Глава 417

— Ха ранен?Рю Джимин медленно моргнула. Ее лицо словно застыло, дыхание на мгновение перехватило, пока она изучала новости в сети.Затем она взглянула на слитые фото, прикрепленные к посту. Кажется, это был ассистент Ха? Тот помогал ему идти, и сквозь зернистость снимков можно было разглядеть скованность в теле и тяжелую походку Ха.Рю Джимин открыла фотографии и долго, внимательно их разглядывала. После она наткнулась на официальное заявление от BH и другие сообщения в новостных лентах.Травма спины.Убедившись, что ранение не было серьезным, она почувствовала, как тревога, едва успевшая всколыхнуться в сердце, начала понемногу утихать. Рю Джимин вдумчиво перечитала уведомление и твердо велела себе больше об этом не беспокоиться.Она ведь решила быть безжалостной, а значит, нельзя так легко поддаваться чувствам!Рю Джимин с убеждением повторила это про себя, даже зажмурилась, пытаясь стереть из памяти увиденное. Она заставляла себя игнорировать новость, запрещая мыслям возвращаться к нему.В конце концов, их «Next Level» сейчас по-настоящему взрывает чарты!Песня стремительно взлетела на второе место в недельном рейтинге, да и в дневном чарте позиции были не хуже. Цифровые показатели зашкаливали. Если бы не столкновение с BTS, они бы уже давно заняли первую строчку.И если бы не отсутствие физических альбомов, они могли бы собрать множество наград на музыкальных шоу, не спотыкаясь на пути к вершине пьедестала.Как бы то ни было, сейчас их песня доносилась отовсюду: из переулков, магазинов и из каждого уголка интернета.— Чинджа, «Next Level»! — Прошептала она.Думая об этом и ощущая стремительный рост популярности группы, Рю Джимин почувствовала себя чуть увереннее. Хотя сама не понимала, зачем ей вообще нужна была эта уверенность.— О боже.Ким Винтер, сидевшая рядом, даже не пыталась скрыть удивления и шока, не отрываясь от экрана телефона.Рю Джимин бросила на нее короткий взгляд. Она не расслышала, что та пробормотала следом, но видела, как Ким Винтер сосредоточенно постукивает пальцами по экрану с очень серьезным видом.— А... ани.Глядя на это, Рю Джимин ощутила внезапный прилив раздражения. Она не могла выплеснуть гнев на подругу, и это чувство жгучей обиды закипало где-то внутри.«Почему ты так о нем печешься? Неужели вы настолько близки?»Ким Винтер, словно почувствовав неладное, подняла голову и взглянула на Рю Джимин. Убедившись, что лицо той спокойно и не выражает ничего необычного, она снова опустила взгляд.На самом деле все было совсем не так, как вообразила себе Рю Джимин. Ким Винтер просто наткнулась на другие новости и инстинктивно воскликнула, а на подругу посмотрела лишь потому, что заметила ее реакцию.Разве могла она следить за каждым шагом Квона Хёка так же пристально, как Рю Джимин?Обычно Рю Джимин никак не комментировала ее поведение, но почему же сейчас она стала такой чувствительной?Подсознательно, стоило им обеим коснуться дел, связанных с Квоном Хёком, атмосфера между ними неизменно становилась натянутой.Тем временем Квон Хёк лежал на кровати в довольно неловкой позе, а Пак Чон Тин, присевший рядом, развлекал его беседой.— Посмотри на это с хорошей стороны, — рассуждал Пак Чон Тин, подходя к вопросу с деловой логикой. — Это своего рода ранняя реклама дорамы, теперь о ней узнает множество людей.— Я бы предпочел обойтись без этого, — отозвался Квон Хёк, повернув голову к менеджеру. — Кого волнует такая популярность? Я бы лучше в Instagram что-нибудь выложил.