Глава 248

Глава 248: «Часть спектакля.»Ким Винтер изо всех сил делала вид, что увлечена игрой с собакой, но периферийным зрением неустанно следила за ними. Видя, что эти двое вот-вот начнут миловаться прямо у нее на глазах, она истошно кричала внутри себя.«Я что, часть вашего спектакля?!»Она уже старалась как могла, чтобы не подать виду, даже голову повернула так, чтобы в поле зрения оставался только маленький бордер-колли.Хватка Ким Винтер на голове пса становилась все крепче. Она подсознательно проецировала этих двоих на собаку, с силой тиская ее.— Тогда скажи хотя бы что-то одно.Дыхание Рю Джимин сбилось, она чувствовала, как учащается пульс. На ее опущенном лице проступила паника – она выглядела как беспомощный ягненок.— Что именно?Голос раздался прямо над ее головой. Квон Сонхэ смотрел на нее сверху вниз. Затем он мельком глянул на Ким Винтер, убедился, что та сидит к ним спиной, занятая щенком, и снова перевел взгляд на Рю Джимин.— Почему ты говоришь то же самое, что и шаманка?Рю Джимин почти уткнулась подбородком в грудь. Голос ее звучал едва слышно, в нем сквозила неловкость.— На самом деле это не совсем предсказание.Видя, как она втянула голову в плечи, не смея даже взглянуть на него, Квон Сонхэ протянул руку, обхватил ее за подбородок и заставил поднять лицо. Его движения не были ни нежными, ни деликатными.Тело Рю Джимин мгновенно одеревенело, за этим последовало инстинктивное сопротивление – ей еще больше захотелось отвернуться.В результате ее нежная щека забавно деформировалась, а губы невольно приоткрылись; между ними мелькнул кончик розового языка.Квон Сонхэ сделал еще один крошечный шаг вперед, почти прижавшись грудью к ее пышным формам. Их тела разделяли считанные миллиметры.— Все потому, что я достаточно хорошо тебя знаю. Мои прогнозы строятся на твоем характере, обстоятельствах и прочем – это просто логические выводы.Так он сказал.Как говорится: «Что в колыбельке, то и в могилку». Принцип, о котором он говорил, был именно таким.Рю Джимин была вынуждена смотреть на него, но ее взгляд, едва коснувшись его глаз, испуганно метнулся прочь – точь-в-точь как у униженной героини дорамы перед лицом злодея.— Я поняла.Сердце Рю Джимин стучало все быстрее, тело становилось все более напряженным. Непонятное чувство заставляло ее мелко дрожать, и она даже почувствовала, что ноги ее больше не держат.— Поменьше ненужных эмоций, просто делай, как я говорю. То, что болтает шаманка, тоже не всегда истина, иначе зачем бы им гадать другим? Все это ради денег.Квон Сонхэ коротко ее успокоил, затем убрал руку, отступил и вернулся к готовке.Как только он отпустил ее, силы покинули Рю Джимин. Она почувствовала слабость и неуверенность в ногах.Его действия впечатлили ее куда больше слов. Она задыхалась от его напора и ощущала собственное бессилие – она просто не могла ему противостоять.Рю Джимин посмотрела на его спину, сделала глубокий вдох, закусила губу и вернулась на диван к Ким Винтер.Звук ее шагов и то, как она плюхнулась рядом, привлекли внимание Винтер. Та осмелилась медленно повернуть голову и заметила неладное.— Онни, у тебя макияж размазался.Следы были не слишком заметны, но с такого расстояния бросались в глаза. Ким Винтер осторожно указала пальцем на ее щеку.— Арассо, — буркнула в ответ Рю Джимин. Она схватила свою сумочку, порылась в ней, выудила косметичку и молча направилась на поиски ванной.Ким Винтер проводила ее взглядом, поджав губы. Она старалась не проронить ни слова, не прислушиваться и не смотреть лишний раз.Квон Сонхэ мельком глянул на проходящую мимо Рю Джимин, не придав этому значения, и снова задумался над меню.У него действительно не было опыта в готовке, и это ставило его в тупик.Рю Джимин приоткрыла дверь, убедилась, что это уборная, зашла внутрь и уставилась в зеркало.— Я си...Только оказавшись в одиночестве, раздосадованная Рю Джимин схватилась за волосы и издала приглушенный, полный стыда крик, после чего на ее лице отразилось полное отчаяние.Как же неловко.Она была такой беспомощной – почему она совсем не может ему сопротивляться?— Идиотка.Рю Джимин смотрела в зеркало, не понимая, кого она ругает – Квон Сонхэ или саму себя.Затем она резким движением открыла косметичку, достала пудреницу и, придвинувшись к зеркалу, принялась поправлять макияж. Хлопая пуховкой по лицу, она бормотала под нос:— Я, ты серьезно... ух, слов нет, какая же ты бесполезная, эх... — Время от времени она замирала с искаженным лицом, выглядя одновременно расстроенной и возмущенной, словно в ней боролись две личности.Закончив с макияжем, Рю Джимин снова придирчиво осмотрела себя в зеркале. Казалось, вместе с наведенной красотой вернулось и хорошее настроение – она снова приободрилась.Теперь она выглядела спокойной и собранной и даже нашла в себе силы оглядеть ванную комнату.— Тц, он что, ребенок? У него розовое полотенце, как по-детски.Рю Джимин посмотрела на висящее розовое банное полотенце, словно насмехаясь над хозяином дома, и самодовольно хмыкнула.— Такой высокий, а мужественности – ни капли.С этими словами уверенность окончательно к ней вернулась. Рю Джимин вздернула подбородок и вышла из ванной. Проходя мимо Квон Сонхэ, она одарила его высокомерным взглядом и, отвернувшись, уселась на диван.— Хороший Мишу, иди сюда, — она позвала щенка, хлопнув в ладоши. Но маленький бордер-колли, которого в этот момент ласкала Ким Винтер, лишь мельком глянул на нее и снова принялся облизывать руки Винтер.— Эта собака вся в хозяина? Такая же невоспитанная, — Рю Джимин намеренно повысила голос, явно адресуя это Квон Сонхэ.«Опять они за свое?»Сердце Ким Винтер сжалось. Она медленно подняла глаза на Рю Джимин, которая украдкой поглядывала назад, и тихо вздохнула про себя.Эта онни...Она безнадежна.— Тогда почему он так ластится только к Мин Джон? — Услышав шпильку, Квон Сонхэ обернулся и увидел щенка, уютно устроившегося на коленях у Винтер. Он понял, что Джимин пытается отыграться за недавнее, и тут же парировал.— Не знаю, может, он тоже чувствует вину, — Рю Джимин всегда находила, что ответить. Сейчас она могла оправдать любое свое слово.

