехидно подумал он.
— Тысяча кусков камня, — Лин Му безапелляционно поднял вверх указательный палец, в этот момент совершенно забыв о том, что на аукционе комплект обычной одежды можно купить за жалкие гроши.
— Тысяча кусков камня, — Лин Му безапелляционно поднял вверх указательный палец, в этот момент совершенно забыв о том, что на аукционе комплект обычной одежды можно купить за жалкие гроши.
Впрочем, эти оборванки даже тряпья себе позволить не могли — откуда у них вообще возьмется валюта?
Впрочем, эти оборванки даже тряпья себе позволить не могли — откуда у них вообще возьмется валюта?
— Чего-о-о?! У тебя эта змеиная кожа что, золотыми нитями шита или бриллиантами инкрустирована?! — у Чжоу Нянь челюсть отвисла до земли. Она и подумать не могла, что этот с виду безобидный парень окажется таким беспринципным барыгой.
— Чего-о-о?! У тебя эта змеиная кожа что, золотыми нитями шита или бриллиантами инкрустирована?! — у Чжоу Нянь челюсть отвисла до земли. Она и подумать не могла, что этот с виду безобидный парень окажется таким беспринципным барыгой.
— Не хотите — как хотите. Плакать не стану, — пожал плечами Лин Му.
— Не хотите — как хотите. Плакать не стану, — пожал плечами Лин Му.
— Подожди, — Су Ваньцин осадила готовую взорваться возмущениями подругу. — Я собираюсь продать тебе право на добычу камня с нашей горы. И за это твоих шкур, даже если бы ты содрал их с самого дракона, будет катастрофически мало.
— Подожди, — Су Ваньцин осадила готовую взорваться возмущениями подругу. — Я собираюсь продать тебе право на добычу камня с нашей горы. И за это твоих шкур, даже если бы ты содрал их с самого дракона, будет катастрофически мало.
Лин Му выпучил глаза, всерьез заподозрив у себя слуховые галлюцинации. Продать право на добычу камня со своей же горы?! Да это всё равно что отдать врагу ключи от крепости! Настоящая измена Родине... то есть, острову!
Лин Му выпучил глаза, всерьез заподозрив у себя слуховые галлюцинации. Продать право на добычу камня со своей же горы?! Да это всё равно что отдать врагу ключи от крепости! Настоящая измена Родине... то есть, острову!
«Твою мать, тут точно кроется какой-то подвох...» — рой тревожных мыслей закружился в голове парня, пока его взгляд скользил по жалким фиговым листочкам, едва прикрывающим прелести девушек. Талант у Су Ваньцин и без того чертовски опасен. А вдруг на их острове прячется еще один мощный боец, и всё это лишь хитрая уловка, чтобы выманить его из-под защиты башен?
«Твою мать, тут точно кроется какой-то подвох...» — рой тревожных мыслей закружился в голове парня, пока его взгляд скользил по жалким фиговым листочкам, едва прикрывающим прелести девушек. Талант у Су Ваньцин и без того чертовски опасен. А вдруг на их острове прячется еще один мощный боец, и всё это лишь хитрая уловка, чтобы выманить его из-под защиты башен?
— Прошу прощения, но эта сделка не состоится, — покачав головой, Лин Му ответил твердым отказом.
— Прошу прощения, но эта сделка не состоится, — покачав головой, Лин Му ответил твердым отказом.
— Чего ты боишься? — Су Ваньцин удивленно нахмурилась. Она явно не ожидала, что он ответит отказом на такое щедрое предложение.
— Чего ты боишься? — Су Ваньцин удивленно нахмурилась. Она явно не ожидала, что он ответит отказом на такое щедрое предложение.
— У меня полно опасений, — Лин Му решил выложить карты на стол. — Я вас знать не знаю. А вдруг это ловушка? Буквально вчера мне уже пришлось вырезать целую банду мародёров.
— У меня полно опасений, — Лин Му решил выложить карты на стол. — Я вас знать не знаю. А вдруг это ловушка? Буквально вчера мне уже пришлось вырезать целую банду мародёров.
Су Ваньцин замолчала на несколько долгих секунд, а затем внезапно произнесла:
Су Ваньцин замолчала на несколько долгих секунд, а затем внезапно произнесла:
— Я могу привести всех своих людей прямо под твою башню. В качестве заложников.
