Глава 4

Манабу Хорикита поправил очки на переносице и, подперев подбородок обеими руками, уставился прямо на меня. От него исходило необычайно сильное давление.Но мне было всё равно. Я прекрасно знал, что слабость этого человека – его сестра. Стоило лишь надавить на эту болевую точку, и возможность для переговоров была бы обеспечена.Я по-хозяйски устроился на диване, закинув ногу на ногу и совершенно не заботясь о том, что передо мной сидит великий президент ученического совета.Заметив мою дерзость, Аканэ Тачибана хотела было меня отчитать, но Хорикита остановил её жестом руки.Он посмотрел на младшекурсника, который ни на йоту не уступал ему в напористости, и в его взгляде промелькнул интерес.Далеко не каждый мог выдержать его тяжелый взгляд и не струсить. Одного этого было достаточно, чтобы заинтересовать Манабу Хорикиту.— Зачем ты пришел ко мне, младшекурсник? — Со всей серьезностью спросил президент.— ...У твоего класса возникли трудности? Если так, подавай официальную жалобу, а не заявляйся прямиком в ученический совет. Ты перешел границы, парень.С самого начала он попытался поставить Акасаку на место.Но Рюноскэ Акасака и глазом не моргнул, продолжая прямо смотреть на Хорикиту.Тот усмехнулся:— Похоже, в этом году ученики класса D не такой мусор, как обычно.Хорикита откинулся на спинку кресла и прищурился.Он намеренно подбросил мне крупицу информации. На первый взгляд это казалось случайностью, но на деле было продуманным ходом.Он хотел посмотреть, сколько этот младшекурсник сможет извлечь из одной-единственной фразы.Разумеется, Акасака притворился, будто погрузился в раздумья. Внутри он всё прекрасно понимал, но внешне должен был выглядеть новичком – способным, но не слишком опытным, чтобы не спугнуть интерес собеседника.Поразмыслив около десяти секунд, я спросил:— В этой школе уровни распределяются по порядку: А, B, C и D?— ...Судя по твоим словам, класс D – худший.— ...А раз он худший, значит, класс А, наоборот, лучший. Я ведь не ошибся?Манабу Хорикита мгновенно выпрямился и уставился на меня с потрясением, будто увидел какое-то чудовище.— Ты проанализировал так много, исходя лишь из одной моей фразы?Теперь он просто обязан был воспринимать этого младшекурсника всерьез. Даже он сам вряд ли смог бы сделать столько выводов из одной реплики.Увидев столь серьезное выражение лица своего президента, Аканэ Тачибана тоже поняла, что этот парень непрост.Манабу Хорикита поправил очки и снова сел в кресло, но на этот раз он выглядел куда более сосредоточенным.— Ты пришел сюда, чтобы выведать информацию, не так ли?На этот вопрос я быстро кивнул и добавил:— В нашем классе есть девушка по фамилии Хорикита. Интересно, вы как-то связаны?Манабу тонко улыбнулся:— Должен признать, ты проницателен. Это моя сестра. Она... скажем так, пока не слишком преуспела.Хорикита признал это открыто, хотя в его голосе чувствовалась некоторая беспомощность.Его сестра с самого детства была к нему очень привязана. Она твердила, что пойдет в ту же школу, что и брат, и в итоге действительно последовала за ним.Честно говоря, он не хотел, чтобы Сузунэ поступала сюда. В этой школе царит закон джунглей, и такой девочке, как она, будет слишком легко оступиться.С её характером у неё совсем нет друзей, а в этом месте, где всё решает сила, одиночки быстро оказываются в изоляции.Манабу Хорикита очень переживал за сестру. Посмотрев на стоящего перед ним младшекурсника, он подумал: «Может, стоит попросить этого парня присмотреть за ней? Если предложить ему достаточно выгоды...»«При условии, что у него нет иных скрытых мотивов...»Хорикита сделал вид, что задумался, а затем обратился к Рюноскэ Акасака:— Тебя зовут Рюноскэ Акасака, верно? Я искренне приглашаю тебя вступить в наш ученический совет.