Деловой приём, проходивший в шумном европейском мегаполисе, устраивал всемирно известный конгломерат — Чжэньбэй Групп. И организаторы, и гости из-за океана в каком-то смысле были «семьёй», принадлежа к этой финансовой федерации мирового уровня.
Если присмотреться к пропорциям собравшихся, кроме людей из большой структуры Чжэньбэй Групп, «внешних» гостей оказалось не так уж много — всего около трети от общего числа.
Разумеется, эти люди были либо местными знаменитостями, либо представителями уважаемых деловых семей.
Одной из самых заметных фигур на приеме оказался пятидесятилетний мужчина с азиатскими чертами лица, широкими скулами и ярким взглядом. Его звали Сюй Юньцун.
К нему то и дело подходили, чтобы завести разговор о сотрудничестве и заключении сделок.
Стоит отметить, что Сюй Юньцун был одним из региональных управляющих Чжэньбэй Групп по Большому Китаю, курирующим предприятия группы в нескольких провинциях.
Современный Китай быстро развивался, и даже на фоне глобального экономического спада страна продолжала показывать уверенный рост.
Естественно, это привлекало бизнесменов со всего мира.
Столкнувшись с непрекращающимся потоком знакомств и разговоров, господин Сюй казался совсем невозмутимым.
Его изящество и самообладание поистине восхищали.
Пообщавшись с несколькими только что ушедшими финансовыми магнатами, Сюй Юньцун перевел дыхание, прежде чем услышал, как кто-то окликнул его неподалеку: «Господин Сюй?»
Говоривший владел идеальным мандаринским диалектом.
Проговорив весь вечер по-английски, Сюй немного устал, поэтому родная речь принесла ему некоторое облегчение.
Сюй улыбнулся и обернулся, но с удивлением обнаружил, что его приветствует европеец.
Этот мужчина выглядел дружелюбным и довольно молодым — особенно по сравнению с предыдущими собеседниками с проседью на висках, он казался много младше.
— Вы... Господин Келсон, президент Кевин, — с улыбкой сказал Сюй, на секунду заминув перед тем, как перейти на китайский.
В деловом мире связи были превыше всего.
Если человек не способен запоминать людей, вряд ли его можно назвать толковым бизнесменом.
Подобно многим успешным людям, Сюй обладал природным даром к распознаванию лиц и отчетливо помнил людей даже после одной встречи, несмотря на всю схожесть иностранцев между собой.
— Польщен тем, что господин Сюй меня помнит, — с улыбкой сказал Кевин, приподнимая бокал.
Сюй в ответ поднял свой бокал и всё с той же улыбкой сказал: «Господин Кевин, ваш мандаринский диалет очень хорош, это поистине впечатляет».
Сюй хвалил именно Кевина, а не компанию Келсон. В этой обстановке Келсон не выделялась ни масштабами, ни прибыльностью — в лучшем случае это был середняк.
Обменявшись любезностями, Сюй ожидал, что Кевин, как и все остальные, заговорит о сотрудничестве и развитии.
При этом в уме лихорадочно крутились мысли.
Какую пользу бизнесу в его ведении могла принести компания Келсон, если действительно втянуть ее в дело?
К тому же, стоило подумать, можно ли использовать Келсон для выхода на этот рынок.
Впрочем, немного поразмыслив, Сюй пришел к выводу, что сотрудничество с Келсон вряд ли окажется выгоднее партнерства с теми немногими компаниями, с которыми он беседовал ранее.
Разумеется, по привычке Сюй все же обдумывал возможные пути взаимодействия между двумя сторонами.
Усердное и гибкое мышление как раз и отличало квалифицированного бизнесмена.
Сюй неизменно сохранял полезную привычку подходить ко всему осмысленно.
Однако стоявíший перед ним Кевин лишь улыбнулся и не стал заводить речь о каком-либо сотрудничестве; вместо этого он принялся расхваливать управленческую систему Чжэньбэй Групп и разнообразие ее филиалов по всему миру, выражая свое восхищение.
Когда же беседа коснулась региона Большого Китая, Кевин и вовсе осыпал его комплиментами.
Сюй слегка опешил. Хотя он терпеливо слушал с улыбкой и время от времени кивал, в душе он не мог отделаться от удивления.
Неужели этот молодой президент действительно тратил столь драгоценную возможность лишь на то, чтобы польстить организационной структуре Чжэньбэй Групп и ее образцовым порядкам?
О чем только он думал!
Многие гости неподалеку хотели пообщаться с Сюй Юньцуном или хотя бы послушать разговор, но, столкнувшись с быстрой китайской речью, сохраняли изящные, но холодные улыбки, хотя в их глазах мелькало замешательство.
Помявшись немного вокруг и ничего не поняв, они с улыбками удалились, намереваясь вернуться позже.
Сюй выслушивал Кевина больше десяти минут.
Если бы в разговоре прозвучали какие-то дельные предложения — другое дело, но слушать эти банальные и пустые речи было утомительно.
Сюй уже начал раздражаться.
— Господин Кевин, неужели это всё, что вы хотели обсудить со мной до конца приема? — с улыбкой прервал его Сюй, улучив паузу.
Его тон оставался вежливым и вовсе не звучал резко, в нем все еще чувствовалась серьезность: если они намеревались говорить только об этом, то лучше было сразу прекратить!
Кевин рассмеялся в ответ.
