Глава 49

Дочь Чжао Вэйхун была непреклонна: выписка немедленно, ни секундой позже. Что касается оплаты за скорую помощь и час мониторинга в реанимации, её позиция была столь же твердой — денег нет, хотите — убивайте.Лю Танчунь был готов к такому повороту. Раз родственница подписала информированный отказ, проще было списать эти несколько сотен юаней, чем продолжать скандал.Помимо этой пациентки, у него были куда более важные заботы.— Ты чего притащил сюда свою физиономию? — Лю Танчунь с недовольством посмотрел на тайком вернувшегося Сунь Лиэня. — Тебе дали полдня отдыха, а ты нос воротишь?Сунь Лиэнь, потирая затылок, виновато улыбнулся:— В общежитии отопления нет. Обогреватель и электроодеяло привезут только завтра. Я за прошлые две ночи чуть в сосульку не превратился. Подумал, что в ординаторской тепло, так что лучше поработаю, заодно и погреюсь.— Ты уверен, что в состоянии работать? — Лю Танчунь подозрительно прищурился. — Ты только что пациента проводил в последний путь. Уверен, что справишься?Сунь Лиэнь вытянулся по струнке и кивнул, разве что честь не отдал:— Докладываю, господин директор: я в полном порядке!Лю Танчунь до медицины служил в армии, и такая выправка ему пришлась по душе. Он прищурился и кивнул:— Ну, тогда приступай.Получив «добро», Сунь Лиэнь радостно направился в комнату отдыха. Он взял один из белых халатов Сяо Го — тот, будучи почти двухметрового роста, не влезал в обычные халаты, поэтому оставил свой запасной для общего пользования. Сунь Лиэню это было на руку — не пришлось возвращаться в общежитие за своим.Вэй Цзиньшуй и Лин Лань находились под наблюдением в ОИТ, а Чэнь Вэнь перевели в детскую реанимацию (ОИТП).Три случая в реанимации, один — в морге. Сунь Лиэню на время стало нечего делать, и он остался в режиме ожидания в ординаторской, готовый к тому, что его припашут на подхват другие лечащие врачи.Лю Танчунь, выпроводив семейку Чжао, вернулся в свой кабинет и обнаружил Сюй Южун, чинно сидящую перед его столом.— Что-то случилось? — Лю Танчунь тяжело вздохнул и, взяв термос, налил горячей воды в бумажный стакан перед девушкой. — Почему ещё не дома?— Сегодня моё дежурство, — ответ Сюй Южун был коротким и прямым. Сразу после этого она снова подняла тему публикации. — О случае доктора Суня...— Чэнь Вэнь — не его пациентка, изначально её принял Цао Яньхуа, — у Лю Танчуня голова пошла кругом. — Послушай, ну что ты за упрямица такая? Никто не просит тебя идти против совести или заниматься подлогом. Разве не ты делала биопсию?— Но это не отразит в полной мере вклад доктора Суня в этот случай, — продолжала гнуть свою линию Сюй Южун. — Я — лечащий врач, он — ординатор. Даже если в статье указать его диагностический процесс, кто поверит, что диагноз поставил он самостоятельно? Я не стану воровать его славу — даже ненамеренно.— Ну и ладно! — вспылил Лю Танчунь. Скандал с дочерью Чжао Вэйхун и так поднял ему давление, и теперь он в сердцах грохнул ладонью по столу. — Хочешь подчеркнуть его заслуги? Хорошо! Я поручаю Сяо Суню возглавить лечебную группу, он будет старшим, а ты — у него на подхвате! Теперь ты довольна?!Сюй Южун даже не шелохнулась.— Я — лечащий врач, поработать ассистентом для меня не проблема. Но он — ординатор, он по статусу не может возглавлять группу.— Ты в прошлой жизни точно была немкой. Ты не просто упрямая, у тебя вообще тормозов нет, — Лю Танчунь нервно рассмеялся. — А если я его вне очереди повышу?Сюй Южун помолчала, а затем вдруг спросила:— У того японца действительно гипертиреоз?Лю Танчунь решил, что смена темы — это признак капитуляции, и вздохнул:— Да. Лаборатория подтвердила. Ввели раствор Люголя и диазепам. Давление и пульс Кобаяси Каору стабилизировались.— Я согласна.Снова повисла тишина, а затем Сюй Южун внезапно встала и протянула Лю Танчуню правую руку:— Административные вопросы оставляю на вас. Мне нужно идти докладываться доктору Суню?Лю Танчунь смотрел на её тонкую ладонь, потеряв дар речи.***— Ты чё творишь, старый хрен?! Решил под меня подкопаться?! — вице-президент Лю Пинчуань в кабинете Лю Танчуня стучал по столу, забыв о всяком достоинстве ректора и профессора.Если бы Лю Танчунь вовремя не среагировал, его любимый исинский чайник разлетелся бы вдребезги от праведного гнева начальника.— Сяо Сюй — мой доктор! Я её растил, я хотел, чтобы она мою лабораторию приняла! А ты её в помощницы к ординатору записываешь?! Этот мелкий сопляк что, твой внебрачный сын, Танчунь?!Лю Танчунь скорчил мину, будто наелся горькой полыни:— Да я же в сердцах сказал...— Сказал он! Ты что, ртом воздух портишь?! — Лю Пинчуань окончательно потерял терпение, стол ходил ходуном от его ударов. — И какого хрена ты мне тогда звонишь и требуешь перевода Сяо Сюй? Это что, шутки такие?— Да ты... — Лю Танчунь беспомощно покачал головой. — Сядь сначала, поговорим спокойно. Стучишь тут, как дятел, ещё полицию вызовут, скажут — вице-президент на людей кидается.— Кидаюсь? Да я сейчас реально кинусь! — продолжал кипятиться Лю Пинчуань, но запал уже явно начал иссякать — адреналин у старика был не вечен. Он медленно опустился на стул. — Какой я ректор? Я громоотвод! Родственники жалуются, врачи жалуются, а ты ещё и кадры мои воруешь!Лю Танчунь кашлянул:— В таком возрасте так орать вредно. Ты разве не видишь мой план?— Какой ещё план? План по краже моей преемницы? — Лю Пинчуань всё ещё дулся, но голос его невольно стал тише. — Мечтать не вредно!— Ой, иди ты, — Лю Танчунь махнул рукой. — Я из кожи вон лезу, чтобы Сяо Сюй и Лиэня в одну группу связать. Если эта группа продержится до публикации статьи, её имя там будет железно. Группа из двух человек — кто ещё там будет автором, если не она?Лю Пинчуань вытаращил глаза:— И всё ради этого?— «И всё ради этого»? — Лю Танчунь сам начал стучать по столу. — Твоя ученица — святая простота! Мне страшно лишнее слово ей сказать, боюсь, инфаркт хватит!

