— Ау!
Раздался еще один прозвучавший ранее звериный вой, и от этого звука даже задрожал весь коридор.
Этот последовавший за первым крик вновь заставил Чжан Сюня ощутить то же огромное давление, что и прежде, словно на него кто-то упорно смотрел.
Но, к счастью, из-за быстрых и неясных вспышек света внутри комнаты это удушающее ощущение продолжалось всего несколько секунд.
И когда Чжан Сюнь снова сфокусировал взгляд перед собой, он не знал, какие именно сцены разворачиваются в комнате, но отчетливо понимал, что инициатива сейчас определенно принадлежит Сяомань.
Потому что он заметил: черные нити, что только что дотянулись до его ног, теперь снова начали извиваться и ползти вперед подобно приливу, и по всему их виду было ясно, что они не успокоятся, пока не поглотят весь коридор.
Вдобавок он обратил внимание, что поднимавшийся из комнаты Серый туман тоже начал быстро втягиваться обратно внутрь.
Чжан Сюнь мысленно понял: подобное положение дел предвещает лишь два возможных исхода. Либо то, что таилось в комнате, изо всех сил шло в контратаку, либо Сяомань снова принялась яростно пожирать там эту субстанцию, которая казалась ей чем-то вроде питательной пищи.
Но первая догадка пробыла в голове Чжан Сюня всего несколько минут, прежде чем Сяомань опровергла ее своими действиями.
На картине происходящего плотно закрытая дверь почему-то вдруг приоткрылась, образовав щель, из которой густым потоком хлынул густой Серый туман.
Сначала Чжан Сюнь даже подумал, что с Сяомань что-то случилось.
Но следом он воочию увидел, как из дверного проема вслед за клубами тумана показалась мертвенно-бледная рука и схватила...
Если описывать ощущения Чжан Сюня в тот момент, картина выглядела так, будто запертую злодеями в клетке хрупкую девушку с таким трудом вырвали из лап чудовища, а злобный негодяй тут же утащил ее обратно, чтобы подвергнуть жесточайшим издевательствам.
На лбу у Чжан Сюня выступила капелька холодного пота, он инстинктивно прикрыл глаза рукой и тихо пробормотал:
— Какая же это, блин, жесткость...
Кто бы мог подумать, что не успели затихнуть его слова, как перед глазами предстало еще более шокирующее зрелище.
Раздался громкий бах.
Дверь больничной палаты под действием какой-то колоссальной силы разлетелась на мелкие кусочки, и бесчисленные клубы Серого тумана, словно спасая свои жизни, стремглав вырвались наружу.
А когда туман перед глазами рассеялся, взору Чжан Сюня предстала следующая картина...
Сяомань неподвижно стояла в проеме разбитой двери, с растрепанными волосами, а из ее глазниц капля за каплей стекали вниз по изящным щекам две струйки черных кровавых слез.
Чжан Сюнь уже не мог выразить словами то, что творилось у него в душе, и тысячи мыслей, столпившись на губах, превратились лишь в одну фразу:
— Эта девчонка... не слишком ли она свирепа?..
Посреди этих вздохов Чжан Сюнь заметил, как уголки губ Сяомань чуть приподнялись в презрительной усмешке, словно она смотрела с высоты своего величия на мечущихся повсюду, подобно слепым мухам, клубящихся духов Серого тумана.
В тот же миг черные нити, уже добравшиеся вплотную к палате, яростно забурлили, напоминая гигантские волны, что беспрестанно вздымаются в черном океане, и эти так называемые волны тотчас же устроили перед Чжан Сюнем самую настоящую игру в кошки-мышки.
Бесконечные черные всплески в и без того узком коридоре заставили в глазах Чжан Сюня всё запестрить от мелькания.
Но было очевидно: поскольку стены коридора уже давным-давно наглухо обросли черными нитями, исход оказался предрешен в одни ворота, и среди бушующего волнения бесчисленных черных нитей Серый туман в мгновение ока был сожран на восемьдесят-девяносто процентов.
