— Ну, на сегодня с математикой закончили...
Масачика сидел в гостиной дома Кудзе. Закрыв сборник домашних заданий на лето, он хорошенько потянулся. Алиса сидела напротив и писала красной ручкой в своем пособии. Они снова делали домашнее задание вместе, как вдруг Алиса закрыла сборник и отложила его в сторону.
— Ты все?
— Ага, решила все до последней задачи.
— Ого. Правда? Молодец.
Похоже, она уже выполнила все домашнее задание, в отличие от Масачики. Должно быть, Алиса прилежно делала его и в свободное время дома. Масачика же, пока был дома один, даже не притрагивался к заданиям, так что ему еще предстояло сделать английский и физику. Впрочем, в этом году его успеваемость была гораздо лучше, чем в прошлом.
— Ну...
Совершенно случайно они одновременно посмотрели на часы в гостиной и поняли, что сейчас еще только половина четвертого. То есть до ухода Алисы, раз уж обычно она отправлялась домой около шести вечера, оставалось еще довольно много времени.
«И... что теперь?..»
Масачика принялся разливать по чашкам ячменный чай, чтобы выиграть немного времени, пока ломал голову в поисках какой-нибудь идеи. Они достигли своей цели, ведь встретились, только чтобы вместе сделать домашнее задание, но попросту ляпнуть: «Отлично поработали! Давай, пока!» показалось ему слишком уж резким, да и прозвучало бы так, будто он вообще не чувствует атмосферы.
«Да... Думай, Масачика. Она смотрит на тебя выжидающе!»
Алиса теребила волосы и смотрела на него с ожиданием, будто хотела сказать: «О, ты только посмотри. Похоже, у нас еще есть время до моего ухода. Чем бы таким нам заняться?». К счастью (или к сожалению), Масачика закончил с домашним заданием примерно в то же время, что и Алиса, поэтому не мог просто сделать вид, что не заметил ее ожидания. Все, что ему оставалось, — это медленно поднести чашку к губам, чтобы еще немного оттянуть время.
«Что еще я могу?»
У него точно не хватило бы смелости сказать: «Хочешь сходить на свидание?». Возможно, Масачика сказал бы это в шутку, если бы это произошло до того, как они вместе побывали на пляже, но теперь, когда он знал, что Алиса к нему чувствует, и осознавал свои недостатки, он ни за что не позволил бы себе сказать нечто подобное, даже в шутку.
«Но...»
Масачика был полон решимости посмотреть Алисе прямо в глаза и больше не сбегать. Любой другой расклад означал бы предательство Марии и ее смелой просьбы.
«Ладно!.. Я сделаю это!»
Поставив чашку обратно на стол, Масачика решительно поднял голову. Он не сводил взгляда с Алисы, пока она тоже не посмотрела на него. Не было ничего необычного в том, чтобы вот так смотреть друг на друга, и все-таки Масачика чувствовал, что что-то в ее обычном взгляде изменилось... теперь, когда он знал, что у Алисы есть чувства к нему. В этих сапфировых глазах будто полыхал огонь, у Масачики перехватило дыхание.
— Эм... Еще рано... — начал он, отчаянно пытаясь унять колотящееся сердце. В его голове ангел Мария и дьявол Юки танцевали с помпонами и поддерживали его, что удивительным образом придало ему смелости продолжать говорить: — Так что... как смотришь на то... чтобы обсудить выборы?
В гостиной повисла гробовая тишина, блеск в глазах Алисы как будто угас. Воображаемые Мария и Юки опустили свои помпоны и холодно посмотрели на Масачику:
— Ты такой трус, Кудзе.
— Ты полный отстой.
«Хватит. Не смотрите на меня так».
Мысленно Масачика уже свернулся клубком на земле, беспомощно схватившись за голову, пока дьявол Юки пинала его, а ангел Мария разочарованно смотрела на него сверху вниз.
