Сказав это, Тан Сяочуань продолжил:
— Помимо гарантии качества, есть еще вопрос транспортировки! Овощи – это не фрукты, их гораздо сложнее сохранить свежими. После того как вы соберете их у каждого дома, их нужно доставить в деревенский пункт приема, упаковать в ящики и погрузить в машину. Это займет как минимум день. На дорогу уйдет еще не меньше дня. К тому времени, как они доберутся до меня, они уже потеряют свежесть!
Секретарь Вэй спросил:
— А разве нельзя использовать пенопластовые коробки со льдом для сохранения свежести?
Тан Сяочуань покачал головой:
— Про другие места не знаю, но экологически чистые овощи категории «AA», которые закупает наша компания, нельзя перевозить и хранить со льдом! Даже если бы это разрешалось, вам пришлось бы построить как минимум ледогенераторный завод, а это тоже немалые вложения!
— И еще одно: я не могу гарантировать, как долго наша компания будет заниматься закупкой овощей и фруктов. Может, в этом году будем, а в следующем – нет. Если жители вложат огромные средства, а через год или два я перестану закупать товар, вам придется самим искать рынки сбыта!
Тан Сяочуань говорил это вовсе не для отговорки. На его Интеллектуальном помощнике только приложение «Попутное Видео» могло связываться с пространственно-временным каналом, причем открывался он только с восьми вечера до полуночи. Он не мог гарантировать, что эта функция будет работать вечно: возможно, завтра она больше не откроется, а может, перестанет работать через несколько лет.
Поэтому он уже начал принимать меры на будущее, приступая к сбору технологических данных из мира будущего – от простых до самых продвинутых. Он планировал и дальше покупать высокотехнологичные товары будущего, от гражданских до военных, шаг за шагом. А эти технологии требовали колоссальных трат.
Несмотря на то что на счету в «Попутном Видео» он уже был миллиардером, на деле этих денег могло не хватить даже на покупку одного легкого военного корабля будущего. Так что ему нужно было постоянно зарабатывать валюту будущего для поддержки своих планов.
Секретарь Вэй понял, что дело это непростое. Поразмыслив, он сказал:
— Сяо Тан, ты ведь тоже выходец из нашей деревни. Теперь, когда ты разбогател, надеемся, что при возможности ты протянешь руку помощи односельчанам!
Тан Сяочуань кивнул:
— Не беспокойтесь, секретарь Вэй. Если появится стоящее дело, я первым делом вспомню о своих земляках!
Деревенское руководство ушло. Старик и Тан Сяочуань изо всех сил звали их остаться на обед, но сегодня был Праздник середины осени, и все хотели провести его со своими семьями.
Провозившись до одиннадцати утра, Тан Сяочуань наконец прибрал в доме. Мать застелила постель еще в одной комнате на первом этаже и принялась готовить обед.
Около полудня вернулся Тан Ханьминь с женой. Они припарковались у порога на своем «Ситроене».
— Папа, мама!
Тан Ханьминь представил гостью родителям:
— Это Сюцин, ваша невестка! Сюцин, это папа с мамой и старший брат!
Тан Сяочуань слышал от брата об этой девушке. Она была не из деревни, а из небольшого городка в провинции Хэнань. Ее отец в молодости был водителем, позже вместе с матерью работал на коллективном предприятии, а после того как дети выросли, вышел на досрочную пенсию и теперь подрабатывал таксистом в Цзянчэне.
В невестке не было робости, свойственной многим девушкам при знакомстве с родней мужа. Хотя она впервые видела свекров и старшего брата, вела она себя вполне достойно.
— Папа, мама, брат, здравствуйте! Я Сюцин.
Мама сияла от радости, то и дело вытирая натруженные руки о фартук:
— Хорошо, хорошо-то как!
Поскольку молодая жена пришла в дом впервые, старики не решались пристально ее разглядывать. Отец поспешно пригласил:
— Скорее проходите в дом!
Семья с вещами направилась внутрь. Тан Ханьминь оглядывал только что отстроенное здание:
— Зачем вы старый дом снесли? И когда успели это построить?
