На склоне холма рабы таскали брёвна, изо всех сил возводя усадьбу для Рода.
Род планировал построить шесть деревянных домов: помимо его собственного главного дома, по одной общей спальне для стражников и слуг, гостевой дом для Гонта с братьями, а также два помещения под склады.
Внутри двора уже стояло три дома, требовалось срубить ещё три и выкопать погреб.
Под надзором Лоуренса работы у рабов кипели вовсю.
А неподалёку от них, на пустыре за оградой, жители посёлка обступили Оуто и шумели, будто закипающий котёл.
Ни пахать, ни собирать дикоросы, ни ловить рыбу в реке им не разрешалось. Все жители поселка Морозных Листьев томились от вынужденного безделья.
Они не обладали глубокими знаниями, но, видя, как день за днём мелеют деревянные кадки с пшеницей, прекрасно понимали: запасы тают.
Услышав, что за работу предлагают два бесплатных горячих питания в день – завтрак и обед, все наперебой кинулись записываться к Оуто.
Ведь это позволяло сберечь львиную долю собственных запасов зерна!
Что же касается так называемых трудодней, большинство о них даже не думали: разве станет лорд возвращать отобранный хлеб? То, что попало в желудок, гораздо надежнее.
Из-за этого крестьяне, не успевшие попасть в списки, выражали бурное недовольство.
— Оуто! Я куда сильнее твоего сына, почему ты меня не берёшь? — Возмущался дюжий крестьянин ростом под метр восемьдесят.
— Ты опоздал, людей уже набрано достаточно, — отмахнулся Оуто.
Это взбесило крестьянина ещё больше:
— Так не пойдёт! С какой стати твой сын записался первым? Это несправедливо!
— Точно, нечестно!
— Лорд сперва тебе сказал, вот твой сынок и успел раньше всех!
— Твоё отродье ещё от горшка два вершка, а я постарше и сработаю лучше!
— Оуто, у тебя дома зерна завались, не отбирай кусок у нас!
Остальные не попавшие в список жители принялись поддакивать. Оуто, в конце концов, не был лордом, да и Род в этот раз не дал ему в подмогу телохранителей. Жители его не боялись и вовсю вымётывали накопившуюся злобу.
Конечно, Оуто и сам плоховато справился с организацией. В эту эпоху приказы передавались совсем не так, как в прежнем мире Рода, где достаточно отправить сообщение в общий чат. В нормальном поместье существовали глашатаи, разносившие вести по цепочке. Но у Рода под рукой была лишь наспех собранная команда, а Оуто не имел опыта. Он пересказал приказ господина нескольким друзьям, чтобы те разнесли весть по посёлку, и для многих жителей новость пришла слишком поздно. Особенно обидно было крепким мужчинам, считавшим, что эта работа причитается им по праву.
Под напором брани Оуто растерялся, зато его сыновья проявили недюжинный напор и с воинственным видом встали стенкой против толпы.
— Что за шум и давка?
Когда дело уже подходило к драке, раздался суровый голос Дуранта.
Все обернулись и увидели перед собой Рода и Дуранта.
— Доброго дня, господин лорд!
Крестьяне поспешно закланялись и расступились, освобождая дорогу.
Род окинул Оуто недоуменным взглядом и прохладно произнёс:
— Неужели ты не способен уладить даже такую мелочь?
Оуто подбежал, согнувшись в глубоком поклоне:
— Премного виноват, господин лорд! Я не ожидал, что столько народу захочет послужить вам...
— Хочешь сказать, мои подданные меня ненавидят?
— Нет-нет, что вы, вы неправильно меня поняли...
Род проигнорировал Оуто и перевёл взгляд на крестьян:
— Разве у нас с вами есть какая-то вражда?
— Нет, господин лорд!
— Никакой вражды!
Откликнулись крестьяне, хотя их голоса звучали не слишком уверенно.
Род улыбнулся и продолжал:
— Тогда вы все согласны работать на меня?
— Конечно согласны!
— Я согласен, господин лорд!
— Это всё Оуто, он не даёт нам служить вам!
На этот раз откликнулось куда больше народа, и голоса звучали громче.
— Отлично. Мне нужно ещё пятьдесят мужчин для вспашки земли и десять женщин для готовки еды. Условия – те же самые.
— Я! Возьмите меня!
— У меня силищи хоть отбавляй!
— А я стряпаю лучше всех!