— YG Entertainment уже запустили маркетинг, — спокойно пояснил Пак Чон Тин. — Упор сделан на продвижение твоей новой дорамы, твой профессионализм и предвкушение экшен-сцен.Квон Хёк удивленно приподнял брови:— Уже начали? Не будут ли людей раздражать такие частые упоминания? К тому же получить травму на съемках – обычное дело. Из-за этого громкого объявления кажется, будто я при смерти или настолько изнежен, что и шагу ступить не могу.Пак Чон Тин лишь отмахнулся от его сомнений:— Ты слишком много думаешь. Как часто ты видишь подобные новости? Если не продвигать это, как другие узнают? Ты все еще думаешь, что хорошее вино в рекламе не нуждается? Режиссеры и сценаристы тоже читают новости, и их каналы информации мало чем отличаются от обычных людей.— Просто расслабься, — добавил он, видя, что Квон Хёк все еще недоволен. — Методы маркетинга не будут топорными. Разве можно назвать хорошим маркетингом то, что публика видит насквозь?— Компании пришлось выдержать настоящий удар от фанатов. Когда вернешься, будь осторожнее. Такого раньше в агентстве не случалось, ведь ты сейчас – единственный, кто представляет халлю у нас.Квон Хёк не стал больше спорить и согласился с доводами компании:— Ладно, делайте, как считаете нужным.Пак Чон Тин посидел с ним еще немного и ушел. Однако после того, как новость о травме разлетелась, близкие знакомые один за другим потянулись с визитами вежливости.Бордер-колли Мишу лежал у кровати Квона Хёка, не сводя глаз с незнакомых людей, которые то и дело входили в дверь. После первой настороженности пес оживился и стал очень ласковым: он кружил вокруг гостей, настойчиво подставляя голову под ладони.Когда очередной посетитель ушел, Мишу снова улегся у кровати, понуро опустив уши.Он не понимал, что происходит, знал только, что сегодня было много людей, и это его радовало.Раздался стук.Еще до того, как звук повторился, Мишу вскочил на лапы, навострив уши. Он бросился к двери, громко лая.Лю Айли поднялась, чтобы открыть, но не успела сделать и шага, как услышала щелчок замка. Она замерла и вопросительно посмотрела на Квона Хёка.«Твои знакомые?»«Откуда они знают пароль?»За дверью Минатодзаки Сана наблюдала, как Чжоу Цзыюй стучит в дверь. Она опустила взгляд на кодовый замок, а затем небрежно спросила:— У тебя и раньше был здесь пароль?— Был когда-то... — Чжоу Цзыюй замялась. Она действительно знала старый код.Но она не была уверена, не сменили ли его и уместно ли сейчас входить вот так, без приглашения.— Попробуй! — Подзадорила ее Минатодзаки Сана. — А вдруг сработает? Все равно мы уже у двери.Чжоу Цзыюй поколебалась, но протянула руку и нажала несколько кнопок. Раздался механический сигнал, и дверь открылась.Увидев, что пароль остался прежним, Чжоу Цзыюй не знала, радоваться ей или...Минатодзаки Сана молча смотрела на нее.— Заходи, — поторопила она опешившую подругу, подтолкнув ее внутрь и любопытно вытягивая шею.Кажется, она еще никогда не была дома у Квона Хёка.— Онни Айли, — негромко позвала Чжоу Цзыюй, увидев идущую им навстречу Лю Айли. На ее лице тут же появилась улыбка.Лю Айли улыбнулась в ответ и, ничего не говоря, указала на спальню, приглашая их войти.Но быстрее, чем они успели сделать шаг, из комнаты вылетел Мишу. Он бросился к Цзыюй, захлебываясь лаем, тыкался носом ей в ладони и даже поскуливал от восторга, а его хвост вращался, словно пропеллер.