На следующий день после школы каждый член ученического
совета был занят различными приготовлениями к церемонии завершения семестра и к
встречам с определенными группами. Две трети учеников бродило вокруг школы,
держа в руках график выполнения работ церемонии.
В то же время Масачика и Алиса, уже закончившие все
приготовления, репетировали завтрашнее выступление на сцене в спортзале.
— На этом у меня все. Большое спасибо за внимание.
Стоявший перед сценой Масачика захлопал только завершившей
свою речь Алисе.
— Хорошо. Если ты сможешь повторить это в день выступления,
то все будет в порядке.
Лицо спускавшейся со сцены Алисы выглядело немного
взволнованным.
— Точно... Даже в день выступления...
— Все еще волнуешься? Ты без запинки разговаривала даже на
тех дебатах.
— В тот раз... Я могла так говорить, потому что
сконцентрировалась на самой себе. Да и завтра ведь будет больше людей, чем
тогда?
— Ну, все ученики нашей школы завтра будут здесь. Весь
спортзал будет заполнен.
Не было смысла ее обманывать, так что Масачика, пожав
плечами, ответил ей честно. Затем он обернулся и небрежно сказал:
— Но от этого твоя задача не меняется. Не важно, как много
будет людей, если ты сосредоточишься на том, что хочешь сказать...
— Я думаю, этого все еще недостаточно.
— Хм?
— Прошлые дебаты... Я поняла, что ты имел в виду. Существует
большая разница между разговором с самой собой и с аудиторией. Особенно во
время речи. Мне кажется, я должна смотреть в глаза зрителям, — серьезно сказала
Алиса, опустив глаза.
Затем она перевела взгляд на Масачику.
— Как мне общаться со зрителями так же, как ты?
В ответ на ее вопрос Масачика почесал голову, восхищаясь
амбициозностью Алисы.
— Хоть ты и спрашиваешь это у меня, я сам не знаю ответа,
ведь это дело привычки. По крайней мере ты должна уметь разговаривать без
запинок, не подсматривая текст, менять интонацию и делать паузы в ответ на
реакцию зрителей... и еще иногда вставлять шуточки, чтобы поддерживать у них
интерес...
— ...
Услышав слова Масачики, Алиса тут же застыла со сложным
выражением лица. Он понял, что потребовал слишком многого, и, ухмыляясь,
добавил:
— Ну, невозможно сразу же сделать все идеально. Как я уже
говорил, это дело привычки... В этот раз хватит того, что ты просто будешь
смотреть вперед и говорить открыто.
— Этого хватит?
— Да. Воспринимай это как тренировку перед избирательной
кампанией. Я же говорил тебе вчера. Если будешь слишком соревноваться с Юки,
потеряешь всю уверенность.
— !!!
Алиса широко раскрыла глаза от услышанного и поняла, что в
глубине души очень не хотела проиграть Юки и боялась этого. Масачика легонько
похлопал ее по плечу и, понизив тон, сказал:
— А что, если... я расскажу тебе секретный прием, который
поможет и успокоиться и завладеть вниманием аудитории?
— Секретный прием?
— Да.
Увидев, как поднимаются брови Алисы, Масачика тихо рассказал
ей. Алиса сильно удивилась, узнав, что это за прием, и, подняв брови, задала
уточняющий вопрос:
— Это и есть секретный прием?..
— Ну как? Все ведь легко? Но при этом эффективно.
— Ага. Я попробую...
Масачика улыбнулся кивнувшей с серьезным выражением лица
Алисе. Затем они услышали голос с другой стороны сцены.
— Готовитесь к завтрашнему дню?
Они одновременно повернули головы и увидели Юки с ее обычной
улыбкой. Стоявшая позади нее Аяно безэмоционально кивнула Алисе и Масачике.
— Вы закончили со своими приготовлениями?
— Да. Все прошло отлично.
Они обменялись парой фраз в дружелюбной манере, но между
ними чувствовалось необычное напряжение. Медленно приближаясь к Масачике, Юки прикрыла
рот рукой и склонила голову.
— Хи-хи-хи. Что такое? Масачика-кун, твое лицо выглядит
весьма пугающе.
— Как ты смеешь говорить так бесцеремонно?.. Неужели твоя
маска молодой леди износилась?
— Ох-ох. Хи-хи-хи.
Юки немного прикрыла глаза, выдав идеальную улыбку
воспитанной молодой леди. Взгляд, проглядывавший из-под прикрытых век, был
холодным и без малейшего намека на дружелюбие. В ответ на взгляд, который мог
бы вызвать мурашки у большинства людей, Масачика пожал плечами и повернулся к
стоявшей позади него Алисе.
— Ты ведь и сама видишь? Вот какая она на самом деле. Как я
и говорил, не обманывайся ее вежливым личиком.
— Д-да...
— Ох, Аля-сан, я тебя разочаровала?
Алиса медленно помотала головой в ответ.
— Нет. Я немного удивлена, но не разочарована.
— Ох...
— Мы пока не очень хорошо знаем друг друга. Нет ничего
странного в каких-то изменениях и в том, что ты показала свою реальную сторону.
— ...
— Но... Ты правда хочешь дружить со мной?
— Да... Конечно.
— Тогда все в порядке.
Глаза Юки широко раскрылись от удивления: она не ожидала,
что Алиса так легко уступит.
— Более того... Благодаря Юки-сан я смогла взглянуть на себя
под другим углом.
— И под каким же?..
Прямо посмотрев на Юки, с лица которой исчезла фальшивая
улыбка, Алиса наклонила голову и сказала:
— Юки-сан, в тот раз ты спросила меня, почему я хочу быть
президентом ученического совета... Завтра ты узнаешь ответ на этот вопрос. А еще
у меня будет больше поддержки, чем у тебя.