Однако, как говорится, когда дерутся небожители — у простых смертных трещат чубы.
Поняв, что избегнуть участи не удастся, остатки Серого тумана попытались предпринять последнюю отчаянную попытку сопротивления, но неожиданно перевели стрелки на единственный оставшийся прорыв — на наблюдавшего со стороны и выступавшего в роли группы поддержки Чжан Сюня.
Когда оставшаяся едва ли не сотня клубов Серого тумана с жутковатым зловонными нотками с воем ринулась на Чжан Сюня, реакция паренька оказалась на полшага медленнее, чем следовало.
Сообразив, что дело пахнет керосином, он было попытался прижаться к Сяомань, но набросившийся Серый туман уже угодил прямо ему в лицо.
— Сяомань, спаси...
Он даже не успел договорить, как перед глазами всё заволокло пеленой, и его с головой наглухо замотало в Сером тумане.
Но Чжан Сюнь вовсе не собирался сдаваться без боя: он принялся отчаянно размахивать зажатым в руке Кроваво-красным зонтом, беспорядочно рассекая воздух. И хотя всё происходило точь-в-точь как при первой встрече с туманом — стоило Артефакту одержимости пронестись мимо, как в тумане отчетливо прорезалась прорезанная брешь, но ее тут же заполняла сбегавшаяся со всех сторон серая взвесь, и разогнать напасть никак не удавалось.
Когда Чжан Сюнь попытался снова выкрикнуть имя Сяомань, его рот и нос тут же забило чем-то неведомым, так что из горла вырывалось лишь сдавленное мычание.
Следом, словно дублируя чей-то зловещий сценарий, из окутавшего Чжан Сюня Серого тумана призрачно зазвучали все те странные шумы, что он уже слышал в Черном пространстве.
Шум насекомых, щебетание птиц, заунывный свист ветра и журчание воды зазвучали в ушах одновременно.
И что сильнее всего пугало Чжан Сюня — он заметил, что едва эти звуки появились, как их громкость и тональность начали стремительно расти, превращаясь в нечто сродни смертоносным мантрам, способным выжечь душу.
Но как раз в тот момент, когда уровень этих странных звуков достиг предела и ситуация висела на волоске, черные нити, прильнувшие ранее к его телу, пришли в движение.
Хотя по сравнению с только что виденным черным океаном те действия, на которые были способны нити на его собственной одежде, казались каплей в море, Чжан Сюнь всё же с радостью отметил: тот Серый туман, что подступал к нему ближе чем на метр, с видимой глазу скоростью пожирался ими.
Похоже, Серый туман изначально не догадывался, что Сяомань заранее подготовила сюрприз и на теле самого Чжан Сюня.
Поэтому, когда пожирающие действия черных нитей повторились вновь, Чжан Сюнь отчетливо заметил, как окружающий туман снова заметался в панике.
Однако для нынешнего Серого тумана эта ситуация превратилась в безвыходные клещи, когда его атакуют и изнутри, и снаружи, и до полного поглощения оставалось, судя по всему, лишь отсчитывать время.
— Ау!
То ли совершая последний отчаянный рывок, то ли в агонии, но прежний звериный вой вдруг снова раскатился внутри этого Серого тумана. Однако на сей раз, возможно из-за того, что Чжан Сюнь слишком долго пробыл среди тумана, в отличие от прочих заглушавших слух хаотичных шумов, он отчетливо расслышал направление, откуда доносился этот звук.
Когда испуганный Чжан Сюнь перевел взгляд и зафиксировал его в той стороне, в туманной дымке проступил гигантский темный силуэт.
Чжан Сюнь в меру своего разумения был не в состоянии описать то, что представляли собой очертания этой тени; единственное, что ему удалось разобрать — за этим силуэтом волочился какой-то толстый и тяжелый хвост.

Комментарии

Загрузка...