Чжоу Цзыюй покачнулась, едва не сбитая с ног бурным приветствием пса.Придя в себя, она склонилась над ним и принялась гладить Мишу по голове с такой теплой и искренней улыбкой, какую, возможно, не показала бы даже самому Квону Хёку.— Мишу~!Минатодзаки Сана с завистью наблюдала за этой сценой, но, вспомнив о раненом Квоне Хёке, прошла в спальню.— Вы пришли? — Квон Хёк лежал на спине, подложив под голову несколько подушек и опираясь на изголовье кровати. Он приподнялся, глядя на дверь. — Я знал, что у Цзыюй есть пароль, так что могли бы и не стучать.Его глаза загорелись, когда вошла Минатодзаки Сана.Говорят, лето – лучшее время для красавиц, чтобы продемонстрировать свое очарование.Топ без бретелек, минимум ткани, открывающий плечи и безупречную линию шеи. Тонкие, нежные руки, белые, словно полированный нефрит, и идеальная фигура – она выглядела великолепно.Длинные волнистые волосы ниспадали на одно плечо, улыбка была яркой и сладкой, а в сияющих глазах, казалось, расцветала весна, передавая нежность в каждом взгляде.Завидев его, Минатодзаки Сана тут же посерьезнела. Она озабоченно осмотрела его с головы до ног и присела на стул у кровати.— Как ты умудрился пораниться? Я увидела новости и сразу же помчалась к тебе.Она тараторила без умолку, а закончив, принялась часто-часто моргать своими большими глазами, глядя на него.Прежде чем он успел ответить, вошла Чжоу Цзыюй с собакой на буксире. Мишу по-прежнему пребывал в восторге от обеих девушек и теперь кружил у ног Саны, ожидая своей порции ласки.— Это съемки, несчастные случаи – обычное дело, — с улыбкой ответил Квон Хёк, покачав головой. Ему было приятно, что сразу две красавицы, каждая со своим неповторимым шармом, пришли его навестить.— Вчера я ужинал с Минни и Миён, из-за чего утром был не в лучшей форме. Возможно, дело в этом.— Вот как? — Минатодзаки Сана тут же оживилась. — И что же произошло?— Миён прошла прослушивание и получила роль. Она была так счастлива, что позвала нас отпраздновать.Говоря это, Квон Хёк покосился на Чжоу Цзыюй.Она просто сидела рядом, слушая их разговор и переводя взгляд с одного на другого.Неожиданно для всех, именно Чжоу Цзыюй первой предложила прийти, а не более активная и бойкая Минатодзаки Сана, как можно было бы ожидать.Причина была проста...Впрочем, причина была и не нужна. Отношения между ними постепенно налаживались. И хотя их нельзя было назвать полностью восстановленными, в подобной ситуации все старые обиды можно было отложить в сторону.— Э-эй~ Почему ты меня не позвал? Такое событие не должно было пройти без меня, — в голосе Минатодзаки Саны послышались ревнивые нотки. Она явно не хотела упускать возможность повеселиться в хорошей компании.— Это был лишь сиюминутный порыв. Почему ты ревнуешь ко всему подряд? — Квон Хёк поморщился с притворным раздражением.Минатодзаки Сана закатила глаза и недовольно надула губы:— Хм-ф, как ты можешь такое говорить.Она опустила голову к Мишу, который настойчиво тыкался ей в руки. Она принялась гладить его и чесать подбородок.Бордер-колли довольно вздохнул и положил морду ей на колени, приоткрыв пасть в подобии улыбки.— Ха-ха, вчера они обе изрядно набрались. Будь ты там, с тобой было бы то же самое, — рассмеялся Квон Хёк, а затем перевел взгляд на Чжоу Цзыюй. — У вас ведь скоро камбэк? Сильно заняты в эти дни?— Не слишком, основные приготовления уже закончены, — просто ответила она.Нагрузка Twice заметно снизилась после пандемии. Период с конца 2020 по конец 2021 года можно было назвать самым спокойным в их карьере.