— Я могу привести всех своих людей прямо под твою башню. В качестве заложников.
Лин Му опешил. От таких заявлений у него даже дар речи пропал. Собрать больше двадцати человек и добровольно загнать их в зону поражения его арбалетов? Да у этой женщины просто стальные нервы!
Лин Му опешил. От таких заявлений у него даже дар речи пропал. Собрать больше двадцати человек и добровольно загнать их в зону поражения его арбалетов? Да у этой женщины просто стальные нервы!
— Легко сказать, — с показным скепсисом хмыкнул Лин Му, хотя в глубине души его паранойя начала давать трещину. — С твоим-то талантом устроить внезапную атаку — раз плюнуть.
— Легко сказать, — с показным скепсисом хмыкнул Лин Му, хотя в глубине души его паранойя начала давать трещину. — С твоим-то талантом устроить внезапную атаку — раз плюнуть.
— Если бы мне было плевать на их жизни, — Су Ваньцин смотрела на него тяжело и серьёзно, а её голос звучал пугающе ровно, — то в первую же ночь все те, кто не пробудил таланты, стали бы кормом для тварей. Двадцать с лишним девчонок, не способных даже курицу зарезать... Как, по-твоему, они пережили вчерашнюю волну монстров? Только благодаря мне. Я одна держала Ледяной домен целую ночь напролёт.
— Если бы мне было плевать на их жизни, — Су Ваньцин смотрела на него тяжело и серьёзно, а её голос звучал пугающе ровно, — то в первую же ночь все те, кто не пробудил таланты, стали бы кормом для тварей. Двадцать с лишним девчонок, не способных даже курицу зарезать... Как, по-твоему, они пережили вчерашнюю волну монстров? Только благодаря мне. Я одна держала Ледяной домен целую ночь напролёт.
Она сделала паузу, и в её обычно холодном тоне проскользнула едва заметная, горькая дрожь:
Она сделала паузу, и в её обычно холодном тоне проскользнула едва заметная, горькая дрожь:
— Если бы я пеклась только о своей шкуре, то ни в чём бы не нуждалась. Монстры ко мне даже на пушечный выстрел не подойдут. Но я решила спасти их всех. Каждую кроху добытых ресурсов я спустила на еду и воду для них. А в итоге нам даже прикрыть срам нечем.
— Если бы я пеклась только о своей шкуре, то ни в чём бы не нуждалась. Монстры ко мне даже на пушечный выстрел не подойдут. Но я решила спасти их всех. Каждую кроху добытых ресурсов я спустила на еду и воду для них. А в итоге нам даже прикрыть срам нечем.
— Сестрица Ваньцин говорит чистую правду! — Чжоу Нянь отчаянно закивала, и на её пухлом личике отразилась искренняя преданность. — Когда той ночью поперли монстры, мы чуть умом не тронулись от страха. Если бы не она, мы бы уже давно гнили в земле!
— Сестрица Ваньцин говорит чистую правду! — Чжоу Нянь отчаянно закивала, и на её пухлом личике отразилась искренняя преданность. — Когда той ночью поперли монстры, мы чуть умом не тронулись от страха. Если бы не она, мы бы уже давно гнили в земле!
Лин Му пристально вглядывался в глаза Су Ваньцин, силясь отыскать в них хоть каплю фальши или скрытого умысла. Но её взгляд оставался кристально чистым, прямым и непоколебимым. Он скосил глаза на Мию. Зверодевушка-корова, склонив голову набок и забавно подергивая пушистыми ушками, тоже с любопытством изучала гостью.
Лин Му пристально вглядывался в глаза Су Ваньцин, силясь отыскать в них хоть каплю фальши или скрытого умысла. Но её взгляд оставался кристально чистым, прямым и непоколебимым. Он скосил глаза на Мию. Зверодевушка-корова, склонив голову набок и забавно подергивая пушистыми ушками, тоже с любопытством изучала гостью.
— Хозяин... Мия думает, что она не врёт, — тихо прошептала компаньонка, пусть в её голосе и слышались нотки неуверенности.
— Хозяин... Мия думает, что она не врёт, — тихо прошептала компаньонка, пусть в её голосе и слышались нотки неуверенности.