Глава 248: «Часть спектакля.»

Ким Винтер изо всех сил делала вид, что увлечена игрой с собакой, но периферийным зрением неустанно следила за ними. Видя, что эти двое вот-вот начнут миловаться прямо у нее на глазах, она истошно кричала внутри себя.

«Я что, часть вашего спектакля?!»

Она уже старалась как могла, чтобы не подать виду, даже голову повернула так, чтобы в поле зрения оставался только маленький бордер-колли.

Хватка Ким Винтер на голове пса становилась все крепче. Она подсознательно проецировала этих двоих на собаку, с силой тиская ее.

— Тогда скажи хотя бы что-то одно.

Дыхание Рю Джимин сбилось, она чувствовала, как учащается пульс. На ее опущенном лице проступила паника – она выглядела как беспомощный ягненок.

— Что именно?

Голос раздался прямо над ее головой. Квон Сонхэ смотрел на нее сверху вниз. Затем он мельком глянул на Ким Винтер, убедился, что та сидит к ним спиной, занятая щенком, и снова перевел взгляд на Рю Джимин.

— Почему ты говоришь то же самое, что и шаманка?

Рю Джимин почти уткнулась подбородком в грудь. Голос ее звучал едва слышно, в нем сквозила неловкость.

— На самом деле это не совсем предсказание.

Видя, как она втянула голову в плечи, не смея даже взглянуть на него, Квон Сонхэ протянул руку, обхватил ее за подбородок и заставил поднять лицо. Его движения не были ни нежными, ни деликатными.

Тело Рю Джимин мгновенно одеревенело, за этим последовало инстинктивное сопротивление – ей еще больше захотелось отвернуться.

В результате ее нежная щека забавно деформировалась, а губы невольно приоткрылись; между ними мелькнул кончик розового языка.

Квон Сонхэ сделал еще один крошечный шаг вперед, почти прижавшись грудью к ее пышным формам. Их тела разделяли считанные миллиметры.

— Все потому, что я достаточно хорошо тебя знаю. Мои прогнозы строятся на твоем характере, обстоятельствах и прочем – это просто логические выводы.

Так он сказал.

Как говорится: «Что в колыбельке, то и в могилку». Принцип, о котором он говорил, был именно таким.

Рю Джимин была вынуждена смотреть на него, но ее взгляд, едва коснувшись его глаз, испуганно метнулся прочь – точь-в-точь как у униженной героини дорамы перед лицом злодея.

