Солнце клонилось к закату.
Небо окрасилось в пылающие оранжево-красные тона, которые, словно расплавленное золото, проливались на морскую гладь. Мужчина и женщина тихо сидели на песке, пока морской бриз ласково касался их лиц.
— Ты же говорила, что не умеешь петь? — проворчал Сяо Ян. Его глаза были затуманены алкоголем, и он обиженно хлопнул ладонью по песку, выплескивая недовольство.
— А ты действительно умеешь предсказывать судьбу? — Чу Дунчань слегка изогнула губы, в её глазах мелькнула смешинка. Холод в её взгляде растаял, уступив место мягкому блеску.
— Ну, это... — Сяо Ян сконфуженно хмыкнул и тряхнул головой, пытаясь протрезветь. Он не притворялся, его действительно изрядно развезло.
— У тебя когда-нибудь была мечта? — спросила захмелевшая Чу Дунчань. В её взгляде появилось несвойственное ей кокетство, пока она смотрела на заходящее солнце.
— Мечта обязательно должна быть, иначе чем я отличаюсь от вяленой рыбы? — Сяо Ян хихикнул. — Помню, в восемнадцать лет я загадал желание. Хотел «подобрать» на улице красавицу, неописуемой красоты. Чтобы она была неизлечимо больна, а я — единственный, кто мог бы её исцелить. Чтобы у неё были миллиарды в наследство, но она сказала бы, что без памяти влюбилась в меня и не хочет уходить.
Сяо Ян азартно потер ладони, его несло всё дальше:
— А потом бы пришла её сестра, властная бизнес-леди. Увидела бы меня, такого «дракона среди людей», и тоже без памяти влюбилась. Я бы мучился выбором, а тут прибежала бы их восемнадцатилетняя младшая сестренка и, хныча, повисла бы на мне. И вот они втроем живут у меня дома, не уходят, весь день ублажают и прислуживают... Их отец, не в силах это терпеть, пришел бы ко мне и внезапно обнаружил, что я — его давно потерянный родной сын, а эти трое — приемные дочери! В итоге меня забирают домой наследовать империю, и я начинаю бесстыдную и счастливую жизнь с двумя старшими сестрами и одной младшей. Сестрица Дунчань, скажи же — крутая мечта?
Чу Дунчань: “...”
Она посмотрела на Сяо Яна взглядом, полным настороженности, как смотрят на представителя иного биологического вида. Или на сумасшедшего.
Главврач психбольницы наверняка сказал бы: «Он сбежал, пока мы отвернулись!»
Внезапно послышались детские крики и смех. Пара обернулась к дороге. Группа школьников с рюкзаками за плечами возвращалась домой. На их лицах сияли невинные и чистые улыбки.
— Они счастливы, — тихо произнесла Чу Дунчань.
— Надеюсь, они не будут спешить взрослеть, — пробормотал Сяо Ян. — Мир взрослых совсем не радостный.
Сердце Чу Дунчань дрогнуло, она посмотрела ему в глаза, но Сяо Ян уже «отключился» — опьянение взяло верх. По чистой случайности его голова опустилась прямо ей на колени. Девушка прищурилась, занесла руку, но так и не решилась его оттолкнуть. Она снова перевела взгляд на детей, скрывающихся вдали.
— Сестрица Дунчань...
— М-м?
— Ты очень красиво поешь.
— Понятно.
— Спой еще одну песню... а?
— ...
— Пожалуйста?
Спустя долгое время Чу Дунчань запела нежным, обволакивающим голосом:
— Обнимаю диван, глаза слипаются, волосы в беспорядке... Но так хочется быть элегантной, как героиня кино... Под карнизом застыли вороны, густой черной стаей... Подавленные чувства не знают, как вырваться на волю...
Сяо Ян глупо улыбался во сне. Последние лучи заката заливали пляж, окутывая их сказочным сиянием. Картина была трогательной и невероятно уютной.
...
Следующий день. 7:00 утра. Секция уголовного розыска.
Сяо Ян прибыл на службу вовремя. Распахнув дверь, он обнаружил ту же картину, что и вчера: тишина и запустение. Только Гэ Хао дрых на клавиатуре, оглашая комнату громогласным храпом.
Что должен делать новичок в первый день? Сяо Ян по-хозяйски взял метлу и принялся за уборку. Целый час он не покладая рук наводил марафет.
В 8:15 в зал вошел Ян Юн с фирменным пакетом в руках и замер. Он ошарашенно оглядел «преобразившуюся» Секцию, гадая, не ошибся ли дверью. Когда это в уголовном розыске было так чисто?
