Перед сном Чэнь Хань привычно достал палисандровую шкатулку и принялся тренироваться на себе в искусстве иглоукалывания.
Лишь когда силы окончательно покинули его, он провалился в сон.
Рано утром его разбудил настойчивый звонок телефона.
Это была Нин Синьнань.
Чэнь Хань ответил заспанным голосом:
— Братец Нань, такая рань... Не в твоем стиле.
— Чэнь Хань, ты что, с ума сошел?! — Заорала она в трубку.
— Что случилось?
— Еще спрашиваешь! Видео с Ван Циньни – это твоих рук дело? Ты хоть понимаешь, кто она такая?
Чэнь Хань протер глаза:
— Член семьи Ван, агент 011 Спецотдела.
— Ты... Раз ты знал, зачем выложил это в сеть? Ты же объявил войну всему клану Ван...
Нин Синьнань тяжело вздохнула, и ее голос стал тише:
— Ты хоть представляешь, что такое Спецотдел?
Чэнь Хань молчал, и она продолжила:
— Спецотдел подчиняется напрямую высшему руководству Хуася. Они занимаются самыми странными и важными делами. Это крайне закрытая структура, даже я о них знаю только по рассказам дедушки.
— Чтобы Ван Циньни туда попала, семья Ван приложила колоссальные усилия.
— Если ты разрушишь ее карьеру, это перестанет быть просто «детской потасовкой» с Ван Вэньмином. Ты реально наступил на хвост дракону.
Слушая ее, Чэнь Хань оставался невозмутим:
— Я просто хочу вернуть свое.
— Но видео уже вылетело в топ запросов... Теперь все гораздо серьезнее.
Голос Нин Синьнань звучал устало:
— Сегодня же поеду домой, попрошу дедушку вмешаться.
Чэнь Хань нахмурился:
— Не стоит, братец Нань. Я не хочу никого впутывать в свои проблемы.
— Но семья Ван...
— Ха-ха, пустяки. Жизнь моя и так немногого стоит. Голому разбой не страшен – если хотят войны, они ее получат!
— Эх...
Нин Синьнань лишь вздохнула и повесила трубку.
...
Была суббота, в университет идти не нужно.
Чэнь Хань умылся и уже хотел проверить охваты своего видео, как телефон зазвонил снова.
Это был Тянь Цзицзя. Должно быть, пришел ответ от семьи Лу.
Стоило ему ответить, как господин Тянь без лишних церемоний перешел к делу:
— Мастер Чэнь, семья Лу дала ответ. Из вашего списка они нашли только три позиции, но готовы доплатить еще пять миллионов.
— Что именно нашли?
— Снежный лотос с Тянь-Шаня, столетний женьшень и тигровую кость.
Чэнь Хань немного подумал и решил согласиться.
У него уже был Белый Тайсуй и лоза Фениксовый глаз.
Вместе с тремя ингредиентами от семьи Лу этого хватит, чтобы начать курс лечебных ванн.
Пусть компонентов меньше, чем хотелось бы, и эффект будет не таким мощным, но время не ждет.
В отношениях с кланом Ван наступил критический момент, и ему нужно было быстро наращивать силы.
— Идет. Встретимся сегодня после обеда у вас.
Приняв решение, Чэнь Хань положил трубку.
Согласно знаниям в его голове, лечебная ванна из этих пяти сокровищ позволит его телу совершить качественный рывок на новый уровень.
Насколько мощным будет результат, он узнает только на практике.
...
В это время в одном из элитных особняков города Цзинду воцарилась гнетущая атмосфера.
В роскошной гостиной, обставленной в классическом стиле, на массивных диванах из палисандра сидели несколько человек.
Во главе стола находился старец с серебристыми волосами, но лицом молодым, как у юноши. Горбатая переносица и густые, вразлет, брови выдавали в нем былого красавца.
Сейчас лицо старика было пасмурным, а в глазах кипел гнев.
