— Дело было так...
— Он хотел взять телефон, чтобы звякнуть девушке по видеосвязи. Я не дал – ну а как иначе? Дашь ему слабину, потом остальные на шею сядут!
— И что дальше?
— А дальше он заявил, что суициднется, дескать, без бабы ему жизнь не мила... — Голос Хао Цзяньпина становился все тише и тише.
Хлоп!
Вода в кружке на столе пошла кругами.
Выслушав доклад командира третьего отделения, Лин Чжиго в бешенстве грохнул кулаком по столу.
Хао Цзяньпин аж подпрыгнул от неожиданности.
— Наглость! Он что, думает, армия – это его личная лавочка?! Этот Оуян Унай вообще страх потерял!
— Товарищ командир, вы остыньте немного, дайте досказать...
— Хм! — Лин Чжиго тяжело вздохнул и кивнул, разрешая продолжить.
— Этот кадр еще позавчера, когда телефоны сдавали, устроил мне цирк в кубрике. Только я зашел – он меня за рукав цап и давай канючить: мол, можно мне каждый вечер хоть на часок трубу брать? Я, понятное дело, в отказ. Полчаса с ним возился.
— Потом я всех уложил спать. А ночью пошел в туалет – так этот ушлый тип в темноте меня по шагам вычислил, выскочил следом и еще полчаса мне мозги канифолил! Ну я и сдался – разрешил ему раз в неделю звонить ей с моего мобилы...
Хао Цзяньпин осторожно поднял глаза на Лин Чжицяна.
Увидев, что лицо ротного немного смягчилось, он перевел дух и продолжил:
— А сегодня он выдает: «Без девушки жить не буду!», и давай телефон требовать. Я не дал – он к окну ринулся, прыгать собрался! Ну я его и скрутил...
— Хао Цзяньпин, ты сколько лет в армии служишь, а?! Учебка – это время, когда воспитательную работу нужно вести днем и ночью! Ты как за умами следишь?!
— Ты личное дело этого новобранца вообще открывал?!
— Ты видел, что у него девица есть? Почему особого внимания не уделил?!
— Я...
Хао Цзяньпин даже рта открыть не мог под этим шквальным огнем словесного поноса. Стоило рот открыть – и точно бы слюной захлебнулся.
— Ты сколько призывов уже отбарабанил?! Как ты мог допустить такую детскую ошибку?!
— Ладно тебе, не чихвости его так, — в кабинет, помахивая синей папочкой, вошел замполит Чжан Чжунго и вступился за сержанта.
— Ну что там?
— Эх, не прошибешь! Ни кнутом, ни пряником.
— Ну и паршивец! — Вздохнул Лин Чжицян.
— А ведь если бы этот парень всю дурь в службу направил – отличный бы солдат вышел.
— Да ну его! Ты слишком высокого мнения о нем, — пренебрежительно отмахнулся Лин Чжицян.
— Как ни крути, а Хао Цзяньпина это не оправдывает. Это его прямой косяк по службе!
Лин Чжицян в бессилии уперся лбом в ладони. На нем, как на начальнике учебки, висело буквально всё – от боевой подготовки до соплей каждого отдельного новобранца.
Случись с кем что – с него первого шкуру содрав за милую душу.
Новобранец – он ведь как чистый лист. Чему старослужащие научат, то и получишь.
В армии не даром говорят: «Новобранец тупит – значит, сержант недоучил».
...
В армии шила в мешке не утаишь. И уж тем более – в казарме!
На следующий же день история докатилась до И Яна.
И Ян выслушал новость молча, не придавая ей особого значения – в конце концов, его это не касалось.
А вот Чжоу Биндэ, Ли Цзыхань и Чжан Сэнь завелись с пол-оборота.
Эта троица мгновенно устроила покадровый разбор полетов.
— Смотрите: он устраивает скандал в кубрике, чтобы заманить сержанта Хао в ловушку – это у нас «заманивание врага вглубь». Сержант дает слабину. Тогда наш герой ночью по шагам определяет местоположение сержанта и идет за ним в туалет – это «враг отступает, мы наступаем»!
— И последний, самый главный ход – «хитрость с самоистязанием»! Он подгадывает момент так, чтобы сержант увидел его «попытку суицида» и успел его скрутить! В итоге – полный профит, он получает право на еженедельные видеозвонки и добивается своей цели!
И Ян слушал этот разбор с отвалившейся челюстью.
Вы что, уроки литературы тут устроили?
Да сам автор этого сценария вряд ли бы сдал экзамен по своей истории на высший балл!
А у этих трех экспертов прямо высший балл за анализ получается.
Разложили чувака по полочкам, прямо Сунь-цзы местной разливкой выписали!

Комментарии

Загрузка...