— Так зачем ты вообще притащила меня обратно? — Цзян Хэ развёл руками. Он искренне не понимал, чего от него хочет эта семейка.
— Сначала зайдём, потом поговорим.
Деваться было некуда. Пришлось идти за ней.
Цзян Цинь, узнав о возвращении сына, уже поджидал его, с важным видом восседая во главе стола. Он так и знал, что парень приползёт обратно. Где ещё ему будет так же сытно и комфортно, как в особняке Цзян?
Сегодня он собирался как следует проучить мальчишку. Кровный сын или нет, а субординацию соблюдать обязан! Совсем от рук отбился — вздумал угрожать разрывом отношений!
— Соизволил явиться! — рявкнул Цзян Цинь при виде Цзян Хэ и с силой грохнул ладонью по столу, решив с порога задать жёсткий тон.
— Ну раз так, я пошёл.
Цзян Хэ даже не притормозил. Развернулся на каблуках и направился к выходу. Не рады — какого чёрта вообще звали? Психи ненормальные.
— Старина Цинь! — Лю Жу вскочила, бросив на мужа испепеляющий взгляд, и бросилась к дверям, чтобы перехватить парня.
Отец семейства, явно не ожидавший, что сын без лишних разговоров просто развернётся и уйдёт, неловко кашлянул и опустился обратно на стул.
— Сяо Хэ... Тебе ведь так тяжело пришлось в эти дни, — Лю Жу посмотрела на него глазами, полными материнской любви, и потянулась погладить по голове.
Цзян Хэ увернулся от её руки.
— Ничуть. Жил припеваючи. Так что можете не переживать обо мне, тётушка Лю.
И это была сущая правда. Последние дни стали лучшими в его жизни. Никаких бесконечных унижений, никакого ледяного игнора от родственников. Только учёба и тишина.
Услышав обращение, Цзян Цинь снова вскочил, побагровев от ярости.
— Какая ещё «тётушка Лю»?! Это твоя родная мать!
Цзян Хэ выпрямился и в упор посмотрел отцу в глаза, не отступая ни на шаг.
— Мать? Та, что в день рождения бросает родного сына в пустом доме, чтобы развлекать приёмного — это мать? Та, что уезжает в отпуск и снова вышвыривает родного сына из своей жизни, лишь бы приёмыш не обиделся — это, мать её, мать?!
В гостиной повисла гробовая тишина.
Цзян Цинь открыл было рот, но так и не издал ни звука. Крыть было нечем. Каждое слово было правдой.
Цзян Хэ едва удержался, чтобы не вывалить на них ещё и то, как в прошлой жизни они бросили его умирать в огне. Но даже то, что он сейчас высказал вслух, принесло невероятное облегчение.
Лю Жу застыла, словно громом поражённая. Только сейчас до неё начало доходить, насколько чудовищно они с ним поступали ради душевного комфорта Цзян Ли. Оказывается, для собственного ребёнка она больше не была матерью...
— Сяо Хэ вернулся?
С лестницы торопливо спускалась Цзян Цзы. Услышав голос брата, она наконец-то покинула комнату, в которой просидела взаперти больше суток.
Цзян Цзы выглядела ужасно. Волосы растрёпаны, белки глаз испещрены красными сосудами. Очевидно, эти сутки взаперти дались ей тяжело.
— Сяо... Сяо Хэ! Ты согласился вернуться?! — В её взгляде вспыхнула искренняя радость.
Цзян Хэ ответил без тени жалости:
— Твоя замечательная старшая сестра угрожала жизнями детей из приюта. Думаешь, я бы пришёл сюда иначе?
При этих словах Цзян Цинь, Лю Жу и Цзян Цзы разом уставились на Цзян Хуан.
— Я... я просто... — Она замялась, но тут же перешла в наступление: — Я просто переживала за сестру! В чём я виновата?! — Девушка снова перевела гневный взгляд на брата. — Если бы ты нормально поехал со мной, стала бы я такое говорить?!
— О как. Выходит, опять я крайний?
Ничего нового. Всё как всегда. Оставалось только привыкнуть и не обращать внимания.
— А кто ещё?! Если бы не ты, с чего бы Цзян Цзы дошла до такого состояния? Сяо Цзы, скажи им! Это ведь Цзян Хэ тебя обидел!
Цзян Хуан буравила его ненавидящим взглядом, жаждая только одного — публично унизить парня перед всей семьёй.
— Старшая сестра! Сяо Хэ тут ни при чём! — Цзян Цзы поспешно вцепилась ей в рукав. Она ведь сама к нему пошла. — Как он мог меня обидеть?
Цзян Хуан раздражённо дёрнула плечом. Какого чёрта сестра выгораживает этого мерзавца даже сейчас?!
— Хватит! Оставим это, — рявкнул Цзян Цинь, подходя к сыну. — Цзян Хэ, если хочешь вернуться в семью — извинись перед каждым. Тогда я закрою глаза на твои выходки и аннулирую соглашение о разрыве отношений. Заруби на носу: это твой последний шанс!
С его точки зрения, это была неслыханная уступка.
— Чего-чего?
Цзян Хэ показалось, что он ослышался. «Закроет глаза»? «Последний шанс»? Может, ему ещё в ноги броситься и благодарить отца за такую неимоверную милость?
— Господин Цзян, вы, видимо, не в курсе, но все эти дни именно ваши родственнички не давали мне прохода. Я хоть раз заикался о том, что хочу вернуться?
Но Цзян Цинь лишь презрительно фыркнул, абсолютно уверенный в своей правоте.
— Запомни, щенок: я предлагаю это в последний раз! Завтра ты можешь на коленях умолять меня, но порог этого дома больше не переступишь!
— Ну спасибо, благодетель.
Цзян Хэ круто развернулся к выходу. Цзян Цзы бросилась за ним и схватила за руку.
— Сяо Хэ, умоляю, просто извинись! Разве дома так плохо?!
Парень безжалостно вырвал руку.
— Вы успокоитесь, только если я останусь здесь на правах собаки? С дороги!
Роль цепного пса семьи Цзян он уже отыграл сполна. В этот раз он будет человеком.

Комментарии

Загрузка...