Сяо Гоцян был крайне занятым человеком, но он не мог не приехать в Бинчэн, чтобы повидаться с сыном. До него дошли слухи, что Сяо Ян едва не угодил в непоправимую ситуацию. Разузнав подробности последних «приключений» сына, Гоцян впал в ступор.
— Нет, вы точно о моём сыне говорите? — недоумевал он. — Такое чувство, будто речь идёт о каком-то герое из боевиков!
Сяо Ян был его плотью и кровью, и Гоцян прекрасно знал возможности своего отпрыска. Умён — бесспорно, остр на язык — это в него, окончил полицейскую академию — тоже факт. Но... как он мог в одиночку переиграть целую разведывательную сеть? Да так, что все эти профессионалы оказались полностью нейтрализованы?
Более того, всего пару дней назад его сын решил «поиграть» с наёмниками. В итоге опасная группировка прекратила своё существование, а их лидер оказался за решёткой. И самое главное — на счету Сяо Яна теперь значилось более десятка успешно завершённых опасных операций, связанных с риском для жизни.
Слушая эти новости, Сяо Гоцян начал сомневаться в реальности происходящего. Но была ещё одна, куда более тревожная деталь. Кто-то сообщил ему пренеприятнейшее известие: «Тэко» начало расследование в отношении его сына!
От этой мысли Гоцяна пробрал мороз. Высокопоставленный чиновник из Гоань, человек уровня начальника департамента, почувствовал, как по спине стекает холодный пот. Тем, кто не понимал, насколько пугающим может быть «Тэко», достаточно было знать одно: Гоань в своё время сформировалось из небольшой части этого ведомства.
Оказаться под прицелом «Тэко» — для Гоцяна это звучало почти как приговор для сына. Поэтому он и примчался. И вот теперь он стоял в прихожей, ощущая, как его прошибает пот. Всё из-за того самого глаза, смотревшего на него сквозь дверную щель.
Как описать этот взгляд? Это был взор человека, познавшего суровую правду жизни и не раз заглядывавшего за грань. Взгляд специалиста, для которого нейтрализация угрозы — лишь часть повседневной работы. Сяо Гоцян умел читать людей, но сейчас он был осторожен. Он чувствовал: одно неверное движение — и ситуация может принять крайне серьёзный оборот.
Однако в следующую секунду выражение этого глаза изменилось. В нём промелькнуло удивление, замешательство, смятение и даже капля... смущения.
Сяо Гоцян замер в недоумении. Дверь распахнулась, и из спальни вышла Чу Дунчань в белой рубашке и джинсах. Взгляд отца мгновенно преобразился. Глядя на красавицу, он почувствовал глубокое облегчение и гордость.
"Сын-то вырос!" — довольно подумал он.
Заметив теплоту и одобрение в его глазах, Чу Дунчань густо покраснела. Она не знала, что сказать.
Сяо Гоцян, проявив тактичность, направился к выходу.
— Прошу прощения, не знал, что ты не один. Передай моему сорванцу, чтобы позвонил мне, как проснётся... И заходите к нам в гости, когда будет время!
Чу Дунчань так и осталась стоять посреди комнаты, глядя на закрывшуюся дверь. Её лицо пылало от смущения. В этот момент пара рук обхватила её за талию сзади и потянула обратно на кровать.
— Ты...
— Тише, не говори ничего.
Сяо Ян уткнулся лицом ей в плечо.
— Чего ты покраснела? У нас всё законно.
Чу Дунчань на миг растерялась, но тут же пришла в себя. И правда, они ведь были на свидании вслепую, их отношения официально одобрены родителями. Так чего же она стыдится? Но всё же встретиться с отцом Сяо Яна при таких обстоятельствах... это было выше её сил.
Она легонько шлёпнула его по голове и притворно рассердилась:
— Хватит спать, иди проводи отца.
— Я видел его двадцать два года во всех ракурсах, — пробормотал Сяо Ян. — Парой часов больше, парой меньше — невелика разница.
Чу Дунчань не знала, смеяться ей или плакать. "Воистину, образцовые сыновние чувства!" — подумала она.
На самом деле Сяо Ян просто не был готов. Хотя его нынешнее тело было копией прежнего, он не мог вот так просто подойти к «незнакомцу» и назвать его отцом. Это не было капризом, просто слова не шли с языка. Он пока не мог воспринимать этих людей как родных.