Конечно, после снятия ограничений они вернулись к привычному ритму, вовсе не напоминая женскую группу, чья популярность идет на спад.— Это хорошо. А то если бы вы тратили время на меня в разгар работы, это было бы настоящим преступлением против графика TWICE.— А...— Как смешно, аджосси~ – Сана надулась и шутливо покачала головой, явно поддразнивая его.Уголок рта Квона Хёка дернулся.Чжоу Цзыюй не выдержала и тихо рассмеялась, прикрыв рот ладонью. В ее глазах плясали искорки смеха.— Хватит этих сладких речей, — Минатодзаки Сана была настроена решительно и даже скрестила руки перед собой. — Тебе стоит благодарить свою внешность, иначе этот комментарий прозвучал бы просто пугающе.Квон Хёк, безжалостно высмеянный, коснулся своего лица, на мгновение лишившись дара речи.— Пойду посмотрю, как ты тут устроился. А вы пока поболтайте, — Сана бросила взгляд на Цзыюй, столкнула голову пса со своих колен и решительно направилась к выходу.— Эй, куда ты так спешишь? Посиди еще, — крикнул ей вслед Квон Хёк, жестом приглашая вернуться.В этот момент Чжоу Цзыюй посмотрела на него, а затем на Сану.Взгляд Минатодзаки Саны был прикован к Квону Хёку, и в нем смешались растерянность, недоумение и какой-то странный разлад.Квон Хёк перевел взгляд на Цзыюй, но тут же снова посмотрел на Сану.В его лице не было ничего необычного; он выглядел совершенно естественно и искренне.Конечно, это длилось лишь мгновение.— Ани, я все-таки выйду, — быстро спохватилась Сана и тут же выскочила из комнаты. Мишу, виляя хвостом, рысцой последовал за ней, даже не оглянувшись.— Мы же почти не поговорили, — пробормотал Квон Хёк и снова сосредоточился на Чжоу Цзыюй.Она была в повседневной одежде: облегающий кроп-топ, открывающий живот, и свободные длинные брюки. Этот наряд подчеркивал ее изящную талию, а что до груди, то она напоминала едва проклюнувшийся бутон лотоса.Квон Хёк когда-то знал в точности, насколько она была невелика, но сейчас поймал себя на мысли, что наряд Саны казался ему симпатичнее – то ли из-за психологии, то ли по какой-то другой причине.— Сильно болит? — Спросила Чжоу Цзыюй, заметив пузырьки с лекарствами на столе и прерывая неловкое молчание.— Травма свежая, так что пока болит прилично. Кажется, будто что-то сломано, пошевелиться не могу. Когда сейчас поворачивался, думал, калекой останусь.— Я ведь раньше никогда не травмировался. Это первый раз за все время в индустрии.Квон Хёк говорил, а Чжоу Цзыюй тихо слушала, время от времени кивая:— Тебе нужно быть осторожным и хорошо отдыхать. Чонён-онни оказалась в тяжелом состоянии именно потому, что не уделяла этому достаточно внимания.Ее слова были полны искренней заботы. В каком-то смысле их отношения все еще можно было описать фразой «разошлись как в море корабли», но отпустили ли они друг друга на самом деле – вопрос открытый.Человеческое сердце не камень. Чжоу Цзыюй не была бесчувственной, а Квон Хёк всегда был натурой увлекающейся. Двум бывшим любовникам, кажется, суждено было оставаться связанными, не в силах окончательно обрубить все нити.— Я в порядке. Врач сказал, серьезных проблем нет, просто растяжение поясничных мышц. Несколько дней покоя, и все пройдет, — с улыбкой ответил он.Цзыюй хотела что-то добавить, но тут раздался звонок в дверь.Кто бы это мог быть?— Сонхэ-я?! — Раздался снаружи звонкий, мелодичный голос. Чжоу Цзыюй обернулась на звук.

