Глава 286

Когда Миён увидела новости о скандале, в голове у неё на мгновение помутилось. Сначала пришло полное неверие, но, немного успокоившись, она принялась внимательно изучать комментарии. Скептицизм боролся в ней с тревогой: она просто не могла в это поверить.Вы спросите, почему она не спросила самого Квон Хёка?Что ж, тогда стоит поинтересоваться, почему Квон Хёк до сих пор не ответил ни на одно из её сообщений.Из-за его молчания – а некоторые сообщения и вовсе остались непрочитанными – мысли Миён путались всё сильнее.Ким Джису была её хорошей знакомой, и оттого новость о скандале, когда она выплыла наружу, казалась ещё более неловкой.Внезапная догадка вспыхнула в уме Миён, но она тут же засомневалась в собственных выводах.Не так давно Шухуа говорила ей, что Квон Хёк не слишком-то силён в делах сердечных...А что, если всё это – правда?Если так, как ей потом смотреть в глаза этому подонку-изменщику?Если это правда, не пойдёт ли их Четверговая пара прахом? Не объявят ли об их закрытии прямо на месте?Если это правда...Сердце Миён разрывалось от тревоги и неопределённости.Почему она так переживала? Стоило бы заглянуть поглубже в её душу и понять, что она на самом деле чувствовала к Квон Хёку.Но она и сама не могла в этом разобраться.Пребывая в таком смятении, она увидела вошедшего в гримёрку Квон Хёка и с трудом выдавила из себя натянутую улыбку.Она всё ещё не знала, как себя с ним вести.— Что стряслось? — Квон Хёк, заметив её одеревеневшее лицо, поддразнил её без тени стеснения. — Улыбаешься так, будто лимон съела.От этих слов она окончательно растерялась, не зная, стоит ей продолжать улыбаться или нет.На её лице промелькнуло раздражение. Грудь Миён тяжело вздымалась; она перестала притворяться и, отбросив привычную рассудительность и мягкость, в лоб спросила его:— Ты меня напугал. Кто же знал, что ты вляпаешься в такую громкую историю?Миён злилась. На её нежном лице застыло обиженное выражение – было видно, как сильно её извели эти внезапные новости.— И в этом тоже я виноват? — Спросил он.— Разве не ты стал героем скандала?Они были достаточно близки и хорошо знали характеры друг друга, поэтому могли обсуждать подобные темы прямо, без всяких обиняков.Будь на его месте кто-то другой, ей пришлось бы осторожно прощупывать почву, гадать, стоит ли вообще заводить разговор и как правильно подбирать слова.Но с Квон Хёком в этом не было нужды. Она могла говорить ему всё что угодно, не опасаясь, что он обидится.— Это фейк, не бери в голову, — честно признался Квон Хёк, небрежно махнув рукой.В гримёрке они были не одни: персонал, навострив уши, ловил каждое их слово. Сотрудники боялись пропустить хоть крупицу важной информации.Услышав из первых уст, что новости фальшивые, все присутствующие испытали огромное облегчение, словно прикоснулись к большой тайне, и их любопытство было удовлетворено.Но больше всех, разумеется, успокоилась Миён.Её лицо на мгновение застыло, между тонких бровей пролегла складка недоумения, но затем она пришла в себя и часто заморгала.Она и раньше сомневалась в правдивости слухов, но его долгое молчание заставляло её сердце колебаться снова и снова. Теперь же, услышав его личное подтверждение, она наконец почувствовала почву под ногами.— С самого начала это не выглядело правдой, да и фотографии были неубедительными, — произнесла Миён. На душе у неё стало спокойно, и она тут же озвучила свои мысли, будто и не она только что изнывала от тревоги.— Просто кое-что произошло. В тот вечер мы ужинали большой компанией, и я не ожидал, что меня сфотографируют, — пояснил он.После этого объяснения Миён окончательно отлегло. Ей было любопытно, что именно «произошло», но она понимала, что в такой обстановке расспрашивать дальше не стоит, и промолчала.Впрочем, теперь ей было гораздо легче, и настроение мгновенно улучшилось.Она уже собиралась что-то сказать, как в дверь гримёрки постучали. Это был не коллега-артист, зашедший поздороваться перед музыкальным шоу, а кое-кто из съёмочной группы.Вошла Чон И На, продюсер-постановщик шоу. На её лице сияла улыбка.— Госпожа продюсер, — вежливо и дружелюбно поприветствовала её Миён, расплывшись в широкой улыбке.Чон И На кивнула ей и перевела взгляд на Квон Хёка.Она пришла именно к нему, и вовсе не из-за сегодняшнего скандала, а по делу, которое считала куда более важным.Срок действия контракта Квон Хёка как ведущего подходил к концу.Изначально соглашение подписывалось на год. Если пара имела успех, продление на несколько месяцев не составляло труда, но обычно ведущих меняли – всё зависело от реакции публики.Сегодня она пришла, чтобы лично обсудить с ним продление контракта.— Мне нужно кое-что обсудить с продюсером, — сказал Квон Хёк.Он уже обсуждал этот вопрос со съёмочной группой некоторое время назад и выразил желание объясниться лично, так что визит Чон И На не стал для него сюрпризом.Миён смотрела вслед уходящим, совершенно сбитая с толку. Всё, что происходило сегодня, решительно не укладывалось у неё в голове.Квон Хёк последовал за Чон И На в кабинет.— Эти новости на тебя не повлияли? — Участливо спросила Чон И На, когда они сели.— Нет, на самом деле это просто шумиха на пустом месте, не стоит принимать её всерьёз, — покачал головой Квон Хёк, улыбаясь.Затем он сразу перешёл к делу:— Через менеджера я уже передавал свои мысли, и моя позиция не изменилась. График становится слишком плотным, так что на этом мне придётся временно остановиться.Роль ведущего на музыкальном шоу и так была для него нагрузкой, а после выхода новой дорамы она и вовсе потеряет смысл, не принося никакой пользы карьере.Где это видано, чтобы топ-звезда постоянно работала ведущим? Это только обесценивает артиста.— Я прекрасно понимаю твои соображения, Квон Хёк. В конце концов, для актёра работа над проектами важнее, — улыбнулась Чон И На. — К тому же, мы уже достигли превосходных результатов, которые превзошли все первоначальные ожидания.Четверговая пара, которую съёмочная группа планомерно создавала с момента их назначения, определённо стала одной из самых популярных пар в K-pop на сегодняшний день.Их популярность была несравнимо выше, чем у других пар из айдол-групп. Те в основном варились внутри собственных фандомов, в то время как эти двое купались во внимании фанатов со всего мира.Видео с ними, набиравшие миллионы просмотров, были повсюду, и даже десятки миллионов не были редкостью. Их имена то и дело мелькали в трендах поисковых запросов.Глобальные бренды мечтали заключить с ними рекламный контракт, а за освобождающиеся места ведущих уже вовсю сражались крупнейшие развлекательные агентства.Разве это не успех?— Да, просто другого пути нет, мне пора уходить, — подтвердил Квон Хёк. — На самом деле, у меня есть небольшая просьба перед тем, как я покину пост.Наконец он озвучил истинную цель этой встречи.— Какая же? — Удивилась Чон И На.— Если это возможно, пожалуйста, оставьте Миён на её месте. Она очень дорожит этой ролью и работает не покладая рук, — Квон Хёк посмотрел на продюсера с мягкой улыбкой.