...
Через пятнадцать минут Сяо Ян всё же вышел из дома. Он увидел фигуру отца, сидящую на краю цветочной клумбы с сигаретой в руке.
Сяо Гоцян задумчиво смотрел на приближающегося сына. Первое ощущение — незнакомец. Второе — нет, точно мой сын. Третье — с этим парнем что-то не так.
Они стояли друг напротив друга в полном молчании. Сяо Ян смотрел на человека, чьё лицо было точь-в-точь как у его отца из прошлой жизни. Он чувствовал непреодолимую кровную связь, пульсирующую в венах. Но если отец из его памяти был молодым, то перед ним стоял солидный мужчина средних лет.
— Помнишь, как я возил тебя в детстве на площадь Тяньаньмэнь? — внезапно спросил Гоцян с улыбкой.
— Конечно, помню, — Сяо Ян закатил глаза. — Я тогда не утерпел и намочил штаны. Обязательно об этом постоянно напоминать?
"Так, этот старый лис проверяет меня. Хочет убедиться, что я — это я", — пронеслось в голове Сяо Яна.
Услышав ответ, Сяо Гоцян с облегчением выдохнул. Об этом случае знали только они двое, даже матери не рассказывали. Если бы жена узнала, что он не уследил за ребёнком, ему бы несдобровать.
— Всего пару месяцев тебя не видел, а ты так изменился. В чём дело? — спросил отец.
— Едва не лишился жизни, — Сяо Ян присел рядом. — Многое переосмыслил. Наверное, просто повзрослел.
Он взглянул на два окурка у ног отца.
— Кури поменьше. Если Кое-кто узнает, тебе попадёт.
— Кха-кха! — Гоцян поперхнулся дымом, но тут же выпрямился. — Кого мне, Сяо Гоцяну, бояться?
— Ха-ха... — Сяо Ян не выдержал и рассмеялся. — Ну-ну, продолжай храбриться.
Гоцян слегка покраснел:
— Ах ты, мелкий паршивец, вздумал отца учить?
— Слушай, па, позолоти ручку, — Сяо Ян скрестил руки на груди. — Я сейчас на мели. Можешь, конечно, отказать, но тогда не обижайся, если секрет о твоём втором аккаунте в мессенджере с тайной заначкой перестанет быть секретом.
— Вот же! — Гоцян вскочил, в гневе указывая на сына пальцем. — Веришь, нет, я тебя сейчас так отхожу, что дедом меня называть начнешь!
— Давай, рискни, — Сяо Ян дерзко задрал голову.
Вдруг оба замерли. В логике их перепалки явно произошёл сбой по части родственных связей. Оба одновременно закрыли лица руками, мысленно обзывая друг друга дураками.
Сяо Гоцян снова сел:
— Рассказывай, что произошло на самом деле.
Сяо Ян не стал ничего скрывать и поведал о последних событиях, опуская лишь самые мрачные детали. Пока он будничным тоном описывал свои приключения, у Гоцяна сердце уходило в пятки.
— Ты хочешь сказать, что лично справился с теми наёмниками? — перебил он.
— Именно, — самодовольно подтвердил Сяо Ян. — А ещё у меня теперь феноменальная память!
Сяо Гоцян посмотрел на него с выражением лица «ты за кого меня принимаешь?», явно подозревая, что сын его разыгрывает.
— Давно я тебя не проучивал... — с «любящей» улыбкой сказал отец, похлопав сына по плечу.
Сяо Ян едва не согнулся от этого хлопка, но в душе почувствовал облегчение. Ему удалось отшутиться и избежать неудобных вопросов.
— Главное, что ты цел, — Сяо Гоцян достал телефон и перевёл сыну шесть тысяч юаней, после чего решительно встал. — Мне пора. Береги себя!
Сяо Ян замер, глядя вслед уходящему отцу. В душе шевельнулось странное чувство. Он понял: эти шесть тысяч были всей заначкой Гоцяна. Любой женатый мужчина знает, что такие деньги — это не просто валюта, это символ свободы. И отец отдал эту «свободу» сыну.
Его уход казался будничным, но в движениях сквозила странная решимость... словно это было последнее прощание? Сяо Ян нахмурился. У него появилось очень нехорошее предчувствие. Сяо Гоцян ввязался в какое-то опасное дело, которое могло стоить ему жизни.

Комментарии

Загрузка...