Чаша весов в душе Лин Му окончательно склонилась на сторону доверия. Женщина, способная в таком адском кошмаре взвалить на себя ответственность за чужие жизни, и девчонки, безгранично доверяющие ей — вряд ли это коварные интриганки, плетущие заговоры. Да и к тому же она была абсолютно права: с её чудовищным талантом самым логичным шагом было бы сбросить этот бесполезный балласт и выживать в одиночку. Но она этого не сделала. К тому же, камень ему сейчас был нужен как воздух. Получить доступ к целой горе стройматериалов — это поистине роскошный шанс.
Чаша весов в душе Лин Му окончательно склонилась на сторону доверия. Женщина, способная в таком адском кошмаре взвалить на себя ответственность за чужие жизни, и девчонки, безгранично доверяющие ей — вряд ли это коварные интриганки, плетущие заговоры. Да и к тому же она была абсолютно права: с её чудовищным талантом самым логичным шагом было бы сбросить этот бесполезный балласт и выживать в одиночку. Но она этого не сделала. К тому же, камень ему сейчас был нужен как воздух. Получить доступ к целой горе стройматериалов — это поистине роскошный шанс.
— Ладно, так и быть. Поверю тебе на слово, — Лин Му облегченно выдохнул, сбрасывая напряжение. — Но давай сразу проясним один момент: делить добычу будем по моим правилам.
— Ладно, так и быть. Поверю тебе на слово, — Лин Му облегченно выдохнул, сбрасывая напряжение. — Но давай сразу проясним один момент: делить добычу будем по моим правилам.
— Слушаю.
— Слушаю.
— Право на разработку горы переходит ко мне. Я забираю восемьдесят процентов всего добытого камня, а вам остаются жалкие двадцать.
— Право на разработку горы переходит ко мне. Я забираю восемьдесят процентов всего добытого камня, а вам остаются жалкие двадцать.
Бровь Су Ваньцин нервно дернулась, а Чжоу Нянь и вовсе взвизгнула:
Бровь Су Ваньцин нервно дернулась, а Чжоу Нянь и вовсе взвизгнула:
— Восемь к двум?! Да ты натуральный грабитель! С ножом к горлу и то честнее выйдет!
— Восемь к двум?! Да ты натуральный грабитель! С ножом к горлу и то честнее выйдет!
— Двадцать процентов — это вообще-то аукцион невиданной щедрости, — нагло и ничуть не смущаясь парировал Лин Му.
— Двадцать процентов — это вообще-то аукцион невиданной щедрости, — нагло и ничуть не смущаясь парировал Лин Му.
— Я могу помочь с транспортировкой... — начала было Су Ваньцин.
— Я могу помочь с транспортировкой... — начала было Су Ваньцин.
— И много вы вдвоем на своем горбу утащите? — ядовито перебил её парень.
— И много вы вдвоем на своем горбу утащите? — ядовито перебил её парень.
Чжоу Нянь поперхнулась воздухом, так и не найдя достойного ответа. От бессильной злобы её щечки надулись, превратившись в два румяных пирожка. Су Ваньцин на мгновение задумалась, а затем коротко кивнула.
Чжоу Нянь поперхнулась воздухом, так и не найдя достойного ответа. От бессильной злобы её щечки надулись, превратившись в два румяных пирожка. Су Ваньцин на мгновение задумалась, а затем коротко кивнула.
— По рукам. Но у меня есть одно условие, — произнесла она. — Если сегодня ночью во время осады я не смогу сдержать монстров, ты обязан будешь вступить в бой.
— По рукам. Но у меня есть одно условие, — произнесла она. — Если сегодня ночью во время осады я не смогу сдержать монстров, ты обязан будешь вступить в бой.
Лин Му окинул цепким взглядом новую географию объединившихся островов.
Лин Му окинул цепким взглядом новую географию объединившихся островов.
— Без проблем, — согласился он. — Но все твои люди не должны выходить за радиус поражения моих башен.
— Без проблем, — согласился он. — Но все твои люди не должны выходить за радиус поражения моих башен.
— Договорились.
— Договорились.
Лин Му расслабленно опустил руки, как вдруг в его голове всплыла одна мысль. Он повернулся и покопался в инвентаре.
Лин Му расслабленно опустил руки, как вдруг в его голове всплыла одна мысль. Он повернулся и покопался в инвентаре.
