В последнее время интернет пестрил историями о встречах одноклассников, превращавшихся в ярмарку тщеславия: успешные кичились достатком, неудачников травили, а подвыпившая толпа заставляла бывших возлюбленных разыгрывать сценки, мало подходящие для приличного общества.
Честно говоря, Тан Сяочуаню совсем не хотелось идти на это сборище. Посидеть тесным кругом с парой-тройкой верных друзей – это одно, а вот весь класс...
Но старые товарищи насели так, что отвертеться не удалось. На следующий вечер он припарковал машину у отеля «Золотой век» в центре города.
Выйдя из салона, он увидел, как из «Гелика» выходят Бин-гэ и Чжань-гэ. — Ждите меня здесь, — распорядился он.
— Поняли, — ответили охранники и вернулись в машину: чем меньше они двигались, тем дольше держался заряд.
Тан Сяочуань вошел в холл и мельком глянул в сторону ресторана – там уже собралось немало народу.
Трое мужчин в вестибюле оживленно беседовали. Один из них обернулся, вгляделся в вошедшего и, хоть и не сразу, но узнал его:
— Тан Ханьчэнь!
Тан Сяочуань улыбнулся:
— О, господин староста!
Ян Е подошел и протянул руку:
— Что так поздно? Почти все уже здесь, пары человек не хватает.
Они обнялись. — Конец года, дома дел невпроворот, извини, — ответил Тан Сяочуань.
К ним подошли еще двое. Одним был Ван Тунхуэй – тот самый «богатей» выпуска. Вторым – Гу Вэй. Тан Сяочуань обменялся со всеми рукопожатиями.
— Ханьчэнь, ты как в воду канул. В прошлом году на встрече староста тебя вспоминал, говорил – только тебя одного не нашли.
Тан Сяочуань вздохнул и покачал головой:
— Да на третьем курсе проблемы кое-какие были... Долгая история, в двух словах не расскажешь.
Собеседники оказались достаточно тактичными, чтобы не лезть в душу с расспросами.
Тут из лифта выскочил Сюн Давэй и, увидев Тан Сяочуаня, заорал на весь холл:
— Ханьчэнь! Ну наконец-то! Пошли скорее, нам как раз четвертого не хватает!
Тан Сяочуань поморщился:
— В маджонг, что ли? Я же не умею, в жизни костей в руках не держал.
Ван Тунхуэй подмигнул:
— Да брось, так, перекинемся по маленькой. Ставки смешные – десять-двадцать юаней. Там в других залах по сорокет рубятся, вот там серьезно.
Тан Сяочуань хоть и не играл, но видел, как это делается. При их местных правилах с «джокерами» даже при малых ставках можно было за час спустить несколько тысяч, если карта не пойдет.
— Правда, я даже правил не знаю.
— Ерунда, — отмахнулся Сюн Давэй, — я научу. Через пару партий сам мастером станешь.
«Ага, только платить за это обучение придется мне», – подумал Тан Сяочуань, но его уже тащили под руки в сторону лифта. — Ладно-ладно, только у меня налички с собой кот наплакал.
Ван Тунхуэй хлопнул себя по груди:
— Играй спокойно. Выиграешь – заберешь себе, проиграешь – я всё покрою!
Интереса к азартным играм у Тан Сяочуаня не было, но спорить было бесполезно. «Ладно, спишем на расходы за встречу», – решил он.
На втором этаже располагались VIP-кабинеты, где можно было и пообедать, и поиграть. Там уже стояли накрытые столы, автоматические столы для маджонга, висели телевизоры.
Несколько одноклассников смотрели телевизор. Сюн Давэй провозгласил:
— Ребята, Тан Ханьчэнь прибыл!
Девушка в дорогой шубе, с ярким макияжем, воскликнула:
— Тан! Говорят, девушки с возрастом меняются, но ты-то! Настоящим мужчиной стал, солидным таким, возмужал!
— Ян Лин, сочту это за комплимент, — отшутился он.
После объятий с мужчинами и чинных рукопожатий с дамами компания наконец села за стол. — Давайте, Ян Лин, Го Сяоюй и Тан Ханьчэнь не умеют, я сначала им покажу. Кто еще с нами? — Спросил Сюн Давэй.
Староста Ян Е глянул на Ван Тунхуэя:
— Там еще ребята не подошли, я их встречу. Играйте пока.
— Идет! — Ван Тунхуэй сел напротив Тан Сяочуаня.
Первое время Тан Сяочуань путался в костях, не понимал очередности ходов. Сюн Давэй терпеливо объяснял, как строить комбинации и какие есть нюансы. Трое остальных явно были тертыми калачами – руки так и порхали над столом, взгляды цепкие, всё подмечают.
Через полчаса две тысячи юаней из бумажника Тан Сяочуаня перекочевали в карманы одноклассников. — Давэй, слушай, позови менеджера, пусть мне налички обменяет.
— Сколько?
— Да давай тысяч двадцать.
— Понял. — Сюн Давэй вышел.
Ван Тунхуэй тут же вставил свои пять копеек:
— Да брось ты, я же сказал – я заплачу. — Он потянулся к своей сумке.
Тан Сяочуань остановил его взглядом:
— Ван Тунхуэй, кончай это. Если так продолжишь – мы с тобой больше не одноклассники.
— Ох... ладно, извини, — Ван Тунхуэй примирительно поднял руки и раздал всем сигареты. Тан Сяочуань вежливо отказался.
Вскоре менеджер принес деньги. Тан Сяочуань перевел нужную сумму на счет отеля через телефон, без всяких комиссий.
Игра продолжилась. Сюн Давэй, видя, что ученик освоил азы, предложил играть «на вылет»: тот, кто собирает «ху», забирает выигрыш и уступает место следующему зрителю. В этом круговороте Тан Сяочуань внезапно начал побеждать. То ли рука «набилась», то ли просто повезло, но к моменту начала банкета он не только вернул проигранное, но и вышел почти в ноль, проиграв в итоге сущие копейки.
— Внимание всем! — Голос старосты разнесся по коридору. — Заканчиваем партии! Все спускаемся на первый этаж в большой зал. Нас шестьдесят человек, всё по списку. По десять за стол: пьющие – к пьющим, трезвенники – отдельно!
Ян Лин со смехом сгребла кости:
— Всё, разбегаемся. Время обедать!
。

Комментарии

Загрузка...