Когда Миён увидела новости о скандале, в голове у неё на мгновение помутилось. Сначала пришло полное неверие, но, немного успокоившись, она принялась внимательно изучать комментарии. Скептицизм боролся в ней с тревогой: она просто не могла в это поверить.

Вы спросите, почему она не спросила самого Квон Хёка?

Что ж, тогда стоит поинтересоваться, почему Квон Хёк до сих пор не ответил ни на одно из её сообщений.

Из-за его молчания – а некоторые сообщения и вовсе остались непрочитанными – мысли Миён путались всё сильнее.

Ким Джису была её хорошей знакомой, и оттого новость о скандале, когда она выплыла наружу, казалась ещё более неловкой.

Внезапная догадка вспыхнула в уме Миён, но она тут же засомневалась в собственных выводах.

Не так давно Шухуа говорила ей, что Квон Хёк не слишком-то силён в делах сердечных...

А что, если всё это – правда?

Если так, как ей потом смотреть в глаза этому подонку-изменщику?

Если это правда, не пойдёт ли их Четверговая пара прахом? Не объявят ли об их закрытии прямо на месте?

Если это правда...

Сердце Миён разрывалось от тревоги и неопределённости.

Почему она так переживала? Стоило бы заглянуть поглубже в её душу и понять, что она на самом деле чувствовала к Квон Хёку.

Но она и сама не могла в этом разобраться.

Пребывая в таком смятении, она увидела вошедшего в гримёрку Квон Хёка и с трудом выдавила из себя натянутую улыбку.

Она всё ещё не знала, как себя с ним вести.

— Что стряслось? — Квон Хёк, заметив её одеревеневшее лицо, поддразнил её без тени стеснения. — Улыбаешься так, будто лимон съела.

От этих слов она окончательно растерялась, не зная, стоит ей продолжать улыбаться или нет.

На её лице промелькнуло раздражение. Грудь Миён тяжело вздымалась; она перестала притворяться и, отбросив привычную рассудительность и мягкость, в лоб спросила его:

— Ты меня напугал. Кто же знал, что ты вляпаешься в такую громкую историю?

Миён злилась. На её нежном лице застыло обиженное выражение – было видно, как сильно её извели эти внезапные новости.

— И в этом тоже я виноват? — Спросил он.

— Разве не ты стал героем скандала?

Они были достаточно близки и хорошо знали характеры друг друга, поэтому могли обсуждать подобные темы прямо, без всяких обиняков.

Будь на его месте кто-то другой, ей пришлось бы осторожно прощупывать почву, гадать, стоит ли вообще заводить разговор и как правильно подбирать слова.