— Ха ранен?

Рю Джимин медленно моргнула. Ее лицо словно застыло, дыхание на мгновение перехватило, пока она изучала новости в сети.

Затем она взглянула на слитые фото, прикрепленные к посту. Кажется, это был ассистент Ха? Тот помогал ему идти, и сквозь зернистость снимков можно было разглядеть скованность в теле и тяжелую походку Ха.

Рю Джимин открыла фотографии и долго, внимательно их разглядывала. После она наткнулась на официальное заявление от BH и другие сообщения в новостных лентах.

Травма спины.

Убедившись, что ранение не было серьезным, она почувствовала, как тревога, едва успевшая всколыхнуться в сердце, начала понемногу утихать. Рю Джимин вдумчиво перечитала уведомление и твердо велела себе больше об этом не беспокоиться.

Она ведь решила быть безжалостной, а значит, нельзя так легко поддаваться чувствам!

Рю Джимин с убеждением повторила это про себя, даже зажмурилась, пытаясь стереть из памяти увиденное. Она заставляла себя игнорировать новость, запрещая мыслям возвращаться к нему.

В конце концов, их «Next Level» сейчас по-настоящему взрывает чарты!

Песня стремительно взлетела на второе место в недельном рейтинге, да и в дневном чарте позиции были не хуже. Цифровые показатели зашкаливали. Если бы не столкновение с BTS, они бы уже давно заняли первую строчку.

И если бы не отсутствие физических альбомов, они могли бы собрать множество наград на музыкальных шоу, не спотыкаясь на пути к вершине пьедестала.

Как бы то ни было, сейчас их песня доносилась отовсюду: из переулков, магазинов и из каждого уголка интернета.

— Чинджа, «Next Level»! — Прошептала она.

Думая об этом и ощущая стремительный рост популярности группы, Рю Джимин почувствовала себя чуть увереннее. Хотя сама не понимала, зачем ей вообще нужна была эта уверенность.

— О боже.

Ким Винтер, сидевшая рядом, даже не пыталась скрыть удивления и шока, не отрываясь от экрана телефона.

Рю Джимин бросила на нее короткий взгляд. Она не расслышала, что та пробормотала следом, но видела, как Ким Винтер сосредоточенно постукивает пальцами по экрану с очень серьезным видом.

— А... ани.

Глядя на это, Рю Джимин ощутила внезапный прилив раздражения. Она не могла выплеснуть гнев на подругу, и это чувство жгучей обиды закипало где-то внутри.

«Почему ты так о нем печешься? Неужели вы настолько близки?»

Ким Винтер, словно почувствовав неладное, подняла голову и взглянула на Рю Джимин. Убедившись, что лицо той спокойно и не выражает ничего необычного, она снова опустила взгляд.

На самом деле все было совсем не так, как вообразила себе Рю Джимин. Ким Винтер просто наткнулась на другие новости и инстинктивно воскликнула, а на подругу посмотрела лишь потому, что заметила ее реакцию.

Разве могла она следить за каждым шагом Квона Хёка так же пристально, как Рю Джимин?

Обычно Рю Джимин никак не комментировала ее поведение, но почему же сейчас она стала такой чувствительной?

Подсознательно, стоило им обеим коснуться дел, связанных с Квоном Хёком, атмосфера между ними неизменно становилась натянутой.

Тем временем Квон Хёк лежал на кровати в довольно неловкой позе, а Пак Чон Тин, присевший рядом, развлекал его беседой.

— Посмотри на это с хорошей стороны, — рассуждал Пак Чон Тин, подходя к вопросу с деловой логикой. — Это своего рода ранняя реклама дорамы, теперь о ней узнает множество людей.

— Я бы предпочел обойтись без этого, — отозвался Квон Хёк, повернув голову к менеджеру. — Кого волнует такая популярность? Я бы лучше в Instagram что-нибудь выложил.

— YG Entertainment уже запустили маркетинг, — спокойно пояснил Пак Чон Тин. — Упор сделан на продвижение твоей новой дорамы, твой профессионализм и предвкушение экшен-сцен.