Дочь Чжао Вэйхун была непреклонна: выписка немедленно, ни секундой позже. Что касается оплаты за скорую помощь и час мониторинга в реанимации, её позиция была столь же твердой — денег нет, хотите — убивайте.

Лю Танчунь был готов к такому повороту. Раз родственница подписала информированный отказ, проще было списать эти несколько сотен юаней, чем продолжать скандал.

Помимо этой пациентки, у него были куда более важные заботы.

— Ты чего притащил сюда свою физиономию? — Лю Танчунь с недовольством посмотрел на тайком вернувшегося Сунь Лиэня. — Тебе дали полдня отдыха, а ты нос воротишь?

Сунь Лиэнь, потирая затылок, виновато улыбнулся:

— В общежитии отопления нет. Обогреватель и электроодеяло привезут только завтра. Я за прошлые две ночи чуть в сосульку не превратился. Подумал, что в ординаторской тепло, так что лучше поработаю, заодно и погреюсь.

— Ты уверен, что в состоянии работать? — Лю Танчунь подозрительно прищурился. — Ты только что пациента проводил в последний путь. Уверен, что справишься?

Сунь Лиэнь вытянулся по струнке и кивнул, разве что честь не отдал:

— Докладываю, господин директор: я в полном порядке!

Лю Танчунь до медицины служил в армии, и такая выправка ему пришлась по душе. Он прищурился и кивнул:

— Ну, тогда приступай.

Получив «добро», Сунь Лиэнь радостно направился в комнату отдыха. Он взял один из белых халатов Сяо Го — тот, будучи почти двухметрового роста, не влезал в обычные халаты, поэтому оставил свой запасной для общего пользования. Сунь Лиэню это было на руку — не пришлось возвращаться в общежитие за своим.

Вэй Цзиньшуй и Лин Лань находились под наблюдением в ОИТ, а Чэнь Вэнь перевели в детскую реанимацию (ОИТП).

Три случая в реанимации, один — в морге. Сунь Лиэню на время стало нечего делать, и он остался в режиме ожидания в ординаторской, готовый к тому, что его припашут на подхват другие лечащие врачи.

Лю Танчунь, выпроводив семейку Чжао, вернулся в свой кабинет и обнаружил Сюй Южун, чинно сидящую перед его столом.