Рядом с ним сидела девушка редкой красоты. Будь здесь Чэнь Хань, он бы сразу ее узнал.
— Дедушка, не злись так. Вэньмин уже получил свое наказание, не губи здоровье, — Ван Циньни мягко поглаживала старика по спине, пытаясь его успокоить.
— Да, отец. Вэньмин натворил дел, но он уже признал вину, мы его и так проучили... — подала голос элегантно одетая женщина средних лет, мать Ван Вэньмина.
— А ну молчать! Сами же его и избаловали! — Старик сверкнул ястребиным взглядом на стоящего на коленях Ван Вэньмина. Из его груди вырвался глухой рык.
— Как в нашей семье могло уродиться такое ничтожество?
Ван Циньни вздохнула:
— Печать Сокровищ Дао я уже вернула, дядя Фаньюнь уже в пути. Что касается двух других вещей – в крайнем случае просто выплатим компенсацию по рыночной цене.
Взгляд старика стал острым, как лезвие:
— С Чжэн Баохэ из Тайваня еще можно договориться, но тот бело-голубой фарфор Юань принадлежал Цао Бовэню, самому Янь-вану Цао. И этот паршивец умудрился взять его под честное имя семьи Ван!
Услышав это имя, Ван Циньни невольно вздрогнула.
Если в деле замешан этот демон, то все гораздо серьезнее.
Молодежь Цзинду, возможно, и не знала настоящего имени Цао Бовэня, но прозвище Янь-ван Цао в высших кругах столицы внушало почти священный трепет.
Цао Бовэнь был из тех, кто первым успел сорвать куш в эпоху реформ. Он стремительно поднялся, став одним из теневых хозяев города.
Его ум граничил с гениальностью, а стиль ведения дел был беспощаден.
Двадцать лет назад он в одиночку противостоял двум великим кланам и не просто выстоял, а довел до краха нескольких наследников тех семей, после чего его слава достигла пика.
В последние годы он ушел в тень, но каждый его шаг по-прежнему был масштабным.
В Цзинду шептались, что он – чья-то «подставная рука», но подтверждений этому не было.
Впрочем, сам факт того, что он десятилетиями выживал в кровавых интригах столицы и оставался на вершине, заставлял каждого относиться к нему с почтением.
— Папа, может, ты сам съездишь к Янь-вану Цао, попросишь за него? Я боюсь, если Вэньмин его разозлит, то в будущем...
— Хм! — Старик грубо прервал ее. — У меня, Ван Дэи, лицо не такое большое, чтобы перед ним заискивать!
Он перевел затуманенный годами взгляд на Ван Циньни, и его гнев немного поутих.
— Циньни, ты молодец, что вернула даосскую святыню. Иначе твоему дяде Фаньюню было бы нечего сказать Обители Небесных Наставников.
— Возвращайся домой и скажи своему деду: по поводу Янь-вана Цао придется просить вмешаться самого старшего брата.
Ван Циньни про себя ахнула. Она знала о дурной славе Янь-вана Цао, но не ожидала, что даже ее двоюродный дед будет так перед ним пасовать...
В этот момент раздался резкий звонок телефона.
Ван Циньни извиняюще улыбнулась и ответила.
Однако по мере того, как в трубке звучали гневные тирады, ее лицо становилось все бледнее.
В конце концов она резко вскочила, и ее затрясло от ярости.
Все присутствующие невольно вздрогнули.
— Что случилось, Циньни?
Мать Ван Вэньмина с тревогой подалась вперед. Она очень рассчитывала, что девушка передаст просьбу деду, чтобы замять грехи сына, и сейчас любые проблемы были некстати.
Ван Циньни, сверкая глазами, полными гнева, со скрежетом зубовным сбросила вызов.
— Дедушка, тетя, у меня срочное дело. Мне пора.
Бросив это, она пулей вылетела из дома, оставив всех в полном недоумении.

Комментарии

Загрузка...