Квон Хёк удивленно приподнял брови:

— Уже начали? Не будут ли людей раздражать такие частые упоминания? К тому же получить травму на съемках – обычное дело. Из-за этого громкого объявления кажется, будто я при смерти или настолько изнежен, что и шагу ступить не могу.

Пак Чон Тин лишь отмахнулся от его сомнений:

— Ты слишком много думаешь. Как часто ты видишь подобные новости? Если не продвигать это, как другие узнают? Ты все еще думаешь, что хорошее вино в рекламе не нуждается? Режиссеры и сценаристы тоже читают новости, и их каналы информации мало чем отличаются от обычных людей.

— Просто расслабься, — добавил он, видя, что Квон Хёк все еще недоволен. — Методы маркетинга не будут топорными. Разве можно назвать хорошим маркетингом то, что публика видит насквозь?

— Компании пришлось выдержать настоящий удар от фанатов. Когда вернешься, будь осторожнее. Такого раньше в агентстве не случалось, ведь ты сейчас – единственный, кто представляет халлю у нас.

Квон Хёк не стал больше спорить и согласился с доводами компании:

— Ладно, делайте, как считаете нужным.

Пак Чон Тин посидел с ним еще немного и ушел. Однако после того, как новость о травме разлетелась, близкие знакомые один за другим потянулись с визитами вежливости.

Бордер-колли Мишу лежал у кровати Квона Хёка, не сводя глаз с незнакомых людей, которые то и дело входили в дверь. После первой настороженности пес оживился и стал очень ласковым: он кружил вокруг гостей, настойчиво подставляя голову под ладони.

Когда очередной посетитель ушел, Мишу снова улегся у кровати, понуро опустив уши.

Он не понимал, что происходит, знал только, что сегодня было много людей, и это его радовало.

Раздался стук.

Еще до того, как звук повторился, Мишу вскочил на лапы, навострив уши. Он бросился к двери, громко лая.

Лю Айли поднялась, чтобы открыть, но не успела сделать и шага, как услышала щелчок замка. Она замерла и вопросительно посмотрела на Квона Хёка.

«Твои знакомые?»

«Откуда они знают пароль?»

За дверью Минатодзаки Сана наблюдала, как Чжоу Цзыюй стучит в дверь. Она опустила взгляд на кодовый замок, а затем небрежно спросила:

— У тебя и раньше был здесь пароль?

— Был когда-то... — Чжоу Цзыюй замялась. Она действительно знала старый код.

Но она не была уверена, не сменили ли его и уместно ли сейчас входить вот так, без приглашения.

— Попробуй! — Подзадорила ее Минатодзаки Сана. — А вдруг сработает? Все равно мы уже у двери.

Чжоу Цзыюй поколебалась, но протянула руку и нажала несколько кнопок. Раздался механический сигнал, и дверь открылась.

Увидев, что пароль остался прежним, Чжоу Цзыюй не знала, радоваться ей или...

Минатодзаки Сана молча смотрела на нее.

— Заходи, — поторопила она опешившую подругу, подтолкнув ее внутрь и любопытно вытягивая шею.

Кажется, она еще никогда не была дома у Квона Хёка.

— Онни Айли, — негромко позвала Чжоу Цзыюй, увидев идущую им навстречу Лю Айли. На ее лице тут же появилась улыбка.

Лю Айли улыбнулась в ответ и, ничего не говоря, указала на спальню, приглашая их войти.

Но быстрее, чем они успели сделать шаг, из комнаты вылетел Мишу. Он бросился к Цзыюй, захлебываясь лаем, тыкался носом ей в ладони и даже поскуливал от восторга, а его хвост вращался, словно пропеллер.

Чжоу Цзыюй покачнулась, едва не сбитая с ног бурным приветствием пса.

Придя в себя, она склонилась над ним и принялась гладить Мишу по голове с такой теплой и искренней улыбкой, какую, возможно, не показала бы даже самому Квону Хёку.