В разгар его сеанса самобичевания Алиса опустила взгляд и медленно вздохнула:
— Эх... Думаю, они важны.
— В-внатуре же?
— Что это вообще за слово такое?
— Ох, эм... Ха-ха-ха...
Сухо рассмеявшись, Масачика прочистил горло и придал своему лицу спокойное выражение. Он прекрасно понимал, что для мужчины его поступок выглядел весьма жалко, но только так он мог перезагрузиться и переключить свое внимание на что-то другое.
— Так, эм... Одним из самых больших мероприятий во втором семестре будет школьный фестиваль в начале октября.
— И я полагаю, что каждый член школьного совета должен войти в комитет фестиваля, да?
— Именно. Туда обычно входят по два представителя от каждого класса: студенческий совет, дисциплинарный комитет, комитет благоустройства, комитет по здоровью, а также предыдущие президент и вице-президент школьного совета... Вроде все.
Обычно бывшие президент и вице-президент школьного совета каждый год брали на себя роль президента и вице-президента комитета Осеннего фестиваля академии Сейрей. К тому же нынешние члены школьного совета и представители классов под их руководством заняли ответственные посты.
— Проще говоря, остальные члены комитета будут наблюдать за тобой и решать, можно ли на тебя положиться, так что будь внимательна. Иногда кого-то просто заставляют присоединиться к комитету, потому что больше никто не хочет, но в основном выбранные ученики пользуются в классе большим влиянием. В общем, нельзя, чтобы они посчитали тебя бесполезной, потому что это может сильно подпортить твои шансы на выборах.
— Ох... ладно.
— Но ты казначей школьного совета, так что, уверен, все будет в порядке, пока ты выполняешь свою работу. Раз уж на то пошло, то Юки, как ответственная за общественные отношения, рискует сильнее всех.
Членам школьного совета обычно поручались задания, связанные с их должностями. Секретарь занимался протоколированием собраний, бухгалтер — ведением бюджета, сотрудник по связям с общественностью — изготовлением брошюр, листовок и так далее. И если управление бюджетом — дело закулисное, то дела по связям с общественностью — у всех на виду, поэтому, хотя подчеркнуть свои достоинства в этой работе было легко, скрыть свои ошибки гораздо сложнее. Так что неаккуратные листовки или брошюры могли уничтожить репутацию Юки. С другой стороны, Алисе, ее сопернице, не нужно было так уж переживать по этому поводу.
Обдумав ситуацию, Масачика пожал плечами и добавил:
— Впрочем, я уверен, что она с легкостью справится с любой задачей. Если и случаются какие-то ошибки в бухгалтерии, то обычно при пересчете остатка, а это уже после окончания фестиваля. Да и я буду рядом, чтобы помочь, так что переживать не о чем.
— О...
— Нет, правда. Не парься. Если будешь делать все так, как и в школьном совете, то все будет хорошо.
И хотя Масачика старался быть как можно оптимистичнее, Алиса все равно выглядела немного встревоженной и хмурилась, будто глубоко о чем-то задумалась.
«Пожалуй, для такого человека, как Алиса, предпочитающего работать в одиночку, это будет очень неудобно, а если ей еще и придется как руководителю группы отдавать приказы, то...»
Алиса была перфекционисткой, но она понимала, что для большинства людей ее представления об идеале слишком высоки. Тем более она понимала, что красноречия ей не хватает — воодушевить и замотивировать кого-то на активные действия у нее не выйдет, поэтому Алиса предпочитала всегда работать одна, не полагаясь на других.
«Перфекционизм не самая плохая черта для бухгалтера. Проблема в том, что она не любит работать в команде и ей придется научиться быть лидером, если она когда-нибудь решит стать президентом школьного совета...»
Но эту проблему за день не решить, и несколько добрых слов и похлопываний по спине не исцелили бы Алю от неприязни к командной работе. В жизни ничего не бывает так просто.