Аканэ Тачибана, стоявшая рядом, замерла в оцепенении.Она не ожидала, что господин президент пригласит в совет новичка, который проучился в школе всего два дня.Такого в истории школы еще не случалось. Это лишь доказывало, насколько высоко президент оценил этого человека.Акасака нарочито задумчиво потер подбородок, просчитывая в уме, как извлечь максимальную пользу.— Какая мне выгода от вступления в ученический совет? — Спросил он.Хорикита улыбнулся. Договариваться через взаимную выгоду было проще всего. Хуже, когда человека нельзя ничем заинтересовать.Он снова поправил очки и начал объяснять преимущества:— После вступления в ученический совет на твой счет ежемесячно будут поступать сто тысяч личных очков. Это дополнительные выплаты, они не входят в общие очки.Хорикита снова воспользовался случаем, чтобы подбросить крупицу информации.Правила школы запрещали говорить прямо, но намеки не возбранялись.Видя, как Хорикита снова подсовывает подсказки, я мысленно сплюнул: «Проклятый сестренник!» Но внешне я оставался невозмутимым и продолжил свою игру.— Вот оно как. Значит, в следующем месяце нам не обязательно начислят по сто тысяч очков, верно я понимаю, господин президент?Хорикита рассмеялся, на этот раз с искренним одобрением. Он не ожидал, что этот младшекурсник окажется настолько выдающимся. Казалось, выдай он еще хоть каплю информации, и тот выпотрошит все секреты этой школы дочиста.Однако Манабу знал меру. Ради честного соперничества между учениками он не собирался больше ничего раскрывать.Он протянул Рюноскэ Акасака приглашение в ученический совет. Смысл жеста был понятен без слов.Акасаке нечего было колебаться. Сто тысяч очков лишними не бывают, к тому же это и была одна из целей его визита...Я быстро поставил подпись и вернул бумагу. Хорикита удовлетворенно кивнул, достал телефон и тут же перевел мне сто тысяч очков.Глядя на пополнившийся баланс, я с любопытством спросил:— В ученическом совете зарплату выдают на месяц вперед?Хорикита покачал головой:— Нет. Обычно их начисляют первого числа следующего месяца. То, что я перевел тебе сейчас – моя инвестиция в тебя.— ...Разумеется, это твои деньги, просто аванс за будущий месяц. В следующем месяце ты ничего не получишь.Я разочарованно скривился, надеясь на халявные сто тысяч, но всё же принял любезность президента. Эти очки мне действительно пригодятся.Для реализации дальнейших планов...Хорикита, видя, что я принял перевод, удовлетворенно кивнул и добавил:— Приходи завтра оформляться. Уверен, когда завтра классные руководители других классов узнают об этой новости, они рты раскроют от изумления.На лице Хорикиты появилась многозначительная улыбка.— Вступить в ученический совет на второй день после поступления, да еще и будучи учеником худшего класса D... Думаю, прикинуться обычным парнем у тебя больше не выйдет.В этом и заключалась цель Манабу Хорикиты.На первый взгляд он просто пригласил Рюноскэ Акасака в совет, но на деле – вытащил его на свет и связал обязательствами.Теперь, находясь у всех на виду, ему волей-неволей придется помогать своему классу.А поскольку его сестра учится в том же классе D, продвижение класса будет зависеть и от помощи этого парня.Даже если он сам не захочет действовать, их классная руководительница, Саэ Чабашира, наверняка вцепится в него мертвой хваткой.Ведь она одержима идеей продвижения своего класса.Вскоре Рюноскэ Акасака покинул кабинет президента.Теперь на его счету было двести тысяч личных очков.До финансовой свободы еще далеко, но это был уверенный первый шаг.Губы Акасаки медленно растянулись в улыбке.— Какая же крутая школа!— ...Так быстро заработать деньги... В прошлой жизни я о таком и мечтать не мог. Я просто обожаю это место!