— Мишу~!

Минатодзаки Сана с завистью наблюдала за этой сценой, но, вспомнив о раненом Квоне Хёке, прошла в спальню.

— Вы пришли? — Квон Хёк лежал на спине, подложив под голову несколько подушек и опираясь на изголовье кровати. Он приподнялся, глядя на дверь. — Я знал, что у Цзыюй есть пароль, так что могли бы и не стучать.

Его глаза загорелись, когда вошла Минатодзаки Сана.

Говорят, лето – лучшее время для красавиц, чтобы продемонстрировать свое очарование.

Топ без бретелек, минимум ткани, открывающий плечи и безупречную линию шеи. Тонкие, нежные руки, белые, словно полированный нефрит, и идеальная фигура – она выглядела великолепно.

Длинные волнистые волосы ниспадали на одно плечо, улыбка была яркой и сладкой, а в сияющих глазах, казалось, расцветала весна, передавая нежность в каждом взгляде.

Завидев его, Минатодзаки Сана тут же посерьезнела. Она озабоченно осмотрела его с головы до ног и присела на стул у кровати.

— Как ты умудрился пораниться? Я увидела новости и сразу же помчалась к тебе.

Она тараторила без умолку, а закончив, принялась часто-часто моргать своими большими глазами, глядя на него.

Прежде чем он успел ответить, вошла Чжоу Цзыюй с собакой на буксире. Мишу по-прежнему пребывал в восторге от обеих девушек и теперь кружил у ног Саны, ожидая своей порции ласки.

— Это съемки, несчастные случаи – обычное дело, — с улыбкой ответил Квон Хёк, покачав головой. Ему было приятно, что сразу две красавицы, каждая со своим неповторимым шармом, пришли его навестить.

— Вчера я ужинал с Минни и Миён, из-за чего утром был не в лучшей форме. Возможно, дело в этом.

— Вот как? — Минатодзаки Сана тут же оживилась. — И что же произошло?

— Миён прошла прослушивание и получила роль. Она была так счастлива, что позвала нас отпраздновать.

Говоря это, Квон Хёк покосился на Чжоу Цзыюй.

Она просто сидела рядом, слушая их разговор и переводя взгляд с одного на другого.

Неожиданно для всех, именно Чжоу Цзыюй первой предложила прийти, а не более активная и бойкая Минатодзаки Сана, как можно было бы ожидать.

Причина была проста...

Впрочем, причина была и не нужна. Отношения между ними постепенно налаживались. И хотя их нельзя было назвать полностью восстановленными, в подобной ситуации все старые обиды можно было отложить в сторону.

— Э-эй~ Почему ты меня не позвал? Такое событие не должно было пройти без меня, — в голосе Минатодзаки Саны послышались ревнивые нотки. Она явно не хотела упускать возможность повеселиться в хорошей компании.

— Это был лишь сиюминутный порыв. Почему ты ревнуешь ко всему подряд? — Квон Хёк поморщился с притворным раздражением.

Минатодзаки Сана закатила глаза и недовольно надула губы:

— Хм-ф, как ты можешь такое говорить.

Она опустила голову к Мишу, который настойчиво тыкался ей в руки. Она принялась гладить его и чесать подбородок.

Бордер-колли довольно вздохнул и положил морду ей на колени, приоткрыв пасть в подобии улыбки.

— Ха-ха, вчера они обе изрядно набрались. Будь ты там, с тобой было бы то же самое, — рассмеялся Квон Хёк, а затем перевел взгляд на Чжоу Цзыюй. — У вас ведь скоро камбэк? Сильно заняты в эти дни?

— Не слишком, основные приготовления уже закончены, — просто ответила она.

Нагрузка Twice заметно снизилась после пандемии. Период с конца 2020 по конец 2021 года можно было назвать самым спокойным в их карьере.

