Хань Ле долго сдерживался, но всё же не выдержал:
— Зачем тебе при себе такое лекарство?
Он прекрасно знал, что это не микстура от кашля и не таблетки от простуды — это же возбудитель, настоящий афродизиак.
Му Ли неловко кашлянула, глаза сразу ушли в сторону:
— Это... для свиней в деревне. Для случки.
Скорее пусть земля провалится, чем она скажет правду.
— А вот оно что! — Хань Ле кивнул и завёл двигатель. Всё стало на свои места: почему у девушки при себе такое средство — теперь понятно. А Хань Цзинь... сам виноват в собственном несчастье.
Сам навлёк на себя.
В палате пахло антисептиком. Хань Цзинь лежал на животе, искавшись от боли. Стоило вспомнить ночь, как его начинало трясти от злобы и унижения. Он — взрослый мужчина — и с ним сотворили такое. Узнай кто‐то об этом в столице — как ему после этого жить? Как смотреть в глаза своим товарищам?
— А Цзинь, мой бедный мальчик, как же ты такое пережил? — Чэнь Сян и Хань Юйлун вбежали в палату. Мать, увидев сына, сразу залилась слезами и бросилась к постели.
— Дай маме посмотреть, сильно ли тебя ранили, — сквозь рыдания выговорила она, уже протягивая руку к одеялу.
От врача она успела услышать: у сына синяки по всему телу, а там — травма настолько тяжёлая, что под угрозой даже возможность завести детей.
— Не трогай! — Хань Цзинь резко отдёрнул её руку. Он и так едва терпел боль и унижение. Как он мог позволить матери увидеть последствия своего позора?
— Это Хань Ле тебя довёл до такого? — прошептала Чэнь Сян, вытирая слёзы. Её сердце разрывалось — сын всегда был горд и упрям, а теперь... как он это переживёт?
— Этим займусь я сам, не вмешивайся, — в его голосе звучал лёд. В воспалённом взгляде блеснула ненависть.
Он никогда не простит ту чёртову девчонку. Заставит её заплатить болью, в десятикратном размере. Пусть будет завидовать мёртвым.
И Хань Ле тоже не уйдёт без расплаты. Тогда, в прошлый раз, тому просто повезло — отделался царапинами. Но удача не вечна. Вот старик умрёт, и тогда он, Хань Цзинь, станет главой семьи...
Хань Ле подвёл Му Ли к комнате, где жил старейшина, и тихо постучал:
— Дедушка, я привёл доктора Му.
Ещё вчера он говорил, что сегодня приведёт Му Ли осмотреть старика.
— Входите, — голос старейшины звучал устало.
Хань Ле открыл дверь и увидел, что в комнате уже был Старик Сян.
— Дедушка Сян! — почтительно поздоровался он.
— Ах, это ты, Лецзы, — Сян улыбнулся и перевёл взгляд на Му Ли. — Значит, ты и есть Му Ли. Сян И рассказывал о тебе — говорит, ты врач от Бога.
Он с любопытством разглядывал девушку: стройная, спокойная, ни тени смущения — словно не из деревни, а из хорошей семьи. Неудивительно, что внук загорелся.
— Сян-лао перехваливает, — скромно ответила Му Ли. — Моему мастерству далеко до вашего.
— Скромная, и это хорошо, — с явным удовольствием заметил старик. В душе мелькнула мысль: вот бы её — к нам в семью... Да вот беда, Сян И ей, кажется, не в сердце.
Старейшина Хань также наблюдал за девушкой. Видя, как она стоит рядом с Хань Ле, в его глазах мелькнула довольная улыбка: наконец-то внук рядом с женщиной, которую он не отталкивает.
Перекинувшись парой фраз со Стариком Сяном, Му Ли повернулась к старику Ханю:
— Позвольте, я проверю пульс.
— Конечно. — Старик протянул руку.
Она присела рядом, положила кончики пальцев на его запястье. Сосредоточилась. Через мгновение её брови сдвинулись; она сменила руку, потом вернулась к первой — результат был тем же.
— По пульсу у вас нет болезни. Просто сильное истощение крови, — сказала Му Ли, убрав руку. Это было странно — слишком похоже на то, что случилось когда-то с ней и дядей.
— И у меня те же данные, — подтвердил Старик Сян.
Му Ли нахмурилась, задумалась. Мысль мелькнула внезапно: а что, если старейшина не болен, а отравлен Гу?
Гу — не болезнь. Это паразит, прячущийся в теле. Его не покажет ни один аппарат, ни одно лекарство не подействует, пока не уничтожишь саму тварь. В прошлой жизни она тоже не сразу поняла, что с ними произошло, именно поэтому не смогла вовремя помочь дяде.
Вот бы сейчас иметь Божественное Зрение... тогда я бы точно нашла паразита.
— Сяо Цин, — мысленно позвала она свою зелёную змею, — можно ли как-то определить, есть ли в теле Гу?
— Хозяйка, попробуйте Серебряную долинную траву, — отозвалась та.
— Тогда помоги достать одну.
Она никогда не видела это растение, но раз Сяо Цин уверена, значит, в Башне Девяти Перевоплощений оно есть.
— Хорошо, подождите немного, — ответила змея и растворилась в воздухе.
Минутой позже она вернулась, держа в зубах изящную серебристую траву.
— Хозяйка, вот Серебряная долинная трава.
Му Ли мысленно поблагодарила её и спрятала растение в сумку.
— Я подозреваю, — произнесла она вслух, — что старейшина не болен, а заражён Гу.
— Гу? — Хань Ле и Старик Сян непонимающе переглянулись.
Му Ли спокойно начала объяснять:
— В краях Мяо умеют выращивать Гу — особых насекомых. Их виды разные: черви, змеи, шелковые личинки, даже каменные или рыбные. Обычно паразита подмешивают в пищу, и человек глотает его, даже не замечая. Сначала не чувствуешь ничего, потом начинаются боли в животе, тошнота, кровавая рвота или стул.
Она вспомнила, как недавно на Чёрном рынке видела старую книгу о легендах Мяо — там точно описывались подобные случаи.
Старейшина Хань нахмурился:
— У меня действительно были все эти симптомы... неужели я и вправду заражён?
— Очень возможно, — серьёзно кивнула Му Ли.
— Можно ли его вынуть? — Хань Ле напрягся. Ему доводилось слышать о подобных вещах: пока жив тот, кто запустил паразита, Гу можно изгнать, но если нет — у жертвы шансов почти нет.
— Не уверена, но попробую, — сказала Му Ли. — Помоги старику снять куртку, я поставлю иглы.
— Хорошо. — Хань Ле послушно помог деду.
— Девушка, может, возьмёшь мой набор? — предложил Старик Сян, доставая из кармана чехол. — Те, что у тебя, обычные.
Му Ли приняла его. Развернула — глаза сразу заискрились. Великолепная работа, каждая серебряная игла отполирована до блеска, рукоять тонко выгравирована. Настоящее мастерство.
Она тщательно продезинфицировала все иглы. Старик был уже стар, и Му Ли знала — пошло хоть немного не так, он может не вынести процедуру.
* * *

Комментарии

Загрузка...