— Довольно оперативно, — усмехнулся Лу Чжао про себя. Холодная ухмылка лишь на миг тронула губы и тут же исчезла, оставив выражение сдержанной радости.
Должность адъютанта-советника по боевой подготовке без поддержки Люй Цзиньшаня была равносильна ссылке на «скамью запасных». Этим приказом его явно пытались убрать с передовой.
Хорошая новость заключалась в том, что он стал капитаном, что давало и статус, и определенные рычаги.
Жалованье вырастет на пятьсот юаней, а квота на бесплатные биодобавки увеличится на один флакон.
С точки зрения полномочий, теперь он мог командовать подразделением до ста двадцати человек вместо прежних шестидесяти.
Что касается продвижения к званию старшего офицера, то заслуга второй степени, которую Люй Цзиньшань намеренно «мариновал», должна была пройти все инстанции к концу года. Теперь, став капитаном, Лу Чжао мог подать прошение о сокращении срока выслуги для получения майора.
Без этого пришлось бы ждать еще год, а то и два. Это было именно то, чего Люй Цзиньшань боялся больше всего: в Федерации всё шло строго по закону. Если Лу Чжао получал звание, задвинуть его обратно становилось невозможно.
Потому сейчас старик и ограничился «горизонтальным» переводом на штабную должность в надежде, что тот закиснет в кабинетах.
Но было уже поздно.
Внутренняя власть не всегда конвертируется в авторитет, а сила приказа держится не только на печати. Советник по подготовке – должность формальная, но реальная сила оставалась за офицерами «в поле».
...
Кабинет начальника погранпункта.
Лу Чжао трижды отчетливо постучал в дверь. Услышав сухое – Войдите, – он толкнул створку.
Люй Цзиньшань сидел за массивным столом, углубившись в кипу бумаг с крайне сосредоточенным видом.
Лу Чжао едва сдержал ироничную улыбку. Дел на погранпосту всегда хватало, но большую их часть разгребали заместители и младшие офицеры. Начальнику совершенно не требовалось вникать в каждую мелочь.
За четыре года службы здесь Лу Чжао досконально изучил повадки Люй Цзиньшаня. Тот любил свалить всю грязную и тяжелую работу на подчиненных, а сам предпочитал пить чай за чтением газет, появляясь лишь тогда, когда нужно было поставить подпись или присвоить чужой успех.
— Капитан Лу Чжао прибыл по приказу о назначении на должность адъютанта-советника. Жду указаний по времени вступления в должность, — четко отрапортовал он, вскинув руку к козырьку.
— М-м, — буркнул Люй Цзиньшань, даже не подняв глаз.
Лу Чжао замер в пяти шагах от стола, вытянувшись в струнку. Прошло полчаса.
Первым не выдержал Люй Цзиньшань. Шея затекла, играть роль великого труженика стало невмоготу. Он бросил взгляд на застывшего, словно изваяние, Лу Чжао. Их глаза встретились, и начальник тут же неловко отвел взгляд.
С того момента, как Лу Чжао безропотно принял тот самоубийственный приказ, Люй Цзиньшань испытывал к нему смесь иррационального страха и ненависти.
В этом парне он видел отголоски той яростной эпохи сорокалетней давности, дух которой давно выветрился из нынешних чиновников.
— Поздравляю с повышением, капитан Лу, — выдавил Люй Цзиньшань с фальшивой улыбкой. — Ты ведь на Муравьином хребте уже четыре года, верно?
Лу Чжао промолчал, продолжая спокойно смотреть на него.
Дисциплина обязывала его к уважению формы, но не к участию в лицемерных беседах.
— С твоим дипломом ты не должен был застрять здесь. Знаешь, почему ты до сих пор ходил в командирах взвода? — Люй Цзиньшань перестал улыбаться. Не дожидаясь ответа, он продолжил:
— И дело вовсе не в маркизе Чэне. Такие, как ты, нигде не приживаются. Служба – это не экзамен, многие вещи не пишутся на бумаге.
Впервые Люй Цзиньшань сбросил маску.
Раньше он никогда не говорил о конфликте открыто, не критиковал Лу Чжао и уж тем более не признавался в том, что намеренно тормозит его карьеру.