— Я поняла.

Сердце Рю Джимин стучало все быстрее, тело становилось все более напряженным. Непонятное чувство заставляло ее мелко дрожать, и она даже почувствовала, что ноги ее больше не держат.

— Поменьше ненужных эмоций, просто делай, как я говорю. То, что болтает шаманка, тоже не всегда истина, иначе зачем бы им гадать другим? Все это ради денег.

Квон Сонхэ коротко ее успокоил, затем убрал руку, отступил и вернулся к готовке.

Как только он отпустил ее, силы покинули Рю Джимин. Она почувствовала слабость и неуверенность в ногах.

Его действия впечатлили ее куда больше слов. Она задыхалась от его напора и ощущала собственное бессилие – она просто не могла ему противостоять.

Рю Джимин посмотрела на его спину, сделала глубокий вдох, закусила губу и вернулась на диван к Ким Винтер.

Звук ее шагов и то, как она плюхнулась рядом, привлекли внимание Винтер. Та осмелилась медленно повернуть голову и заметила неладное.

— Онни, у тебя макияж размазался.

Следы были не слишком заметны, но с такого расстояния бросались в глаза. Ким Винтер осторожно указала пальцем на ее щеку.

— Арассо, — буркнула в ответ Рю Джимин. Она схватила свою сумочку, порылась в ней, выудила косметичку и молча направилась на поиски ванной.

Ким Винтер проводила ее взглядом, поджав губы. Она старалась не проронить ни слова, не прислушиваться и не смотреть лишний раз.

Квон Сонхэ мельком глянул на проходящую мимо Рю Джимин, не придав этому значения, и снова задумался над меню.

У него действительно не было опыта в готовке, и это ставило его в тупик.

Рю Джимин приоткрыла дверь, убедилась, что это уборная, зашла внутрь и уставилась в зеркало.

— Я си...

Только оказавшись в одиночестве, раздосадованная Рю Джимин схватилась за волосы и издала приглушенный, полный стыда крик, после чего на ее лице отразилось полное отчаяние.

Как же неловко.

Она была такой беспомощной – почему она совсем не может ему сопротивляться?

— Идиотка.

Рю Джимин смотрела в зеркало, не понимая, кого она ругает – Квон Сонхэ или саму себя.

Затем она резким движением открыла косметичку, достала пудреницу и, придвинувшись к зеркалу, принялась поправлять макияж. Хлопая пуховкой по лицу, она бормотала под нос:

— Я, ты серьезно... ух, слов нет, какая же ты бесполезная, эх... — Время от времени она замирала с искаженным лицом, выглядя одновременно расстроенной и возмущенной, словно в ней боролись две личности.

Закончив с макияжем, Рю Джимин снова придирчиво осмотрела себя в зеркале. Казалось, вместе с наведенной красотой вернулось и хорошее настроение – она снова приободрилась.

Теперь она выглядела спокойной и собранной и даже нашла в себе силы оглядеть ванную комнату.

— Тц, он что, ребенок? У него розовое полотенце, как по-детски.

Рю Джимин посмотрела на висящее розовое банное полотенце, словно насмехаясь над хозяином дома, и самодовольно хмыкнула.

— Такой высокий, а мужественности – ни капли.

С этими словами уверенность окончательно к ней вернулась. Рю Джимин вздернула подбородок и вышла из ванной. Проходя мимо Квон Сонхэ, она одарила его высокомерным взглядом и, отвернувшись, уселась на диван.

— Хороший Мишу, иди сюда, — она позвала щенка, хлопнув в ладоши. Но маленький бордер-колли, которого в этот момент ласкала Ким Винтер, лишь мельком глянул на нее и снова принялся облизывать руки Винтер.

— Эта собака вся в хозяина? Такая же невоспитанная, — Рю Джимин намеренно повысила голос, явно адресуя это Квон Сонхэ.

«Опять они за свое?»

Сердце Ким Винтер сжалось. Она медленно подняла глаза на Рю Джимин, которая украдкой поглядывала назад, и тихо вздохнула про себя.

Эта онни...

Она безнадежна.

— Тогда почему он так ластится только к Мин Джон? — Услышав шпильку, Квон Сонхэ обернулся и увидел щенка, уютно устроившегося на коленях у Винтер. Он понял, что Джимин пытается отыграться за недавнее, и тут же парировал.

— Не знаю, может, он тоже чувствует вину, — Рю Джимин всегда находила, что ответить. Сейчас она могла оправдать любое свое слово.