— Кстати, держите. Это вам в качестве жеста доброй воли, — парень извлек на свет восемь кусков Шкуры глубоководного питона. Иссиня-черная поверхность чешуи загадочно поблескивала на солнце, демонстрируя невероятную прочность и удивительную эластичность.
— Кстати, держите. Это вам в качестве жеста доброй воли, — парень извлек на свет восемь кусков Шкуры глубоководного питона. Иссиня-черная поверхность чешуи загадочно поблескивала на солнце, демонстрируя невероятную прочность и удивительную эластичность.
Су Ваньцин и Чжоу Нянь синхронно впали в ступор.
Су Ваньцин и Чжоу Нянь синхронно впали в ступор.
— Змеиная кожа?
— Змеиная кожа?
— Свалил вчера гигантского питона восьмого уровня, вот и нападало с него. Сшейте себе хоть какую-то одежду, не ходить же вам вечно с голыми задницами, — Лин Му бесцеремонно впихнул трофеи прямо в руки опешившей Су Ваньцин. Этот хлам ему сейчас был без надобности, да и на аукционе за него много не выручишь. Уж лучше скормить его этим девицам, заработав немного лояльности, чем позволять ему мертвым грузом забивать ячейки инвентаря.
— Свалил вчера гигантского питона восьмого уровня, вот и нападало с него. Сшейте себе хоть какую-то одежду, не ходить же вам вечно с голыми задницами, — Лин Му бесцеремонно впихнул трофеи прямо в руки опешившей Су Ваньцин. Этот хлам ему сейчас был без надобности, да и на аукционе за него много не выручишь. Уж лучше скормить его этим девицам, заработав немного лояльности, чем позволять ему мертвым грузом забивать ячейки инвентаря.
Су Ваньцин опустила взгляд на переливающуюся черную чешую, и её длинные, густые ресницы дрогнули.
Су Ваньцин опустила взгляд на переливающуюся черную чешую, и её длинные, густые ресницы дрогнули.
— Спасибо, — тихо произнесла она. Никакого жеманства или фальшивых отказов — девушка просто приняла столь необходимый дар.
— Спасибо, — тихо произнесла она. Никакого жеманства или фальшивых отказов — девушка просто приняла столь необходимый дар.
В глазах Чжоу Нянь уже зажглись счастливые звёздочки. Она выхватила один кусок и принялась восторженно прикладывать его к своему телу.
В глазах Чжоу Нянь уже зажглись счастливые звёздочки. Она выхватила один кусок и принялась восторженно прикладывать его к своему телу.
— Охренеть можно! Какая роскошная текстура! Мягкая, но прочная как сталь! — на её кукольном личике расцвел неподдельный восторг, а пухлые щеки густо залил румянец.
— Охренеть можно! Какая роскошная текстура! Мягкая, но прочная как сталь! — на её кукольном личике расцвел неподдельный восторг, а пухлые щеки густо залил румянец.
Не теряя ни секунды, она опустилась на корточки, вытащила тонкую гибкую лозу, служившую ей резинкой для волос, и ловкими, выверенными движениями принялась кроить неподатливую кожу. Су Ваньцин тоже не стояла столбом. Её изящные, длинные пальцы быстро прикинули нужные размеры. Девушка сорвала с себя жалкие фиговые листы и плотно прижала свежескроенный кусок чешуи прямо к груди.
Не теряя ни секунды, она опустилась на корточки, вытащила тонкую гибкую лозу, служившую ей резинкой для волос, и ловкими, выверенными движениями принялась кроить неподатливую кожу. Су Ваньцин тоже не стояла столбом. Её изящные, длинные пальцы быстро прикинули нужные размеры. Девушка сорвала с себя жалкие фиговые листы и плотно прижала свежескроенный кусок чешуи прямо к груди.
Иссиня-черная змеиная кожа соблазнительно обтянула её пышные формы, подчеркивая идеальные изгибы. Два куска чешуи скрепились по бокам узлами из виноградной лозы. Нижнюю часть тела украсила такая же импровизированная юбка, едва-едва прикрывающая самые сокровенные места.
Иссиня-черная змеиная кожа соблазнительно обтянула её пышные формы, подчеркивая идеальные изгибы. Два куска чешуи скрепились по бокам узлами из виноградной лозы. Нижнюю часть тела украсила такая же импровизированная юбка, едва-едва прикрывающая самые сокровенные места.
