Зал погрузился в абсолютную тишину; все, словно зачарованные, следовали взглядами за Бай Сяошэном, который продолжал играть.
Говорят, мужчина особенно хорош, когда целиком сосредоточен на каком-то деле. Бай Сяошэн, и без того привлекательный и полностью погруженный в музыку, исполнял мелодию, которую смело можно было назвать самой Небесной Мелодией.
В этот момент он выглядел просто потрясающе красивым!
У многих женщин едва ли не искрились глаза от восхищения.
Разве может мужчина быть настолько хорош собой?!
Чэнь Цзютянь, Чэнь Цзючжэн, Чэнь Чанлуо, Сун Яньжань, Чжэн Цинхун, Му Бэйчэнь, а также сидевший в уголке Чэнь Чанцин — у всех на лицах застыло одно и то же выражение. Вернее, полное его отсутствие! Они были настолько шокированы, что ничем не отличались от остальных присутствующих и даже не успели прийти в себя.
В тот же миг мелодия вдруг оборвалась.
Под всеобщими взглядами Бай Сяошэн размял пальцы и с улыбкой поднялся: — Извините, прошу прощения, я давненько не играл, немного растерял форму.
Бай Сяошэн был не прочь немного похвастаться перед публикой.
И это с такой-то скоростью он растерял форму?! Многие невольно простонали про себя.
Это же просто невероятное хвастовство!
— Потрясающе! — неожиданно восторженно воскликнул Егор.
Все вокруг испуганно вздрогнули.
Пусть по-русски никто не понимал, но, глядя на столь уважаемого и взволнованного фортепианного мастера, они легко догадались, о чём речь.
Сам маэстро был впечатлен!
Лицо Чэнь Чанлуо потемнело: маэстро пришел в восторг, и отрицать это не получалось, как ни старайся!
Лицо Егора сияло от восторга, и он тут же принялся приглашать Бай Сяошэна дать концерт в стране УЭ. Если тот согласится, он готов взять на себя все хлопоты, чтобы Бай Сяошэну ни о чём не пришлось беспокоиться.
— Быть может, в будущем представится такая возможность! — поспешил утешить взволнованного маэстро Бай Сяошэн.
Наконец Егор немного успокоился.
Бай Сяошэн глубоко вздохнул, а затем с улыбкой повернулся к Чэнь Цзютяню: — Благодарю за щедрость, господин Чэнь!
После этого он взглянул на Чэнь Чанлуо: — Не забывай, брат Чэнь, с тебя миллион!
Две минуты — и два миллиона!
Бай Сяошэн тоже был невероятно доволен.
Лицо Чэнь Чанлуо то зеленело, то белело; он всё еще не мог оправиться от шока, но теперь в его душе закипала лютая злость на Бай Сяошэна.
Этот Бай своими навыками воочию доказал всем, что он и впрямь силен, а невежественным глупцом на его фоне выглядел как раз-таки сам Чэнь Чанлуо.
Униженный Чэнь Чанлуо увидел, что Бай Сяошэн намерен уходить, и яростно заорал: — Стоять! Ты играешь на пианино лучше меня, но я владею и другими инструментами. Давай сыграем на них!
Похоже, Чэнь Чанлуо надеялся хоть в чём-то одержать победу, чтобы вернуть себе хоть капельку лица.
Бай Сяошэн тут же рассмеялся: — Как насчет такого: я пойду первым и сыграю на одном инструменте, а если ты сумеешь меня превзойти, я признаю свое поражение. В противном случае — по условным правилам с тебя миллион!
— Смеешь ли ты? — добавил Бай Сяошэн.
На этот раз он взял инициативу в свои руки, напрочь загнал Чэнь Чанлуо в угол.
Брошенные при всех слова «Смеешь ли ты» нанесли гордости Чэнь Чанлуо сокрушительный удар.
— Держу пари! — выкрикнул Чэнь Чанлуо. — Но инструмент выбираю я!
— Идёт! — согласился Бай Сяошэн.
— Скрипка!
Бай Сяошэн улыбнулся, взял у музыкантов скрипку и безупречно исполнил сложнейшую композицию!
Чэнь Чанлуо побледнел: он прекрасно понимал, что не сможет тягаться с этим парнем, но уступать по-прежнему отказывался.
— Виолончель!
Бай Сяошэн подошел к инструменту, сыграл пьесу и снова продемонстрировал мастерство высшего класса!
У Чэнь Чанлуо покраснели глаза, он отказывался верить происходящему.
— Туба!
Бай Сяошэн шагнул вперед, выдал короткий отрывок — и вновь показал первоклассную игру!
Во взгляде Чэнь Чанлуо промельтнуло отчаяние: ему было не превзойти Бая ни в чём! Этот проклятый малый просто монстр!
Егор смотрел на Бай Сяошэна так, будто из глаз маэстро вот-вот брызнет свет.
Не только Егор — вся аудитория замерла в оцепенении.
— О боже мой, он владеет таким количеством инструментов!...
— И на каждом играет виртуозно, просто уму непостижимо!...
— Сколько же времени нужно было учиться, чтобы достичь такого уровня? Он просто музыкальный гений!...
— Впечатляет! К тому же он только что за пару минут заработал сотни тысяч... Небеса, да это же куда прибыльнее, чем вести бизнес!...