Отец ответил:
— Месяц назад начали. Первый вызвал строительную компанию из Биньхая, так они с такой скоростью всё возвели! Отделка уже больше чем наполовину готова. Прораб говорит, за неделю закончат.
Тан Ханьминь повернулся к Тан Сяочуаню:
— Во сколько это обошлось?
— Не знаю, еще не рассчитывался.
За праздничным столом Тан Ханьминь отхлебнул вина и спросил:
— А сколько тебе выплатили дивидендов в компании?
Кто-то другой вряд ли бы задал такой вопрос – нужно ведь понимать, о чем прилично спрашивать, а о чем нет. Но у братьев таких преград не было, они спрашивали всё напрямую.
Тан Сяочуань ответил:
— Начислили... миллионов сорок-пятьдесят. Что, денег не хватает?
— Да нет, квартиру уже купили, ипотеку потихоньку выплатим. Взяли ту, что присмотрели – не огромная, но и не маленькая, на семью хватит. Кстати, что это за компания такая, что за раз такие дивиденды платит?
Тан Сяочуань немного помолчал и решил всё же рассказать семье:
— Косметическая компания «Дайсия». Слышали о такой?
Тан Ханьминь и Ван Сюцин так и замерли с широко открытыми глазами. — Как не слышать! Последние месяцы реклама «Дайсии» в Цзянчэне на каждом углу, из каждого утюга кричат! Сюцин говорила, что косметика вашей фирмы очень эффективная, но дорогая до ужаса. Она видела, как коллеги покупали, результат налицо, сама давно хотела, но цена кусается, вот и не решалась.
Тан Сяочуань усмехнулся:
— На самом деле я вложился туда чисто случайно. «Дайсия» тогда была в глубоком кризисе. Мой одноклассник – сын владельца фирмы. В то время они даже зарплату выдать не могли, банки в кредитах отказывали, поставщики сырья душили долгами. У них даже после залога дома денег не хватало. Мои шестьсот тысяч были каплей в море, но для них это стало спасательным кругом. Вот отец одноклассника и выделил мне пять процентов акций.
Иногда одна ложь порождает бесконечную цепь оправданий, но Тан Сяочуань знал, что правду говорить нельзя – это обернется огромными проблемами.
Семья слушала, затаив дыхание. Отец постучал по столу:
— Вот видите! Человеку надо быть добрым. За чистую совесть всегда воздастся!
После обеда Тан Ханьминь повел жену на прогулку – показать деревню, в которой вырос.
Отец отвел Тан Сяочуаня в сторону:
— Сын, дай мне немного денег.
Тан Сяочуань удивился:
— У вас же на карте больше миллиона осталось, зачем еще?
— То деньги на закупку фруктов, я не могу их трогать!
Тан Сяочуань вздохнул:
— Ну и сколько тебе нужно?
— Ты же получил пятьдесят миллионов? Мне много не надо, выдели отцу хоть пару миллионов на старость.
Тан Сяочуань сразу всё понял: старик хотел отдать эти деньги младшему сыну. — Пап, я знаю, что ты задумал. Ты этим ему не помогаешь, а вредишь!
Отец выпучил глаза:
— Он твой брат! Кто ему поможет, если не ты?
— А кто сказал, что я не помогу? Но у него должны быть свои идеи. Если он захочет открыть магазин или фирму и ему понадобятся деньги, он может обсудить это со мной! Ты что, своего младшего сына не знаешь? Он с детства самостоятельный. Если у него будет план, он сам мне скажет, и не нужно твоего вмешательства!
Отец долго молчал, но в конце концов буркнул:
— Дай мне два миллиона, я их просто при себе придержу. Если у кого-то из вас возникнут трудности, я их отдам. Так пойдет?
Тан Сяочуань не смог переспорить старика и перевел два миллиона на его счет. — Пап, я серьезно: не будь предвзятым, дели всё поровну!
Отец с довольной улыбкой уставился на уведомление о приходе денег и замахал рукой, как на назойливую муху:
— Проваливай, проваливай!
。

Комментарии

Загрузка...