— Что-то случилось? — Лю Танчунь тяжело вздохнул и, взяв термос, налил горячей воды в бумажный стакан перед девушкой. — Почему ещё не дома?

— Сегодня моё дежурство, — ответ Сюй Южун был коротким и прямым. Сразу после этого она снова подняла тему публикации. — О случае доктора Суня...

— Чэнь Вэнь — не его пациентка, изначально её принял Цао Яньхуа, — у Лю Танчуня голова пошла кругом. — Послушай, ну что ты за упрямица такая? Никто не просит тебя идти против совести или заниматься подлогом. Разве не ты делала биопсию?

— Но это не отразит в полной мере вклад доктора Суня в этот случай, — продолжала гнуть свою линию Сюй Южун. — Я — лечащий врач, он — ординатор. Даже если в статье указать его диагностический процесс, кто поверит, что диагноз поставил он самостоятельно? Я не стану воровать его славу — даже ненамеренно.

— Ну и ладно! — вспылил Лю Танчунь. Скандал с дочерью Чжао Вэйхун и так поднял ему давление, и теперь он в сердцах грохнул ладонью по столу. — Хочешь подчеркнуть его заслуги? Хорошо! Я поручаю Сяо Суню возглавить лечебную группу, он будет старшим, а ты — у него на подхвате! Теперь ты довольна?!

Сюй Южун даже не шелохнулась.

— Я — лечащий врач, поработать ассистентом для меня не проблема. Но он — ординатор, он по статусу не может возглавлять группу.

— Ты в прошлой жизни точно была немкой. Ты не просто упрямая, у тебя вообще тормозов нет, — Лю Танчунь нервно рассмеялся. — А если я его вне очереди повышу?

Сюй Южун помолчала, а затем вдруг спросила:

— У того японца действительно гипертиреоз?

Лю Танчунь решил, что смена темы — это признак капитуляции, и вздохнул:

— Да. Лаборатория подтвердила. Ввели раствор Люголя и диазепам. Давление и пульс Кобаяси Каору стабилизировались.

— Я согласна.

Снова повисла тишина, а затем Сюй Южун внезапно встала и протянула Лю Танчуню правую руку:

— Административные вопросы оставляю на вас. Мне нужно идти докладываться доктору Суню?

Лю Танчунь смотрел на её тонкую ладонь, потеряв дар речи.

***

— Ты чё творишь, старый хрен?! Решил под меня подкопаться?! — вице-президент Лю Пинчуань в кабинете Лю Танчуня стучал по столу, забыв о всяком достоинстве ректора и профессора.

Если бы Лю Танчунь вовремя не среагировал, его любимый исинский чайник разлетелся бы вдребезги от праведного гнева начальника.

— Сяо Сюй — мой доктор! Я её растил, я хотел, чтобы она мою лабораторию приняла! А ты её в помощницы к ординатору записываешь?! Этот мелкий сопляк что, твой внебрачный сын, Танчунь?!

Лю Танчунь скорчил мину, будто наелся горькой полыни:

— Да я же в сердцах сказал...

— Сказал он! Ты что, ртом воздух портишь?! — Лю Пинчуань окончательно потерял терпение, стол ходил ходуном от его ударов. — И какого хрена ты мне тогда звонишь и требуешь перевода Сяо Сюй? Это что, шутки такие?

— Да ты... — Лю Танчунь беспомощно покачал головой. — Сядь сначала, поговорим спокойно. Стучишь тут, как дятел, ещё полицию вызовут, скажут — вице-президент на людей кидается.

— Кидаюсь? Да я сейчас реально кинусь! — продолжал кипятиться Лю Пинчуань, но запал уже явно начал иссякать — адреналин у старика был не вечен. Он медленно опустился на стул. — Какой я ректор? Я громоотвод! Родственники жалуются, врачи жалуются, а ты ещё и кадры мои воруешь!

Лю Танчунь кашлянул:

— В таком возрасте так орать вредно. Ты разве не видишь мой план?

— Какой ещё план? План по краже моей преемницы? — Лю Пинчуань всё ещё дулся, но голос его невольно стал тише. — Мечтать не вредно!

— Ой, иди ты, — Лю Танчунь махнул рукой. — Я из кожи вон лезу, чтобы Сяо Сюй и Лиэня в одну группу связать. Если эта группа продержится до публикации статьи, её имя там будет железно. Группа из двух человек — кто ещё там будет автором, если не она?

Лю Пинчуань вытаращил глаза:

— И всё ради этого?

— «И всё ради этого»? — Лю Танчунь сам начал стучать по столу. — Твоя ученица — святая простота! Мне страшно лишнее слово ей сказать, боюсь, инфаркт хватит!