Манабу Хорикита поправил очки на переносице и, подперев подбородок обеими руками, уставился прямо на меня. От него исходило необычайно сильное давление.

Но мне было всё равно. Я прекрасно знал, что слабость этого человека – его сестра. Стоило лишь надавить на эту болевую точку, и возможность для переговоров была бы обеспечена.

Я по-хозяйски устроился на диване, закинув ногу на ногу и совершенно не заботясь о том, что передо мной сидит великий президент ученического совета.

Заметив мою дерзость, Аканэ Тачибана хотела было меня отчитать, но Хорикита остановил её жестом руки.

Он посмотрел на младшекурсника, который ни на йоту не уступал ему в напористости, и в его взгляде промелькнул интерес.

Далеко не каждый мог выдержать его тяжелый взгляд и не струсить. Одного этого было достаточно, чтобы заинтересовать Манабу Хорикиту.

— Зачем ты пришел ко мне, младшекурсник? — Со всей серьезностью спросил президент.

— ...У твоего класса возникли трудности? Если так, подавай официальную жалобу, а не заявляйся прямиком в ученический совет. Ты перешел границы, парень.

С самого начала он попытался поставить Акасаку на место.

Но Рюноскэ Акасака и глазом не моргнул, продолжая прямо смотреть на Хорикиту.

Тот усмехнулся:

— Похоже, в этом году ученики класса D не такой мусор, как обычно.

Хорикита откинулся на спинку кресла и прищурился.

Он намеренно подбросил мне крупицу информации. На первый взгляд это казалось случайностью, но на деле было продуманным ходом.

Он хотел посмотреть, сколько этот младшекурсник сможет извлечь из одной-единственной фразы.

Разумеется, Акасака притворился, будто погрузился в раздумья. Внутри он всё прекрасно понимал, но внешне должен был выглядеть новичком – способным, но не слишком опытным, чтобы не спугнуть интерес собеседника.

Поразмыслив около десяти секунд, я спросил:

— В этой школе уровни распределяются по порядку: А, B, C и D?

— ...Судя по твоим словам, класс D – худший.

— ...А раз он худший, значит, класс А, наоборот, лучший. Я ведь не ошибся?

Манабу Хорикита мгновенно выпрямился и уставился на меня с потрясением, будто увидел какое-то чудовище.

— Ты проанализировал так много, исходя лишь из одной моей фразы?

Теперь он просто обязан был воспринимать этого младшекурсника всерьез. Даже он сам вряд ли смог бы сделать столько выводов из одной реплики.

Увидев столь серьезное выражение лица своего президента, Аканэ Тачибана тоже поняла, что этот парень непрост.

Манабу Хорикита поправил очки и снова сел в кресло, но на этот раз он выглядел куда более сосредоточенным.

— Ты пришел сюда, чтобы выведать информацию, не так ли?

На этот вопрос я быстро кивнул и добавил:

— В нашем классе есть девушка по фамилии Хорикита. Интересно, вы как-то связаны?

Манабу тонко улыбнулся:

— Должен признать, ты проницателен. Это моя сестра. Она... скажем так, пока не слишком преуспела.

Хорикита признал это открыто, хотя в его голосе чувствовалась некоторая беспомощность.

Его сестра с самого детства была к нему очень привязана. Она твердила, что пойдет в ту же школу, что и брат, и в итоге действительно последовала за ним.

Честно говоря, он не хотел, чтобы Сузунэ поступала сюда. В этой школе царит закон джунглей, и такой девочке, как она, будет слишком легко оступиться.

С её характером у неё совсем нет друзей, а в этом месте, где всё решает сила, одиночки быстро оказываются в изоляции.

Манабу Хорикита очень переживал за сестру. Посмотрев на стоящего перед ним младшекурсника, он подумал: «Может, стоит попросить этого парня присмотреть за ней? Если предложить ему достаточно выгоды...»

«При условии, что у него нет иных скрытых мотивов...»

Хорикита сделал вид, что задумался, а затем обратился к Рюноскэ Акасака:

— Тебя зовут Рюноскэ Акасака, верно? Я искренне приглашаю тебя вступить в наш ученический совет.