Слова Рода были подобны кирпичу, брошенному в тихую гладь пруда, вызвав мгновенный всплеск эмоций.
Род взмахнул рукой, призывая к тишине, и посмотрел на Оуто:
— Для копки ям и вспашки отбирай самых сильных и выносливых. Для сбора сухой травы – ловких и тех, кто хорошо знает горные тропы. Мне что, нужно учить тебя даже этому?
— Вы... вы абсолютно правы! — Испуганно поддакнул Оуто.
— Даю тебе ещё один шанс. Если опять устроишь безалаберщину – пеняй на себя, получишь плетей.
Род смерил Оуто взглядом и, не дожидаясь ответа, повернулся и пошёл прочь.
А вслед ему полетели возгласы: «Да здравствует господин лорд!», «Лорд такой мудрый!».
Слыша эти крики, Род не чувствовал гордости. Он лишь подумал, насколько же эти люди просты и наивны: малейшая выгода и пара правильных слов заставили их перенаправить свой гнев. Классовое противоречие вмиг превратилось в их внутреннюю грызню. Стоит Роду в будущем оказать им ещё пару благодеяний, как они и вовсе забудут, что он отобрал у них шестьдесят процентов имущества.
Впрочем, главная причина кроется в том, что дворяне этой эпохи обирали крестьян слишком беспощадно, отчего Род на их фоне казался чуть ли не благодетелем.
Прежде в поселке Морозных Листьев сеяли просто вразброс: в хороший год с одного му собирали сотню цзиней ржи, в плохой – от силы пятьдесят-шестьдесят. И дело было не только в болезнях и вредителях, но и в мышах с воробьями, воровавшими зерно. К тому же из года в год истощавшаяся почва неизбежно снижала урожайность.
Придя к власти, Род не мог оставить хаотичный сев и ввёл нормальную агротехнику. За вычетом бесплодных земель, при добавлении удобрений, полива и пропалки он рассчитывал поднять урожайность до двухсот цзиней с му. А если отобрать самые крупные и отборные семена, то и до двухсот пятидесяти – трёхсот цзиней.
Чтобы выйти на самообеспечение, по скромным подсчётам требовалось не менее тысячи му обработанной пашни.
Поэтому Род решил: одну тысячу му отборной земли обработать по первому разряду. Остальные поля тоже засеять, но уже без удобрений. Ведь Роду как лорду требовался неприкосновенный запас зерна, да и условие характеристики «Повелитель урожая» нужно было выполнять.
Но даже на одну тысячу му количество необходимых удобрений оставалось огромным.
Чтобы восполнить нехватку навоза, выскребали всё, что подворачивалось под руку. В ход шла не только сухая трава и палая листва, но и лесная почва с верхним слоем перегноя. К счастью, со сбором травы и земли могли справиться даже десятилетние дети и шестидесятилетние старики. В итоге весь посёлок Морозных Листьев высыпал на заготовку органики.
Для повышения производительности Род раздал людям весь инвентарь, захваченный у каравана Золотых Песков, не оставив себе ни единой штуки.
Жители поселка Морозных Листьев, словно саранча, буквально сдирали с лесной земли верхний слой. Прежде дикий и девственный лес теперь напоминал город перед генеральной уборкой – чистый и выметенный до блеска.
Попутно крестьяне находили гнездовья воробьёв и других птиц, откуда выгребали птичий помёт вместе с землёй. А грязные пруды и заболоченные ямы ободрали так сильно, что под ними обнажилась твёрдая земля. Род лишь сожалел, что в его землях нет настоящих болот, иначе о проблеме с удобрениями можно было бы забыть навсегда.
Опираясь на знания, полученные от системы, Род отправил людей в ущелья и к Речной Излучине собирать выветрившуюся гранитно-щебневую крошку. Её перемалывали в труху и добавляли в компост из расчёта сто цзиней на тонну удобрения. Выветрившийся гранит содержал калий – хоть и не сравнимый с калийными удобрениями из его прошлого мира, но всё же способный улучшить почву.
Пока жители собирали эти материалы, Род тоже не сидел сложа руки: как только выкопали компостные ямы, сразу начался процесс закладки. В первый раз Род лично присутствовал на месте, чтобы обучить людей. Но, глядя на эту вязкую жижу жёлто-чёрного цвета, Род поклялся, что сам к ней ни за что не притронется.

Комментарии

Загрузка...