Глядя на это примитивное, но до одури откровенное кожаное «бикини», Лин Му внезапно испытал целый букет крайне противоречивых эмоций. Чжоу Нянь тоже закончила с примеркой. Её аппетитная, слегка полноватая фигурка, облаченная в обтягивающую змеиную кожу, приобрела какую-то особую, пикантную сочность.
Глядя на это примитивное, но до одури откровенное кожаное «бикини», Лин Му внезапно испытал целый букет крайне противоречивых эмоций. Чжоу Нянь тоже закончила с примеркой. Её аппетитная, слегка полноватая фигурка, облаченная в обтягивающую змеиную кожу, приобрела какую-то особую, пикантную сочность.
— Мы отнесем остальное девчонкам! — Чжоу Нянь, прижимая к груди остатки шкур, радостно помахала Лин Му. — Спасибо тебе огромное!
— Мы отнесем остальное девчонкам! — Чжоу Нянь, прижимая к груди остатки шкур, радостно помахала Лин Му. — Спасибо тебе огромное!
Схватив Су Ваньцин за руку, она со всех ног бросилась назад. Их ослепительно белые спины и сверкающие ягодицы стремительно удалялись, пока окончательно не скрылись за каменной грядой.
Схватив Су Ваньцин за руку, она со всех ног бросилась назад. Их ослепительно белые спины и сверкающие ягодицы стремительно удалялись, пока окончательно не скрылись за каменной грядой.
Прошло совсем немного времени, и из-за скал на соседнем острове, словно по команде, начала стекаться целая армия женщин. Вся эта процессия нестройными рядами направилась прямиком к сторожевым башням. И каждая, абсолютно каждая из них была облачена в наскоро сшитые куски черной змеиной кожи! Из-за катастрофической нехватки материала все эти наряды, отличаясь разве что размером и фасоном, представляли собой экстремально откровенные бикини, где площадь закрытой плоти была сведена к абсолютному, бесстыдному минимуму.
Прошло совсем немного времени, и из-за скал на соседнем острове, словно по команде, начала стекаться целая армия женщин. Вся эта процессия нестройными рядами направилась прямиком к сторожевым башням. И каждая, абсолютно каждая из них была облачена в наскоро сшитые куски черной змеиной кожи! Из-за катастрофической нехватки материала все эти наряды, отличаясь разве что размером и фасоном, представляли собой экстремально откровенные бикини, где площадь закрытой плоти была сведена к абсолютному, бесстыдному минимуму.
Больше двадцати молодых, пышущих здоровьем женщин самых разных комплекций, одетые лишь в крошечные, едва заметные полоски чешуи, выстроились в ряд под ослепительным солнцем. Это было настоящее море белоснежной плоти, медленно надвигающееся издалека. Обладательницы пышных бюстов грозили вот-вот разорвать тонкие кожаные тесемки; те, у кого были осиные талии, бесстыдно демонстрировали бархатистую кожу живота; а длинноногие красавицы слепили глаза нескончаемой белизной от самого бедра и до изящных щиколоток.
Больше двадцати молодых, пышущих здоровьем женщин самых разных комплекций, одетые лишь в крошечные, едва заметные полоски чешуи, выстроились в ряд под ослепительным солнцем. Это было настоящее море белоснежной плоти, медленно надвигающееся издалека. Обладательницы пышных бюстов грозили вот-вот разорвать тонкие кожаные тесемки; те, у кого были осиные талии, бесстыдно демонстрировали бархатистую кожу живота; а длинноногие красавицы слепили глаза нескончаемой белизной от самого бедра и до изящных щиколоток.
Лин Му застыл, словно громом пораженный. В его онемевшем мозгу билась лишь одна-единственная, невероятно ясная мысль:
Лин Му застыл, словно громом пораженный. В его онемевшем мозгу билась лишь одна-единственная, невероятно ясная мысль:
«Твою ж мать... Зря я отдал им эти шкуры! Если бы не моя дурацкая щедрость, то сейчас прямо под моими башнями стояли бы...»
«Твою ж мать... Зря я отдал им эти шкуры! Если бы не моя дурацкая щедрость, то сейчас прямо под моими башнями стояли бы...»

Комментарии

Загрузка...