Увидев Сяо Яна, выходящего из подсобки с тазом воды и тряпкой, Ян Юн многозначительно усмехнулся.
— Дядя Ян? — Сяо Ян кивнул, поставил таз и подошел к нему.
— Принес твои вещи, — Ян Юн протянул пакет. — Примерь, должно подойти.
“Неужели у начальника бюро так много свободного времени?” — Сяо Ян с недоумением принял пакет. Внутри была форма и служебное удостоверение.
На черной кожаной обложке сиял герб и надпись: «Удостоверение народного полицейского». Сяо Ян с интересом изучил содержимое.
Лицевая сторона: Сяо Ян, Управление общественной безопасности провинции L, город Бинчэн, Бюро уголовного розыска.
Оборотная сторона: Имя — Сяо Ян, Группа крови — О (I), Должность — сотрудник Секции уголовного розыска, Звание — лейтенант (третий класс).
“Лейтенант? Штатный сотрудник?”
Сяо Ян был впечатлен. Он не только стал полицейским, но и перескочил год стажировки. Похоже на сказку! Однако за этим стоял лично глава управления. И хотя некоторые формальности были опущены, Сяо Ян действительно обладал талантом и уже раскрыл громкое дело, так что всё было заслуженно. Ему просто сократили путь, позволив сразу приступить к работе.
Сяо Ян ушел в раздевалку и вернулся через пару минут. Ян Юн и проснувшийся Гэ Хао вытаращили глаза.
Тёмно-синяя полицейская форма идеально сидела на Сяо Яне, подчеркивая его статную фигуру. Сверкающие погоны, прямая спина, уверенная походка — он выглядел безупречно. В его взгляде читалась решимость и ум.
— Двадцать два года, рост 187, лицо милашки... Да как так-то? Это несправедливо! — пробормотал ошалевший Гэ Хао. — Зачем с такой внешностью в полицию? В звезды надо идти!
Пришедший в себя Ян Юн едва не отвесил ему подзатыльник:
— Звезды? Что это за мусор, как их можно сравнивать с полицейскими!
— Отлично, — Ян Юн удовлетворенно кивнул, глядя на Сяо Яна. — Работай на совесть.
Сказав это, он ушел. У начальника бюро действительно было полно дел.
— Брат, ну ты и красавчик! — Гэ Хао, хоть и завидовал до зубовного скрежета, важно кивнул: — Почти как я в твои годы.
Сяо Ян: “...”
“Спасибо, я чувствую себя оскорбленным”.
Пока они болтали, в Секцию вошел мужчина. Лет сорока, среднего роста, с волевым лицом. Морщинки на его лбу лишь добавляли ему солидности. Его взгляд был острым и глубоким, словно он видел людей насквозь. Было заметно, что он очень устал.
Увидев Сяо Яна, он на миг замер, а затем улыбнулся:
— Ты и есть Сяо Ян?
Сяо Ян вытянулся во фрунт:
— Сяо Ян прибыл для прохождения службы!
Это не было позерством — обычная вежливость новобранца. Перед ним стоял Ли Хуачэн, 41 год, старший суперинтендант первого класса, начальник Секции. Его непосредственный босс.
— Вольно, у нас тут не особо жалуют формальности, — Ли Хуачэн отдал честь в ответ. — Осмотрелся уже?
— Так точно, — кивнул Сяо Ян.
— Вот и славно. Я слышал о твоих подвигах от начальства. У тебя отличные задатки, так что не буду обращаться с тобой как с зеленым новичком. У нас тут висит одно дельце, от которого голова раскалывается уже полмесяца. Сейчас поедем на место, глянешь — вдруг свежим глазом что заметишь.
— Слушаюсь! — в глазах Сяо Яна вспыхнул азарт.
Он понимал: выезд на место — это и проверка, и боевое крещение. Начальник хотел лично увидеть, чего он стоит на самом деле.
— Крыс, выведи материалы дела, пусть Сяо Ян ознакомится, — распорядился Ли Хуачэн.
— Будет сделано!
Гэ Хао подскочил к компьютеру, зашел в закрытую базу данных и открыл папку.
— Посмотри пока, если что не ясно — спрашивай.
Сяо Ян сел за стол и уставился в монитор. Прочитав первую же строчку в «Уголовном деле», он впал в ступор.
Название дела: «Самоубийство с расчленением».
Все слова были ему знакомы. Но когда «самоубийство» и «расчленение» стояли в одном предложении, смысл ускользал.
Это как понимать? Человек сначала убил себя, а потом сам себя на куски порезал?
Весьма абстрактная картина!

Комментарии

Загрузка...