Мысль, которую Бай Сяошэн поручил ему передать, была краткой, но подготовка почвы имела решающее значение.
— Я слышал, что в вашей организационной структуре есть одно интересное правило, господин Сюй. Хотя вы являетесь региональным главой и руководите несколькими провинциальными директорами, если трое или более из этих руководителей объединятся, они могут потребовать от штаб-квартиры начать расследование насчёт самого регионального главы?
Поскольку они уже завели разговор об организационной структуре и правилах управления, упоминание Кевином этого нюанса не казалось чем-то неуместным.
Улыбка Сюй Юньцуна слегка померкла. — Господин Кевин, вы даже об этом осведомлены, а ведь это наша внутренняя политика!
Кевин сердечно рассмеялся: — Мне просто любопытно. Хотя это внутренний регламент вашей группы, большим секретом он не является, верно?
— Просто я думаю: господин Сюй ведь не может гарантировать, что каждый подчиненный ему глава провинциального филиала — его верный человек. Иногда, даже понимая, что кто-то подослан кем-то другим, от него нельзя избавиться без веской причины — чтобы избежать открытого столкновения, приходится проявлять осторожность.
Слова Кевина звучали с определенным подтекстом.
Взгляд Сюй Юньцуна сузился, но улыбка не исчезла с лица.
— И все же в этом есть и плюс: такой человек может послужить связующим звеном, мостом для удобного общения с коллегами или даже для ведения каких-то дел, — продолжил Кевин.
— Господин Кевин, я понятия не имею, о чем вы говорите, — Сюй Юньцун подался на полшага вперед и под прикрытием улыбки понизил голос: — Что именно вы пытаетесь сказать? Переходите к делу.
Сюй Юньцун предпочитал говорить напрямую.
Кевин улыбнулся: — Полагаю, если через этот мостик заключить сделку с равной по силе стороной, использовав незначительную пешку в обмен на огромную выгоду, вы сочтете это очень привлекательным, не так ли?
Сюй Юньцун посмотрел на Кевина.
— Например, пожертвовав неким Шан Вэньшу! — Кевин сразу перешел к сути.
Шан Вэньшу!
Улыбка Сюй Юньцуна исчезла. Он в упор посмотрел на Кевина тяжелым взглядом, и в его глазах мелькнула опасная искра.
— Кто вам всё это рассказал, господин Кевин? — спокойно спросил Сюй Юньцун, и во взгляде его залегла мрачность.
Теперь стало очевидно: у Кевина была конкретная цель!
— Что, если я скажу, что дружу с господином Шаном, вы поверите? — ухмыльнулся Кевин. — Когда товарищ попадает в беду, по-дружески протянуть руку помощи — разве это не тот случай, когда со стороны виднее?
— О, а когда я пригляделся, передо мной открылась прелюбопытная картина. Полагаю, он вам неугоден, раз вы использовали моего друга как пешки!
— И тогда я задумался: быть может, вы считаете, что даже если Шан Вэньшу уйдет, и на его место противник подсадит своего человека, вам не о чем беспокоиться, ведь вы всегда можете его уволить?
— Наконец, по вашему регламенту, угрозу для вас представляют сразу три провинциальных руководителя!
— Но вы хоть раз задумывались... — Кевин сделал драматическую паузу, — помимо этой известной пешки, они могли внедрить еще одну, скрытую фигуру! Как только Шан Вэньшу потеряет свой пост, угроза вашему положению станет вполне реальной!
Глаза Сюй Юньцуна остро блеснули, он не сводил взгляда с Кевина.
— Вы все это время думали, что они охотятся на Шан Вэньшу и максимум хотят занять его кресло.
— Но задумывались ли вы о том, что если...
— На самом деле им нужно ваше место!
Взгляд Сюй Юньцуна сузился и стал острым, как клинок.
Кевин снова улыбнулся, наконец-то полностью передав слова, которые велел донести до него Бай Сяошэн.
— Мой друг сказал: «Неужели вы думаете, что кто-то вроде Шан Вэньшу стоит столь высокой цены?»
Сюй Юньцун молчал.
Пока люди хранят молчание, истина остается скрытой.
Даже если прежде закрадывались какие-то подозрения, можно было списать всё на излишнюю мнительность, надеясь, что противники не зайдут так далеко.
Но когда те же сомнения озвучивает посторонний человек, всё ощущается совсем иначе.
Если намерения условного Сыма Чжао видны всем вокруг, кроме тебя самого, это верх глупости!
Сюй Юньцун холодным взглядом уставился в глаза Кевину и продержался так целых десять секунд.
В мыслях он лихорадочно перебирал всю сложившуюся обстановку.
Чем больше он думал, тем более неестественным всё выглядело.
Но мог ли Кевин додуматься до такого самостоятельно?
Кевин утверждал, что он друг Шан Вэньшу, и разбирал внутренние дела корпорации ради товарища — неужели посторонний способен видеть всё настолько ясно?
Или же сам Шан Вэньшу во всем разобрался и задействовал Кевина как вестника?
Сюй Юньцун на мгновение задумался, мрачное выражение на лице вдруг рассеялось, уступив место радушной улыбке.
Сюй Юньцун даже похлопал господина Кевина по плечу, продолжая улыбаться.
— Господин Кевин и вправду так переживает за положение своего друга — это похвально!
— Да и сам ваш друг — человек неплохой!
— Только вот шутка, которую вы сейчас рассказали, не очень-то смешная.

Комментарии

Загрузка...