На публике он всегда рассыпался в похвалах, и лишь в последнее время стал позволять себе критические замечания.
Всё потому, что он испугался.
Лу Чжао был в этом уверен. Когда человек, привыкший бить в спину исподтишка, внезапно начинает проявлять жесткость – значит, он загнан в угол.
— Я могу способствовать твоему росту, но ты и Чжан Ликэ должны угомониться. Я знаю, чем вы занимаетесь, и у меня есть способы вас приструнить.
— Но у нас нет кровной вражды. Незачем доводить дело до крайностей.
Лед на лице Люй Цзиньшаня подтаял, он снова напустил на себя вид добродушного начальника.
Он пододвинул к себе документ и припечатал его штампом:
— Я пропущу это повышение, а в конце года помогу тебе с бумагами на майора. С твоими заслугами и образованием получить его в следующем году будет несложно.
Лу Чжао взял подписанный лист и посмотрел в это круглое лицо.
Этот человек на полном серьезе выдавал то, что Лу Чжао заслужил по праву, за личную милость.
— Что скажешь, капитан Лу? — Спросил Люй Цзиньшань.
Он и сам понимал, что вечно сдерживать Лу Чжао не выйдет. Рано или поздно, через год или два, тот покинет погранпост. В лучшем случае его отправят просиживать штаны в какую-нибудь тихую контору.
Так почему бы не сделать вид, что это он оказал услугу?
— Мое повышение – это решение Федерации, а не ваша личная воля, — отчеканил Лу Чжао.
Договорив, он развернулся и вышел. Его не интересовала реакция Люй Цзиньшаня, и ему было плевать на его гнев.
Теперь правила игры изменились.
Он пересек холл первого этажа и направился к старому крылу, где располагалась штаб-квартира дежурного отряда.
Еще издали он увидел группу солдат – весь его усиленный взвод в полном составе.
В центре круга Лю Цян, багровея от ярости, спорил с каким-то офицером.
— Что здесь происходит? — Негромко спросил Лу Чжао, но его голос мгновенно прорезал шум спора.
Солдаты обернулись, толпа тут же расступилась, пропуская его.
Лю Цян, увидев командира, заметно приободрился. Он ткнул пальцем в сторону офицера с короткими бровями:
— Лу, брат... господин капитан! Он хочет вывезти вещи из вашего кабинета. Говорит, вы сняты с должности!
— На службе соблюдай устав обращения, — осадил его Лу Чжао и перевел взгляд на оппонента.
Он узнал его. Лян Фэй, главный прихвостень Люй Цзиньшаня, бывший адъютант-советник по подготовке.
Этот человек годами составлял графики тренировок и аттестаций, всеми силами стараясь измотать Лу Чжао. В самом начале службы Лян Фэй, пользуясь властью, заваливал его самыми тяжелыми заданиями и отправлял на самые гиблые посты.
Когда Лу Чжао возглавил взвод, Лян Фэй перешел к тактике мелких пакостей. Он составлял такие планы подготовки, где нагрузка на взвод Лу Чжао в разы превышала нормативы.
Но это лишь помогло Лу Чжао сплотить людей. Под его началом взвод после каждой сверхтяжелой проверки становился крепче, превращаясь в монолит.
Сейчас этот взвод был личной гвардией Лу Чжао, в которую не мог влезть даже Чжан Ликэ.
Под взглядом Лу Чжао спесь с Лян Фэя мигом слетела, он невольно втянул голову в плечи.
— Капитан Лу, это решение управления кадров, — промямлил он.
— Я получил предписание, — Лу Чжао достал бумагу. — Но процедура передачи дел еще не завершена. К чему такая спешка, господин советник Лян? Неужели вам так не терпится принести пользу погранслужбе на новом поприще?
Лю Цян вставил свои пять копеек:
— Командир, он еще приказал переделать план противопаводковых мероприятий! Говорит, наши расчеты неверны. Но уже июнь, все наблюдательные посты выставлены, как это сейчас менять?
Лу Чжао нахмурился.
— Сначала оформи документы на передачу дел, а потом приходи, — отрезал он.
Лян Фэй, будучи из тех, кто пасует перед силой, не решился спорить и поспешил ретироваться.

Комментарии

Загрузка...