«В конце концов это может обернуться для нее хорошим опытом. Остается надеяться, что она использует эту возможность, чтобы потихоньку привыкнуть к командной работе».
К такому выводу пришел Масачика. Он прочистил горло:
— Кхм! Короче, почему бы нам не использовать это для установки взаимопонимания?
— М? О чем ты?
Алиса с любопытством посмотрела на Масачику, он спокойно смотрел на нее.
— Ч-что? — нервно спросила она.
В ее глазах читалось недоумение, но Масачика, не проронив ни слова, продолжал смотреть на нее.
— Эм... У меня что-то на лице? Ну скажи же что-нибудь? — смущенным и умоляющим тоном сказала Алиса, осматривая свое тело и ощупывая лицо.
— Прочитай по моему лицу, что я хочу сказать, — потребовал Масачика.
— А?
Алиса нахмурилась и уставилась прямо на него. Прошло целых десять секунд, прежде чем она отвела взгляд. Ее щеки покрывал легкий румянец.
— [Стой. Я еще не готова...]
— Отставить. Как думаешь, что я хочу сказать? — перебил ее Масачика, как только услышал многозначительный русский шепоток. Но, сделав короткий вздох, он все же решил просто сказать: — Я хотел, чтобы ты принесла мне кухонное полотенце.
— Что?.. И как я должна была это понять? Это просто смешно.
— Да ну? Нет, не так. Тебе на самом деле не нужно нести для меня полотенце. Дело не в этом. Я просто указывал на него глазами и как бы говорил: «Возьми его».
— Но...
— Хм... Ладно, давай попробуем еще раз, — предложил Масачика, чтобы подбодрить.
Он снова уставился на Алису, она решительно смотрела в ответ... но спустя несколько секунд вновь отвела взгляд.
— [Моя подмышка? Но это...]
— Ну правда! Что я хочу сказать?
«Она что, латентная извращенка? Только не говорите мне, что она какая-то придурочная», — подумал Масачика, глядя на ее странное смущенное лицо.
Досадливо почесав голову, он расслабленно откинулся в кресле. Масачика предчувствовал, что так и будет, но не ожидал, что общение взглядами вызовет столько сложностей. Юки сразу бы все поняла по его взгляду, жестам и мимике.
«Чтобы научиться так понимать друг друга, нужны время и практика... так что, видимо, для Али это пока сложновато».
Кроме Юки, единственными, кто мог хотя бы немного понимать Масачику без слов, были люди, которых он знал очень давно. Такеши и Хикару, например. Может быть, еще Тойя из школьного совета, но между ними была хорошая химия. К тому же Тойя был очень внимательным и чутким человеком, что тоже играло роль. Чисаки была не из тех, кто способен на что-то такое, а Мария и Аяно были слишком непринужденными и находились на совершенно разных с Масачикой волнах. Алисе же просто не хватало практики.
— Хм...
Это ставило их в слегка невыгодное положение на выборах, ведь умение быстро коммуницировать в критической ситуации способно спасти или уничтожить их кампанию. На самом деле именно полное понимание друг друга помогло Юки и Масачике преодолеть вместе столько препятствий, и поэтому он настолько сильно переживал, что с Алисой у них так не выходит.
— Раз думаешь, что так хорош, то давай попробуй сам.
— А?
Опустив взгляд, Масачика обнаружил, что Алиса неотрывно смотрит на него, поэтому он приосанился и встретился с ней взглядом.
— [Это случилось, когда мы были на пляже...]
— Стой. Молчи.
— Почему? Я думала, ты настолько хорош, что тебе достаточно просто проследить за языком моего тела, чтобы понять, о чем я думаю, так что для тебя должно быть несложно догадаться обо всем просто услышав мой тон на русском, разве нет?
— Это совсем не то же самое.
— [А днем ранее за завтраком...]
— Что? Так, хватит разговаривать, пока...
