На одной из гор в южном регионе Испытательного полигона Алой Птицы тысячи мутировавших зверей стояли на коленях.
Все они образовали гигантский круг, застыв в почтении вокруг черного жертвенного алтаря.
Вокруг алтаря в воздухе парили странные красные символы, источающие обжигающую энергию.
В самом центре жертвенного алтаря находился мальчик лет пятнадцати-шестнадцати; его тело было опутано черной лозой, подвесившей его высоко над землей.
Пять цилиндрических стержней толщиной в дюйм пронзили его конечности и грудь, но из ран не сочилась кровь. Зато на черных стержнях проступил узор в виде кровеносных сосудов, придавший им очень жуткий вид.
Необычайно красивый мужчина с парой черных крыльев смотрел в небо с легкой улыбкой на устах. — Почти пора...
Его тело опутывала цепь полупрозрачных путов, пронзавших сердце и уходивших глубоко в землю.
Безграничная мощь самой земли стала для этого мужчины неразрывной печатью.
Пронзительный крик феникса прокатился по небесам, и яркое белое пламя озарило темный небосвод.
Белый феникс размахом около сотни футов кружил над жертвенным алтарем, а огромная сила божественного огня исходившая от его тела, заставляла всех собравшихся внизу мутировавших зверей дрожать от страха.
Феникс опустился на землю подобно священному зверю, очищая мир от скверны.
Его перья были белы как снег, без единой пылинки, а в глазах сияло высшее божественное могущество, придавая ему облик небесного создания. Стоило ему приблизиться к мужчине с черными крыльями, как грозный зверь тотчас выказал удивительно нежную привязанность, ласково потеревшись головой о руку своего хозяина.
— Не спеши, Белый Феникс, мы начнем ритуал, как только взойдет демоническая луна, — мягко улыбнувшись, проговорил мужчина.
Феникс издал еще один крик и кивнул с поразительно осмысленным видом.
Мужчина внезапно перевел взгляд вдаль, и его лицо мгновенно помрачнело.
В тот миг небо и землю сотряс бурный вихрь из туч и ветра, а в небесах загремели оглушительные раскаты грома, словно сами небеса изливали свою ярость.
Впрочем, лицо мужчины быстро прояснилось, будто он уже забыл причину своего гнева. С улыбкой обернувшись к мутировавшим зверям вокруг алтаря, он сказал: — Что ж, пусть так. Нам не хватает Травы Черного Императора, так что ритуал выйдет не совсем совершенным... И все же приход гостей, решивших разделить наш праздник — всегда радостное событие.
— Армия фениксов, ступайте встретить наших гостей!
По приказу мужчины стоявшие на коленях вокруг алтаря звери дружно взревели, их ауры вырвались наружу, когда они задрали головы к небу.
Ань Линь, Мо Хай и Шангуань И видели жертвенный алтарь за несколько километров, и в их глазах вспыхнула ярость, стоило им заметить подвешенного в воздухе юношу, тело которого пронзили черные стержни.
В то же время армия мутировавших зверей уже двинулась им навстречу, и троица встретила врагов с ледяными выражениями на лицах.
Более трехсот духовных огненных птиц-мутантов ринулись вперед, изрыгая пламя из клювов.
Маленькие языки пламени слились в гигантскую огненную волну высотой в несколько тысяч футов, которая обрушилась сокрушительной лавиной.
— Сгиньте! — взревел Мо Хай. На Диске Божественного Феникса в его левой руке вспыхнул иероглиф «победа», а из алого клинка в правой руке вырвался исполинский столб багрового пламени.
Он полоснул саблей навстречу надвигающейся стене огня, и пламенный багровый клинок рассек воздух, в мгновение ока обратив стихию в ничто.
Энергия меча пронеслась дальше, изрубив в лоскуты всех парящих позади огненных птиц.
Троица продолжила движение вперед; их скорость почти не упала перед лицом вражеской стаи.
В этот миг более четырехсот бегущих по земле мутировавших зверей уже настигли их.
Звери разом задрали головы к небу, извергая пламя из пастей, и потоки огня слились в единое целое.
Грохнуло...
Все четыре с лишним сотни зверей одновременно выплеснули огненные шары, создав грохот сотен пушек палящих залпом, от которого задрожала сама земля под ногами.