По залу пронесся оживленный гул.
Чжао Цяньцзэ была безумно счастлива.
Она окинула взглядом остолбеневшего Чжэн Цинхуна, а затем посмотрела на совсем потерянного Му Бэйчэня.
Даже сидевшая напротив Сун Яньжань не могла скрыть своего крайнего изумления.
— Видите? Это и есть Бай Сяошэн, бросить вызов которому вы все так рвались!...
— Он в сотню раз лучше каждого из вас, но при этом не кичится и не шумит. Он побеждает сдержанно и со вкусом!...
Чжао Цяньцзэ так и подмывало зааплодировать Бай Сяошэну.
Бай Сяошэн направился к ударной установке, ожидая, продолжит ли Чэнь Чанлуо свой вызов.
По миллиону за раз — почему бы не заработать, раз подвернулась такая возможность.
Теперь, с учетом того, что пообещал Чэнь Цзютянь, у него уже набралось пять миллионов!
Бай Сяошэн был необычайно доволен.
Изначально на его счету было всего несколько сотен тысяч, а теперь сумма выросла в разы. Поразмыслив, он понял, что действительно должен поблагодарить Чэнь Чанлуо, который так жаждал публично унизить его.
— Хватит, больше не нужно пробовать!...
Обрывки разговоров вокруг наконец донеслись до сознания Чэнь Чанлуо. За каких-то пару минут он лишился четырех миллионов!
Да еще и позволил Бай Сяошэну бесплатно покрасоваться перед публикой.
Это был поистине позор, в котором он потерял и деньги, и лицо!
— Мои деньги мне не с неба упали! — Чэнь Чанлуо пронзила острая боль.
— Больше не ставишь? — Бай Сяошэн с улыбкой остановился.
Настроение у него было просто превосходное, и в груди даже приятно зудело от желания продолжить игру.
Тем более что раз уж выдался редкий шанс продемонстрировать свое превосходство, грех было упускать возможность неплохо заработать!
«Когда я выигрываю, мне всегда мало», — мысленно усмехнулся Бай Сяошэн.
Если Чэнь Чанлуо больше не хочет держать пари, он найдет другого соперника.
Взгляд Бай Сяошэна сместился и упал на Егора.
Говорят, слава у этого иностранца гремит на весь мир...
— Господин Егор, не желаете заключить со мной пари? — с улыбкой спросил по-русски Бай Сяошэн.
Егор тут же опешил.
Только что кто-то из музыкантов, понимавших по-китайски, вкратце рассказал ему о недавнем споре между этими двумя парнями.
Неужели этот юноша хочет бросить вызов и ему тоже?
— Я тоже владею всеми этими инструментами, но на что мы будем спорить? — с улыбкой поинтересовался Егор.
Ему самому стало любопытно.
Бай Сяошэн указал на кофр для аппаратуры оркестра и со смехом провел выпад: — Я сыграю одну пьесу, и если маэстро Егор сочтет мое исполнение достаточно хорошим, пусть ваш коллектив бесплатно выступит для меня. Если же нет — считайте это моим бесплатным подарком вам, как вам такое?
Маэстро Егор удивленно уставился на кофр.
Внутри ящика с оборудованием находился эрху.
— Это китайский инструмент, который я купил вчера. Ты хочешь сыграть на нем? — Егор перевел взгляд на музыкантов.
Ставка была немаленькой — на кону стояло выступление всего оркестра.
— Господин Егор, соглашайтесь на пари!...
— Да, нам тоже хочется услышать, как традиционные китайские инструменты звучат в его руках и на что он способен...
— Мы за!...
Музыканты один за другим поддержали идею.
— Отлично! — Маэстро Егор повернулся к Бай Сяошэну и с улыбкой бросил: — Я принимаю вызов.
Разговор Бай Сяошэна с Егором велся по-русски, но кое-кто из гостей знал язык, и слухи мгновенно разнеслись по залу, быстро просветив остальных.
Бай Сяошэн намерен сыграть на спор с оркестром из страны УЭ!
Интерес публики моментально взметнулся до небес.
Бай Сяошэн подошел ближе и поднял эрху.
— Полагаю, все вы слышали эрху и знаете, что его мотивы обычно наполнены либо теплыми воспоминаниями, либо глухой тоской. Но на самом деле он способен на куда большее, — улыбнулся Бай Сяошэн. — Просто послушайте...
Мысленно Бай Сяошэн обратился к Красной Лотос: — Красная Лотос, «Полет шмеля» на эрху!
— Хорошо, хозяин! — отозвалась она.
Эрху в руках Бай Сяошэна вдруг ожил.
Шмель взмыл ввысь вновь, на этот раз сА струн эрху; десять пальцев двигались с невероятной, ослепительной скоростью.
Это поистине стало пиршеством для глаз и ушей.
В конце композиции в зале воцарилась абсолютная тишина.
— Я сыграю для тебя бесплатно, мой друг! — неожиданно выкрикнул Егор.
Зал снова взорвался овациями.
Сжав зубы так, что побелели губы, Сун Яньжань смотрела на происходящее глазами, полными ярости и шока: — Нет, я не могу вот так просто сдаться!
Тихо поднявшись с места, она прямиком направилась к Чэнь Чанлуо!

Комментарии

Загрузка...