— [...ты случайно взял мою чашку].
«А-а-а-а?!»
— [Но, видимо, так и не понял этого].
«Я и не имел понятия!»
Масачика едва сумел сдержать вздох, услышав это неожиданное признание. Он тут же попытался вернуться к тому утру, но, как ни старался, не мог вспомнить тот момент. Стаканы у всех были абсолютно одинаковые, поэтому не исключено, что он взял чужой, но...
— [Ты допил все до последней капли, прежде чем я смогла сказать хоть слово, так что мне так и не представилось возможности рассказать тебе...]
По смущенному лицу Алисы стало ясно, что она не лжет.
«Тогда у нас случился непрямой поцелуй из-за того, что мы пили из одной чашки».
Масачика с пустым лицом уставился в никуда, губы Алисы все еще стыдливо, но изогнулись в дьявольской ухмылке.
— [Похоже на ту японскую традицию, где обмениваются чашками с саке и дают клятву. Как думаешь, это считается?]
«Не-а».
— [Возьми уж на себя ответственность за то, что сделал].
«У меня что, холодок пробежал по спине?»
Алиса продолжала болтать обо всем, что приходило в голову, уверенная, что Масачика не понимает, поэтому он, сдавшись, поднял руки.
— Погоди минутку. Я правда не понимаю, что ты делаешь. Весь смысл общения глазами — это передача идеи без слов.
— О, ну да.
Она наигранно пожала плечами и принялась обмахивать лицо.
«Если тебе неловко, то, может, с самого начала не стоило этого делать?»
Но Алиса, которая, казалось, о чем-то задумалась, совершенно не заметила его осуждающего взгляда.
— Ладно, тогда... давай я сделаю все так же, как ты.
Алиса перевела взгляд на окно, слегка улыбнулась и медленно сцепила руки. Затем она чуть согнула руки, словно прося о чем-то, и Масачика пришел только к одной мысли: «Хочу на свидание». Вот что Алиса пыталась сказать.
«Нгх!»
Он стиснул зубы, чтобы выдержать кошмарную боль. Если бы Масачика изо всех сил не ущипнул себя за ногу под столом, то ни за что бы не смог сохранить спокойное лицо.
«Я не могу сказать такое!»
Верный ответ, скорее всего, сделает ситуацию неловкой, а неверный заставит Алису думать, что Масачика слишком самоуверенный и бестолковый придурок. Что бы он ни выбрал, картина выйдет безрадостная.
— Ну? Уже догадался? Что я хочу сказать?
— Эм...
Алиса провокационно ухмыльнулась и скрестила руки на груди, как бы говоря: «У тебя ни одной идеи, да ведь?». Она недооценивала его. Алиса вела себя так, будто он ни за что никогда не сможет ни о чем догадаться, и по ее лицу было очевидно: она не сомневалась в том, что контролировала ситуацию. Масачике вдруг захотелось посмотреть на ее шокированное и смущенное лицо, но он тут же отговорил себя от этой затеи, ведь риск был слишком велик. Поэтому ему оставалось только выбрать простой и безобидный ответ, хотя Масачика и знал, что он был неправильным.
— Эм... Наверное, «Хорошая сегодня погодка?»
— Пф, — фыркнула Алиса, и на ее лице растянулась самодовольная ухмылка.
«Черт!»
Даже Масачика не смог удержаться от того, чтобы не скривить лицо, но она не обратила никакого внимания на его раздражение.
— Даже не близко, ясно? Ты и сам не умеешь читать людей, — нахально заявила Алиса. Ее слова сочились превосходством.
— И какой ответ был верным?..
— Я пыталась сказать, что летние каникулы почти закончились.
— Вот оно что, — ответил он, наблюдая за лицом Алисы, а затем непринужденно добавил: — А я уж было решил, что ты зовешь меня на свидание. Видимо, мне просто показалось.
— Ч-что?! Д-да ни за что. Тебе точно показалось...