Огненные шары падали густо, как дождь, полностью отрезая троице пути к отступлению, а чудовищная температура породила гигантскую волну жара, во все стороны расходившуюся от эпицентра.
Шангуань И вырвалась вперед Ань Линь и Мо Хая, направив меч острием вниз. В тот же миг под ее ногами материализовалась шестиконечная снежинка диаметром около тысячи футов. Огромная снежинка закрутилась с бешеной скоростью, и исходившая от нее лютая стужа грозила сковать льдом само пространство.
Несколько сотен палящих огненных шаров резко уменьшились в размерах, стоило им приблизиться к парящей в небе гигантской снежинке, и полностью рассеялись, даже не долетев до нее.
Всего одна снежинка отразила совместную атаку более чем четырех сотен мутировавших зверей!
— Разите!
Глаза Шангуань И превратились в ледяные глыбы. Она острием указала на землю, и висевший на ее шее кулон в виде капли воды ярко вспыхнул синим светом.
Хрусь...
Огромная снежинка распалась на тысячи ледяных мечей, которые рухнули на заполнивших землю мутировавших зверей потоками синего света, пропитанными смертоносной жаждой убийства.
Земля внизу мгновенно превратилась в ледяную бойню: мутировавшие звери исступленно взвыли, а брызнувшая из них кровь тут же замерзла на лету.
Когда троица пронеслась над ними, все четыреста с лишним тварей были погребены под толстым слоем льда и снега, и ни одна из них не выжила.
Менее чем в полукилометре от жертвенного алтаря собралось свыше трех сотен сильных духовных зверей пламени, чьи свирепые лица пылали жаждой крови. Одни парили в воздухе, охваченные языками пламени, другие замерли на земле, выстраивая мощные заклинания.
За спиной Ань Линь распахнулись Крылья Ветра, и он рассек воздух, словно неотличимая от вспышки белая полоса.
Мутировавшие звери застыли в оцепенении, и как раз когда они попытались пойти в атаку, в глазах Ань Линь блеснул золотой свет, а исступленная золотая волна необъятной мощи разлилась на километр во все стороны.
Большинство тварей тут же испустили пену из пади и рухнули без чувств, а оставшиеся, более сильные особи слабо опустились на колени, словно склоняясь перед своим монархом.
Ань Линь прошел меж ними, и в воздухе возникла проекция солнца, которая вмиг испепелила поверженных зверей своим неописуемым, палящим жаром.
— Мусор!
С бесстрастным лицом бросил Ань Линь, направляясь к жертвенному алтарю.
Человек на алтаре поначалу слегка заинтересовался, когда в бой вступили первые двое, но после приемов Ань Линь его лицо едва заметно изменилось, и он с любопытством воззрился на приближающегося юношу.
Гибель всей его армии фениксов ни капли его не расстроила.
Напротив, он был безумно рад появлению еще трех столь лакомых людишек, которыми сможет полакомиться!
Это же надо — едой сама явилась прямо к его порогу!
— Отличная работа, Белочешуйчатый Бог-Волк.
Мужчина одобрительно взглянул на человекоподобного волка, шествовавшего позади Ань Линь и остальных.
От этих похвал волк едва не наложил в штаны.
Он ни на секунду не верил, что это искренняя похвала.
Нет, это был смертный приговор!
Затем мужчина с легкой улыбкой перевел взгляд на троицу, приближающуюся к алтарю. — Какое счастье — принимать гостей, но угощать мне вас особо нечем. Могу предложить лишь выбор: запечь вас в белом фениксе или нарезать сашими из черного.
Ян Юань опустил взгляд на троих соратников, и к нему вернулась капля рассудка. Хриплым голосом он отчаянно закричал, умоляя их бежать.
Венчающие его тело черные шипы запульсировали в такт сердцебиению, и лицо Ян Юаня искривилось в судороге, будто он испытывал невыносимую боль.
Ань Линь бросил взгляд на Ян Юаня и холодно ответил: — Белого феникса запечь, а из черного нарезать сашими — звучит неплохо.
— Хе-хе, с каких это пор ничтожные муравьи стали такими безумными храбрецами? — Черный феникс легко усмехнулся и, глядя на стоящую перед ним троицу, погрозил пальцем.
— Я раздавлю вас одним мизинцем!

Комментарии

Загрузка...