Аканэ Тачибана, стоявшая рядом, замерла в оцепенении.

Она не ожидала, что господин президент пригласит в совет новичка, который проучился в школе всего два дня.

Такого в истории школы еще не случалось. Это лишь доказывало, насколько высоко президент оценил этого человека.

Акасака нарочито задумчиво потер подбородок, просчитывая в уме, как извлечь максимальную пользу.

— Какая мне выгода от вступления в ученический совет? — Спросил он.

Хорикита улыбнулся. Договариваться через взаимную выгоду было проще всего. Хуже, когда человека нельзя ничем заинтересовать.

Он снова поправил очки и начал объяснять преимущества:

— После вступления в ученический совет на твой счет ежемесячно будут поступать сто тысяч личных очков. Это дополнительные выплаты, они не входят в общие очки.

Хорикита снова воспользовался случаем, чтобы подбросить крупицу информации.

Правила школы запрещали говорить прямо, но намеки не возбранялись.

Видя, как Хорикита снова подсовывает подсказки, я мысленно сплюнул: «Проклятый сестренник!» Но внешне я оставался невозмутимым и продолжил свою игру.

— Вот оно как. Значит, в следующем месяце нам не обязательно начислят по сто тысяч очков, верно я понимаю, господин президент?

Хорикита рассмеялся, на этот раз с искренним одобрением. Он не ожидал, что этот младшекурсник окажется настолько выдающимся. Казалось, выдай он еще хоть каплю информации, и тот выпотрошит все секреты этой школы дочиста.

Однако Манабу знал меру. Ради честного соперничества между учениками он не собирался больше ничего раскрывать.

Он протянул Рюноскэ Акасака приглашение в ученический совет. Смысл жеста был понятен без слов.

Акасаке нечего было колебаться. Сто тысяч очков лишними не бывают, к тому же это и была одна из целей его визита...

Я быстро поставил подпись и вернул бумагу. Хорикита удовлетворенно кивнул, достал телефон и тут же перевел мне сто тысяч очков.

Глядя на пополнившийся баланс, я с любопытством спросил:

— В ученическом совете зарплату выдают на месяц вперед?

Хорикита покачал головой:

— Нет. Обычно их начисляют первого числа следующего месяца. То, что я перевел тебе сейчас – моя инвестиция в тебя.

— ...Разумеется, это твои деньги, просто аванс за будущий месяц. В следующем месяце ты ничего не получишь.

Я разочарованно скривился, надеясь на халявные сто тысяч, но всё же принял любезность президента. Эти очки мне действительно пригодятся.

Для реализации дальнейших планов...

Хорикита, видя, что я принял перевод, удовлетворенно кивнул и добавил:

— Приходи завтра оформляться. Уверен, когда завтра классные руководители других классов узнают об этой новости, они рты раскроют от изумления.

На лице Хорикиты появилась многозначительная улыбка.

— Вступить в ученический совет на второй день после поступления, да еще и будучи учеником худшего класса D... Думаю, прикинуться обычным парнем у тебя больше не выйдет.

В этом и заключалась цель Манабу Хорикиты.

На первый взгляд он просто пригласил Рюноскэ Акасака в совет, но на деле – вытащил его на свет и связал обязательствами.

Теперь, находясь у всех на виду, ему волей-неволей придется помогать своему классу.

А поскольку его сестра учится в том же классе D, продвижение класса будет зависеть и от помощи этого парня.

Даже если он сам не захочет действовать, их классная руководительница, Саэ Чабашира, наверняка вцепится в него мертвой хваткой.

Ведь она одержима идеей продвижения своего класса.

Вскоре Рюноскэ Акасака покинул кабинет президента.

Теперь на его счету было двести тысяч личных очков.

До финансовой свободы еще далеко, но это был уверенный первый шаг.

Губы Акасаки медленно растянулись в улыбке.

— Какая же крутая школа!

— ...Так быстро заработать деньги... В прошлой жизни я о таком и мечтать не мог. Я просто обожаю это место!