Алиса подскочила, будто кто-то насыпал ей льда за шиворот, и быстро отвела взгляд. Масачика спокойно наблюдал за ней. Она просто не могла сделать все еще очевиднее.
— А. Ну да, думаю, ты никогда не сказала бы ничего подобного, даже в шутку, — ответил он, будто это было нечто само собой разумеющееся.
— Естественно...
— Так я и думал, — невозмутимо сказал Масачика.
Взглянув в его сторону, Алиса надулась.
— [Да что с тобой? Неужели будет настолько странно, если я приглашу тебя на свидание?]
«Эм...»
Услышав это, Масачика почувствовал укол вины, так что тут же попытался сгладить ситуацию.
— По крайней мере, такого со мной раньше не случалось. И я знаю, что девушки не приглашают парней на свидания. Если только в комиксах, — протараторил он, намекая, что странным было получить приглашение от девушки, а не конкретно от Алисы.
В ее глазах тут же сверкнула уверенность, а на губах заиграла самодовольная ухмылка.
— О боже. Какая жалость. Я даже не смогу сосчитать, сколько раз меня приглашали на свидание.
— Надо же. А ты когда-нибудь принимала хоть одно из этих приглашений?
Пальцы Алисы, что-то перебирающие до этого, замерли. Она отвела взгляд и пробормотала:
— Я ходила на несколько...
— Вот как.
Алиса взглянула на своего, казалось, совершенно не впечатленного одноклассника, затеребила кончики волос и пробормотала:
— [С тобой].
«О-о-ох...»
Иными словами, она никогда не была на свидании ни с кем, кроме Масачики. И хотя это не было для него чем-то неожиданным, когда Алиса сказала это вслух, полученного урона было не избежать. А потому Масачика просто стиснул зубы покрепче. Прошло еще несколько секунд, прежде чем выражение на лице Алисы сменилось шоком. Она вновь посмотрела на Масачику.
— Ч-чтоб ты знал, я никогда не ходила на свидания со всякими парнями, которые просто пытались подцепить меня!
— О, эм... Я об этом и не думал.
В школе она постоянно игнорировала симпатичных и умных парней из обеспеченных семей, так что не было ни шанса, что она пошла бы на свидание со случайным придурком из подворотни.
— Я сама выбираю, с кем ходить на свидания, и не хожу на них с кем попало!
— Хорошо...
Двадцать единиц урона по Масачике.
— Я-я хожу на свидания только с теми... кто мне нр... кому я доверяю!
— О, ясно.
Сорок единиц урона по Масачике.
— Л-ладно, я понял... не нужно объяснять.
Он отчаянно пытался защититься, но Алиса не останавливалась.
— Я бы ни за что не пошла на свидание с кем-то, кто мне не нравится!
Девяносто единиц урона по Масачике. Он выжил сохранив одно очко здоровья.
— Ох! Но это не значит, что ты мне не... Кхм. В общем, я не испытываю к тебе неприязни. Вот и все...
Алиса использовала свою «Застенчивость»! Масачика в нокауте!
***
— [Хи-хи. На меня накричали].
— [О чем ты думала, пробираясь в музыкальный класс чужой школы?]
— [М... Са-кун, я просто хотела послушать, как ты играешь на пианино].
— [Хм... Ладно, тогда приглашаю тебя на следующий концерт].
— [Что, правда?]
— [Да... У нас же был уговор...]
— [Спасибо! Буду ждать!]
***
— Ладно?..
— А!
Масачика пришел в себя, вскинул голову и обнаружил Алису, склонившуюся над столом и со скепсисом смотрящую на него.
— Извини... Я выпал на секунду.
— Ага... Точно.
Вдруг Алиса посмотрела на него с прищуром. Воздух вокруг нее похолодел.
— ?
«Почему она злится?» — приподняв бровь, задался вопросом Масачика. Что-то вдруг стукнуло его по ноге.