Но с Квон Хёком в этом не было нужды. Она могла говорить ему всё что угодно, не опасаясь, что он обидится.

— Это фейк, не бери в голову, — честно признался Квон Хёк, небрежно махнув рукой.

В гримёрке они были не одни: персонал, навострив уши, ловил каждое их слово. Сотрудники боялись пропустить хоть крупицу важной информации.

Услышав из первых уст, что новости фальшивые, все присутствующие испытали огромное облегчение, словно прикоснулись к большой тайне, и их любопытство было удовлетворено.

Но больше всех, разумеется, успокоилась Миён.

Её лицо на мгновение застыло, между тонких бровей пролегла складка недоумения, но затем она пришла в себя и часто заморгала.

Она и раньше сомневалась в правдивости слухов, но его долгое молчание заставляло её сердце колебаться снова и снова. Теперь же, услышав его личное подтверждение, она наконец почувствовала почву под ногами.

— С самого начала это не выглядело правдой, да и фотографии были неубедительными, — произнесла Миён. На душе у неё стало спокойно, и она тут же озвучила свои мысли, будто и не она только что изнывала от тревоги.

— Просто кое-что произошло. В тот вечер мы ужинали большой компанией, и я не ожидал, что меня сфотографируют, — пояснил он.

После этого объяснения Миён окончательно отлегло. Ей было любопытно, что именно «произошло», но она понимала, что в такой обстановке расспрашивать дальше не стоит, и промолчала.

Впрочем, теперь ей было гораздо легче, и настроение мгновенно улучшилось.

Она уже собиралась что-то сказать, как в дверь гримёрки постучали. Это был не коллега-артист, зашедший поздороваться перед музыкальным шоу, а кое-кто из съёмочной группы.

Вошла Чон И На, продюсер-постановщик шоу. На её лице сияла улыбка.

— Госпожа продюсер, — вежливо и дружелюбно поприветствовала её Миён, расплывшись в широкой улыбке.

Чон И На кивнула ей и перевела взгляд на Квон Хёка.

Она пришла именно к нему, и вовсе не из-за сегодняшнего скандала, а по делу, которое считала куда более важным.

Срок действия контракта Квон Хёка как ведущего подходил к концу.

Изначально соглашение подписывалось на год. Если пара имела успех, продление на несколько месяцев не составляло труда, но обычно ведущих меняли – всё зависело от реакции публики.

Сегодня она пришла, чтобы лично обсудить с ним продление контракта.

— Мне нужно кое-что обсудить с продюсером, — сказал Квон Хёк.

Он уже обсуждал этот вопрос со съёмочной группой некоторое время назад и выразил желание объясниться лично, так что визит Чон И На не стал для него сюрпризом.

Миён смотрела вслед уходящим, совершенно сбитая с толку. Всё, что происходило сегодня, решительно не укладывалось у неё в голове.

Квон Хёк последовал за Чон И На в кабинет.

— Эти новости на тебя не повлияли? — Участливо спросила Чон И На, когда они сели.

— Нет, на самом деле это просто шумиха на пустом месте, не стоит принимать её всерьёз, — покачал головой Квон Хёк, улыбаясь.

Затем он сразу перешёл к делу:

— Через менеджера я уже передавал свои мысли, и моя позиция не изменилась. График становится слишком плотным, так что на этом мне придётся временно остановиться.

Роль ведущего на музыкальном шоу и так была для него нагрузкой, а после выхода новой дорамы она и вовсе потеряет смысл, не принося никакой пользы карьере.

Где это видано, чтобы топ-звезда постоянно работала ведущим? Это только обесценивает артиста.

— Я прекрасно понимаю твои соображения, Квон Хёк. В конце концов, для актёра работа над проектами важнее, — улыбнулась Чон И На. — К тому же, мы уже достигли превосходных результатов, которые превзошли все первоначальные ожидания.

Четверговая пара, которую съёмочная группа планомерно создавала с момента их назначения, определённо стала одной из самых популярных пар в K-pop на сегодняшний день.

Их популярность была несравнимо выше, чем у других пар из айдол-групп. Те в основном варились внутри собственных фандомов, в то время как эти двое купались во внимании фанатов со всего мира.

Видео с ними, набиравшие миллионы просмотров, были повсюду, и даже десятки миллионов не были редкостью. Их имена то и дело мелькали в трендах поисковых запросов.

Глобальные бренды мечтали заключить с ними рекламный контракт, а за освобождающиеся места ведущих уже вовсю сражались крупнейшие развлекательные агентства.

Разве это не успех?

— Да, просто другого пути нет, мне пора уходить, — подтвердил Квон Хёк. — На самом деле, у меня есть небольшая просьба перед тем, как я покину пост.

Наконец он озвучил истинную цель этой встречи.

— Какая же? — Удивилась Чон И На.

— Если это возможно, пожалуйста, оставьте Миён на её месте. Она очень дорожит этой ролью и работает не покладая рук, — Квон Хёк посмотрел на продюсера с мягкой улыбкой.