Услышав громкое заявление Алисы, Юки моргнула и захихикала:
— Хи-хи. Аля-сан действительно прямолинейный... и хороший
человек.
— Ч-что за?..
Взгляд Алисы забегал из-за неожиданной похвалы. Однако Юки
без какого-либо смущения продолжила:
— Вот, что я на самом деле чувствую. Я рада дружить с
Алей-сан.
— ...
Когда Алиса отвернулась так, будто больше не могла этого
выносить, Юки продолжила с еще более широкой улыбкой:
— Такой замечательной Але-сан... я хочу сказать только одно.
— Что?..
— Касательно моего брата, которого «больше нет». Я ведь не
имела в виду, что он мертв.
— А?
Юки злорадно и шаловливо улыбнулась обернувшейся Алисе.
— Он просто ушел из дома. Хотя он и оборвал все связи с
семьей Суо, он все еще жив и здоров.
— Ч-что?!
Алиса вдруг засмущалась из-за своего недопонимания и
уставилась на Юки. Холодно улыбающийся Масачика встал перед Юки, закрыв ее от
взгляда Алисы.
— Слава богу! Я рад, что ваша с Алисой дружба не
испортилась.
Его неестественно радостная улыбка заставила Юки
насторожиться и снова натянуть улыбку молодой леди.
— Ох-ох. Ты так говоришь... будто наша дружба была на волоске.
— Да нет. Я просто думал, что ты не осмелишься действовать
таким образом.
Говоря это радостным голосом и улыбаясь, Масачика подошел к
Юки и Аяно. Алиса смотрела на него немного обеспокоенно, но Юки продолжала
улыбаться, хоть ее брат и стоял прямо перед ней.
— Ох. Возможно... ты злишься, ведь я намеренно нацелилась на
нее, пока ты болел?
— Не в этом дело. Это нормально нападать на людей, пока они
ослаблены. На самом деле ты проделала замечательную работу, дав мне лекарство с
побочными эффектами так, чтобы я этого не понял.
— Это честь для меня.
Хоть он и говорил так, от его улыбки волосы Юки вставали
дыбом. Аяно, на которую Масачика бросил короткий взгляд, чувствовала то же
самое. Они обе покрылись холодным потом, когда Масачика смерил их взглядом.
Однако, несмотря на мрачную атмосферу, Масачика радостно продолжил:
— А-ах. Что же у меня за чувство такое? Не совсем понимаю...
Если выразить его словами, то часть меня хочет погладить по голове милую
собачку, посмевшую меня укусить, а другая часть хочет выдрессировать ее так,
чтобы она меня никогда больше не кусала. Что это за чувство?
Это были весьма пугающие слова, но Юки не стала его
недооценивать. Увидев брата настолько серьезным, чего не случалось уже давно,
вежливое выражение исчезло с ее лица. Внутренне Юки была немного напугана, но
еще сильнее восхищена. Это выражалось в ее горящих глазах и яростной улыбке.
Увидев сестру такой, Масачика яростно улыбнулся в ответ.
— Но я хочу сказать одну вещь...
Затем, смотря прямо на Юки, он продолжил говорить без
какой-либо улыбки:
— Если посмела укусить, то должна стиснуть зубы, верно?
Его взгляд выражал чувство превосходства, дающее понять, что
он вовсе не был загнан в угол. Юки и Аяно поняли, что наступили на хвост
спящему льву.
Ха-ха-ха... Я думала
немного раздразнить его, но... видимо, я все еще слишком наивна.
Это было очевидным объявлением войны от ее брата. Однако Юки
это было на руку. Если была возможность сражаться напрямую, Юки бы несомненно
ей воспользовалась. Она дрожала, и Аяно тоже трепетала от внимания и
возбуждения, направленных на нее... хотя и непонятно, какого возбуждения искала
Аяно. Подавляющее напряжение заполонило всю сцену, будто это был день
выступления. Однако эта атмосфера была мигом разрушена голосом, прозвучавшим
из-за кулис:
— Эм. Не уделите мне немного внимания? Мне нужно все тут
проверить перед завтрашним днем...
Когда они все одновременно повернули головы в направлении
источника голоса, то увидели трех учеников второго года из ученического совета...
Масачика и Юки умерили свой пыл и направились к стоявшему с застывшим
выражением лица Тойе. Алиса и Аяно тоже расслабились и пошли за ними. Хотя ему,
кажется, и было неловко из-за напряженной атмосферы, Тойя продолжил говорить на
тему подготовки к завтрашней церемонии завершения семестра. Наконец, зашла тема
о порядке выступления членов совета.
— Теперь о важном: приветственные речи членов ученического
совета... Как президент, я буду первым, затем вице-президент Чисаки, потом Куджо
и, наконец, учащиеся первого года. Так как в этом году членов совета не так
много, лимита по времени не будет, но, пожалуйста, уложитесь в три минуты. У
вас есть другие вопросы?
Алису заранее ввели в курс дела, так что никто не поднял
руку, чтобы задать вопрос. Увидев, что все они кивнули, Тойя с некоторой
неохотой перевел внимание на четырех первогодок:
— В таком случае порядок вступительных речей кандидатов... Как
нам его определить? В прошлом году это решалось игрой в камень-ножницы-бумагу.
Услышав его слова, Юки и Алиса переглянулись, и Юки,
улыбаясь, наклонила голову.
— Я не против.
Алиса попыталась согласиться со словами Юки, но до того, как
это произошло, Масачика сказал:
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...