Конечно, после снятия ограничений они вернулись к привычному ритму, вовсе не напоминая женскую группу, чья популярность идет на спад.

— Это хорошо. А то если бы вы тратили время на меня в разгар работы, это было бы настоящим преступлением против графика TWICE.

— А...

— Как смешно, аджосси~ – Сана надулась и шутливо покачала головой, явно поддразнивая его.

Уголок рта Квона Хёка дернулся.

Чжоу Цзыюй не выдержала и тихо рассмеялась, прикрыв рот ладонью. В ее глазах плясали искорки смеха.

— Хватит этих сладких речей, — Минатодзаки Сана была настроена решительно и даже скрестила руки перед собой. — Тебе стоит благодарить свою внешность, иначе этот комментарий прозвучал бы просто пугающе.

Квон Хёк, безжалостно высмеянный, коснулся своего лица, на мгновение лишившись дара речи.

— Пойду посмотрю, как ты тут устроился. А вы пока поболтайте, — Сана бросила взгляд на Цзыюй, столкнула голову пса со своих колен и решительно направилась к выходу.

— Эй, куда ты так спешишь? Посиди еще, — крикнул ей вслед Квон Хёк, жестом приглашая вернуться.

В этот момент Чжоу Цзыюй посмотрела на него, а затем на Сану.

Взгляд Минатодзаки Саны был прикован к Квону Хёку, и в нем смешались растерянность, недоумение и какой-то странный разлад.

Квон Хёк перевел взгляд на Цзыюй, но тут же снова посмотрел на Сану.

В его лице не было ничего необычного; он выглядел совершенно естественно и искренне.

Конечно, это длилось лишь мгновение.

— Ани, я все-таки выйду, — быстро спохватилась Сана и тут же выскочила из комнаты. Мишу, виляя хвостом, рысцой последовал за ней, даже не оглянувшись.

— Мы же почти не поговорили, — пробормотал Квон Хёк и снова сосредоточился на Чжоу Цзыюй.

Она была в повседневной одежде: облегающий кроп-топ, открывающий живот, и свободные длинные брюки. Этот наряд подчеркивал ее изящную талию, а что до груди, то она напоминала едва проклюнувшийся бутон лотоса.

Квон Хёк когда-то знал в точности, насколько она была невелика, но сейчас поймал себя на мысли, что наряд Саны казался ему симпатичнее – то ли из-за психологии, то ли по какой-то другой причине.

— Сильно болит? — Спросила Чжоу Цзыюй, заметив пузырьки с лекарствами на столе и прерывая неловкое молчание.

— Травма свежая, так что пока болит прилично. Кажется, будто что-то сломано, пошевелиться не могу. Когда сейчас поворачивался, думал, калекой останусь.

— Я ведь раньше никогда не травмировался. Это первый раз за все время в индустрии.

Квон Хёк говорил, а Чжоу Цзыюй тихо слушала, время от времени кивая:

— Тебе нужно быть осторожным и хорошо отдыхать. Чонён-онни оказалась в тяжелом состоянии именно потому, что не уделяла этому достаточно внимания.

Ее слова были полны искренней заботы. В каком-то смысле их отношения все еще можно было описать фразой «разошлись как в море корабли», но отпустили ли они друг друга на самом деле – вопрос открытый.

Человеческое сердце не камень. Чжоу Цзыюй не была бесчувственной, а Квон Хёк всегда был натурой увлекающейся. Двум бывшим любовникам, кажется, суждено было оставаться связанными, не в силах окончательно обрубить все нити.

— Я в порядке. Врач сказал, серьезных проблем нет, просто растяжение поясничных мышц. Несколько дней покоя, и все пройдет, — с улыбкой ответил он.

Цзыюй хотела что-то добавить, но тут раздался звонок в дверь.

Кто бы это мог быть?

— Сонхэ-я?! — Раздался снаружи звонкий, мелодичный голос. Чжоу Цзыюй обернулась на звук.