— Ой?!
Масачика вздрогнул от неожиданности. Сев обратно на стул, Алиса пнула его по голени.
— Ну что, проснулся?
— Ч-что?! Да я не спал!.. — оправдывался Масачика, свернувшись в клубок от боли, но взгляд Алисы все равно был холоден. Хотя, конечно, большинство людей расстроились бы, если их собеседник задремал бы посреди разговора.
«Если что, это твоя вина!»
Но если бы он начал спорить, то только вырыл бы себе могилу, так что у Масачики не было другого выбора, кроме как откашляться и вернуться к теме разговора.
— В общем... если нам все-таки придется общаться без слов...
В итоге, несмотря на явное недовольство Алисы, они стали практиковать разные виды зрительного контакта, и, к счастью или к сожалению, время потихоньку шло, а романтическая атмосфера испарилась.
— Этого должно быть достаточно. Кстати, для нашего с тобой тайного языка я постарался использовать не те шаблоны, что с Юки. Но она может нас расшифровать, если мы перестараемся, так что рядом с ней мы его использовать не будем.
— Хорошо.
— А еще... Хм... Наверное, нам стоит придумать какой-то знак для блефа.
— Зачем?
— Ну, знаешь, когда нужно блефовать во время переговоров. Например, сказать клубу, что мы уже получили разрешение от куратора курса... или когда нужно избежать разговора с кем-то, с кем тяжело общаться, можно сказать: «Меня попросили зайти в учительскую, так что мне нужно идти». Если я скажу так, а ты мне: «Ты о чем?», то человек поймет, что я соврал, и все будет испорчено. Поэтому я думаю, что нам нужно придумать какой-то сигнал, чтобы дать друг другу понять, когда мы блефуем.
— Точно...
Масачика ненадолго задумался над выбором сигнала, несмотря на явное смущение Алисы, и вскоре поднял левую руку.
— Придумал. Давай будем трогать волосы левой рукой? У тебя ведь есть привычка возиться с волосами? Тогда что насчет того, чтобы делать это левой рукой?..
— А твой знак?
— Я... могу чесать голову? Любая ситуация, в которой мы трогаем волосы левой рукой, подразумевает блеф. Договорились?
— Ладно... Хотя я, наверное, забуду.
— Ничего. Просто держи эту мысль в голове, — пожал плечами Масачика, затем приосанился. Перед следующим вопросом ему пришлось собраться, потому что он уже заставил его изрядно понервничать. — А что если мы не можем установить зрительный контакт? Один из вариантов, если мы находимся близко, это писать друг другу на ладони...
— Что?
— Как будто печатаем на клавиатуре, только вместо нее чужая ладонь. Например... делать это под столом или за спинами друг друга, — с сомнением объяснил он.
— ?!
Алиса мгновенно помрачнела, в чем не было ничего удивительного.
— Ты предлагаешь держаться за руки... и трогать ладони друг друга?
— Ну, скорее печатать на них, чем прямо трогать, конечно. Как будто печатаешь на старом телефоне: тапнуть по одной клавише несколько раз в зависимости от того, какая нужна буква. Левое поле ближе к запястью это буквы «а», «б» и «в», правее «в», «г», «д», а справа внизу — «отмена»... — объяснял Масачика, подняв левую руку и «тапая» по ней пальцем правой.
Алиса, задумчиво нахмурившись, выслушала его объяснения и, не скрывая скептицизма, сказала:
— Так, ну, принцип мне понятен... но это разве не слишком тяжело? Может, для того, кто «печатает», это не так уж и сложно, но вот для того, кто «читает»...
— Да, понадобится время, но, как только привыкнешь, сможешь общаться таким способом так же легко, как говорить.
— Конечно, но... я не хочу, чтобы ты щупал мои руки, — ответила Алиса. Реакцией на этот невероятный шпионский план стало ее кислое лицо.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...